Часть 2. С/Из
26 ноября 2021 г., 12:19
— Где ты хочешь оказаться через много лет?
Чжухон спросил то же, что спрашивал и всегда, устроившись в уютной тишине на коленях у Хёнвона и Минхёка и наблюдая за тем, как темнеет небо над задним двором Хёнвона.
Кихён, развалившийся на стуле, поднял глаза, но ничего не ответил. Они с Минхёком знали, что этот вопрос никогда не адресовался им, и были рады за друзей, любивших помечтать вслух.
Хёнвон пробежал рукой по мягким волосам парня и улыбнулся. Тронул пальцами нежные щёки, пухлые губы, переносицу. Чжухон перевёл глаза с неба на Хёнвона и мечтательно улыбнулся, словно всё ещё смотрел на звёзды, спокойно мерцающие на небе.
Хёнвон всегда мечтал о звёздах. Он мечтал о сцене, тысячах фанатов, раскупленных билетах на свои концерты. Он глядел в глаза парня и видел отражённые в них собственные мечты, видел отражённого в них себя.
Они оба всегда мечтали стать знаменитыми вместе. Спустя годы их глаза раскроются от восторга, пока они будут стоять под бриллиантовыми огнями прожекторов, короли и командиры на сцене, которую выстроили с нуля; стоять, крепко сжимая ладони друг друга; стоять вместе.
До Чжухона Хёнвон никогда ни о чём не размышлял. Но в ту минуту, когда он понял, что любит Чжухона, он осознал, что ни для чего другого не мог быть рождён.
Чжухон знал, что он ответит — ответ всегда был одинаковым.
— Везде.
— Вместе, — согласился Чжухон.
-------------------------------
Хёнвон сидит на своём привычном месте за стойкой, поглядывая в небольшой телевизор, на котором крутили музыкальные передачи. На экране появился Чжухон. Постоянные разговоры барменов и пьяная суета вмиг стали для него белым шумом. Хёнвон следил за выступлением Чжухона с такой же гордостью, как и всегда. Он кивал в такт музыке, которая негромко играла из динамиков. Последний камбэк Чжухона был лучшим за всё время, его аудитория сильно выросла. Благодаря своей упёртой натуре Чжухон смог дебютировал как соло артист в маленьком агентстве, хотя все его отговаривали; он смог доказать им обратное, быстро набрав популярность и достигнув успеха, не сравнимого ни с одним сольным рэпером. Хёнвон даже не пытается себя убедить в том, что сам он не жалок — он бросил колледж, так и не выбрался из родного города, а его бывший парень воплощает их общую мечту. «Нужно выпить», — думает Хёнвон. Он, не помня себя, поднимается и уходит. В голове совершенно туманно. Чжухон, Чжухон, Чжухон.---------------------------------
В день возвращения Чжухона у Хёнвона в голове полный бардак. Осталось пять дней до Сеульских каникул и три дня до дня Святого Валентина. Хёнвон украшает ресторан с шести утра. Хозяин не определился, к какому празднику делать декорации, поэтому всё сделали в очень двусмысленном красном цвете. Когда всё было закончено, от Хёнвона пёрло потом, лицо лоснилось от работы с самого рассвета, и сил совсем не осталось. На часах 15.30, и Хёнвона зовут к посетителям. Ему кажутся немного странными недовольные лица официантов — никто не рад лишним посетителям в это время. Он тихо ворчит, но снимает перчатки для мытья посуды и выпрямляется, а затем покидает кухню. Все постоянные клиенты его знают, поэтому Хёнвону не нужно делать что-то особенное, чтобы их впечатлить. Как только он заходит в большой зал, становится понятно, что он сделал большую ошибку. Хёнвон не понимает, как он раньше не услышал этот шум из кухни. Он в пятьдесят раз громче, чем обыкновенный; в ресторане битком — одни подростки, по большей части. Они-то как раз и шумят, крича друг на друга и толпясь вокруг одного стола. За этим столом сидит виновник хаоса — русый человек с лицом ребёнка, изучающий меню. Чжухон. Чжухон, Чжухон, Чжухон. Как Кихён и говорил, рядом с ним сидит его менеджер, что-то говоря ему, но что — Хёнвон не может разобрать. Чжухон одет в простой коричневый свитер и тёмные брюки, но, тем не менее, светится в толпе. Хёнвону кажется, что в зале вообще нечем дышать, и лёгкие невыносимо горят. Шум вокруг сливается в монотонный жужжащий гул. В зале никого, кроме Чжухона, нет. А тот всё ещё изучает меню и не подозревает, что его бывший парень стоит от него всего в нескольких шагах. Чжухон, который никогда не был в еде разборчив, сейчас, может быть, на диете. Чжухон, сосредоточенно высунув язык, перебирает каждый пункт меню и хорошо думает. Чжухон, который, как думал Хёнвон, никогда не вернётся домой. Чжухон, Чжухон, Чжухон. Кто-то толкает Хёнвона сзади, и тот выходит из задумчивости. Недолго думая, он разворачивается и уходит от Чжухона, чтобы принять заказ у другого столика. Но мир, конечно, хочет, чтоб он страдал в миллион раз больше, чем нужно, и в очередной раз строит ему козни. Ну конечно. Хёнвон быстро оглядывается по сторонам в поисках хоть одного столика, за которым не сидит Чжухон. Если он будет избегать его достаточно усердно, Чжухон покинет ресторан, так и не поняв, что Хёнвон вообще здесь есть. — Не стой столбом, иди обслужи посетителя! — раздаётся громкий голос хозяина ресторана через весь зал, и Хёнвон замирает. Все люди оборачиваются на него, и Чжухон тоже оборачивается. Хёнвон вдруг с болью понимает, что выглядит он сейчас, должно быть, ужасно — в рубашке, не смененной с самого рассвета, со слипшимися на лбу волосами и грязными после мытья посуды брюками. Не так Хёнвон хотел бы встретить Чжухона снова. Господи, он хочет просто провалиться под землю. Опустив глаза, чтобы не поймать взгляд Чжухона, Хёнвон тащит ноги к столику. Он всё ещё чувствует на себе многочисленные взгляды фанатов, которые прожигают дыру в его спине. — Хёнвон-хён? Удивительно, но Чжухон звучит так же, как и пять лет назад, когда они оба мечтали под звёздами и когда Чжухон ещё не был одной из них. — Привет. Могу я принять заказ? — говорит Хёнвон слишком громко из-за нервов. Он видит боковым зрением, что менеджер осуждающе на него смотрит; Хёнвон продолжает глядеть в пол. — Хён… Я не видел тебя го… К счастью, его прерывает его менеджер — он заказывает еды для них обоих и быстро отпускает Хёнвона с нетерпеливым раздражением. Тот сразу убегает, чувствуя, как горит лицо. Он не оборачивается и не смотрит на реакцию Чжухона. Отойдя на небольшое расстояние, Хёнвон прислушивается к голосу менеджера. — Если честно, Чжухон, я не верю, что ты мог жить в подобном месте. Здесь все выглядят так, как будто ушли с девятого и шагу не делали из этого города. Хёнвон знает, что менеджер говорит и о нём в том числе. Он продолжает шагать. Он не хочет слышать, что скажет Чжухон. А Чжухон не говорит ни слова. Честно говоря, это ранит ещё больше.---------------------------------
— Только не говори, что ты реально хочешь переехать в Сеул! — говорит Хёнвон с недоверием. Чжухон ведь знает, как он к этому относится. — Ты же не думаешь, что я соглашусь поехать с тобой? Глаза Чжухона раскрываются после этих слов. — Но ты должен поехать со мной. Мы будем всё делать вместе! Разве мы не мечтали об этом всё время? Хёнвон смотрит на парня — единственного, за кем он бы отправился хоть на край Земли. Но это была просто мечта, это никогда не случится на самом деле. Чжухон должен был это понимать. — Трус, — говорит Чжухон со злостью. Хёнвон ненавидит это слово, ненавидит насмешку в голосе Чжухона, ненавидит этот момент, потому что тогда все звёзды из глаз Чжухона поисчезали; на их место пришла пустота, в который крылось ничто иное, как отвращение. — Чжухон, не будь идиотом. Тысячи людей мечтали стать певцами и айдолами, но всем известно, что это просто тупая мечта. Будь реалистом! Ты никогда не сможешь этого добиться! Наступает тишина. Требуется несколько секунд, чтобы переварить слова Хёнвона — несколько секунд, в течение которых Хёнвон ещё может притворяться, что между ними не разверзлась пропасть. Но в ту секунду, когда слова срываются с его губ, Хёнвон осознаёт, что больше никогда не будет достоин любви Чжухона. Между ними — стена. Слёзы, собравшиеся в глазах его парня, наконец падают по щекам — но больше Чжухон ничем не выдаёт, что он услышал слова Хёнвона. — Чжухон… Голос Хёнвона тает в мольбе, но Чжухон, как всегда, упёрый. Он смотрит в глаза Хёнвона своими пылающими и заплаканными, и взгляд его, несмотря на всё, остаётся твёрдым. Его глаза подстрекали Хёнвона на то, чтоб сказать «нет». Это был единственный вызов, который Хёнвон принял за всю свою жизнь.
