Часть 3. Возвращайся домой
26 ноября 2021 г., 12:19
Чжухон выглядывает из окна своего номера в отеле, смотрит на город, в котором провёл всё своё детство.
Если приглядеться, можно заметить увидеть киоск у дороги, где он проводил время после обеда, получая бесплатные закуски от владельца, обожавшего Чжухона и его друзей. Он смотрит на дорогу, ведущую к его школе. Он может ясно представить, как шёл по ней каждый день.
Менеджер вернулся в Сеул пораньше, чтобы встретиться с организатором следующего мероприятия Чжухона. Он не знает, чувствует облегчение или же волнуется. Ему ещё не приходилось сталкиваться с фанатами без своего менеджера под боком, но сейчас у него определённо больше свободы, и без менеджера можно походить по городу.
Все магазины словно не менялись; по улицам всё так же ходят его соседи, громко приветствуя каждого знакомого человека; всё так же стоят и дома, как будто нетронутые с тех пор, как Чжухон уехал. Так почему он чувствует себя туристом?
Он уже не хочет возвращаться.
Чжухон хватает кошелёк с телефоном и решает куда-нибудь пойти.
Когда он уехал отсюда пять лет назад, было начало зимы, и дни становились короче, а закаты начинались всё раньше и раньше.
В этот раз Чжухон вернулся домой в феврале — зима закончится через месяц, дороги покрыты снежком, и люди заворачиваются в миллион слоёв, чтобы не замерзать. Кажется, что он просто был в отъезде на пару месяцев — в отпуске, например — и теперь вернулся обратно. Хотел бы он, чтоб так на самом деле и было.
Прошло пять лет, и теперь Чжухон дома — потерянный, шатающийся бесцельно и одинокий. Он ходит по местам, где тусовался раньше; воспоминания сразу восстают в памяти, словно он заново их переживает. Этот грёбаный город, это жалкое место для домоседов, которые не выезжают отсюда ни разу за всю жизнь, словно не смогут вернуться, если когда-нибудь отсюда уедут…
Некоторые места Чжухону суждено покинуть.
Он задерживается ненадолго, чтобы проследить, как небо окрашивается в красный и оранжевый, и вокруг начинает сгущаться тьма. Он любил наблюдать здесь за закатами, когда был ребёнком.
День был создан для будничных реалий, для школы и училок, для людей, которые в него не верили, для того, чтобы молчать, когда кто-то спрашивает, чем он планирует заниматься в будущем. Чжухон ненавидел день.
С закатом приходила ночь — звёзды, которые были созданы для того, чтоб он их любил; когда тишина обрушивалась на город, и он засыпал во дворе у своего парня, успокоенный прохладным ветерком и нежными руками, мнущими его щёки, и мягкими поцелуями на его лице. Ночью была семья, верившая, что он прорвётся куда угодно, что он не просто тупой ребёнок, который устроится где-нибудь в офисе, когда станет взрослым. Ночью он видел сны ещё до того, как закрывал глаза. Ночью был Хёнвон.
Хёнвон, Хёнвон, Хёнвон.
Хёнвон, который был дома даже пять лет спустя. Хёнвон, который сбежал в день их встречи два дня назад. Хёнвон, который работал в ресторане — разве он не собирался окончить университет на факультете юриспруденции? Хёнвон, который говорил ему, что у него не получится, который ни разу не позвонил после той ночи, когда развернулся спиной к Чжухону и ушёл. Хёнвон, который врал, обещая вместе стать знаменитыми.
Хёнвон, Хёнвон, Хёнвон.
Когда Чжухон направляется обратно в сторону отеля, его глаза уже привыкают к темноте. Он поднимает взгляд на небо, но в эту ночь нет звёзд. Словно Вселенная над ним издевается.
— Чжухон-хён! — еле слышно звучит знакомый голос. Чжухон оборачивается и видит тёмноволосого парня, идущего к нему.
— Чангюнни! — Чжухон узнаёт его практически сразу даже спустя пять лет; волосы Чангюна теперь мягкие и чёрные вместо светлых, какими они были раньше, и большей части пирсинга теперь нет. Парень лучисто улыбается и обвивает Чжухона руками.
Он теряется в этом тепле. Прошло так много времени с тех пор, как он в последний раз обнимался — это его очень расстраивало (хоть он и знал, что это жалко). Чангюн отстраняется, вдоволь потеревшись об его плечо.
— Как много времени прошло! Я так скучал. Как ты?
Чангюн рассказывает ему о своей жизни, и Чжухон молча слушает, глядя на старого друга. Спустя пять лет Чангюн довольно сильно изменился. Ребёнок, которого он называл лучшим другом, раньше на вид был даже старше самого Чжухона, но теперь, без крашеных волос и пирсинга, он выглядит мягче, чем раньше.
Чангюн заканчивает рассказ о месте, куда поедет учиться, и кладёт руку Чжухону на плечо. Этот жест знаком до боли — они словно опять подростки, проводящие всё время в компании друг друга. Ужасное чувство сжимается у Чжухона в груди.
Он с болью осознаёт, как же долго его не было, что он буквально исчез из жизни Чангюна. Тот мило улыбается, ни капли не сердясь. Когда он искренне говорит Чжухону, что поддерживал его всё это время на расстоянии, того начинает сжирать чувство вины.
— Ты уже виделся с Хёнвоном-хёном? — вдруг спрашивает Чангюн. У Чжухона из головы вылетают все мысли, когда он слышит это имя.
Он думает о том, что Хёнвон убежал от него с красным лицом и трясущимися руками, не сказав ни слова. На Хёнвона, на прекрасного Хёнвона менеджер Чжухона смотрел свысока, а его фанаты не обращали внимания. Этот Хёнвон был потный и запачканный и всё равно затмевал всех в том ресторане.
Хёнвон, Хёнвон, Хёнвон.
Хёнвон, который повернулся к нему спиной даже в этот раз, который, наверное, хотел, чтобы Чжухон никогда не возвращался.
— Нет, не виделся, — отвечает Чжухон, сам удивляясь тому, насколько легко слова выходя наружу. — А как он там?
-----------------------------------
Чжухону потребовались все его силы, чтобы в ту ночь ничего не поджечь; он был невероятно зол. Он сел за обеденный стол, кипя в собственном гневе, и смотрел куда угодно, только не на Хёнвона. Мама Чжухона сидела на коленях возле его парня, в нескольких шагах от дивана. Хёнвон сидел, сгорбившись, и смотрел в пол, избегая взгляда Чжухона и перебирая что-то в руках. Чжухон не смотрел в ту сторону, не позволял себе переводить глаза на трещинки на губах парня, на синяк, который виднелся на этой стороне его лица, на большие глаза, красные и заплаканные. Когда его родители проснулись, услышав, что Хёнвон стучит в дверь, уже перевалило за час ночи. Чжухон прекратил ворчать, как только увидел старшего — дрожавшего, как осиновый лист на ветру и молча смотревшего на Чжухона умоляющими глазами. (Чжухон видел на руках парня синяки, видел, что он вздрагивает, когда кто-то говорит слишком громко или резко появляется перед ним, был у Хёнвона дома достаточно много раз и видел, что там Хёнвон делается меньше и тише, проходя мимо матери, и поэтому он понял, из-за кого Хёнвон такой.) В три часа утра он извинился за беспокойство, поклонившись им (и вздрогнув, на что они постарались не обращать внимания). Несмотря на то, сколько его уговаривали родители Чжухона, Хёнвон настаивал на своём. — Я и так доставил слишком много неудобств, и мне правда уже нужно домой. Спасибо, что позаботились обо мне. Чжухону не нравилось то, что Хёнвон уходит домой. Но он ушёл, не глядя на Чжухона. Потом они поговорили об этом. Чжухон опять расстроился, потому что ничем не мог помочь Хёнвону, потому что тот пока что слишком боялся просить помощи. Чжухон не мог унять ярость внутри. (Он знал, что причина этой ярости точно не в Хёнвоне.) «Трус», — подумал он.------------------------------
Чжухон сидит в своём номере. Это всё, на что он способен. Он вернулся домой после целых пяти лет жизни в другом городе, и сейчас он здесь такой же бесполезный, как и раньше. Ярость и горький привкус несправедливости поднимается у него в груди, подступает к горлу — он как желчь на вкус. (Чангюн сразу выложил ему всё, словно искал Чжухона только для того, чтобы рассказать ему о Хёнвоне.) Чжухон думает, что, может быть, нужно возвращаться в Сеул. («У его мамы рак».) Он, не помня себя, встаёт с кровати и идёт к чемодану, по пути собирая раскиданную одежду. («Он отказал университетам, которые приняли его, чтобы работать и оплачивать больничные счета».) Чжухон занимает себя, складывая вещи и аккуратно кладя их в чемодан. Кихён бы им гордился. («Но даже после того, как его мама умерла, он не пошёл в университет».) Чжухон идёт назад в ресторан.
