Судьба поставлена на карту

***

— Здравствуйте, мне тест на беременность, — быстро сказала я. — Какой?       Полненькая женщина, которой явно за сорок, с неумело накрашенными стрелками и синей тушью смотрела на меня с осуждением. Мне было плевать, так что все также без какого-либо смущения продолжила: — Самый дешевый.       Она закатила глаза, а затем вернулась с маленьким пакетиком. Я знала, что для точности нужно покупать несколько, но мне было жалко денег. — Девяносто восемь, — недовольно пробубнила она. — Такая молодая, а уже такая…распутная. Тьфу! — Не переживайте, вас тоже когда-нибудь трахнут, — сказала я ей на прощание. — Хамка!       Я вышла на улицу и сделала глубокий вдох. Хоть и выглядела спокойной, на самом деле жутко переживала. Задержка девять дней, такого никогда не было. Сейчас для полного счастья только залететь не хватало. У меня и так в жизни в последнее время череда идиотских событий. Если бы мне кто-то сказал, что я буду ночевать сегодня с этой…       Я не понимала, куда она меня ведет, просто шла за ней, уже смирившись. Я понимала, что гордость придется утихомирить, потому что это мой единственный шанс не откинуться.       Через пять минут я увидела тачку. Дорогую тачку, и я очень удивилась, когда поняла, что владелица этой красоты — Полина. Неужели игрой в карты смогла столько заработать? — Садись, че стоишь, — бросила она мне, а затем села в машину.       Меня сейчас могли увезти куда угодно, хоть в лес, а затем там закопать, и все-таки я села. Хуже уже точно не будет.       Я залезаю на переднее сидение и пристегиваюсь. В машине холодно, но я знаю, что через пару минут станет тепло. — Куда мы едем? — Решила поинтересоваться я, приличия ради. — Ко мне.       Сказать, что я удивилась, это не сказать ничего. Хотя, куда еще она может меня отвезти? Адрес моего дома не знает, адреса моих друзей и родственников тем более. Да и что мне там делать?       Мне не нравилась эта идея. Мне не нравилась одна только мысль, что мне придется пережить эту ночь рядом с ней. И я очень надеюсь, что у нее большая квартира, и там нет ее любовника. Или… Любовников? — Ты за рулем в нетрезвом состоянии, — вдруг опомнилась я. Конечно, в ночное время очень мало машин и вероятность попасть в аварию уменьшается, однако она все еще имеет все шансы врезаться в столб или не справиться с управлением. — Зайчик, ты и так сдохнешь, тебе терять нечего.       Я знала, что она права, от этого, конечно, легче не становилось. Не понимаю, чем она руководствуется. Бесит меня до дрожи в коленях, такая самоуверенная! Думает вот сейчас, что спасительница, что я без нее не смогу. Да, сейчас я уязвима, сейчас я чувствую себя слабой, но это до поры, до времени. Хотя, я надеюсь, что сегодня наша последняя встреча, и мы больше никогда не встретимся. Я ее обыграла, интерес к ней пропал, так что смысла в нашем дальнейшем взаимодействии не вижу. Пусть думает что хочет, если вообще умеет думать. — А вот и нет. Без тебя бы справилась, — защищаясь, говорю я.       Я смотрю на нее, а она улыбается. Впервые за сегодняшний вечер. И ежу понятно, что это совсем не искренняя улыбка, она просто надо мной смеется, потому что мы обе знаем, что я не права. — Продолжишь в том же духе — молниеносно вылетишь из машины. — Зачем вообще тогда было меня брать с собой? — А я бы оставила, воспитание, увы, не позволяет. — У тебя разве оно есть? — О, да, чего не скажешь о тебе.       Перепалку продолжить хотелось мне безумно, но я понимала, что у любого человека рано или поздно закончится терпение, а у нее, скорее всего, рано. Сейчас выведу ее из себя и останусь ночевать на этом безлюдном шоссе. Не хватало, чтобы какие-то дальнобойщики приняли меня за проститутку и изнасиловали.       Мы наконец-то приехали в какой-то элитный район. Прежде чем туда заехать, мы проезжали через шлагбаум. На территории жилого комплекса стояли в два ряда несколько домов. Не очень высокие, этажей десять где-то. Между ними чудесной красоты сад, который я разглядела даже в такую темень: ажурные фонари казались достаточно мощными. Квадратной формы кусты выстрижены идеально. Посередине — детская площадка из дерева, которая идеально сюда вписывалась. Я бы еще с большим удовольствием понаблюдала за красотами этого места, однако очень быстро оказалась на подземной парковке. Такое вижу в первый раз.       Она быстро припарковалась и сразу же вышла из машины, не считая нужным сказать мне хотя бы одно слово. Слава богу, дурой я не была, так что самостоятельно открыла дверь, а затем с особой ненавистью ее хлопнула. — Если ты сломаешь тачку, то я даже боюсь представить, что с тобой сделаю, — мимолетно произнесла она, копаясь в багажнике. Даже не посмотрела на меня, эта реакция меня не устроила, так что я начинала думать над тем, как можно позлить ее еще.       Я так и не поняла, зачем она полезла в багажник и что оттуда взяла, но вопросов задавать не стала. Ее жизнь мне совершенно не интересна.       Мы молча пошли к лифту. Она нажала на кнопку, а затем уставилась на его двери, словно о чём-то задумалась. Я тоже не стала на нее смотреть, но тишина меня раздражала, и я хотела о чём-то поговорить.       Двери лифта открываются, она быстро заходит и нажимает на кнопку самого верхнего этажа. Как будто бы уверенная в том, что я зайду. И я захожу, хотя могу ночевать на этой парковке, на этом холодном полу. — Спасибо, — мямлю я. Мне максимально не хотелось ее благодарить, потому что она того не заслуживает, но по-другому я не могла. У меня тоже было воспитание, пусть она и говорила об обратном. — Не слышу, — сказала она с издевкой, облокотившись о стену лифта и скрестив руки у груди. Опять этот взгляд превосходства. Ей все время удается быть на шаг впереди, кроме сегодняшней игры в карты, конечно. — Да иди ты, — обиженно прошептала я, отвернувшись.       Я почти сразу почувствовала, как на мои плечи легли ее сильные руки. Сильные, потому что она зачем-то сжала мои бедные плечи… А затем наклонилась к правому уху, да так, что я тут же почувствовала запах ее парфюма. Уже другого, не тот, что был в нашу первую встречу. — Какие мы нежные.       Я вздрогнула от неожиданности. Не знаю, что у нее за идиотская привычка шептать мне на ухо, но она мне абсолютно не нравится. Сбивает меня с толку…       Двери лифта открываются, она выходит и звенит ключами, что держит в левой руке. Если задуматься, я ночую у девушки, которую вижу второй раз в жизни, которая неожиданно появилась в моей жизни, неизвестно откуда. Непонятно, кто она и что из себя представляет. Может, вообще эскортница с ее-то деньгами. Не верю, что девушка может такие заработать сама. Так что, вполне вероятно, что меня сейчас ждет что-то ужасное. Может, убьют и продадут на органы? Надеюсь, смерть не будет мучительной.       Она останавливается у двери в конце коридора. Ловко открывает ее и пропускает меня внутрь первой. Это было не похоже на нее, так что я растерялась, но все-таки спустя пару секунд зашла в квартиру.       Мне стало некомфортно уже в прихожей. Не люблю ходить в гости. Точнее люблю, но к близким людям, у которых я была уже много раз и чувствую себя, как дома. Здесь же обстановка мне совершенно не знакома. Я вообще не вписывалась в этот пейзаж. Справа от меня находились две деревянные тумбы. Они довольно большие. Правда, даже предположить не могу, что она там хранит. Свою бесчисленную обувь? На одной из тумб стояло одинокое растение. Кажется, драцена, хотя, не такой уж она и большая, да и выглядит странно. Искусственная что-ли?       Полина снимает сапоги и прямо в пальто уходит куда-то вглубь квартиры. Растерянная я остаюсь совсем одна. Еще не поздно отсюда уйти. Позади меня дверь, в дверном проеме которой находятся ключи. Пара секунд и я окажусь на свободе. Хотя, наверное, меня и так никто не удерживает.       Я снимаю ботинки и расстегиваю куртку, которую вешаю на крючок справа от меня. Тут было всего три крючка, но ни на одном из них не было никакой, даже самой маленькой вещицы. Меня одолевает жуткое любопытство, куда она ушла, и я уже собиралась пойти за ней, как она неожиданно оказалась рядом со мной. — Голодная? — Интересуется она, заходя на кухню, которую я даже и не заметила сначала, хотя она была самой ближайшей комнатой ко мне. — Нет, — соврала я.       Полина задает много дурацких вопросов, выводя меня из себя. Конечно, я голодная, не ела уже несколько часов и, видимо, не поем в ближайшие. Однако еду у нее я принять не смогу. Она и так оказала мне помощь, не хочу чувствовать себя еще более неловко. — А я голодная.       Я захожу на кухню просто огромных, на мой взгляд, размеров. У нас дома кухня всего шесть квадратных метров, у Славы чуть больше, у Оли, наверное, как моя, а эта… Я впервые вижу такой простор.       Посередине стоял длинный серый стол и высокие барные стулья, на один из которых я села, наблюдая, как она достает какие-то кастрюли. На самом столе стояла ваза с пионами. Кто ей дарит такие дорогие цветы? Она точно эскортница. — На личного повара денег не хватило? — Пытаясь ее задеть, спросила я.       Она обернулась и с каким-то удивлением нахмурилась. — Вообще-то я и сама хорошо готовлю.       Я не понимала, что тут делать и куда себя девать. Достала телефон и расстроилась, что на него за последний час не пришло ни одного уведомления. Интересно, Оля действительно спокойно спит, когда я неизвестно где?       Пока паста варилась в кастрюле, Полина залезла в ящик и достала какую-то странную длинную палочку. Сначала я подумала, что это бенгальский огонь, видимо, у нее все еще новогоднее настроение. Правда, когда девушка эту палочку подожгла, никаких ярких огней не случилось. Она медленно тлела, и я не сразу поняла, какая от нее исходит вонь. — Боже, что это за ужас? — Спросила я, закрывая нос левой рукой. — Не ужас, а благовония. — Какое от них может быть благо?       Она закатила глаза и ничего мне отвечать не стала, вместо этого сняла с руки резинку для волос, которую я раньше не замечала, и сделала себе небрежный пучок. Почему-то сейчас она кажется мне особенно красивой, но это не отменяет того факта, какой отвратительный она человек на самом деле!       В конце концов, ее паста приготовилась. Так как я есть наотрез отказалась, она положила порцию только себе. Забралась на барный стул напротив меня, поставила справа от себя дорогой ноутбук и принялась за еду. Я не знала, что она там с таким увлечением смотрит, но в какой-то момент она прошептала: «Ах, вот оно что» и посмотрела на меня.       Мне плохо удавалось скрывать, с каким желанием я смотрю на ее еду. И, кажется, это заметила и она. Ее вилка со звоном приземлилась о край тарелки, а сама она встала и направилась к той кастрюле. Взяла новую тарелку и положила туда результат своей кулинарной деятельности. Ну, а потом небрежно поставила эту тарелку около меня. Видимо, это означало: «Так и быть, я поделюсь с тобой едой, потому что твой пристальный взгляд меня раздражает». — Спасибо, — буркнула я и принялась есть.       Это оказалось очень вкусно, правда. Я креветки ела за свою жизнь всего пару раз, а она готовит с ними пасту себе на ужин. Не понимаю, почему, если у людей так много лишних денег, они не способны делиться ими?       Я жадно глотала еду, как будто меня месяц держали в темнице с жалким кусочком хлеба. И я была очень благодарна Полине, что она не делала на этом акцент. Такое ощущение, что она вообще на какой-то момент забыла о том, что сейчас я нахожусь в ее квартире. Неужели она не боится? Не думает, что я что-то украду? А я ведь могу.       Как только Полина закончила есть, она резко закрывает крышку ноутбука, словно не считает нужным относиться к дорогим вещам бережно. Конечно, зачем? Когда у тебя много бабла, можно хоть каждый день покупать ноутбуки… — Уже почти утро, надо идти спать. Учти, у меня всего одна кровать.       А вот эта новость меня ужаснула. Спать с ней я не буду точно. Даже близко не хочу с ней находиться. Предпочитаю соблюдать дистанцию хотя бы пару метров. — Нет! — Что нет? — Я не буду с тобой спать. — Ладно, — равнодушно произнесла она, пожав плечами. Еще минута и на кухне я остаюсь одна. Я все-таки рассчитывала на то, что она меня будет уговаривать. Потому что в последнее время у меня была маленькая надежда, что в ней есть хотя бы капля сочувствия, но, видимо, я ошибалась. Ей абсолютно плевать, где я буду ночевать. И ее можно понять, но зачем вообще тогда было начинать эту игру в альтруизм.       Я вышла из кухни. В коридоре находилось несколько дверей, но я не знала, какая из них ведет в ее спальню. Туда я попадать точно не хочу. Чувствую себя героиней квеста, которой нужно выбрать нужную дверь, чтобы не умереть.       Я открываю ближайшую и оказываюсь в гостиной, где меня сразу поразили стены из декоративного кирпича. Здесь был огромный телек и просторный диван, на котором я и решила спать. Да, без подушки и одеяла, но зато в тепле и без ее присутствия. Я не знала, как тут выключить свет. Не видела ни одного выключателя, так что пришлось засыпать при свете. Интересно, это тоже одна из причуд богатых? Забить на плату за электричество и не выключать свет?       Тут было холодно, и мне пришлось свернуться калачиком, чтобы не замерзнуть. Кажется, в последнее время меня постоянно преследует холод.       Я уснула практически сразу, потому что жутко устала. Да и после еды мне все время хочется спать. Наверное, кушать ночью — плохая идея, но мне было плевать. Она же ест, а у нее, между прочим, потрясающая фигура, так что все это стереотипы.       Честно говоря, я совсем не помню, как уснула, зато я точно помню, как проснулась. Что удивило меня больше всего — на мне было одеяло, которого точно не было, когда я засыпала. А еще я услышала громкую трель телефона и, чтобы не разбудить Полину, почти сразу сняла трубку, даже не посмотрев, кто звонит. — Але? — Привет, Санек. Ты это…пойдешь с нами гулять? — Оль, тебя не волнует, где я вообще ночевала? — А где? Ты же жива осталась, так что все окей. Так пойдешь или нет? — Нет! — Продолжала шептать я. — Я даже не знаю, в каком я районе. — То есть, как? — А вот так. Меня эта Полина увезла к себе домой, потому что ей, видите ли, жалко меня стало. — Прикол. Ты должна этим воспользоваться!       Я немного смутилась. Как я могу этим воспользоваться? Все-таки украсть у нее деньги и отдать Тихому? Черт, я и забыла, что должна ему… — Как? — Изумленно спросила я. — Полазь у нее в шкафах, сто процентов найдешь что-то интересное. Отвечаю тебе, она какая-то мутная.       На этом наш странный разговор закончился. Я серьезно задумалась над ее словами. Меня одолевало любопытство. Полина действительно была какая-то странная. Я даже не уверена, что это ее настоящее имя. Откуда она вообще меня нашла? Кто ей рассказал? Почему захотела со мной сыграть?       Я вышла в коридор, прошла на кухню, но ее там не было. Значит, все еще спит. Отлично! Вернувшись в гостиную, я прикрыла дверь. Немного подумав, я все-таки решилась на этот поступок. Во-первых, я уделю этому буквально пару минут. Во-вторых, если что, я услышу ее шаги, она же не приведение какое-то. И в-третьих, я должна найти ответы на свои вопросы.       Я села на пол и выдвинула ящик, который находился под телевизором. Куча каких-то непонятных документов: квитанция об оплате электроэнергии, обязательное медицинское страхование… Так, а это что? Судебная повестка? Романовской Полине Игоревне. Это она что-ли?       Мои глаза тут же бросились читать эту бумажку. Получается, я нахожусь в квартире у преступницы? — Интересно?       Я вздрогнула и резко обернулась. Она стояла, облокотившись о дверной косяк, в совершенно расслабленной позе. Ее пальцы зажимали тонкую сигарету, и казалось, словно ее совершенно не беспокоит, что происходит сейчас в ее квартире.       Если честно, я ужасно испугалась. Я почувствовала, как мое сердце начало биться сильнее. Так и знала, что у Яшкиной идиотские идеи и ей доверять нельзя. Из-за волнения мой мозг выдал самую тупую отмазку из всех возможных: — Это не то, о чем ты подумала. — А о чем я подумала?       Полина медленной походкой направилась к дивану и отодвинула одеяло, словно не желая касаться того, чего касалась я. Она не подошла с истерикой ко мне, не отобрала все бумажки, которые все еще находились в моих руках, и не начала читать мне лекции. Девушка сидела и медленно выдыхала едкий дым, который я почти сразу почувствовала. Может, она все-таки приведение? Иначе, как можно объяснить, что я ее не услышала? Я точно помню гробовую тишину. — Слушай, я… — Еще не придумав толкового оправдания, я начала говорить, но почти сразу была перебита. — Рассказывай. Кто ты такая, зачем ходишь в казино, и кто тебя туда послал.       Думает, что я воришка? Но тогда бы я сразу с удовольствием согласилась поехать к ней. Не сходится. У богатых людей всегда есть враги, наверняка думает, что меня нанял какой-то ее конкурент, чтобы найти на нее компромат и уничтожить репутацию. Правда, она первая позвала меня на игру, а до этого мы не были знакомы. Пазл в голове никак не складывался. — Резче, мне некогда с тобой возиться, — уже куда строже сказала она.       Я понимала, что логично было бы рассказать про Тихого, потому что это правда, но предавать друга я не собиралась. Во-первых, это мерзко. Во-вторых, я ему клялась, что ни одна живая душа не узнает. — Я ничего тебе не скажу, — выпалила я, небрежно бросая бумаги на место. — И вообще мне пора.       Я встала на ноги и направилась к двери. В конце концов, что она мне сделает? — Значит, по-хорошему не хочешь? Ладно, — она встала и подошла ко мне. Мне пришлось остановиться, потому что хотелось понять, что в ее понимании «по-плохому». — Либо ты все рассказываешь мне во всех подробностях, от начала и до конца, либо…твой парень отправляется в долгое путешествие в места не столь отдаленные за приобретение, хранение и распространение наркотических веществ.       Я чувствовала, что побледнела. Такого точно не ожидала. Черт возьми, кто ты такая?