Насколько хорошо ты владеешь языком?

Эйдин был в восторге от новой обстановки: непривычно огромный дом, шикарные условия жизни, вкусная еда. Да что уж прибедняться — даже его комната выглядит так, будто он попал в апартаменты самого президента. Огромная мягкая кровать, шкаф, который ему удалось заполнить лишь на четверть своими скудными пожитками, а из панорамного окна открывается шикарный вид на сад. Дин уже успел наделать, кажется, миллионы фото и видео. Только вот какая жалость — им так и не суждено быть отправленными друзьям или родственникам, ведь контракт запрещает делиться такой конфиденциальной информацией как место проживание айдолов. Поэтому он вынужден смириться с этой жалкой участью и продолжать в одиночестве наслаждаться данными ему прелестями. Поначалу эмоции били через край: восторг, радость, ликование, но спустя неделю… Бэйлис устал от жизни, как по сценарию. Ранний подъём, утренняя зарядка в тренажёрном зале, завтрак с остальным стаффом, уйма свободного времени, которое уже не знаешь, как проводить, вечером занятия с Чимином и бесконечные прогулки по территории. Всё наскучило до такой степени, что парень уже засомневался, а подарком ли судьбы это всё было? Больше походит на наказание. В очередной раз прогуливаясь снаружи, парень решил исследовать новые места, ранее скрытые от взора. Обойдя дом, он забрёл практически к концу сада. Высокие стены ограждения не открывали никакого обзора на то, что находилось за пределами комплекса. Углядев высокое дерево в углу, парень решил расположится у подножья и почитать принесённую с собой книгу — какой-то детектив, названия которого он даже не удосужился прочитать. Удобно устроившись на прохладной земле, он принялся за дело, предварительно воткнув наушники и включив классику — так, для атмосферы. Полностью поглощённый чтением, учитель не сразу заметил мелькающие неподалёку тени. Но те неумолимо приближались, что не могло не привлечь внимание. Испугавшись, что это может быть охрана, Дин слился с природой: стал тише воды, ниже травы. Убавив громкость, он внимательно прислушался, пытаясь уловить, о чём говорили между собой те люди. — Сколько раз мне нужно повторить, чтобы до тебя дошло? Я не хотел, чтобы так получилось! Тебе легко упрекать меня в проблемах, которые, на минуточку, создаю отнюдь не я. Это Юнги ведёт себя, как долбоёб! Я не рассчитывал на то, что тот разговор приведёт к таким последствиям. Это должно было остаться только между нами, — голос до жути знакомый, Эйдин вытаскивает наушники, чтобы получше расслышать. — Ты должен был понимать, на что идёшь. Это в любом случае отразилось бы на ваших взаимоотношениях, а следовательно, и на всей группе. А теперь ты просто перекладываешь вину на него. Не стоило делать этого, если ты не в состоянии самостоятельно отвечать за свои слова и поступки! — второй голос, более грубый и низкий, становится всё ближе, из-за чего Дину приходится незамедлительно вскочить с влажной земли и спрятаться за широким стволом дерева. Голос в голове говорит, что ему не стоит, как сталкер, прятаться тут и подслушивать разговор, однозначно не предназначенный для его ушей, но ноги будто приросли к земле. — Я не виноват, что он оказался такой сволочью! Думаешь, мне не больно? Я открылся ему, высказал всё, что так долго носил в себе, что разъедало меня с каждым днём. Я не мог больше выносить эти муки. Хах, — какой-то отчаянный и нервный смешок вырвался из уст парня, — а на деле он просто переживал мои чувства и выплюнул, смачно растоптав меня и все те отношения, которые мы выстраивали уже долгие годы, — теперь Дин узнал этот голос. Матерь Божья, это же Чимин! Ему точно не стоило стоять тут и слушать. Сухая ветка громко треснула под ногой, что не осталось без внимания парней, а учитель не придумал ничего лучше, чем пулей сорваться с места и рвануть в сторону дома — только пятки засверкали. — Только не говори мне, что это был кто-то из стаффа, — глаза Намджуна в ужасе округлились, — блять, если об этом узнают наверху, нам конец! Ну почему это дерьмо свалилось на меня именно сейчас? — парень тяжело вздохнул, зарываясь в волосы пальцами и с раздражением прикусил губу, — чего ты стоишь, как истукан? Побежали за ним, надо заткнуть ему рот, пока он не растрепал это всем остальным! Пак растеряно смотрел на стремительно удаляющуюся фигуру и осознавал, что это был, к несчастью или нет (?), его учитель английского. Оставалось надеяться, что парень не успел ещё подружится с остальным персоналом и Чимин сможет заставить его сохранить всё услышанное в тайне. — Подожди, я знаю, кто это. Он мой преподаватель английского. Иди к остальным, а я поговорю с ним один-на-один. Он никому не расскажет, он всего лишь неделю тут. Не думаю, что он нашёл свободные уши за такое короткое время. Не парься, я всё улажу, — Пак одобряюще похлопал друга по плечу и побежал в сторону кампуса.

***

С силой захлопнув за собой дверь, Эйдин прижался спиной к ближайшей стене и на дрожащих ногах сполз по ней на пол. Дыхание сбито к чёрту, в голове каша: — Чёрт, я как всегда… Не в то время и не в том месте, — парень прикрыл глаза и попытался восстановить нормальное дыхание. Ну и чёрт бы побрал его пойти туда сегодня вечером. Не сиделось ему в тёплой комнате! И что теперь делать? Можно уже начинать прощаться с работой. От размышлений отвлёк громкий звук приближающихся к его двери шагов. Ну вот, — подумал парень, — по мою душеньку пришли. — Эйдин-хён, открой, пожалуйста, — настойчивый стук в дверь. Нет-нет-нет, ни за что, — испуганный взгляд кинулся на замок, который парень в таком состоянии забыл закрыть. Осознание этого пришло слишком поздно, когда дверная ручка уже медленно опускалась вниз. В комнате показалась тёмная макушка. — Не пугайся, я пришёл спокойно поговорить, — Пак тихо прикрыл за собой дверь и подошёл к парню, которого уже вовсю колошматило на полу, — вставай. Дин с ужасом отшатнулся от протянутой ему руки, ещё сильнее вжавшись в стену. Сердце стучало так, будто вот-вот пробьёт к херам собачьим грудную клетку: — н…нам с тобой не о чем говорить, вроде как, — язык предательски заплетается, как если бы он успел накатить рюмку-вторую, что, в принципе, в данный момент не помешало бы. — Я о том, что ты услышал на у… — Я ничего не слышал!!! — перебил парень, не дав тому договорить, — я был в наушниках и читал книгу, а сбежал только потому, что подумал, что это были охранники. — Правда? Тогда чего трясёшься, как осиновый лист? Тоже из-за охранников? — хмыкнул Чимин и всё же схватил бедного юношу за запястье, резко потянув вверх и поставив того на ноги. — Если бы тебе нечего было боятся, ты бы так не отпирался, не думаешь? — Это просто из-за стресса. Я честное-пречестное ничего не слышал про… — вовремя (или не совсем) осёкся учитель. — Про что? — тон уже более строгий и настойчивый. — Давай договоримся так: ты закрываешь свой рот на замок и даже не пикаешь никому о том, что случилось, а я не допускаю того, чтобы тебя за такие знания где-нибудь отмудохали, а затем избавились от тела, усёк? — Д-да что ты такое г-говоришь… Я не смогу ничего разболтать о том, чего сам не слышал, — тихо произносит парень, уткнувшись в такой интересный в данную секунду пол. — Вот и умничка, — Чимин одобрительно провёл своей ладонью по щеке напротив, — и, к слову, о чём ты там подумал, когда услышал наш разговор? Решив немного приврать для лучшего расклада, Дин отвечает, что услышал лишь о том, что у ребят какие-то внутренние конфликты, причину которых он расслышать не успел. Пак облегчённо вздыхает и отпускает зашуганного блондина. Кинув на прощание, что там пустяки, он так же тихо покидает комнату, оставив опешившего блондина один-на-один со своими мыслями.

***

SYML — Where`s my love

Немного придя в себя, Эйдин решает пойти в душ и смыть с себя весь груз, а заодно и подумать, как ему теперь жить с информацией о том, что его ученик, как выяснилось, по мальчикам. Не то, чтобы Дин был гомофобом. Скорее как раз наоборот. Парень ещё в средней школе поймал себя на мысли, что в раздевалке ему довольно-таки нравилось засматриваться на подкаченные тела одноклассников. Поначалу он гнал от себя такие домыслы, пока однажды во сне к нему не явился образ симпатизирующего ему одноклассника, который жёстко втрахивал парня в кровать. Утром он почувствовал, что в боксёрах стало заметно теснее. Может быть, именно в тот момент он принял в себе то, что пол для него особого значения и не имеет. Единственное что — в его стране это открытие ничего хорошего не сулило. Подойти и признаться парню в своих чувствах было чем-то из разряда фантастики, если, конечно, тебе дорога твоя жизнь и репутация в школе. Поэтому до самого её окончания Бэйлис глубоко закопал в себе все порывы и просто ограничился «самопомощью». Естественно, у него были отношения с девушками, но все они продлились относительно недолго. В какой-то мере он даже встречался с ними для того, чтобы не выделяться в кругу друзей и быть способным поддерживать разговоры о «тёлочках». Однако особого удовольствия подобные связи ему не приносили. С поступлением в университет круг общения кардинально изменился. Особенно после одной вечеринки… За очередной игрой в «Правду или действие» блондину выпало задание поцеловаться со своим одногруппником. Всё бы ничего, если бы чуть позже тот не поймал его в тёмном коридоре и не признался в том, что поцелуй ему очень даже понравился. Так Дин и познакомился со своим первым парнем и «первой любовью». С тех пор жить стало как-то проще, хоть и приходилось скрывать свои отношения от окружающих. Всё же, не очень хотелось на первом же курсе стать объектом всеобщих насмешек и издевательств, а в его маленьком городе это случилось бы непременно. Но, как говорится, счастье любит тишину? Отношения с Яном нельзя было назвать идеальными. Более того, адекватный человек сразу бы сказал, что это были те самые «токсичные» отношения. Но розовые очки не давали Эйдину этого увидеть последующие 2 года. Эмоциональные качели хорошо компенсировались жарким сексом, не позволяя пелене слететь с глаз наивного юноши. Ян же был последним мудаком: наедине усыпал Дина комплиментами, мастерски вешал лапшу на уши, пока сам ночами изменял тому с левыми девушками в надежде доказать окружающим (или себе?), что он не гей. Во время дружеских посиделок он не ограничивал себя ничем и мог запросто трепаться об очередной шалаве, которая так шикарно, по его словам, отсосала ему прошлой ночью. И всё это он говорил на глазах у Дина. Но если два года он смиренно терпел это всё и верил словам о том, что «любит» Ян только его, то к концу второго курса случилось то, что стало последней каплей. В очередной раз развлекаясь со своими друзьями, его парень заметно перебрал. Его грязные поцелуи с какой-то девкой блондин ещё смог бы вынести, но Ян решил ляпнуть на глазах у всех о том, что Эйдину тоже не помешало бы провести время «весело», или же он боится признаться другим, что он — педик? На вечеринке сразу же стало тише, а по комнате пошли тихие перешёптывания и смешки. Поймав на себе пару взглядов, полных отвращения, Дин не стал раскрывать тайну его уже бывшего парня, решив не опускаться до его уровня. А может быть он просто боялся, что ему никто не поверит. Ведь только он никогда не изменял и действительно не рассказывал ни разу остальным о своих отношениях с девушками (их и не было). Никто бы Дину даже не поверил, начни он гнать на Яна. Поэтому парень решил просто сбежать. На следующий день Ян пришёл к нему с очередными извинениями и даже начал упрекать в том, почему Дин ничего не отрицал. Пообещав самому уладить ситуацию, он принялся опять «замаливать свои грехи», но Эйдину от этого стало настолько противно, что он не постеснялся даже хорошенько вмазать парню, когда тот полез ему в трусы. Поймав ошарашенный взгляд, он лишь тихо прошипел: — Убирайся. К его удивлению, тот даже не стал сопротивляться и просто ушёл, напоследок бросив, что сделает всё возможное, чтобы Бэйлису было не жить. А мир вокруг парня рухнул. Пришло осознание того, насколько глупым он всё это время был, сколько всего не замечал и как позволял с собой обращаться. Стало мерзко от самого себя. Насколько же низкой у него была самооценка, чтобы допустить такое? Слёзы градом сыпались из глаз, опаляя щёки. Единственный раз в жизни он позволил себе уйти в запой на несколько дней, оборвать все связи с окружающими и просто дать себе время для самокопания. Ещё спустя неделю он забрал документы из теперь уже ненавистного универа и осчастливил семью новостью о том, что он переезжает в другой город. Столица встретила его с распростёртыми объятьями. Он никогда бы не подумал, что найти работу будет настолько просто. Отложенных денег хватило на первое время, чтобы снять комнату. Его соседом оказался приятный парень лет двадцати пяти. Он не расспрашивал особо ни о чём и в душу не лез, за что Дин ему был премного благодарен. А устроился блондин в онлайн-школу английского языка, что позволило ему сделать какое-никакое, а образование. Преподавая детям, он понемногу забывал о всех проблемах и вдохновлялся. Эйдин решил, что как только заработает достаточно денег, пойдёт на курсы и доведёт свой английский до совершенства и продолжит изучать корейский, чтобы осуществить давнюю мечту. Как выяснилось, потребовалось ему на это чуть более 5 лет. За это время он понял, что жизнь в большом городе кардинально отличается: люди тут свободные, счастливые, вокруг уйма возможностей. Даже к геям тут относились намного лояльнее, но парень больше не рисковал открываться — старые раны ещё неприятно саднили сердце. Да и времени на отношения не было, поэтому он лишь изредка позволял себе случайные связи в «friendly space» клубах — и на том спасибо. Всё свободное время он уделял саморазвитию и уходу за собой: отрастил волосы, перекрасился, стал ухаживать за кожей, ходить в тренажёрный зал, даже медитация оказалась не таким уж и бесполезным занятием. Жизнь стала лучше и он, усовершенствовавшись в своих знаниях и психологически, а также собрав нужную сумму, полетел навстречу к мечте — в Корею. А большего ему и не надо.