Гарак рождественская ящерица

Джулиан все больше и больше привязывался к крошечной ящерице. Он больше не был одинок в своей собственной каюте, и если бы настоящий гуманоид Гарак сделал что-то неприятное, или если бы Джулиан почувствовал легкую тоску по любви, он бы просто пожаловался ящерице. Элим Гарак-младший терпел больше разглагольствований, чем Майлз. Он просто был лучшим слушателем. За ту короткую неделю, что он владел этим маленьким существом, это вошло у него в такую привычку, что он начал жаловаться, как только переступил порог. В этот конкретный вечер Джулиан только что вернулся с ужина с Гараком портным, и ему было на что пожаловаться. — Сегодня он пытался сказать мне, что Чарльз Диккенс-надуманный и детский автор, и что его сочинения читаются как будто младенец пытается быть красноречивым. — Джулиан кипел от злости, направляясь к аквариуму своего питомца, чтобы покормить его. — А потом я попросил его передать мне кое-что, и наши руки соприкоснулись, и я клянусь, что он сделал это нарочно. Все еще ворча, Джулиан подошел, чтобы снять сетчатую крышку с бака. — Хорошо, что ты не такой... — он внезапно замолчал. Крышка была откинута. Джулиан оттолкнул ее и осмотрел террариум в поисках Гарака. — Элим? — спросил он с опаской. — Ты здесь? Его там не было. Джулиан опустил крышку рядом с террариумом и лихорадочно осмотрел комнату, прежде чем опуститься на четвереньки, чтобы заглянуть под мебель. — Элим? Там, под кроватью, лежала ящерица. Джулиан лег плашмя на пол и сунул руку под кровать, чтобы дотянуться до него. — Иди сюда. — уговаривал он, не дотрагиваясь рукой до ящерицы. — Все в порядке, ты же знаешь, что можешь мне доверять. Ящерица показала Джулиану язык. — Пожалуйста, не будь таким трудным. — Джулиан вздохнул. — Ты такой же упрямый, как и твой тезка. Я пытаюсь тебе помочь! Ящерица придвинулась чуть ближе. Джулиан протянул руку, чтобы нежно обхватить его пальцами, но был остановлен быстрым движением Гарака-младшего, который выкрутился и укусил Джулиана за палец. Джулиан резко вздохнул, но отказался бросить Гарака. Он вытащил его из-под кровати и остался там, лежа на полу, осторожно пытаясь заставить ящерицу отпустить его палец. — Элим, я не могу поверить, что ты укусил меня! — предостерег Джулиан, наконец-то высвободив палец и осторожно удерживая Гарака, чтобы он не мог повторить атаку. Где-то над Джулианом кто-то вежливо откашлялся. Джулиан чуть не отпустил ящерицу от удивления, повернувшись, чтобы посмотреть на того, кто вошел в его каюту. Как только он увидел, кто это был, ему захотелось самому заползти под кровать и потенциально укусить любого, кто попытается его вытащить. Там, стоя над Джулианом, выглядя одновременно смущенным и полностью удивленным ситуацией, стоял Гарак. Настоящий Гарак. Тот, который только что не укусил Джулиана за палец. Он протянул руку, чтобы помочь Джулиану подняться, рассматривая ящерицу, поврежденный палец и довольно нелепое положение Джулиана на полу. — С вами все в порядке, мой дорогой? — спросил настоящий Гарак. — Я в порядке, — пробормотал Джулиан, отказываясь от попытки Гарака помочь ему подняться. Вместо этого он неловко встал в сидячее положение, все еще держа ящерицу одной рукой. С колотящимся сердцем и горящими ушами Джулиан отвернулся от Гарака, чтобы положить ящерицу обратно в террариум. — Кто это? — спросил Гарак, присаживаясь на корточки рядом с Джулианом и террариумом, чтобы получше рассмотреть ящерицу. — Вы хотите сказать, что не знаете? — спросил Джулиан, его худшие опасения подтвердились. Если Гарак не купил ему ящерицу, то это был самый унизительный способ для него узнать о нем. — Я только что познакомился с ним. Мне нужно официальное знакомство. Джулиан хотел прикрыть крышку, но Гарак протянул руку и погладил Гарака-младшего по голове. Досадно, но Гараку-младшему, казалось, Гарак нравился даже больше, чем Джулиан. Джулиан почувствовал себя преданным. — Я думал, вы его купили, — сказал Джулиан. — Я? Конечно, нет. Это вредители на Кардассии, если бы я собирался купить вам домашнее животное, я бы купил что-нибудь получше. — Гарак-младший посмотрел на них снизу вверх. Казалось, он почти нахмурился, услышав комментарий Гарака. — Хотя я признаю, что в нем есть определенное обаяние. Он почти милый. Гарак-младший снова выглядел счастливым от почти комплимента. — Я получил его от моего Тайного Санты, — сказал Джулиан. — С ним была записка. Я думал, это от вас, но теперь я не знаю, что и думать. — он протянул Гараку записку, которую держал рядом с террариумом. — Боже мой, — сказал Гарак, закончив читать записку. — Я понимаю, почему вы подумали, что это я, хотя, уверяю вас, это не так. Джулиан с удивлением обнаружил, что для него было облегчением узнать, что Гарак знает об этом. Он сунул руку в террариум и поднял Гарака-младшего, позволив ему ползать по полу между ними. — Вы не злитесь? Насчет имени? — Конечно, нет, — сказал Гарак. — Но мы должны выяснить, кто был ответственен за это. Я хотел бы знать, кто из ваших коллег пытается свести нас вместе. — Я был так уверен, что это вы, что не думал о других вариантах, — сказал Джулиан. — Майлз, казалось, что-то знал об этом, но он намекнул, что это от вас, и я ему поверил. Кварк знает, потому что я купил у него террариум, и я думаю, что Одо узнал об этом от Кварка? — Кварк может быть замешан, — размышлял Гарак. — Я полагаю, мне следует сменить имя ящерицы, — сказал Джулиан, вмешиваясь в то, что, по его мнению, было более насущным вопросом. — Было немного странно называть вас обоих Гараком. — Вы называли его Элим, — заметил Гарак. — Да, ну, так было легче отличать, — сказал Джулиан, защищаясь. — Вы никогда не называли меня Элимом, — сказал Гарак. — Вы никогда не называли меня Джулианом, — возразил Джулиан. Наступила долгая минута молчания, каждый ждал, когда другой даст им разрешение называть себя по имени. После того, что показалось вечностью, Джулиан снова заговорил. — Почему бы нам пока просто не называть его Младшим? — Можно, — сказал Гарак (Элим?). Последовала еще одна ужасно долгая пауза. — Может быть, нам следует перенести его террариум на этот стол, — сказал Джулиан, когда тишина стала для него невыносимой. — Это может быть хорошей идеей, — согласился Гарак. Джулиан положил Младшего на кровать, и они встали, подняв с собой большой резервуар и поставив его на длинный стол у стены. — Теперь, когда он не на полу, мне понадобится другой способ установки этих ламп, — сказал Джулиан. — Он любит тепло, а температура на станции не совсем подходит. — Я знаю, — сказал Гарак. — Верно. Конечно, — сказал Джулиан. Он схватил ультрафиолетовую и тепловую лампу и подтащил стул. — Ну, я просто установлю их над террариумом. Гарак скептически посмотрел на стул. — Это безопасно? — он спросил. — Вы можете упасть. — Я просто ставлю лампы. Я знаю, что делаю, — усмехнулся Джулиан. — Я прошел курс повышения квалификации по инженерному делу в Академии. Кресло не ощущалось безопасным, но Джулиан не упомянул об этом. Оно немного покачнулось, когда он ступил на него, и Джулиан положил руку на стену, поддерживаясь за нее, а другой рукой возился с лампами. На самом деле у него не было плана как установить светильники, но он уже стоял на стуле, так что для этого было слишком поздно. Когда он протянул руку, чтобы проверить положение одной из ламп, стул накренился. Не было времени даже на то, чтобы закричать. Джулиан оттолкнулся прочь от террариума, который стоил слишком дорого, чтобы его разбить. Он сильно ударился о пол, сумев защитить лампы и голову, но из него выбило дух. На мгновение перед его глазами закружились пятна, а когда они рассеялись, Гарак уставился на него сверху вниз. — Ой, — сказал Джулиан, когда снова смог дышать. От нижней части спины исходила боль. Он не мог точно определить ее происхождение. — Я разбил лампу? — Лампа в порядке, — сказал Гарак. Джулиан вдруг понял, что его держат за руку. — Джулиан, ты не ранен? — Я не знаю, — честно ответил Джулиан, пытаясь перевернуться на другой бок и находя это слишком болезненным. — Я думаю, что возможно. — Где твой трикодер? — спросил Гарак. — Джулиан? Если бы ему не было так больно, Джулиан улыбнулся бы. Все, что потребовалось, чтобы Гарак взял его за руку и назвал по имени, было травмой. — У кровати. Гарак ушел всего на мгновение, затем вернулся, снова взяв Джулиана за руку, а другой возясь с трикодером. Джулиан взял у него трикодер и сам провел диагностику. Он с облегчением обнаружил, что ничего серьезного не случилось, просто ушиб копчика. Ни сломанных костей, ни сотрясения мозга, только неприятный синяк. — Ну и что? — спросил Гарак. — Я в порядке, Гарак, — сказал Джулиан, сжимая его руку. — У меня только ушиб. — Пожалуйста, зови меня Элим, — сказал Гарак. — Элим, — повторил Джулиан. — Ты уверен, что это просто ушиб? — снова спросил Элим. — Просто ушиб, — успокоил его Джулиан. Элим помог ему подняться и схватил его медицинскую сумку, ожидая, пока Джулиан проведет ручным регенератором по пораженному участку. — Мне отвести тебя в лазарет? — спросил он. Джулиан сидел на кровати и уже чувствовал себя намного лучше. — Я врач, Элим. Я могу справиться с синяком. — Младший подполз и сел к нему на колени, глядя на Элима снизу вверх, как будто тот был на стороне Джулиана. — Видишь? Младший думает, что со мной все в порядке. — Младший не знает, о чем говорит. — Элим нахмурился. — Ты уверен насчет этого имени, Джулиан? Мне больше понравилась предыдущее. — Ну конечно, — рассмеялся Джулиан. — Я еще не совсем определился с именем. Мы можем выбрать другой, если хочешь. — Мы должны подумать об этом, прежде чем принимать решение. Это непростая задача-дать имя домашнему животному. — Я думаю, что да, — согласился Джулиан. — Это гораздо сложнее, чем я думал. Элим заставил Джулиана встать и несколько раз пройтись по комнате, проверяя, сделал ли регенератор свою работу. Как только он убедился, что с Джулианом все в порядке, он немного расслабился. Он устроился поудобнее, продолжая их литературную дискуссию с обеда, пока Джулиан звонил Майлзу, чтобы тот поставил лампы. — Гарак? — спросил Майлз, выглядя смущенным при виде кардассианца, сидящего на полу и держащего ящерицу. — Это долгая история, Майлз, — прошептал Джулиан. — Просто войди и поставь лампы. Мне больше нельзя этого делать. Майлз быстро поставил лампы, но, уходя, все еще такой же растерянный, каким был, когда пришел, он указал на тот факт, что Элим измерял ящерицу. — Думаешь, он попытается сшить ему крошечный костюм? — Может быть, — радостно сказал Джулиан. — Почему он в твоей каюте? — Я на самом деле не уверен, — сказал Джулиан. — Я рад, что он здесь. Однако он не дарил ящерицу, так что ты ошибся на этот счет. После того, как Майлз ушел, Джулиан осторожно сел у двери, все еще чувствуя себя немного напряженным, и наблюдал за Элимом и Младшим. Через некоторое время он решил, что Майлз задал правильный вопрос. Тот, на который он хотел получить ответ. — Элим, а почему ты вообще оказался в моей каюте? — Хм? — Элим посмотрел на него снизу вверх. — О, у меня кое-что для тебя было, — он сунул руку в карман. — Ром хотел отдать его тебе за ужином, но он забыл, поэтому попросил меня отдать его. По-видимому, он выпекал печенья версии всех на станции. — Это печенье в виде меня? — спросил Джулиан, беря маленький сверток и начиная разворачивать его. — О, нога сломана. — Должно быть, это произошло, когда я пытался убедиться, что ты не умираешь после падения, — сказал Элим, хмуро глядя на слегка надломленное печенье. — Похоже, я все-таки что-то сломал, — усмехнулся Джулиан. — Я уверен, что оно все равно будет восхитительно на вкус. Выглядит великолепно. Конечно, это не объясняло, почему Элим не позвонил в дверь, но Джулиан не возражал. Это был странный вечер, но он был рад, что все так произошло. Каким-то образом ящерица действительно сблизила их, несмотря на те унизительные первые мгновения. Теперь все, что им нужно было сделать, это выяснить, кто несет ответственность за все это. Джулиан не думал, что это Майлз, но это вполне мог быть Кварк. Хотя это мог быть и Капитан тоже. Он был тем, кто инициировал Тайного Санту. Это мог быть кто угодно.