Правосудие для Харпер

Ву пришёл на работу, испытывая настоятельную потребность проскользнуть в кухонный закуток незамеченным, чтобы выпить чашку кофе. Если повезёт, ему удастся какое-то время не попадаться на глаза начальству, а там, глядишь, появится кто-то из родственников Донны, увлекавшейся фотографией, а дальше… Дальше он не загадывал, потому что прекрасно понимал, что не сможет бегать от Харпера вечно. А со своим «везением» он оглянуться не успеет, как снова окажется зажат начальником в свободной допросной или каком-нибудь тёмном углу. Как видно, мироздание сжалилось над ним, послав для начала напасть масштабом поменьше. Кофемашины не оказалось на месте. Её забрали то ли для ремонта, то ли для обслуживания. Изучив имеющиеся альтернативы, Ву обратил внимание на коробочку с ёмкой надписью на китайском, гласившей: «Чайник». То, что она принадлежала Ли, он знал точно, но всё равно, глядя на неё, колебался. Следовало ли считать, что они с начальником в таких отношениях, когда можно без спроса взять его чайник и его чай? О том, что тот без спроса взял его самого, Ву старался не думать, потому что это только больше всё усложняло. Он в нерешительности повертел коробку в руках. Совсем небольшая, умещающаяся на ладони и, как и следовало ожидать, лёгкая. Пожелтевшая от времени ткань, обтягивающая плотный картон, была неприятно шероховатой. Он расстегнул пуговицу – петля, на которую закрывалась крышка, держалась на честном слове – и заглянул внутрь, но обнаружил совсем не то, что ожидал. На мягкой обивке под фольгированным пакетом без наклейки покоилась небольшая белая гайвань. В кухонный закуток зашёл Джим и тоже огорчился, не найдя кофемашины на обычном месте. И конечно же увидел Ву с чайной посудой начальства. Отступать было некуда. Пришлось ознакомиться с содержимым пакета, придав себе такой вид, будто это в порядке вещей. Внутри оказались старые чайные головы. Он взял одну, ополоснул гайвань горячей водой, затем промыл чай. Повторение привычных действий помогло отвлечься, чтобы не ощущать на себе чужой удивлённый взгляд. Но по той же причине Ву пропустил момент, когда за напарником подтянулся Гривз. За спиной раздался обидный смешок. – Я-то думаю, откуда рыбой несёт? – он ещё нарочно встал так, чтобы его остроты было слышно в общей комнате и говорил погромче. – Что, Ву, ностальгия замучила? Могу найти телефончики пары кисок, которым нравятся парни с хорошо подвешенным язык. Сделав вид, будто не понял его намёк, Ву поднёс крышку гайвани к лицу, чтобы проверить чай, и разумеется, никакого запаха копчёной рыбы не уловил. Аромат был преимущественно ореховым и, надо сказать, весьма многообещающим. Он не поворачивался, но услышал быстрые решительные шаги. Это была Келли, она специально оторвалась от работы, чтобы принять его сторону в конфликте, раздуваемом одним из детективов. Практикантка остановилась прямо перед Гривзом и упрямо вздёрнула подбородок – из-за разницы в росте ей приходилось смотреть на мужчину снизу-вверх – и уперев руки в бока. – Вообще-то, детектив, у Ву есть девушка, – практикантка напустилась на Гривза прежде, чем Цай вмешался. Гривз с прищуром посмотрел на неё, соизмеряя их силы. Перевес был явно не в её пользу, однако Келли, даже находясь в заведомо невыгодном положении, не пасовала перед старшим по званию. Маку стоило поучиться тому, как она сохраняла инициативу. – Представьте себе, – продолжала она, воспользовалась всеобщей заминкой, – не всем приходится искать новую подружку после одного раза. – Это ты по своему опыту? – оскалился детектив. – И много у тебя было парней? – А у вас? – с невинным видом поинтересовалась Келли. Гривз побагровел. Джим поставил чашку в раковину. Он как всегда заставил бы напарника утихнуть, извинился бы за его сальные шуточки, сказал бы за Келли, что та вовсе не собиралась переходить на личности, сгладил бы углы, но Ву опередил его, громко хлопнув в ладоши. – Ну, хватит, – сказал он с нажимом. – Мы здесь не личные вопросы решаем, а рабочие. – У нас сегодня с самого утра не заладилось, – извиняющимся тоном проговорил Джим и отдал Гривзу кружку со свежезаваренным растворимым кофе, которую только что собирался сполоснуть, даже не отпив. – Лучше бы Лис снова подсунул тебе этого своего родственничка, всё равно ты им уже один раз занимался, – забурчал Гривз. – Кстати, вы с Келли ничего нового не притащили? Нога, может быть? Или какая-нибудь часть поинтереснее? Он поглядел на Келли с многозначительным прищуром, однако та лишь ещё выше задрала подбородок, всем видом показывая, что её не проймёшь подобными мелочами. Цай заметил, как на скулах детектива заиграли желваки. – Целое тело, – поспешно сказал он. Гривз как раз отпил дрянного кофе, так что было не понятно, из-за кого или чего он так сморщился. – Возможно, не одно. – Час от часу не легче, – охнул Джим. – Кто? – Наши коллеги, занимавшиеся Итаном Уордом – безруким – проглядели минимум двух его жертв, – поделился Ву и тут же полюбопытствовал: – А в чём на этот раз подозревается мистер Грин? – Да ни в чём, – развёл руками Гривз. – Он же теперь законопослушный гражданин. Но тебе понравится, как раз в твоём стиле. Джим, покажи-ка им. Несмотря на то, что Гривз отдал напарнику недвусмысленное распоряжение, они убрались с кухни вместе. Как видно, самолюбие детектива, уязвлённое выскочкой-практиканткой, ещё давало о себе знать. – Неплохо ты его уела, – шёпотом признал Ву, отчего Келли слегка покраснела. – Но всё же будь осторожнее. – Это за тех парней, которых ты послал, – она подошла вплотную и понизила голос: – И я всё поняла насчёт… ну, лейтенанта. Ву стало нехорошо. Хотя Келли была на его стороне, ему совершенно не хотелось, чтобы его связь с начальником раскрылась сейчас, когда всё завернулось так, что сам чёрт не разберёт. Всё же не стоило без спросу трогать вещи любовника… – Вчера ты был от него, хоть и в другой одежде, – с нескрываемым удовольствием поделилась она своим наблюдением. – Когда я это поняла, всё начало встать на свои места, как кусочки головоломки: то, как у лейтенанта испортилось настроение, когда ты не вышел на работу. Я-то думала, я – новенькая и чего-то не догоняю. Потом эти шуточки детектива Гривза – он тоже что-то унюхал? Несмотря на соблазн послушать, на чём ещё он прокололся, Ву шикнул на практикантку. Келли покраснела как школьница, поняв, что слишком увлеклась. Одно дело перекинуться парой фраз и совсем другое вот так без разбору вываливать все имеющиеся зацепки и гипотезы на общей кухне, где кто-то из коллег может подслушать, и ещё вопрос не намеренно ли. – Об этом потом, – сказал Ву, собираясь покинуть кухонный закуток, в котором и так слишком задержался. – Присоединяйся к нам, как только успокоишься. Ву отдал Келли должное. Она вернула себе нормальный цвет лица меньше, чем за минуту. Как раз к тому моменту, когда Джим забрал из принтера тёплый лист бумаги с только что распечатанным изображением. – Судя по ракурсу, снято видеорегистратором, – заметила Келли, явно желавшая как-то реабилитироваться в глазах напарника. Цаю всё ещё сложно было думать о себе и о ней, как о напарниках. Это произошло стихийно, как землетрясение. Они ни о чём не договаривались, просто работали, пока в какой-то момент Ли не поставил его перед свершившимся фактом. И вот они в участке, и его напарница стоит рядом в форменной одежде и с собранными в пучок волосами, изо всех сил стараясь выглядеть профессионально, разглядывая изображение. Качество картинки было на удивление сносным, достаточным, чтобы без особого труда можно было разобрать цифры на номерных знаках попавших в кадр автомобилей. И рассмотреть лица двоих мужчин. – Стоянка на углу Терк и Джонс, – принялся пояснять Гривз, тыкая в непросохшую бумагу пальцем и оставляя смазанные отпечатки на её глянцевой поверхности. – Неопознанная жертва прямой наводкой идёт вот к этой вот тачке и получает по голове от неизвестного. Тачка со стоянки исчезает, и в угоне, что интересно, не числится. – Владелец был уверен, что машина в гараже у его бывшей, а бывшая считала, что тот давно забрал её оттуда вместе с остальными вещами, – отчитался Джим, но на конце фразы смешался, поняв, что его попросту не слушают. – Когда сделана запись? – спросил Ву, испытывая возбуждение как от пары чашек крепкого кофе. – Тут у него обе руки ещё на месте. Он забрал снимок и пригляделся к жертве повнимательнее. И чем больше он смотрел, тем больше убеждался в том, что действительно смотрит на Итана Уорда. Ву видел его руку, видел его фотографии в деле, видел его мать, а теперь – сомнений быть не могло – смотрел на то, как тот расстался с жизнью. – При чём тут руки? – переспросил Гривз, вырывая снимок и глядя на него совсем другими глазами. – Подожди, так у тебя была его рука?! Уверен? – Кажется, детектив Цай только что сэкономил вам уйму времени, – ехидно заметила Келли. – А ты может скажешь, кто его укокошил? – огрызнулся Гривз. Вместо того, чтобы измениться к лучшему ситуация только больше накалилась. И угораздило же их начать расследовать одно убийство с разных концов. Ву захотелось закрыть Келли рот ладонью, чтобы та не подливала масла в огонь. Не хватало им только заключить пари! Сам Цай предпочёл бы сбыть убийство Итана с рук и вплотную заняться поиском его жертв, но не мог позволить себе уступить Гривзу, для которого это будет значить, что у него можно легко отжать любое понравившееся дело. – Нас ждут родственники Донны, – сказал Цай, заканчивая опасный разговор в надежде на то, что Ли отдаст распоряжения относительно Уорда до того, как Гривз успеет к нему вернуться. Уловка была так себе. Легко было проверить, что никаких родственников в участке не было и в помине. Однако скоро им всем стало не до того, потому что в участок прибыли двое офицеров с коробками из архива и распоряжением от некоего капитана Моллигана всем составом ознакомиться с предоставленными материалами. – Тут какая-то ошибка, – сказала Келли, заглянув через плечо Гривза, который, конечно же, первый влез в коробку. – Это другая Харпер, просто фамилия совпадает. Ведь правда? Лиса, который мог бы дать какие-то разъяснения, всё ещё не было на месте, и люди отчаянно искали виноватого. Нет, не убийцу и насильника – того, кто решил придать огласке эту историю. Строили даже теорию заговора капитана, когда-то расследовавшего это дело, против их лейтенанта, но не допускали даже мысли о том, что Лис сам мог попросить его об этом. Очевидно, Ву единственный из всех знал о передаче, побудившей его это сделать… и молчал, потому что ему бы попросту никто не поверил, даже Келли. Но факт оставался фактом, Ли не хотел, чтобы кто-то из его подчинённых узнал о его прошлом и его душевных ранах, тем более таким способом – из «Нераскрытых преступлений», где трагедию попытались подать как увлекательное зрелище, после которого зрители испытают приятное чувство: «Как же хорошо, что это случилось не со мной!» Жертвой была мать их начальника, друга, а для Ву, как ни крути, любовника, чей новый статус заставлял острее воспринимать материалы дела, избавленные к тому же от художественных преуменьшений и цензуры. Бумаги разобрали и передавали из рук в руки без какой-то определённой последовательности, потому что так люди хотя бы были избавлены от необходимости ждать своей очереди, наблюдая, как сереют лица коллег. Келли просмотрела фотографии, всё сильнее закусывая костяшку указательного пальца. Одну за другой. Внимательно. Потом не выдержала и, даже не сложив толком стопку, вышла в туалет. Джим, наплевав на все правила, достал откуда-то зелёную пластиковую бутылку из-под газировки, посчитав, что в сложившихся обстоятельствах её содержимое, настоянное на травах, можно с натяжкой назвать лекарством. Ву взялся за результаты вскрытия, когда напарница вернулась. Глаза у неё были красными, но сухими. Девушка задержала дыхание как перед погружением, но снова окунуться в этот кошмар ей не дал телефонный звонок. Выучка взяла своё и она ответила чётко и ясно, как делала это много раз до того. «Где Вы сейчас?» – она говорила приглушённо, почти прижав трубку к губам, потому что в общей комнате было непривычно тихо. Ву не слышал собеседника, но по коротким фразам Келли было понятно, о чём шла речь. «Вы пропустили поворот. Сверните налево, а потом ещё раз налево. Ориентиром будет…» Тут собеседник её прервал. «Хорошо», – подтвердила она односложно. «Да, здесь можно припарковать машину». Короткая пауза. «Да, это бесплатно». Она осторожно, как стеклянную, положила трубку. Потом повернулась к Ву. – Родственники Донны, – тихо пояснила она. – Встреть их и проводи в люкс, – попросил Цай, тоже слегка понизив голос из-за царящей в общей комнате похоронной атмосферы. – Я подойду, как только закончу с этим. Он рассчитывал успеть в допросную раньше них или хотя бы до того, как родственники жертвы рассядутся на удобные стулья-кресла, оценят её комфорт и примутся клевать практикантку. Сейчас, как ни крути, долгом напарника и старшего по званию было поберечь девушку, а не взваливать на неё допрос недружелюбно настроенных свидетелей. Ему предстоял непростой разговор… но даже это было лучше, чем продолжать сидеть здесь, просматривая дело Харпер. Он с трудом заставил себя дочитать отчёт о вскрытии до конца, ничего не пропуская и, наугад передав Джиму, поспешил на встречу с родственниками потенциальной жертвы, которая должна была быть для него не менее важной, чем растерзанная пятнадцать лет назад женщина, всё ещё не получившая справедливости. Однако он теперь воспринимал то дело как личное и ничего не мог с этим поделать. У двери в нужную комнату он замедлился, заметив, что она была закрыта неплотно. Ему казалось, что он расслышал шаги и скрип за ней. Значит, он всё же опоздал, но совсем немного. Они только что зашли. – Долго нам ещё ждать? – раздался громовой голос явно проблемного мужчины. Впрочем, то, что горе делало людей грубыми, не было редкостью. – Детектив сейчас подойдёт, – терпеливо ответила Келли. Цай не стал тянуть и вошёл. Головы присутствующих одновременно повернулись к нему. На лице Келли читалось явное облегчение, но мгновенье спустя девушка спохватилась и придала лицу профессиональное выражение. – Этот, что ли? – человек лет шестидесяти, развалившийся на одном из стульев-кресел, неучтиво ткнул в него пальцем. – А никого лучше не нашлось? Ву оглядел обоих родственников Донны. Оба светловолосые, судя по чертам лица – пожилая мать и её сын. Он в рубашке Эйса Вентуры [6] и шортах с носками Джорджа Буша. [7] На ней одежда из супермаркета: футболка за три доллара, дешёвые джинсы и сандалии. – Детектив Цай Ву, – представился он, сделав вид, будто не услышал реплику в свой адрес. – Я хотел бы задать несколько вопросов. Келли дождалась, пока он сядет напротив родственников жертвы, и встала по левую руку, раскрыв блокнот и приготовившись делать пометки. Мужчина, не пожелавший представиться сам и представить свою мать, упёрся руками в колени, будто хотел прямо сейчас встать и уйти. – Я сказал: не нашлось ничего получше узкоглазого? – повторил мужчина с совершенно идиотским вызовом. – Митч! – воскликнула пожилая женщина, потянувшись к сыну, но тот оттолкнул её руку. – Простите, детектив. Сын не любит встречаться с представителями закона. – Мы зря тратим здесь время, – огрызнулся не то на мать, не то на двух не менее докучливых копов Митчелл. И тут его прорвало. – Донны давно уже нет в живых? Да плевать я хотел! Всё равно жена нагуляла её от кого-то! Думала, я не узнаю?! И не выкину эту дрянь на улицу?! Бедная пожилая женщина побледнела и прикрыла задрожавшие губы ладонью. Ее сын достал из кармана шортов пачку сигарет и сунул одну в рот. Келли предупредила его, что в участке запрещено курить, но сигарету он так и не убрал, а принялся жевать фильтр губами. – Несмотря на то, что Вы отрицаете своё отцовство, Донна официально является Вашей дочерью, и нам придётся взять у Вас образец ДНК, – мстительно проговорил Ву. – Расскажите… – ДНК?! – взвился мужчина. – Это ещё зачем? – Обычная практика в таких случаях, когда с момента исчезновения прошло много времени, – пояснил Цай. – Так вы нашли её? – за саркастичным тоном было что-то ещё. – Не поздновато?! Страх? Из-за того, что дочь убита? Или из-за того, что экспертиза может показать, что она действительно была его дочерью? Подтвердит то, что он и так подспудно знает: что он был не прав и по-скотски обошёлся с женой. – Я плачу налоги не для того, чтобы такие как ты ковырялись в носу вместо того, чтобы рыть им землю! – снова пошёл в наступление Митчелл. – Понимаю, это может быть трудно, но давайте вернёмся к началу, – примирительно сказал Цай, не желая выдавать того, что не знаком с материалами дела, – когда Донна пропала. – Мы уже всё рассказали вашим коллегам, – он откинулся на спинку, нагло глядя на Ву. – И они выглядели профессиональнее, чем вы двое. – Митч! – взмолилась пожилая женщина. – Я могу послать их к чёрту, ма! – ответил тот запальчиво, потом, видимо, засомневался и обратился к Цаю за разъяснениями: – Могу ведь? – Если уверены, что нам нечего будет вменить Вам в вину, – учтиво ответил Ву. – Вернёмся к случившемуся с Вашей дочерью. Это заставило собеседника прикусить язык и крепко задуматься. В разговор смогла включиться бабушка Донны, и сбор фактов пошёл заметно легче. Цай предпочёл положиться на свою память и заметки, которые делала Келли. В конце концов в словах Митчелла была доля правды – едва ли по прошествии времени они могли вспомнить какие-то новые подробности, которые не были бы уже зафиксированы в деле.