Гарак рождественская ящерица

— Так что понимаете, Гарак. Так получилось, что мы заговорили про Битлз вчера вечером, и я пообещал всем, что попробую уговорить вас послушать их, — солгал Джулиан, стоя у входа в магазин Гарака ранним утром после его катастрофического ужина с Джадзией и Нерис. Он только что "объяснил" Гараку ситуацию, избегая реального корня проблемы. — Битлз? Это очень запутанная история, мой дорогой. Вы сказали майору Кире и коммандеру Даксу, что заставите меня послушать группу 20-го века? — Да, они просто хотели услышать, что вы о них думаете, — сказал Джулиан, глядя куда угодно, только не на Гарака. — Я все еще в замешательстве, но я их послушаю, если это так важно для вас, — сказал Гарак. — Спасибо, — сказал Джулиан. Он начал задаваться вопросом, как он сможет выбраться из этой паутины обмана. — Вы заняты? — спросил Гарак, милосердно меняя тему. — Нет, у меня сегодня выходной, — ответил Джулиан. — Превосходно. Вы могли бы помочь мне кое в чем, пока вы здесь, — сказал Гарак. — Кварк хочет, чтобы я устроил небольшое собрание здесь, в магазине, для некоторых из его клиентов. Я сказал, что сделаю это, но только если это будет означать, что я смогу все это снять, — он указал на рекламную атрибутику, которая все еще заполняла угол его магазина. — Мне нужно, чтобы вы помогли мне подготовиться к этому собранию. Оно на рождественскую тематику, и, боюсь, у меня все еще слабое представление о празднике. — Вы устраиваете рождественскую вечеринку? — спросил Джулиан, внезапно почувствовав себя менее нелепо из-за своей предыдущей просьбы. — Для Кварка? Почему он делает это здесь? Почему не в баре? — Потому что Одо всегда там, сейчас больше, чем когда-либо, и ему нужно уединенное место для встреч с этими клиентами. — Гарак, вы пытаетесь добиться того, чтобы вас арестовали? Кварк не устраивает что-то, потому что он боится, что Одо узнает, так что вы согласились это сделать? Это все может оказаться очень незаконным! — Очень незаконным. Какой странный термин. Что-то либо законно, либо незаконно, вряд ли у этого существуют разные степени. — Вы отклоняетесь от темы, — предупредил Джулиан. — Не думайте, что я не замечаю, когда вы это делаете. И я бы сказал, что могут существовать различные степени незаконности. Убийство хуже, чем воровство. — Но они оба незаконны. Одно не более незаконно, чем другое. — Но... О, неважно. Вы уклоняетесь от вопроса. Почему вы согласились на это? — Потому что это избавит меня от рекламных материалов Кварка, которые в настоящее время занимают слишком много места в моем крошечном магазине, — сказал Гарак, снова указывая на нелепо раскрашенные листовки, плакаты и вырезки. — Прежде чем я соглашусь помочь вам в чем-либо, я собираюсь поговорить с Кварком, — сказал Джулиан, повернулся на каблуках и вышел. Подпитываемый праведным гневом, он прошел прямо мимо довольно растерянного Одо, который только что сказал Джейку и Ногу прекратить бегать по Променаду. — Доктор Башир бежит, — указал Ног. — Он целенаправленно идет, — неуверенно сказал Одо. — Есть разница. Джулиан не останавливался, пока не оказался в баре. В дверях его встретил удивленный Кварк. — Доктор Башир? — Кварк. Что ты пытаешься сделать с Гараком? На мгновение воцарилась тишина. — Что вы имеете в виду? — наконец осторожно спросил Кварк. — Это из-за жуков? — Какое отношение все это имеет к Битлз? — спросил Джулиан. Он начинал испытывать крайнее раздражение от самой идеи группы, они так часто возникали в последние два дня. — Нет. Я имею в виду, ты пытаешься подвести его под арест? Если станет известно, что ты принимал преступников в его магазине, то у вас двоих будут неприятности. — О, Гарак, — сказал Кварк с облегчением. — С ним все будет в порядке. Он может сам о себе позаботиться, доктор. И, кроме того, в моем собрании нет ничего противозаконного. Клиенты платят мне за то, чтобы я рассказывал им о выгодности Рождества, но они также продают мне подарок для Одо, поэтому я хотел встретиться с ними где-нибудь наедине. — О, — только и смог выговорить Джулиан. — Это было очень благородно с вашей стороны, — добродушно сказал Кварк. — Врываться сюда, чтобы защитить его. — Ну, ты знаешь, это мой долг как офицера Звездного флота, — сказал Джулиан. — Всегда присматривать за мирными жителями. У тебя случайно нет поблизости виски? — Конечно. Примите это за счет заведения, доктор. Вам нужно что-нибудь, чтобы успокоить нервы, — сказал Кварк, все еще обращаясь с Джулианом так, словно он был чем-то хрупким, что могло либо взорваться, либо разбиться в любой момент. — Спасибо, — сказал Джулиан. Он быстро выпил его, а затем направился обратно к Гараку, волоча ноги. — Все в порядке? — спросил его Одо, когда Джулиан прошел мимо него в противоположном направлении. — Да, — ответил Джулиан. Когда он вернулся в магазин, Гарак вынес всю рекламу Кварка перед магазином и каким-то образом приказал Джейку и Ногу убрать ее для него. — Вы вернулись, — только и сказал он, когда Джулиан сел в кресло у входа. — Кварк заверил меня, что все законно, — сказал Джулиан, падая в кресло в приступе усталости и смущения. — Вы могли бы сказать мне это до того, как я выставил себя дураком. — Если быть совершенно честным... — Не знал, что вы так можете, — пробормотал Джулиан. — Если честно, — продолжил Гарак, проигнорировав замечание. — Я не был уверен, чего ожидать от Кварка. Я только знал, что все сделать на рождественскую тематику. В чем мне все еще нужна помощь, если вы не против. — Хорошо, — согласился Джулиан. — Что мне нужно сделать? — Просто помогите мне с этой мишурой. Кварк заверил меня, что это было основным элементом праздничного оформления. — Это не так. Не так много, как, кажется, думает Кварк. — Тогда скажите мне, что именно. Может, мне включить Битлз, пока мы будем украшать? — Да, хорошо. — Джулиану удалось встать со стула, несколько оживленному обещанием хорошей музыки и предстоящей задачей. — Но, может быть, не начинайте с Revolver. Это из их экспериментальной фазы, так что это то, что вы должны послушать позже. И не начинайте с ранней фазы. Abbey Road идеально подойдет. — Я поверю вам на слово, — ответил Гарак. Они провели несколько часов, слушая Битлз и украшая магазин. Гарак утверждал, что группа ему не нравится, но в какой-то момент Джулиан поймал его на том, что он напевает Maxwell’s Silver Hammer - забавно зловещую песню, - так что они нашли по крайней мере одну песню, которая ему понравилась. Когда весь магазин был украшен мишурой и рождественскими украшениями, они остановили музыку и в тишине осмотрели свою работу. — Неплохо, Гарак. — Совсем неплохо, мой дорогой. — Мне пора, — неохотно сказал Джулиан. — У вас, вероятно, сейчас много работы, и я сомневаюсь, что Кварк захочет, чтобы я был здесь, когда приедут его клиенты. — Он не говорил, что я не могу привести гостя на свою собственную вечеринку. В конце концов, я хозяин магазина. — Все равно, я должен идти. — Джулиан действительно хотел остаться, но он все еще чувствовал себя несколько смущенным недавней стычкой с Кварком. — Дайте мне знать, нравятся ли им наши украшения! — Конечно, мой дорогой, — сказал ему Гарак. Джулиан не был уверен, показалось ли ему это, но Гарак выглядел почти грустным, когда Джулиан настоял на том, чтобы уйти. — Увидимся позже. — Да. Позже. — Затем Джулиан поспешил из магазина. Было как раз время обеда, но он слишком сильно нервничал, чтобы пойти куда-нибудь поесть, поэтому он сразу вернулся в свою каюту. Оказавшись внутри, он сел рядом с террариумом и начал разглагольствовать с ящерицей. Это было то, что он начал делать за те пару дней, что владел им. — Ты ни за что не поверишь, каким дураком я себя выставил этим утром, — сказал он, поднимая крышку, чтобы ящер Гарак мог его услышать. — Он сказал мне, что устраивает что-то для Кварка, и мне пришлось броситься на его защиту. Гарак-младший сочувственно посмотрел на него. — И это его вина, что я это сделал! Если бы он сказал мне, что собрание было совершенно невинным, что ж, я бы не вел себя так глупо. Как будто он сделал это нарочно. Гарак-младший лениво моргнул. — И после этого мы провели прекрасное утро, украшая его магазин и слушая музыку. А теперь я не знаю, что и думать! Ты бы никогда меня так не путал, не так ли? Гарак-младший перешел на камень с более прямым светом, моргая, как будто говоря: “Я никогда не был бы таким скрытным, Джулиан”. — Он даже не называет меня Джулианом, — посетовал Джулиан. — И я не называю его Элим. Хотя я мог бы называть тебя Элим. Ты бы не возражал против этого. Элим закрыл глаза и заснул на теплом камне. — Ты намного проще, Элим, — тихо сказал Джулиан. — Хотя это делает разговор менее интересным. Элим не ответил. Он крепко спал. Джулиан закрыл крышку террариума и пошел за обедом. Они могли продолжить свой разговор, когда ящерица проснется. Или, может быть, к тому времени он набрался бы смелости завести подобный разговор с настоящим Гараком. Почему-то он в этом сомневался.