Тёплый снег

Они вдвоём завтракали перед школой. — Представляешь, ей даже выходного не дали после командировки! — Антон шёпотом, чтобы не разбудить маму, делился с Арсением своим возмущением. Он стоял у плиты и помешивал варящуюся кашу. — Она сегодня на ночное дежурство выходит. Ужас... — Твоя мама же говорила вчера, что возьмёт отпуск большой, а сейчас перед Новым годом рейсов много... — Арсений отвечал тоже тихо, допивая свой утренний кофе. — Думаю, ты прав, просто эта постоянная круговерть аэропортов, людей изматывает. Я это иногда замечаю, поэтому и беспокоюсь. Но сейчас всё нормально, но не хочется, чтобы мама перерабатывала. — Я понимаю. Мне кажется, она не будет скрывать от тебя усталость, вы такая... семья, — Арсений, поднявшись, подошёл к Антону и обнял того со спины, целуя в шею. А Антон вытер руки и развернулся лицом к Арсению, заглядывая в сонные глаза напротив. — Ты какой-то... уставший, что ли, — Антон нахмурился, внимательно обводя глазами тёмные веки Арсения. — Нормально себя чувствуешь? Арсений сначала не понял Антона, а потом тихонько засмеялся. — Не поверишь, сейчас тебе такой секрет открою, — в ответ Антон вопросительно изогнул бровь. — Я уже давно замазываю синяки под глазами тональником. Ты меня сейчас, наверное, первый раз «без всего» видишь. — А я-то думал, что ты и учиться хорошо успеваешь, и спать, потому и выглядишь всегда идеально, — Антон захихикал вслед за Арсением. — Теперь понятно откуда у нас Арсений-само-совершенство-Попов. Ну слушай, у меня косметики нет, могу у мамы попросить, у неё что-то точно найдётся. — Ха-ха, да иди ты, Шаст, — Арсений положил голову Антону на плечо, а тот упёрся подбородком в его макушку. — Если серьёзно, то я делать этого больше не собираюсь. Времени много тратится. А начал из-за матери: в какой-то момент она стала докапываться до моей внешности. Вот и вертелся, как мог. — Понятно. Здесь ты свободен, дружок, — Антон взял голову Арсения и развернул её к себе, затем нашёл его губы и оставил на них влажное прикосновение. — Пойдём одеваться, а то выходить уже скоро.

***

Учителя и одноклассники, если и заметили резкую перемену поведения Антона и Арсения, то виду не подали, тактично промолчав. А они вдвоём, хоть Антон по-прежнему сидел вместе с Оксаной, мило общались на каждой перемене. Учебное время сегодня летело, поэтому никто из них не заметил, как закончился седьмой урок, возвещая о завершении дня. Но только не для Антона с Арсением: их впереди ещё ждали три дополнительных занятия. Всё было хорошо, только Антона беспокоила проблема, висевшая над ними тёмной тучей, неумолимо сгущаясь. Они оба понимали приближение конца декабря, а вместе с ним и близость экзаменов, которые должны были предопределить, по крайней мере, ближайшее будущее. — Арс, слушай, что мы будем делать с грандом? — они сидели в общей зоне, и каждый из них до этого момента что-то повторял. — Меня давит этот вопрос. Просто... я теперь совсем не хочу твоей неудачи, но сам так мечтаю учиться за границей. И у меня нет желания оставлять тебя здесь. Я уже ничего не понимаю... Давай поговорим об этом, пожалуйста? — Антош, — Арсений отложил конспекты и, быстро убедившись, что на них никто не смотрит, нежно поцеловал Антона в висок, а потом заглянул в обеспокоенные зелёные глаза. — Всё будет хорошо. Знаешь, мне не нравится больше с тобой соперничать. Но я понимаю, что мне самому тоже нужна эта поездка, ведь помощи от родителей теперь не будет... Слушай, я предлагаю... — Сдать экзамены и дождаться результатов, — закончил Антон. — Именно. Тогда уже будет всё предельно ясно. И, к тому же, я думаю, можно будет подговорить Дмитрия Темуровича, он точно что-нибудь придумает, — Арс улыбнулся и ободряюще сжал, как всегда, холодные пальцы Антона. — Опять ледяные! Ужас, как так вообще... Он взял обе его кисти в свои руки, пытаясь согреть. — Да у меня с кровообращением что-то, наверное, не знаю... — Антон как-то непонятно хмыкнул. — А насчёт результатов — да, согласен. Лучше дождаться чего-то определённого. Вообще, очень скользкая тема... Нам бы с тобой не вернуться в начальную точку. Хотя, что я говорю, мы уже точно туда не вернёмся. Просто... я хотел сказать, что при любом раскладе ситуации постараться не срываться в обвинения друг друга. — Да-а, боже мой... да, — Арсению прямо сейчас и здесь либо расплакаться от любви к этому человеку, либо зацеловать его до смерти. Но вместо этого Арс только чуть сильнее сжал успевшие немного согреться пальцы Антона и смотрел на него горящими глазами-прожекторами. Суматоха будней завертела их в свой вихрь, заставляя время бежать сломя голову. И вот, уже больше половины декабря было позади. Антон с Арсением планомерно готовились к экзаменам, периодически возвращаясь к теме получения гранда. Было сложно, но они пытались быть очень искренними друг с другом. Арсений много чего рассказал Антону о своём прошлом, в частности, о проблемах с родителями; они много плакали вечерами, сбрасывая все старые обиды, злость и недопонимания. Но им было действительно хорошо вместе, когда они вдвоём смеялись на кухне или целовались до умопомрачения. Оксана даже как-то сказала, что Арс с Антоном похожи на идеальный пазл. Но дни бежали, а свободного времени становилось всё меньше. Антон был до безумия благодарен, что они жили в одной квартире. Он просто представить себе не мог, как бы иначе они находили хоть минутку наедине. — Чёрт, что-то у меня горло побаливает, — они с Арсением только вернулись со школы и разбирали пакеты с продуктами, за которыми зашли после уроков. — С утра слегка совсем саднило, думал, пройдёт, а что-то вот не проходит. — Да? А что раньше не сказал? И ты именно сегодня решил купить мороженое? — Антон подошёл к Арсению и положил руку тому на лоб, чтобы проверить температуру. — Не, вроде, не горячий. Что-то ещё болит, может? — Ну... я хотел мороженого... — Арс смотрел на него такими жалостливыми глазами, что Антон погладил его по щеке и, улыбнувшись, покачал головой. — Слабость, наверное, ещё усталость такая... — Господи боже мой, да какое сейчас мороженое? За окном минус двадцать, а у тебя горло больное, — Арсений в ответ всё ещё продолжал смотреть на Антона. — И прекрати эту свою моську делать. — Ну пожа-а-алуйста, — протянул Арсений, положив ладони на грудь Антона, а тот тяжело вздохнул и закатил глаза. — Ничего же не будет от маленькой порции. — Да за что мне это... Ладно. Хорошо. Но только надо его погреть. — Что? — Арсений нахмурился. — Я не хочу есть тёплое мороженое. — Либо так, либо никак, — Антон выглядел суровым, но когда он увидел, что взгляд Арсения погрустнел, поцеловал того в лоб. — Правда, Арсюш, если б у тебя горло не болело, то можно было бы. А так опасно: даже голос потерять раз плюнуть.. — Да ставь уже в микрововлновку, — Арсений всё прекрасно понимал, но ребёнок внутри него закапризничал. Антон распаковал брикет белого мороженого и разложил его по двум небольшим тарелочкам. — Я тоже погрею себе, за компанию, — улыбнулся Антон, когда ставил первую порцию в микроволновку. Захлопнув маленькую дверцу, он выставил время на несколько секунд, чтобы не перегреть. Вдруг он почувствовал горячую ладонь на своей пояснице. — О... Ты... Неожиданно для себя Антон ощутил тугой узел внизу живота. Не то чтобы он до этого момента его никогда не чувствовал, но сейчас бабочки захлопали крыльями почему-то особенно сильно, мгновенно вгоняя в краску. Арсений медленно проводит ладонью по рёбрам, а потом разворачивает притихшего Антона лицом к себе. — Можно я тебя заражу? — Арсений останавливается почти у самых губ Антона, игриво улыбаясь, а тот оказывается прижатым поясницей к столешнице. — Мы утром целовались, так что, я думаю, поздно уже что-то говорить, — Антон кладёт руки на плечи Арсения, а затем сам же сокращает расстояние между ними. Арсений отвечает мгновенно, углубляя поцелуй, от чего Антон тает лучше мороженого в микроволновке. Они даже не замечают, как она пищит: кровь в ушах шумит оглушительно. Арсений подцепляет края футболки Антона и запускает под неё руки, касаясь прохладной спины. А Антон, не ожидавший этого, резко отстраняется, рвано глотая воздух. — Да как ты... м-м-м... — Арсений прикусывает тонкую кожу на шее, а потом целует, нежно зализывая языком. Антона прошибает насквозь, он цепляется руками за волосы Арсения, в джинсах неумолимо становится теснее, а сердце заходится в диком темпе. Антон чувствует болезненно приятные прикосновения губ, после которых останутся яркие отметины, но останавливаться не хочет. — Арс... Погоди, мы же... Мы же договаривались, чтобы всё было... незаметно. — Плевать, я тебе водолазку свою дам, — и Арсений возвращается к губам, а Антон выгибается навстречу, и уже всё равно, что на пояснице может остаться внушительный синяк. Он не пытается сдерживаться, и с его губ прямо в поцелуй слетают отчётливые полустоны. Антону до дрожи в коленях нравится такой Арсений, чьи касания напоминают о себе ещё несколько дней, в чьих объятиях он чувствует, что никуда не упадёт. Но ему нравится и нежный Арсений, от чьей заботы хочется плакать, обняв его руками и ногами... Антон не знает, как выглядит, когда они нехотя отстраняются друг от друга, а у Арсения внутри всё трепещет от взгляда блестящих и таких... влюблённых глаз. Он не может оторваться и, наверное, не сможет ни сейчас, ни потом. — Ты такой красивый... И ещё, мне же не послышалось? Антон посмотрел наверх и, покраснев, помотал головой. Тогда Арсений, чуть улыбнувшись и сам слегка покрывшись румянцем, наклонился к самому уху Антона и издал такие звуки, что тот поперхнулся воздухом, а затем хрипло произнес: — Несите чаю, я кончаю... — в ответ Арсений, не сдержавшись, рассмеялся, утыкаясь носом в плечо Антона, пока тот пребывал в состоянии нестояния (хотя, признаться честно, стояло уже все, что можно). — Да как ты из того, кто смотрел на меня глазами кота из «Шрека» по поводу мороженого, превращаешься в того, кто откровенно стонет мне на ухо. Нет, и вот что мне сейчас со стояком делать?.. Арс! Арсений оттянул ворот футболки Антона и снова поцеловал, но только уже в ключицу, потом стал оставлять цепочки влажных прикосновений, двигаясь к линии подбородка и губам. Антон, не выдержав, утягивает Арсения в глубокий поцелуй, резко прихватывая верхнюю губу зубами. Арсений что-то сдавленно промычал, но не отстранился, путешествуя пальцами уже не только по спине Антона, но и по груди с животом. — А-арс, пощади, — Антон обнимает Арсения, когда они наконец отрываются друг от друга. Руки Арса и спина Антона безопасности ради снова разделяет тонкая ткань тёмной футболки. — Я ж это... ну... — Что такое? — Арсений подаётся немного назад и внимательно смотрит на Антона, а внутри у того и так всё клокочет от эмоций и ощущений, но резкая волна смущения абсолютно лишает его способности связывать слова в предложениях. — Ты... девственник? — Да, — Антон прикрывает глаза, он не знает, почему этот вопрос так выводит его из равновесия, он не понимает своей реакции, но точно осознаёт, что хочет просто прижаться к Арсению и никуда не уходить. Ему легко шутить на подобную тему, но такие прямые и конкретные вопросы заставляли его залиться краской. — Эй, ты чего? Всё хорошо, — Арс улыбается и зарывается носом в волосы Антона у виска. Говорит чуть тише, почти шепчет, и Шаста начинает легко потряхивать. — Ты как? Тебе сейчас комфортно? — Да, всё хорошо, просто... — Антон тихонько смеётся, не открывая глаз, жмётся ближе к Арсению. — Прости, меня очень смущают такие вопросов лоб. В плане, говорить о себе в таких вещах мне неловко. Но я... думал, признаться, о сексе с тобой, мне хочется этого, но сейчас, я думаю, нам надо ещё попривыкнуть друг к другу. — Я никогда от тебя ничего не требую и не стану этого делать, — Арсений мягко целует его в скулу, а Антон почти что урчит от удовольствия. — Если тебе что-то не нравится, говори мне сразу, пожалуйста. Ты мне важен, поэтому я никогда больше не сделаю того, что тебе неприятно. А у Антона внутри всё щемит от такой трепетной заботы, он поворачивает голову и оставляет невесомый на губах Арсения. — Слушай, а ты... у тебя... что-то было? — Антон отстранился и посмотрел на Арсения. — Моя половая жизнь началась в пятнадцать, — просто сказал он, усмехнувшись. — Первый раз случился с девушкой, она была старше меня... Потом ещё с парнями было... — Хо-хо, Попов, что ты за шлюха такая? — Антон, глядя на Арсения, еле сдерживался от смеха, но через секунду они оба посыпались. — Ой, боже, Шаст... С тебя денег не возьму, не бойся, — Арсений отошёл от него, чтобы достать забытое мороженое. — Держи свою порцию. Антон, всё ещё посмеиваясь, сел за стол, а Арс поставил перед ним тарелочку с растаявшим пломбиром. Себе он тоже погрел, и они уже вдвоём уплетали почти приторное мороженое, которое, даже тёплым, было безумно вкусным.

***

— Волнуетесь? — Дмитрий Темурович стоял вместе с Антоном и Арсением перед дверью кабинета, где они ближайшие несколько часов должны были писать экзамены. Всё сделали так, что перерывы были небольшими, потому что хотели провести всё в один день, а не растягивать на тысячу лет. — Не волнуйтесь. — Спасибо, Дмитрий Темурович, Вы прямо очень помогаете, — съязвил Арсений. Они и правда с утра были на нервах и едва не поссорились с Антоном из-за того, что тот никак не мог собраться. Но, слава богу, крупной ссоры так и не произошло, потому что Антон вовремя нашёл нужное и обнял Арсения, тем самым остужая его пыл. — Ладно, — классный посмотрел на часы у себя на руке, пропустив фразу Арса мимо ушей. — Я пойду за директором, заодно Павла Алексеевича найду. Вы тут стойте и ждите. И он быстрым шагом направился куда-то вглубь коридора. — Всё хорошо, Арс, ты что-то совсем разнервничался, — Антон начал гладить его по спине. Они стояли у окна, облокотившись на край подоконника. Антон чуть наклонился и заглянул Арсению в глаза. — Действительно, из-за чего же я?.. Фух-х... Ладно, прости, — он провёл рукой по лицу, как бы стирая усталость. — Не выспался совсем, ночью не заснуть было. — Да уж... Я чувствовал, как ты ворочался, — Антон оттолкнутся от подоконника и встал напротив Арса. — Ну всё, иди ко мне. Арсений сцепил руки на спине у Антона, а голову положил ему на плечо, вдыхая уже успевший стать таким родным запах. Антон был в одной из своих клетчатых рубашек, которые Арсений иногда воровал у него, и это ощущалось так успокаивающе и уютно, что сейчас Арсений чувствовал, как понемногу раздражение и напряжение сходят на нет. Через пять минут подошли все те, кто должен был присутствовать на экзаменах. И всё началось. Их рассадили по разным концам кабинета, раздали все необходимые бумажки, засекли время... В общем, как всегда происходит на подобных мероприятиях. Задания оказались довольно трудными, но однозначно возможными к решению. Антон слегка застопорился с английским, а Арсений — с обществознанием, но, как они обсуждали уже после, экзамены были написаны успешно.

***

Арсений на автомате листал ленту в Инстаграме, он ждал Антона, который отошёл в туалет несколько минут назад. С экзаменационного дня времени прошло прилично, но результатов так и не было, хотя их обещали огласить уже на следующий день. Но вот уже четвёртые сутки они с Антоном мучались в ожидании своей участи, и даже дёргание Дмитрия Темуровича не помогло в её прояснении, он только отмахивался от них, давая понять, что всё будет известно в своё время. — Сколько можно уже? — Антона начала порядком доставать эта ситуация. — Почему нам ничего не гворят? Завтра уже последний день, вручение, вечеринка... Мы должны же знать заранее. — Ради Бога, успокойтесь, — Дмитрий Темурович, как всегда в таких случаях, устало потёр переносицу. — Там возникли некоторые трудности, как только мы их решим, всё вам расскажем. Арсений с Антоном эти дни провели как на иголках, подрываясь из-за каждого уведомления на телефоне. На уроках сосредоточиться было очень сложно, пока в голове крутились тревожные мысли, которые в конечном счёте превратились в раздражённость, из-за чего они успели уже несколько раз поругаться совершенно без повода. Сейчас должна была быть литература, одиннадцатый класс стоял около дверей в кабинет и ждал Павла Алексеевича, который уже замаячил в конце коридора вместе с их классным руководителем. Они что-то увлечённо обсуждали, но что именно, понять было трудно. Арсений решил не дожидаться Антона, а просто взял его рюкзак, чтобы занести в класс. Они около недели уже сидели вместе, так как Оксану угораздило заболеть, хотя она и обещала, что если и не придёт, то обязательно приползёт на завтрашний праздник, и даже сотни уговоров друзей остаться дома её не останавливали. Арсений уже вошёл в кабинет со всем классом и почти сел за парту, как его окликнул Дмитрий Темурович. — Арсений, подойди сюда, — он поманил его рукой, показывая на выход. Арс нахмуримся, но молча последовал за ним. Они вышли в опустевший коридор. — А ты не знаешь, где Антон? — Он отошёл в туалет. — Понятно. Ладно, у меня мало времени, поэтому скажу тебе, ты ему, я думаю, передашь, — Арсений весь превратился во внимательность, глядя на собеседника. — Ваши результаты... идентичны. Абсолютно. Нет ни одного различия. Работы написаны на высшем уровне, вы большие молодцы, но руководство школы просто не может определиться, кто из вас поедет. А времени проводить дополнительные экзамены просто нет... Брови Арсения от удивления поползли вверх. Он ожидал чего угодно, но не этого. Весело получилось: у них мозг один на двоих. Арс про себя усмехнулся этому факту и решил, что стоит дослушать Дмитрия Темуровича, потому что вывод к этому всему был необходим. — ...приняли решения предоставить вам самим определиться, кто из вас на эти два месяца умотает в Америку. Плюс ко всему, мне нужно это знать до вечера, — а вот это было ещё более внезапно. Арсений несколько секунд непонимающе смотрел на классного. — Я сам в шоке, если честно. Есть, конечно, один более справедливый вариант, мы попытались его провернуть, но шанс, что нам ответят всё меньше и меньше... Поэтому пока определяйтесь. — Что за вариант? — Не хочу говорить, — он глянул на часы. — Всё, не могу больше задерживаться, обсуди с Антоном. — Постойте! — Арсений очнулся от первого шока, и решение пришло как-то само собой. — Пусть Антон едет. Он этого давно хотел. — Погоди, вы даже не поговорили ещё... — Не важно, он отпираться будет, — Арсению вдруг показалось это таким важным, чтобы поехал именно Антон. — Нет, так не пойдёт, — Дмитрий Темурович уже на ходу покачал головой. — Я приму только решение, которое вы мне озвучите вечером. И он ушёл, оставив Арсения поджимать губы от досады. И, как по иронии судьбы, в это мгновение к нему подошёл Антон. Арс запоздало подумал, что того не было как-то слишком долго. — К тебе Дмитрий Темурович подходил? — Антон проследил за взглядом Арсения, который смотрел вслед уходящей фигуре классного. — Насчёт результатов? — Ага, — Арсений перевёл взгляд на Антона и улыбнулся. — Ты поедешь. — Что? — глаза Антона округлились, а сам он заулыбался до ушей. — Не шутишь? Правда? — Да, да! — Арс крепко обнял Антона, но тот неожиданно отстранился и с прищуром внимательно посмотрел на него. — Врёшь. — Что? — Ты мне что-то недоговариваешь, — Антон сложил руки на груди и продолжил протыкать Арсения взглядом. — Если бы это было правдой, у тебя на лице не было бы выражения, будто ты пытаешься понять мат. анализ. И, если бы все было так просто, с сообщением результатов так бы не затягивали. — Да как ты?.. Ладно, — Арсений провёл рукой по своей щеке. — Короче, у нас с тобой совершенно одинаковые результаты. Они там пытались как-то эту проблему решить, но... в итоге мы с тобой должны сами определиться, кто из нас поедет. — Воу, — единственное, что успел сказать Антон перед тем, как прозвенел звонок.

***

— Можно выйти? — прошло чуть больше половины литературы, и Антон больше не мог сидеть на месте. Арсений посмотрел на него с непониманием, но ничего говорить не стал. Выйдя в коридор, Антон быстрым шагом направился к лестнице. Хвала богам, что он помнил расписание Дмитрия Темуровича (откуда? — вообще непонятно). — Извините, можно Вас на секундочку? — у его классного был урок с пятым классом, и все пары маленьких глазок посмотрели на Антона с большим интересом. — Посидите пять минут спокойно, я сейчас, — он вышел к Антону, закрыв за собой дверь. — Что такое? — Пускай Арсений едет, — Антон немного запыхался, поэтому сказал это чуть резче, чем нужно. В ответ Дмитрий Темурович прикрыл глаза и тяжело вздохнул. — Можно я честно скажу? — Да, конечно. — Как вы двое достали меня уже...