Дух любви из Академии Семи вершин

      — Ты неплохо справился. – похвалила Харди матушки Зольри. – Сегодня подпишут необходимые бумаги, и ты свободен.       Старушка протянула юноше документы, сделанные взамен тех, что целитель якобы потерял, когда спешно покидал город перед извержением Каратарна.       — Вот. Возьми немного денег на первое время. Ты их честно заработал. – добавила жрица, передала Харди кошель. В отличие от прежнего кошеля Сяня, в этом звенело не золото, а медные монетки. Но зато не было эмблемы клана Водных драконов. Чистой одеждой – ношенной, но без дыр – целитель тоже разжился в лазарете.       — Спасибо. – очень вежливо поблагодарил Харди. Он понимал, что без матушки Зольри едва ли продержался бы эту неделю.       — Есть куда пойти? – уточнила старушка заботливо.       Сянь неопределенно пожал плечами: — Особо нет. Пока не решил.       Он все эти дни думал о том, куда податься, но особо хороших идей не было. Его посещали мысли о семти, но он понимал, что в Академию к Аши ему не пробраться, да и с нынешними силами сделать он особо ничего не сможет. А вот попасться снова на каком-то преступлении и угодить в тюрьму или на виселицу – запросто. Так что нужно разобраться в ситуации и затаиться. Водник вспомнил о клановом тайнике с деньгами, артефактами и ценностями в половине дня пути от родной главной обители. Следовало туда наведаться. Если тайник не вскрыли другие – получится разжиться и устроиться в этой жизни заметно лучше.       — Мне говорили, что есть место целителя в лазарете Чаругды – городок мелкий, но хоть что-то. – припомнила жрица. – Если хочешь – напишу тебе туда рекомендательное письмо.       — Буду очень благодарен, матушка Зольри. – оживился водник.       Чаругда находилась рядом с тайников и неподалеку от обители клана Водных драконов. Как раз по пути. Работать все равно где-то надо. Без рекомендаций мелкому лекарю с судимостью будут рады разве что в хуманской деревеньке. А тут – хоть небольшой, но город. И вполне себе государственный лазарет.                     На следующий день Харди покинул Сандарру с небольшим запасом денег, новыми документами и рекомендательным письмом. И почти сразу осознал, что путь предстоит долгий и сложный. Коня у юноши не было. Новое тело отличалось малым ростом и слабостью, любая дорожная опасность, о которой Сянь раньше и не задумывался, теперь становилась катастрофой. От разбойников до веса дорожного мешка — все перестало быть мелочами.                     Харди сидел на тонкой ветке дерева, дрожал, прижавшись к стволу и думал о том, что неудачи просто преследуют его.       Внизу столпилась троица разбойников. Они стучали по стволу и злобно вопили.       — Скидывай кошель, мелкий. Или мы срубим дерево и доберемся до тебя. Отработаешь наше потраченное зря время натурой. — кричали они.       В памяти Сяня были свежи воспоминания о сотнике. А этих мерзких грязных типов так вообще трое. Близкого знакомства с ними он не переживет. Ладно хоть дерево слишком тонкое для того, чтобы эти массивные туши могли залезть за ним. Ветки гнулись даже под легким Харди.       Выбрав меньшее из двух зол, лекарь швырнул кошель вниз. Он очень рассчитывал обедать в тавернах по дороге на новое место работы, но эти планы истаяли как дым. К счастью, разбойники, получив монеты, все-таки ушли. Здесь, на дороге подле крупной деревни, порой проходил патруль. Попадаться им лихим ребятам не хотелось.       Выждав какое-то время и удостоверившись, что врагов поблизости нет, Сянь слез с дерева. Он перепачкался, был перепуган и чумаз. Рукав рубашки порвался.       В душе дракона клокотала злость. Раньше он мигом перебил бы этих разбойников. Они умерли бы в муках. А теперь он должен был позорно висеть на дереве, словно шишка.       В деревне Харди чуть не прогнали с постоялого двора, как бродяжку. — Поди прочь, бездельник. Здесь для тебя ничего нет. — зло бросил дородный трактирщик. – Милостыню не подаю. Бесплатной еды для нуждающихся тоже нет.       — Я заклинатель-лекарь. Вам тут не нужно кого подлечить? Работаю за еду! — выпалил юноша.       Трактирщик прищурился. Взгляд его смягчился.       — Документ покажи, лекарь. — потребовал он.       Стараниями матушки Зольри у Чиу-Харди были документы целителя — довольно низкого ранга, так как Академию он не заканчивал, но хоть так. Читать трактирщик не умел, но знак храма целительства на свитке узнал мигом.       — Ну, проходи. — буркнул он. — Найдется для тебя работа.       Сначала Харди вылечил головные боли жены трактирщика, потом помог с коликами его мелкой дочке. Еще через пол часа в деревне прослышали про лекаря и выстроилась целая очередь. Харди заработал себе на ужин, ночлег и стирку с починкой вещей.       — Как же тяжело даются деньги! — мысленно сетовал Сянь.       Ему пришлось пять часов трудиться на пределе сил, чтобы только оплатить минимальные нужды — скудную простую еду, лежанку в общей комнате и стирку одежды. Раньше водник за вечер игры в карты бывало спускал в сотню раз больше. Или за визит в город — посещением дорогой едальни и развлечениями.       А сейчас каждая монетка была ценна. Лекарь почти всегда был голоден и чувствовал себя уставшим.              Ночью Харди нервно ворочался. Ему мешало присутствие еще дюжины спящих в комнате.       Кошель юноша спрятал под одежду, но все равно волновался. Быть беззащитным очень изматывало. Но стоило Сяню погрузиться в сон, как он увидел нечто странное.                     Ину-Мари был доволен — наследника клана Водных драконов удалось обнаружить довольно легко, хоть тот и замаскировался. Бог смерти посмеялся, увидев, что мерзкий Сянь застрял в теле слабого и смазливого целителя. Но, чтобы водник не решил раньше времени отправиться в Чертоги, где запрещены мучения и пытки, надо было его как следует припугнуть. Пусть ответит за свои злодеяния сполна, намыкавшись в мире смертных. Люди и заклинатели куда более жестоки, чем вороны.       Согласовав с Советом частичное приоткрытие тайны мира богов, Ину заручился поддержкой бога сна Бэй-Ру и явился воднику в ночные дремы.       Во сне Сянь видел мрачные чертоги — огромный черный трон с черепами (вороны организовали его за час до этого из подручных средств), статуи в виде скелетов в гротескных позах (с этим помог лично Элшу, правда работе немного мешал гомерический смех), у подножия — адские псы с полыхающими алым глазами (их как раз не кормили и собаки заметно нервничали и выглядели особенно свирепо).       Сам Ину завернулся в самую пафосную черную мантию, напялил костяную корону (очень вульгарную на его взгляд, но изготовивший ее Элшу сказал, что так страшнее). Облик дополняли скипетр в виде костлявой руки (со склада), кубок с густой красной жидкостью (гроон здорово походит на кровь) и толпа почтительно замерших у трона фигур с косами и черными крыльями в длинных мрачных балахонах с надвинутыми на глаза капюшонами. Завывания пытаемых грешников (просто местный ветер) — в наличии.       «Дракон» осмотрелся по сторонам и охнул.       — Ты жил очень скверной жизнью, Джу-Сянь! Ты убивал, мучил, насиловал и поклонялся ложным богам, ты причинил много вреда и не покаялся! — грозно вещал с трона Ину, сверкая алыми глазами. В углах зала зашевелились тени, похожие на тени монстров.       — Не думай, что, сменив облик и ауру, спасся от гнева Шун-Хонского пантеона. Боги прогневаны на тебя, водник!       Сянь испуганно сглотнул. Этот сон пугал его.       — Пока ты здесь не наяву. Но ответишь за все, если окажешься тут в реальности. Тебя ждет страшная участь... — продолжил грохотать бог смерти.       Юноша упал на колени.       — Я раскаиваюсь. — пролепетал он. Ближайший цербер хищно облизнулся. О том, что кормят их не душами воднику знать было излишне.       — Я не верю в твою искренность. — нахмурился Ину.       — Как ее доказать?! — с дрожью в голосе спросил водник.       Ину-Мари сделал вид, что размышляет.       — Ты должен жить праведно и помогать слабым, честно трудиться, усердно молиться и исцелять страждущих. — перечислил бог смерти.       — Я... я буду! — пообещал Сянь. Косы ближайших духов воинственно лязгнули.       — Чтобы ты не решил поутру, что тебе все приснилось или не вздумал болтать о том, что видел... — усмехнулся Ину.       Ближайший адский пес, повинуясь его команде, повалил заклинателя на каменный пол, оставив неглубокие следы когтей — лишь царапины. Цербер хорошо контролировал силу.       Водник проснулся в холодном поту.       — Богам все ведомо, и я числюсь грешником. Меня ждет наказание в загробном мире. Меня будут пытать! — думал он в панике. Религия страны мало подробностей сообщала о загробной жизни. Что именно происходит с душами на разных уровнях Чертогов мало кто знал.       Так что Харди перепугался всерьез. Особенно этому способствовала пропоротая одежда со следами крови в том месте, где «дракона» припечатала лапа адского пса. Сянь тихо встал с лежанки, чтобы привести в порядок рубашку.       — Значит – все чистая правда. Боги существуют, а на наши молитвы отвечают не слепые силы, а вполне себе человекоподобные существа! – думал целитель. Да, разумеется, религия говорила именно об этом. Как и многочисленные легенды. Но одно дело слышать проповеди жрецов и старые истории о делах давно минувших дней и никогда не сталкиваться ни с чем мистическим, а совершенно другое – получить конкретные доказательства.       — Значит, Кай и правда сейчас Великий почитаемый дух! – продолжил выводы юноша. Осознавать это было горько и очень обидно.       — Я мучаюсь, сплю почти на подстилке, живу впроголодь, меня держали в камере, пороли и насиловали, а он там наслаждается почетом, богатством и уважением! Чем он заслужил?! Вообще, не скинь я его в вулкан, он бы никогда не стал Сердцем горы! А теперь – статуи, часовни! Фу, противно… — злился Харди.       — Ну, он хотя бы не вместе с Аши! – мстительно подумал водник. – Пусть страдают в разлуке.       Эта мысль принесла некоторое успокоение.              Ларну очень нравилась его новая жизнь. Он искренне наслаждался работой в храме и временем, проводимым с Каем. Прошло уже полторы недели с момента церемонии. И это были лучшие полторы недели в его жизни. Сердце горы был окружен вниманием и заботой, которых ему так не хватало. Огненный был буквально окутан любовью Ларна. Наконец, они могли быть вместе.       Гай-Грон привык и не возражал, что в его горе постоянно крутится один тигр. Дух любви перезнакомился с собратьями Кая и те были рады его видеть, бодро приветствуя при встрече. Кай и Ларн издали понаблюдали за Сянем.       — Так непривычно видеть его жалким и сломленным... — вздохнул Сердце горы.       — Он заслужил. Вообще он тебя УБИЛ! — напомнил кот. Он был настроен куда более воинственно.       Но и в его душе что-то дрогнуло при виде несчастного и измученного состояния бывшего водника.                     Сянь с ужасом смотрел на разгромленную обитель. От родного дома остались руины. Сквозь камни пробивалась трава. На воткнутые в землю по периметру пики были насажены головы лидеров павшего клана. Сянь видел среди них отца, мать, дядю... Юношу трясло. На головы наложили заклинания нетленности и отпугивания хищников. Так что им предстояло маячить тут до самой зимы... Харди обессиленно осел на землю. За попытку похоронить раньше срока останки преступников положена тюрьма... Они выставлены здесь в назидание.       Рядом с целителем остановился старик-заклинатель.       — Очень жестокие были правители эти водники. Всем от них доставалось. Но хуже всех этот наследник Сянь — подло убил самого Цин-Кая. — проговорил пожилой мужчина.       Он сочувственно посмотрел на побледневшего Харди.       — Плохо стало от вида, мальчик? Нужна помощь? — спросил старик.       Сянь пробормотал нечто невразумительное.       Ему стало нехорошо от осознания своей репутации и репутации семьи. Он скорбел о родне. Заклинатель отвел юношу к повозке, дал попить крепкого чаю и выдал хлеба с сыром в дорогу. Харди вежливо поблагодарил его, хоть и гневался на слова незнакомца о клане Водного дракона.                     У тайника клана Харди ощутил знакомую ауру. Это был Джу-Табба.       Тот уже вскрыл замок и рылся в содержимом сундука. Но потом заметил чужака и обернулся.       Табба схватился за оружие, намереваясь убить мелкого целителя. Парнишка не должен сбежать и донести страже, что тут видели водника.       — Стой, Табба! Это я — Сянь, но под личиной! — со знакомыми интонациями произнес Харди.       — Ты — Сянь?! Чем докажешь? — недоверчиво прищурился заклинатель. Меч он так и не убрал. Выглядел давний знакомый затравленным, потрепанным и уставшим. На нём была одежда другого клана, но аура "дракона" выдавала Таббу с головой.       — Я вытащил твою бесполезную тушу из реки, когда нам было по десять и не дал тебе утонуть. — напомнил Сянь. — В год Овцы мы вместе ходили в чайный домик госпожи Даушши. Ты тогда перепил и...       — Вот только не надо о том случае. — Табба смущенно сделал рукой знак перестать. Сянь усмехнулся и кивнул.       Воин с удивлением смотрел на наследника павшего клана.       — Вы необычно выглядите, господин. Хорошо замаскировались. — отметил он. — Ходили слухи, что Вы пропали. Вас ищут.       — Да, мне удалось скрыться благодаря амулету личины. — Харди старался, чтобы его голос звучал уверенно. Про пережитые кошмары и то, что снять амулет он не может, Сянь решил промолчать.       — Вместе нам лучше не ходить, господин. Поделим ценности и разойдемся. — предложил Табба.       Джу-Сянь кивнул. Место встречи лекарь покидал с сумкой полной денег и артефактов.       Он намеревался перепрятать ценности и брать понемногу по мере надобности. Нищий целитель, который сорит золотом, мог привлечь негативное внимание — ограбят, убьют или бросят в тюрьму за воровство.                     Элшу пил горячее вино и улыбался. Компания файру нравилась ему. Зеленые и золотые огоньки вились вокруг, более плотные И-Тарри с собратьями устроились рядом.       — Вы хорошо помогли во время извержения Каратарна. — похвалил ворон. — Многих спасли.       — Спасибо. Тот дух природы, очень похожий на нас, тоже отлично держался. Смелый. А его пара — бог-гончар — очень добрый.       — Его пара? — переспросил Элшу настороженно.       — Они так смотрели друг на друга. Мне показалось, что они вместе. — И-Тарри пожал плечами. А ворон крепко задумался.                     — Не могу поверить! -гневно бросил Ину-Мари. — Вы не можете так поступить!       — Достижения господина Лун-Кианни велики. Его костяные щуки принесли победы в трех крупных столкновениях с монстрами и одном конфликте с соседями — хатарунцы пробовали наши границы на прочность, но получили отпор благодаря творениям Старшего бога смерти. Согласно правилам, он имеет право претендовать на должность Высшего. Это решится голосованием Совета и богов смерти. — виновато произнес адепт храма Небес.       Ину тяжело вздохнул. Ситуация не неожиданная, но неприятная.