Груз

— Мандалорка, говоришь? Эзра и Тирен сидели за столом в доме последнего. Дом, или лучше сказать «пристанище», состоял из одной комнаты, не считая санузла, обставленной довольно аскетично: кровать, пара ящиков, вышеупомянутый стол с двумя стульями. Мандалорец, поставив свой шлем на стол и, постукивая по нему пальцами, слушал рассказ мальчишки (с того дня, когда мандалорец рассказал тому об истории своего клана, тот успел ещё раз подстричь свои волосы, убрав хвост) о его знакомстве с командой «Призрака». Тирен не хотел, чтобы кто-то из его народа знал о его существовании, не то что местоположении, а потому попросил Эзру не рассказывать Сабин (так звали девушку) о нём. По правде говоря, он был уверен, что если бы кто-то из mando'ade узнал его историю, то возненавидел бы его за трусость. По крайней мере, если бы этим mando'ad был он сам. После того разговора в прериях он сомневался, будет ли у него право назвать Шаном Бриджера, если он всё же решится усыновит того. Да что там Эзра, он уже не был уверен, может ли он называть членом клана Шан себя, скрывающегося от охотника за головами на задворках галактики. Между тем, Эзра достиг заметных успехов в своём обучении. Однако всё же этого было недостаточно, чтобы мальчика можно было брать с собой, если Тирену понадобится срочно бежать с Лотала. Однако, похоже, это и не потребуется. — Они предложили мне присоединиться к ним, — сказал Эзра, выводя мандалорца из раздумья. — Один из них, Кэнан Джаррус, сказал, что я чувствителен к Силе и предложил мне стать его учеником. Чувствителен к Силе. Тирен начал подозревать что-то такое ещё полтора года назад, когда они только начали тренировки. Уровень мальчишки явно не соответствовал тому выстрелу в переулке. За прошедшее время ему подозрения лишь укрепились. И вот сейчас ему говорят, что он прав, а на Лотале совершенно случайно объявился Jetii (Jetii!), готовый обучить его… да практически сына. Не сказать, чтобы он не был рад этому. Нет, он, конечно, привязался к мальчику, но вот только, как он уже говорил себе, Эзре было рано лететь с ним с Лотала. А по своим каналам связи он узнал, что HK-47, неумолимо преследовавший его многие годы, подбирается всё ближе. Совсем скоро он будет на Лотале, и к тому моменту (Тирен снова проклял себя за трусость) мандалорца уже не должно быть на планете. Наконец, он принял решение: — Если ты хочешь, — сухо начал он, уже мысленно прощаясь с пареньком, — ты можешь присоединиться к этим повстанцам. Должен тебе сказать, что тот дроид-убийца, о котором я тебе говорил когда-то, уже напал на след. Скоро он будет здесь, и мне придётся покинуть Лотал, а ты ещё не готов отправиться со мной. Наверное, как это ни удивительно, тебе будет безопаснее вместе с ними. Тирен также понимал, что мальчику будет просто-напросто лучше с этими людьми. Иногда он незаметно наблюдал за Эзрой, когда тот гулял по столице. Сиротские привычки давали о себе знать: мальчик нередко пытался стащить что-нибудь, причём не только у Империи, но и у других лотальцев. Однако в то же время он пытался помочь тем, кого Империя грабила сама: один раз он отвлёк своей рогаткой штурмовиков, чтобы торговец, которому те угрожали, мог сбежать. Казалось, что в глубине его души есть какая-то искорка, слабо горящий огонёк, который заставляет его помогать нуждающимся. Эти мятежники могли помочь ему, раздуть эту искорку в яркий костёр. Наконец, мальчик кивнул: — Д-да, наверное, — и, не говоря больше ни слова, как будто бы стыдясь своего выбора, вышел быстрым шагом из дома. Мандалорец посмотрел тому вслед и тяжело вздохнул.

* * *

«Призрак» вынырнул из гиперпространства у Эмеона. Планета выглядела мирно и во многом напоминала Лотал: те же желтоватые прерии, разве что без гор, те же синие моря, те же белые пятна облаков. На мгновение Эзре показалось, что он вернулся домой. Однако от Лотала, каким его помнил мандалорец, Эмеон отличало отсутствие крупных имперских кораблей на орбите. Экипаж «Призрака» собрался в кабине. Сидений, впрочем, хватило не всем: Линн и Зеб остались стоять. — Твой Эмеон — красивая планета, — заметила Гера. — И ещё краше её делает небо, свободное от имперских кораблей. Похоже, что вы им не так уж и интересны. Линн кивнул: — Империи почти нет дела до нас. У них здесь нет ничего крупного, а сама планета им нужна слабо. В конце концов, у нас почти нечего отбирать. — Но их, несомненно, должны были насторожить ваши нападения? — подал голос Рекс. — Не слишком. Как я и говорил, мы слишком незначительны, чтобы Империя считала нас угрозой, стоящей её внимания. — Забавно, — протянула Сабин. — Когда мы начали промышлять подобным на Лотале, за нами отправили агента БИБа и… — она замялась, — ещё кое-кого.  — Тогда и времена были другие, — отозвалась Гера. — Сейчас у Империи благодаря Альянсу и без друзей Линна забот по горло. Тем временем корабль уже вошёл в атмосферу планеты. Когда «Призрак» приземлился, на Эмеоне был день. Гера, Чоппер и Зеб остались охранять корабль, в то время как остальные отправились в город. Спустившаяся по трапу процессия выглядела, мягко говоря, странно: двое мандалорцев в полной броне, одна в красной, другой в оранжевой (Сабин уже успела поработать над бронёй друга — с его разрешения, разумеется), клон, также в полном обмундировании, и подросток в гражданской одежде голубоватого цвета. Неудивительно, что когда они вошли в пригород столицы, немногочисленные местные жители косились на них с недоумением. Вдруг Эзра заметил знакомую фигуру в чёрной броне с красным визором. Поняв, что его обнаружили, соглядатай тут же скрылся за домами. Мандалорец нахмурился: кто знает, сколько времени солдат уже наблюдал за группой? — Заметил одного из наших друзей в чёрном, — тихо сказал Эзра Сабин. — Будь начеку. Девушка кивнула. Вскоре команда добралась до места, где скрывались друзья Линна. Убежище оказалось заброшенным одноэтажным домом. После того, как Сирг постучал условным кодом в дверь, ему открыли. — Код враг может вынюхать множеством способов, — неодобрительно покачал головой Рекс. — Нужно, по крайней мере, произносить пароль и проверять голос. Защита по голосу, конечно, тоже ненадёжная, но лучше, чем это. — Учтём, — улыбнулся Линн.

* * *

С того дня, когда Магрем Кеш последний раз видел Линна, прошло две недели. За это время он и его друзья успели осмотреть каждый уголок столицы, опросить всех знакомых и окончательно отчаяться увидеть парня ещё раз. Поэтому, когда в дверь постучали условным кодом, они были уверены, что произошло то, чего опасалась Нала: кто-то чужой как-то узнал код. И даже после того, как из-за двери послышался приглушённый голос Линна, ребята некоторое время колебались, прежде чем открыть дверь. Наконец, Магрем впустил Линна в сопровождении самой странной кампании, которую он видел в своей жизни. Клон — из рассказов своего дяди он знал, как выглядела броня солдат Великой армии республики, — и двое (охотники за головами?) в странной, раскрашенной в яркие цвета броне. Новоприбывшие сняли шлемы и представились: клона звали Рексом, а двоих в странной броне — Эзрой Шаном и Сабин Врен. Вскоре стало ясно, как такая странная компания людей оказалась в одной лодке. — Ваш друг Линн рассказал нам, — рассказ Эзры об Альянсе повстанцев подходил к концу, — что здесь, на Эмеоне, у него остались друзья, изо дня в день старающиеся подпортить жизнь Империи. Лет пять назад и мы занимались тем же. Тогда одна лишь Гера, наш координатор, знала о существовании Альянса. И когда Империя начала играть по-крупному, и стало ясно, что в одиночку мы долго не протянем, Альянс пришёл к нам на помощь. Так мы стали частью большого дела. И сейчас мы хотим предложить вам то же самое: вы можете отправиться с нами на наш корабль, а там уже мы найдём, куда вас пристроить. Магрем глубоко задумался. Конечно, предложение повстанцев звучало заманчиво. Последние полгода они занимались тем, что гордо называли «борьбой с оккупантами», но все они прекрасно понимали, что Империи едва ли есть дело до них. Теперь же они могли сделать шаг вперёд, начать настоящую борьбу с Империей. Однако сделать этот шаг, похоже, означало оставить всю свою жизнь позади. У всех из них были люди, к которым они были привязаны: друзья, не готовые открыто бросить вызов режиму, взрослые, часто помогавшие им. У Налы были ещё и родители, которых она точно не оставит. «Призрак» просто не мог забрать стольких, не говоря уже о том, что не все хотели. Словом, цена была высока. Возможно, даже слишком. — Но ведь Империя уничтожила Альянс, — вдруг заметил Зоро. — По Голонету сообщали, что база на Явине-четыре уничтожена, а лидеры Восстания убиты. — Больше имперские каналы слушай, — отозвалась Сабин. — База на Явине действительно разгромлена, но большинству, и верхушке тоже, удалось сбежать. Сейчас команды действуют поодиночке, почти не поддерживая связь, но совсем скоро мы найдём место для новой базы, и вот тогда… — Соглашайтесь, ребята! — воскликнул Линн. — Разве не об этом мы мечтали? Магрем улыбнулся: Линн всегда выделялся среди них своей пылкостью. Если остальные втайне радовались тому, что Империя не обращает на них внимание, Линн видел в этом лишь их неудачу и постоянно подкидывал им идеи для масштабных акций, одна безумнее другой. Между тем, все ребята, кроме Налы, изъявили желание участвовать. Он кивнул: как он и думал, мириаланке слишком дороги были родители. Один из мандалорцев, Эзра, тоже кивнул: похоже, он хорошо понимал девочку. Оставался лишь Магрем. Наконец, и он принял решение. — Извини, Линн, но я остаюсь. По-моему, оно того не стоит. Линн тяжело вздохнул, но всё же кивнул.  — Хорошо, — начал Рекс. — Тогда поступим так… Окончание фразы Магрем не услышал: внезапно прогремел взрыв, и дверь, а вместе с ней и половина стены, исчезла в облаке дыма.

* * *

«Почему я не удивлён?» — подумал Эзра. Мандалорцы и Рекс мгновенно надели шлемы и укрылись за ящиками и столом. У остальных это заняло чуть больше времени, но всё же они успели спрятаться, до того как из дыма полетели парализующие заряды. Через несколько секунд огонь прекратился. Когда дым от взрыва осел, Эзра наконец смог рассмотреть нападавших. Перед домом выстроились в два ряда штурмовики, среди которых особо выделялись уже знакомые фигуры в чёрном. Перед штурмовиками стояли шестеро солдат в красной броне и человек в чёрном доспехе с имперской эмблемой на правом плече, очевидно, командир. Что-то в его лице было очень знакомое, словно мандалорец уже не раз его видел, словно он уже был знаком с человеком с таким лицом… — Прошу прощения, что прерываю вашу беседу, — непринуждённо начал человек, — но среди вас есть человек, принадлежащий мне. Отдайте мне его, и вы сможете покинуть город. Вдруг Эзра понял, кого ему напоминал этот человек. Рекса. Только этот тип выглядел раза в два моложе. — Не расскажешь, — услышал Эзра свой голос будто со стороны, — кто ты и о ком из нас ты говоришь? Вдруг он заметил ещё кое-что в лице клона. Его… о, нет. — Я говорю о грузе, отнятом у меня вами. О Линне Сирге, если угодно. Что касается того, кто я… — клон достал из-за спины хорошо, слишком хорошо знакомый Эзре предмет, — об этом вам может поведать мандалорка Сабин Врен, неоднократно сталкивавшаяся с подобными мне… в том числе с моим предшественником. Мужчина зажёг свой световой меч. — Я Гранд-Инквизитор! — объявил он. …его глаза были огненно-жёлтого цвета. Haar’chak. — Я жду ответа, — продолжил тем временем Инквизитор, — и предупреждаю: если он будет отрицательным, из вас в живых останется лишь груз. Не самый приятный исход для вас, верно? Если же вы выдадите мне то, что я хочу… что ж, я буду готов обсудить, что делать с вами дальше. После этих слов Линн попытался выйти из укрытия, жертвуя собой. К счастью, мандалорцы успели его удержать. — Сдурел?! — прошипела Сабин. — Он имперец. Он убьёт нас вне зависимости от того, выдадим мы тебя или нет. А если ты окажешься в его руках… короче, у Инквизитория дурная репутация в таких делах. Мы выберемся отсюда вместе — и с тобой, и с твоими друзьями. Поначалу Линн хотел что-то возразить, но, когда Сабин закончила говорить, он лишь кивнул. Похоже, её слова его убедили. Тем временем у Эзры появилась идея. — Ракеты, — тихо бросил он Сабин. — Что ты заду… — начал было мандалорка, но тут же осеклась и кивнула: видимо, поняла, в чём был план парня. Быстро выглянуть из-за укрытия. Пригнуть голову. Выпустить ракету из ранца. Вернуться в укрытие. Все эти действия мандалорцы проделали синхронно, словно практиковали их каждый день. Взрывы ракет поглотили часть штурмовиков. Эзра выпрямился и вышел из-за укрытия, заводя руку за спину, в точности копируя движения Инквизитора минуту назад. Подростки, включая Линна, с изумлением смотрели на него, в ожидании того, что будет дальше. — Полагаю, это означает «нет», — произнёс клон, словно он не держал повстанцев на прицеле, а обсуждал с ними какую-то малозначительную сделку. Эзра достал из ранца спрятанный в нём световой меч. — Огонь! — скомандовал Инквизитор. Зелёное лезвие вспыхнуло за мгновение перед тем, как в воздухе замелькали выстрелы бластеров. На мандалорца обрушился огонь оставшихся штурмовиков. Впрочем, недостаточно плотный, чтобы его нельзя было отразить световым мечом. Заряды полетели обратно в сторону Гранд-Инквизитора, который, в свою очередь, отразил их в пол. Краем глаза Эзра заметил Линна, раскрывшего рот от удивления. Ещё бы: во времена Империи джедаи стали кем-то вроде добрых волшебников из преданий прошлого, истреблённых под корень много лет назад, а уж джедаев, носивших мандалорскую броню, и вовсе можно было пересчитать по пальцам. — Прекратить огонь! — приказал клон. Если он и был удивлён встречей с джедаем, то виду не подал. Инквизитор бросился в атаку на Эзру. Мандалорцу и до этого приходилось сражаться с адептами Тёмной стороны. Он был прекрасно знаком с тем, как они сражаются: резко, яростно, беспощадно. Ситхи использовали свою ярость, чтобы становиться сильнее на поле боя. И всё же, этот противник удивил его. Создавалось впечатление, что всё это время он копил в себе злость, чтобы теперь выплеснуть её и раздавить Эзру. Перекошенное от ярости лицо клона создавало сильнейший контраст с тем непринуждённым тоном, которым он говорил пару секунд назад. Инквизитор выставил меч перед собой и начал вращать его лезвия вокруг рукоятки. Однако Эзра уже был знаком с этим приёмом, как и с его слабыми местами. Его противник едва успел остановить вращение и убрать рукоятку из-под удара зелёного лезвия. — Вижу, ты уже сталкивался с Инквизиторами? — процедил клон. — Было пару раз, — отозвался мандалорец. Гранд-Инквизитор, казалось, начал отступать под напором Эзры. Увлечённый дуэлью, парень не заметил, как клон подал сигнал воинам в красном. Те вынули из-за спин чёрные клинки, по лезвиям которых тут же начали проскакивать красные разряды, и бросились на повстанцев. Парные бластеры Сабин и Рекса оказались бесполезны: оружие этих воинов отражало выстрелы, словно световые мечи. Похоже, эти разряды создавало что-то вроде отражающего поля, защищающего лезвие. По двое мечников схватили Сабин, Рекса и Линна. Друзья последнего застыли в ужасе, не в силах сделать что-либо. Эта атака отвлекла Эзру, и он упустил инициативу. Теперь уже он отступал под ударами Инквизитора. Ещё пара ошибок, и вот мандалорец лежит на полу, его меч выбит у него из рук, а к его горлу приставлен кончик красного лезвия. — Это был ваш выбор, — проговорил Гранд-Инквизитор.

* * *

В этот момент друзья Линна наконец отошли от шока. В панике они выбежали из укрытия и бросились наутёк, прочь от фигур в красном. Прямо на штурмовиков. «Nu kyr’adyc, shi taab’eechaj’la» — мелькнуло в голове у Сабин, пока она смотрела, как кроваво-красные лучи прошивают насквозь тела ребят. Как те падают, продолжая по инерции двигаться вперёд. Сабин посмотрела на Линна. Тот неверяще смотрел на то, как вся его прошлая жизнь гибнет прямо перед ним, а он ничего не может сделать. Мандалорка почти чувствовала боль мальчика. — Пора заканчивать, — бросил Инквизитор, снова надевший маску невозмутимости, и замахнулся своим мечом для удара. Сабин зажмурилась. Этого она вынести не могла. Жужжание светового меча, рассекающего воздух. Вопль Линна, наполненный отчаянием. Глухой звук удара тела о пол. Звук… включения светового меча? Она открыла глаза. Эзра стоял с зажжённым мечом в правой руке над оглушённым Инквизитором. Мандалорка медленно перевела взгляд на Линна. Мальчик, вырвавшийся из хватки солдат, с изумлением смотрел на свои руки, точно так же, как Эзра много лет назад на Кесселе. Ну конечно. Зачем ещё мальчишка может быть нужен Инквизиторию? Дальнейшие события Сабин запомнила лишь отрывками. Шестеро красных фигур наступают на оранжевую. Солдат-клон тянет мальчишку; тот покорно идёт следом, словно не осознаёт происходящее. Она забрасывает ведроголовых оставшимися у неё дымовыми гранатами. Она с ещё одним мандалорцем вылетают с помощью реактивных ранцев из полуразрушенного дома. Они почти добрались до крыши одного из соседних зданий, когда в её ранец попадает выстрел; Эзра подтягивает её с помощью Силы. Красные, белые и пара чёрных фигур преследуют её друзей по улицам пригорода. Солнце клонится к закату, и они бегут навстречу нему. Картина снова становится цельной лишь после того, как повстанцы покидают пригород. — Фантом-пять — «Призраку»! — прокричала Сабин. — Мы возвращаемся, готовьтесь взлетать! — Принято, Фантом-пять, — последовал сухой ответ. Гера умела сохранять хладнокровие, когда это было нужно. Мандалорцы, не без помощи ранцев, спрыгнули с крыши последнего здания, и герои вместе побежали по равнине к кораблю. Солдаты ещё некоторое время преследовали их, однако когда на горизонте показался корабль, они прекратили погоню и отправились обратно в пригород, к своему командиру. После того, как Эзра, Сабин, Рекс и Линн забежали на «Призрак», корабль оторвался от земли, и Фантомы покинули Эмеон.

* * *

— Полагаю, твои друзья всё же отказались присоединиться к Альянсу? В кают-компании «Призрака» повисла зловещая тишина. — Нет, Гера, — наконец прервала молчание Сабин. — Они погибли. Все. Тви’лечка в шоке открыла рот. — Так вот почему Линн остался в каюте. — Она сглотнула. — Расскажите, как это произошло. После рассказа остальных о встрече с новым Гранд-Инквизитором, Гера глубоко задумалась. — Карабаст! — воскликнул Зеб. — Мало нам было обычных ведроголовых, так теперь ещё и эти типы снова против нас! — Зеб прав, — наконец подала голос Гера. — Если программа Инквизиторов возобновлена Императором, да ещё и обладает большими ресурсами, чем раньше, то это угроза, о которой необходимо знать командованию. Я сообщу наверх и попрошу выяснить что-нибудь о них. Ещё раз… — Солдаты в красном, вооружённые холодным оружием, — повторил Эзра, — вероятно, что-то вроде личной гвардии Гранд-Инквизитора. Плюс всё те же ведроголовые в чёрном. Гера кивнула и удалилась из кают-компании. Остальные остались сидеть, каждый думал о своём. Вдруг Эзра вспомнил, что хотел задать Рексу ещё один вопрос. — Рекс, тот Инквизитор… он ведь тоже клон, верно? Тот, к кому обращались, кивнул: — Да. Среди солдат ходили слухи о том, что когда джедай Сайфо-Диас делал заказ у каминоанцев, он настоял на создании отдельной партии, к которой не будет применяться процедура искусственного старения. Он желал, чтобы они вывели клонов, хотя бы одного, чувствительных к Силе. Армия, настоящая армия джедаев на страже Республики… кто откажется от такого? Раньше я не верил этим рассказам… и вот, они подтвердились. Клон тяжело вздохнул. В кают-компании снова повисла тишина. Наконец, Эзра встал и направился к выходу. — Надо проведать мальчика, — пояснил он.

* * *

Услышав приглушённое «В-войдите», Эзра открыл дверь в каюту, где был Линн. Мальчик сидел на койке, прижав ноги к туловищу и уткнувшись в колени лицом. Он плакал. Эзра подошёл к мальчику и сел рядом, приобняв того за плечи. — О-они мертвы, — услышал он дрожащий голос Линна. — В-все они. И лишь по-потому, что м-мы пришли к ним. С-сами они н-ничего не сделали! За что?! — Тише, тише, — проговорил Эзра. — В их смерти нет ли твоей, ни нашей, ни их вины. Твоих друзей убила Империя. Убила их, как и многих других несогласных. Как и, — он вздохнул, — моих родителей. Линн поднял голову и посмотрел на мандалорца. — Мне очень жаль, но ты не можешь их вернуть. Умершие уходят из этого мира навсегда, — продолжил Эзра, прекрасно зная, что это неправда, — хотя и продолжают жить в тебе, и этого никак не изменить. Но ты можешь защитить их, если захочешь научиться. Там, на Эмеоне, ты оглушил Инквизитора, когда хотел защитить меня. Ты, Линн, принадлежишь к тем, кого называют «чувствительными к Силе». Как и я. Такие, как мы, способны использовать Силу — биополе, пронизывающее всё во Вселенной, даже космический вакуум, — в своих целях. И я могу научить тебя использовать её, использовать, чтобы защитить других. Чтобы то, что произошло сегодня, больше никогда не повторилось. Короткий кивок был ему ответом: похоже, за время его речи Линн уже всё обдумал. Мандалорец улыбнулся.