Потерянный Бог. Дом

      Один, когда шёл, полностью силы восстановил: ничего больше не болело и не ныло. Потому он выпрямился и вновь внушал тихий трепет в сердцах жителей замка, которые при виде царя склоняли головы. Сзади него тенью шли Хела и Локи, вот бы в одной цветовой гамме — зелёной — было бы идеально. Но маг пристрастился в космосе к фиолетовому, потому даже асгардские доспехи (он смог создать сам по образу и подобию), украсил тёмно-фиолетовыми вставками и белым золотом. Хела же как всегда сияла в зелёном, обожая сочетать всё с чёрным золотом. Но, даже так они были пугающе похожи, с одинаковой мрачной аурой и убийственным взглядом. Над ними висела непроглядная тьма. Над Хель по природе смерти, а Локи сам к ней пристрастился.        Царь сел на трон, Тор уже стоял у ступени возле него. При виде отца кивнул и улыбнулся. Вот он — ходячий свет, словно приёмный, но точно сын Одина и Фригги. Хель тоже имела такие светлые волосы, но убийства оставляли свой отпечаток в виде почерневших прядей. И чего она учила морали Локи, если на её голове даже одного светлого волоска не осталось?  — Я бы хотел отлучиться в Мидгард сейчас же, отец. — говорит Тор, делая шаг к трону. — Мне нужно… — Иди. — прерывая его, даёт своё добро Один.       Громовержец раскручивает молот и быстро пересекает зал.  — Мне кажется, или вы что-то скрывайте? — хмыкнул Локи, прослеживая за быстрым братом. — Что Тор в Мидгарде забыл? — У него там друзья смертные. Может, они в опасности, кто знает. — пожала плечами Хела. — «Друзья смертные?» Когда это он успел ими обзавестись…  — У него и спросишь. — заканчивает бессмысленный разговор Один. — Завести смертника!       Огромные ворота вновь открылись. У трона из сияния появилась Фригга вместе со Сваном. Локи скользнул взглядом по ним, Хела поприветствовала их тихим шепотом, а Один кивнул. В зале тишина прерывается звонким скрипом механизмов наручников. Вразрез приказу Тора, никого не было: он сам поменял накануне решение и приказал, чтобы Фандралу наколдовали временные руки и казнили только в присутствии королевских лиц. Звенят длинные цепи, клацают браслеты на ногах и шее. Стража была ответственна за каждую конечность. Один из них сильно дёрнул за цепь у шеи, и Фандрал чуть не упал, но, пусть и с громким шумом, смог удержаться на ногах.        Советник оглядел присутствующих и ломано усмехнулся, морщась при этом от боли, после встречи с молотом. Руки ему вернули: наколдовали временные. Они ощущались как родные, но все равно были чужими – просто иллюзией, чтобы психологически давить на него. — С какими почестями меня встречают. — Советник давно научился игнорировать боль, потому издевательски поклонился. И даже плюнул под ноги Локи. — Жив или зрение меня подводит?       Валькирия, что всегда плевала на все правила, появлялась неожиданно и всегда вовремя. Она и отвесила наглому пленнику хороший подзатыльник. Да такого, что он полетел прямо под ноги всей королевской семьи. Фыркнув, Брунгильда встряхнула своими косами и, наступив на лопатки Фандралу, направилась к Локи. Последний, к слову, засиял как начищенный алмаз и подал девушке руку. Воительница приняла её и встала возле своего друга, совсем не обращая внимания на холодный взгляд царя, весёлый царицы и удивлённый от Хелы. Сван смотрел в пол, пытаясь совладать с собственными ощущениями.  — Никто не смеет плевать под ноги Принцу Локи. — носком ботинка Валькирия прислонила лицо Фандрала к его собственному плевку.  — Дорогая, я вовсе не оскорблён, оставь его. — оттаскивая рассерженную Гиль подальше от смертника, говорит он. — А ботинки я и сжечь могу.        Локи пристально смотрит на еле поднимающегося Фандрала, у которого после фразы «и сжечь могу» прошёл табун мурашек. Он и сам не мог понять почему вдруг эта фраза вызвала страх, словно… Принц имел в виду не только ботинки. Один бросил короткий взгляд в сторону Валькирии и Локи, выдохнул и поднял кончик Гунгира. Стража помогла встать Фандралу, один из них схватил его подбородок и поднял, чтобы Советник смотрел прямо в глаза царю. — Советник. Не стыдишься ли ты своих деяний? И понимаешь ли, почему я решил выбрать крайнюю меру наказания? — Казнь? — он хрипло смеётся, ещё раз доказывая, что совсем сошёл с ума. Он трясущиеся рукой (в голове все еще крепилась мысль, что руки – иллюзия, от того ем было ещё хуже) показал на Локи. — Расскажи как выжить после казни. Я же видел, как твоя голова висела на лезвии меча…  — Всё просто. Для начала теряешь голову. Или от моей красоты, или от лезвия не менее прекрасной Брунгильды. А после берёшь лейку, ухаживаешь за своей шеей как за маленьким ростком. И, смотри, через несколько дней вырастает голова.        Фандрал вскочил и попытался схватить Локи, но стража потянули на себя цепи и он упал на задницу.  — Ух, что за зверь. — маг протягивает руку, словно льву за решёткой. — Ну укуси, смотри какая вкусная. Свежая плоть, напоминание о том, как тебе не удалось отомстить.       Советник вновь вскакивает, но стража держит его крепко и ему остаётся только ругаться и рычать в сторону ну очень уж весёлого трикстера. Который ещё и гриву ему наколдовал, а на коже нарисовал полоски, случайно соединив двух мидгарских хищников из семейства кошачьих. Сван от такого зрелища пытается маскировать смех под кашель, скрывая улыбку в кулаке. А Хела смотрит уничтожающе то на брата, то на альва. Фригга переглядывается с мужем и улыбается.  — Локи, перестань его дразнить. — говорит Один, делая вид, что его не смущает тот факт, что казнь превратилась в клоунаду. — Если раскаешься в своих деяния, Фандрал, может тебе удастся добиться смягчения. — Какого? Топор поменьше возьмёте? — от вида льва-тигра, он от магии протягивает «р», словно рычит. — Я не каюсь! И прощения больше не ищу.  Только прошу простить меня… — он улыбается и расправляет руки (они не его!) — За это.       Ничего не происходит. Фандрал открывает глаза и до сих пор видит зал суда и недоуменные лица присутствующих. Он щёлкает пальцами и вновь ничего не происходит. Свистит, шепчет нужное имя, но картина не меняется. Он всё ещё стоит здесь. И уже без рук. Только иллюзия рассеивается. — Если ты ждёшь Чаровницу, — вкрадчивый шёпот Локи, нарушает неловкую тишину, — прошу её простить за задержку. Из Хельхейма добраться к тебе и с пересадками сложно.        Фандрала захватывает липкий страх. Он смотрит в словно чужое лицо Локи и больше не видит в этих чертах и знакомого изгиба. Тогда, когда он склонился перед Йотунхеймом, в голове Советника промелькнул образ маленького друга, что жалел каждого убитого кабана. Внутри маленький Фандрал восхищался его добрым сердцем, но никак это не показывал и всячески издевался. Но это было что-то на грани: «ты не должен жить в Асгарде!» и «смотри что делает с добряками жестокий мир, ты должен быть готов!» Фандрал после смерти отца и вовсе возненавидел Локи. Но тогда принц был «мёртв». Вернувшись, он разжег в Советнике давно потухший огонь мести. Сейчас все его действия привели к цепям и к тому, что этот самый принц объявляет смерть Чаровницы. Больше нет воспоминаний о маленьком Локи. В сумасшедшем уме Советника строится образ чужого монстра.  — Многочисленные попытки убить меня и Тора, убийство Локи, попытка захватить власть, помощь врагам, попытка отравить царицу… — начинает Хела, наблюдая как всё сильнее вжимается в плечи голова смертника. — Потому, будут вопросы, а после казнь. От ответов ничего не зависит, но и тебе нечего терять. Ты провёл йотунов в первый раз?       В голове проносится мысль, но он не успевает поймать её, потому выдаёт ответ на автомате, совсем не вникая в суть вопроса.  — Да.         Приходит осознание, а после и история. С Чаровницой  познакомился давно, когда оправдали и она могла бродить по Асгарду. Не может воин сказать, околдовала она или нет, но сейчас это уже и не имеет значение, Чаровница мертва и за все деяния будет дальше отвечать воин, и неважно, делал он это по собственной воле или чужой.  Она и рассказала про тропы. Фандрал тогда этой информацией воспользовался: выкрал дитя йотунхейма, бросил посреди Асгарда. Когда об этом прознали взрослые, чуть войной на город не пошли, что и сорвало первую коронацию. Но дипломатичный Один исправил положение и обошлось всё без войны.  — Помогал тёмным эльфам? — спрашивает уже Фригга, неосознанно касаясь своего правого бока.  — Да.        Эльфы сами заявились во время очередной коронации. Но флотилия Асгарда быстро с ними разобралась, хоть и интуиция Фандрала подсказывала — всё не так просто. Он тогда и связался с Малекитом, чтобы остаться в живых и за одно угробить всех, кроме Тора. Но одно он не учёл: Хела во время парада была могущественна и практически непобедима. Тор тогда отправился за Эфиром в Мидгард, а Хела с Одином расправились с Малекитом. А Эфир… Вроде его царь отправил куда-то очень далеко, куда – даже Советник не знает, да и не узнает. — Я украл память Чаровницы, потому всё это подтверждаю. И, обладая ещё и Локи десятилетнего, скажу, что по тропам Фандрал ходил по Йотунхейму, осознанно нарушая договор. — начал он, пристально рассматривая лицо пленника. — Я же говорил, что мне хватит одной информации… Жаль и Чаровница больше не узнает, что ты ей изменял. Причём с трупом – Изольдой. Но это не так важно, да? Главное, что ты сделал для Асгарда.  — Говорит тот, кто целует отрубленные головы. — прошептала Брунгильда. — Ну я же сказал для чего… — протянул он. — До сих пор ревнуешь? — Ни в коем случае.  — Гиль? — Я так понимаю, в аду снег пошёл не только из-за меня. — рассмеялась Хель, получая рассерженный взгляд двух ледяных глаз.       Царь стукнул Гунгиром по полу, все резко замолкли, пленник неосознанно выпрямился, но тут же прогнулся под силой стражей. Материализовалась гильотина, голова смертника опустилась на лунет. Стража закрепила его молчаливым согласием Советника. Больше он не брыкался, только пытался не отрывать взгляда от Локи. — Фригг, дорогая, ты уверена, что хочешь смотреть на казнь? — с непривычной теплотой спрашивает царь. — Я бы хотела видеть, как умирает тот, кто пытался убить моих детей.        Один кивает и поднимает руку. — Как ты выжил?! Как ты опять избежал смерти! — кричит Фандрал, брыкаясь, стража утихомиривает его тело.       Локи подходит вплотную и снимает иллюзию со своего лица. Один заметил дыру в голове сына и опускает Гунгир. Лезвие разрезает шею как масло. Голова Советника падает под ноги принцу. Стража спешит убрать её, но маг спокойно за волосы поднимает её и наблюдает, какое прекрасное выражение – изумление – застыло на его лице.  — Ты ещё и поцелуй его!       Он резко оборачивается на улыбающуюся Валькирию, что своими словами отвлекла каждого от разглядывания дырявого затылка принца.  — Гиль! Такой момент испортила! — А что? Хотел толкнуть длиннющую речь духу Фандрала?  — Ну смотри же, прекрасное выражение! Только на это и напрашивается. — Локи показывает голову ей, а Сван, увидевший кровь, капающую прямо на ботинки Принцу, повернулся к Хель и спрятал свои глаза в её плече. — Ой. — Жаль не губы уточкой, да?        Маг бросает голову в мешок, что достала стража. — И долго ты мне это припоминать будешь? — До конца жизни.       Локи подходит к ней и берёт за кисти. Улыбается обезоруживающе.  — Значит, мне ждать твоей смерти? — А ты хочешь моей кончины? — Ну если это позволит мне дотронуться до твоих губ… — Замолкни!        Один с Фриггой многозначно переглянулись и даже обменялись улыбками. Хела некоторое время не отрывала взгляда от Валькирии, но, почувствовав трясущегося Свана, сразу потеряла к парочке интерес и принялась успокаивать альва.  — Отец, давай тихо проведём коронацию. — предлагает Хела, когда Сван наконец берёт себя в руки. — Подпишешь бумаги, я тоже, и больше ничего. Гости уже вряд ли придут, пугающую закономерность они проследить в силах. — Тогда нужно вернуть Тора, при подписании бумаг должны присутствовать все. — соглашается Один и ударом Гунгира очищает зал от крови и гильотины. — Я пойду!       И, не спрашивая никого, исчезает в портале. Оставляя бедную Валькирию на растерзание королевской семьи, потому что, судя по реакции, она знала, что за дыра в голове принца.

***

      Оказывается Локи в центре ужасающих событий. По ощущениям он летит на клочке земли, судя по округе ему конец, если сейчас не выставит магический щит. Так он и сделал. Те, кто стрелял выглядели странно – человекоподобные существа из металла. Одним щелчком он уничтожает десяток их и понимает, что для этого нужно минимум магии: взрываются они легко, если найти нужную точку. А точку он нашёл, несколько минут поэксперементировав с одним существом.  — То-ор! — щит ломается от того, что на него налетает десяток металлолома. — Блять!        Доставая клинки, он разрезает за секунды этих существ, даже не думая о том, что они могут быть и добрыми, и просто защищают от незнакомца. Но если нападают – Локи будет отвечать тем же и чхать он хотел на добрые намерения добрых сторожевых псов.  — То-ор! Козлиная ты головушка, скажи где ты травку жуёшь!  — Козлиная головушка? — рядом оказывается человек со щитом и защищает спину Локи от очередного удара. Принц не отстаёт и защищает спину нового союзника. — Кем Тору будешь? — Братом. Ты кем будешь? — один взмах руки и второй десяток поднимается над землёй и насмерть разбивается об машины. — Другом. — они не оборачиваются, прислоняются к спинам друг друга, держа оружие. — Стив Роджерс. — Локи, — он создаёт магическую волну и на минуту в воздухе застывают все роботы в радиусе километра, — приятно познакомиться.       Это даёт некоторое время, чтобы обернуться и разглядеть друг друга. Локи отмечает, что по внешности, человек довольно безопасно выглядит.  — Взаимно. — Роджерс! Перестань кокетничать с местными, у нас тут нашествие! — прозвучал голос Тони в наушнике.        А после и он показался над головами. Локи не отличал своих и чужих, поэтому направил свою руку и на Железного человека, который отличался от сгустка металлолома только цветом. Капитан быстро опустил руку мага (он отметил про себя, что Стив нечеловечески силён). — Это наш! Тони Старк, тоже друг. — Я слышу в твоём голосе сарказм. — комментирует Железный Человек и уворачивается от очередного снаряда и натыкается на неподвижных зависших роботов. — Кто устроил парад летающих кукол? — Локи. — отвечает Стив. — Брат Тора? — Откуда знаешь? — Сказки читал. — быстро отвечает гений. — А ещё Тор по-пьяне рассказывал, что у него брат умер. — Если это Локи припёрся гоните его хлыстами. — раздаётся голос Тора. — Я еле от заклинания избавился. — Да тебе очень шли рога, братец. — Локи щёлкает пальцами и все роботы в воздухе поочерёдно взрываются.  — Да чего вы там разболтались! — раздаётся женский голос. — Вы видели как роботы фейверк устроили? — Это всё Локи. — отвечает устало Тор. — Тот, который коня рожал? — Да никого я не рожал! — взрывается от возмущения Локи, когда в динамике раздаётся смех каждого, кто подключён. — Блять, я вашу эту Скандинавию… — Не выражаться. — Прости, Локи, у Кэпа аллергия на маты. — раздаётся весёлый голос Тони.  — Ты придумал как опустить город с минимальными потерями? — разрушая всё веселье, спрашивает Клинт. — Тор шандарахнет, но жителей надо эвакуировать.  — Каким образом? Парашютов на всех не хватит.  — Локи, можешь с порталами их всех эвакуировать? — спрашивает с надеждой Тор. — Да я бы с радостью, но порталы имеют ужасную привычку разбирать и собирать. Себя-то я контролирую. А в толпе кто-то может письками поменяться.  — Кто-то может и будет рад. — подхватил Тони. — Ладно, тогда к старому плану, пока бьём всех кого видим, а потом решим.       Железный Человек скрывается за облаками. Новая волна роботов наступает на Кэпа и Локи. — Вот так стать братьями по оружию с мидгардцем я не хотел конечно.       Стив щитом уничтожает роботов, Локи танцует с клинками и обезглавливает с такой же эффективностью как и Кэп. Он ещё и успевает проследить за техникой боя мидгардца, и ещё раз убеждается в том, что у обычного человека не должно быть столько сил. Он разрывает голыми руками робота, пока ждёт, когда к нему подлетит щит. А ещё Локи использует инфокрасное зрение йотуна и понимает, что людей здесь очень много в зданиях. Прячутся, но мирных надо вывести срочно.        Его отвлекает дикий рёв над головой. Он успевает увернуться от зелёного пятна. Пыль рассеивается и он видит огромное чудовище, мигом призывает собственного монстра – йотуна – и обращается к богу Огня. Балансировать между двумя крайностями он научился ещё давно, а перед ним что-то такое, что требует силы и огня, и льда.  — Ну нападай, Годзилла, — волосы начали перекрашиваться в рыжий, а под ногами возникает огненное кольцо, — и не таких убивал.  — Эй! Стоп-стоп! — Кэп сразу встаёт между ними, и Халк останавливается. — Он друг.  — Халк крушить незнакомца! — Он брат Тора, помогает.        Халк прорычал и замахнулся, Кэп выставил щит, закрывая собой принца. От шока (как его защищает малознакомый землянин?) маг застыл, опуская бога огня. Йотун тоже на секунду уходит, но возвращается, когда кулаки оказываются слишком близко. Из-под земли вырастают ледяные иглы, закрывая толстым слоем и Кэпа, и Локи. Но зелёный монстр уничтожает роботов поблизости и бежит крушить дальше.  — Ты меня пытался защитить? — тихо спросил Локи, наблюдая, как солдат снова вырубает роботов. — Он же мог убить. Ты простой смертный…  — Ты же сам сказал, что мы братья по оружию. — улыбается Стив, бросая щит в очередного робота. — Да и не могу я так просто умереть.        Локи хочет возмутиться, но замечает ещё горсток роботов и хмурится.  — Можешь встать за мной и желательно спрятаться за щитом?       Без вопросов Кэп делает всё о чём попросил Локи. Последний, улыбнувшись, прошептал заклинание и огненное кольцо опоясало их с Роджерсом. Секунда, и из неё родилась огромная огненная змея, что с диким шипением пронеслась по городу. Своим жарким огнём она расплавляла каждого робота, при этом изящно уворачиваясь от жителей.  — Это… удивительно… — прошептал Кжп, наблюдая как змея пожирает каждый кусок металла. — Локи! А ты не мог этот трюк выкинуть чуть пораньше? — прозвучал голос Старка.  — Кто-то обзавёлся могущественным союзником? — раздался незнакомый голос.       Кэп с Локи подняли головы и увидели огромный корабль. Принц засунул свои руки в карманы и заметно побледнел: пришли не самые приятные воспоминания. А ещё и осознание того, что чем дольше он находиться в Асгарде, тем выше шанс натравить на них Таноса. И Земля тоже в это теперь включена. Где бы он не был, везде Локи мог оставить след для отца, тем самым обрекая на уничтожение целые миры… — Фьюри, лисья ты морда! — У-у, Кэп, кому-то надо помыть рот с мылом.       Дальше происходила полная эвакуация мирных жителей. И в задачи Локи с Кэпом всё ещё входила защита этих граждан от атак с воздуха. Почему с воздуха? Да потому, что на земле благодаря змее никого почти не осталось, а змея, к сожалению, не летающая, поэтому она чуть ли не скулила, как только все роботы оказались над землёй. Но с атаками с воздуха помогал Тони с ещё одним железным человеком, но с в другой расцветке и с другим оружием.  — Тор! По моей команде! — Локи, надо эвакуироваться. — Кэп взял его под локоть и повёл к «спасательной шлюпке». Принц сразу же убрал руку и отошел назад. — Что такое? — Всё нормально. — не нормально, уж точно, потому что вид этого корабля напоминал ему о не самых хороших моментах в жизни. — Мне надо деактивировать змею. Я своим ходом, порталами. — Как знаешь.        Кэп сидится на борт и не спорит. Сам видел этот портал, потому не хочет заставлять того, кто и так может очутиться в любой точке и приспокойно сбежать. Локи исчезает.       Нет, ему не нужно поглощать змею, она уже сама постепенно теряет силу и исчезает. Бог просто почувствовал могущественный всплеск магии. С ужасающей природой. Очень похожую на природу его порталов. Это могло означать одно: один из камней бесконечности здесь, на Терре. Это очень, очень и очень плохо. Если об этом прознает Танос, то пиши пропало всей планете.        Чутьё не обманывает, и он оказывается у места, где был зафиксирован всплеск. Источника не было, только последствия. Увидел только убитых роботов, сверкающих алым. К одному подошёл, коснулся и чуть не обжегся.  — Магия Хаоса. — Локи широко улыбается, а вот это уже очень интересный поворот. — На Земле Алая Ведьма. 

***

      Локи считает, что всё закончилось тогда, когда он создал портал, потому что земля достаточно электризовалась от молний Тора. А ещё он думает, что каждый из детей Одина может уничтожить целую планету. Маг себе это уже доказал, думается, ещё и Тор может разнести в щепки любую планету.        Сейчас они сидят на диване и выпивают. Зелёный монстр куда-то делся, а Алая Ведьма, что Локи увидел лишь мельком, заперлась в туалете и сказала, что придёт через несколько минут. Так он ещё и познакомился с голосами из динамика Роджерса.        Тони Старк оказался местным богатеем на Земле, ещё обозвал себя гением, плейбоем и филантропом. На слово Локи не верил, но от уважения к брату улыбнулся и кивнул. Клинт, что был ранен, уже восстановился более или менее. Местный Хёд. Только не слепой. Наташа Романофф, убийца, а сейчас шпионка, что скрывает своё прошлое даже под градусом. Роуди – друг Тони. Остальных трикстер не посчитал нужным запоминать.  — А ты как брат Тора, можешь поднять его молот? — спросил Тони, заразительно улыбаясь. — Стоит проверить, но я уверен, что нет.  — С чего это? — спрашивает Клинт, вертя у носа стрелу. — Да я же космический охотник за головами.        Для доказательства, он схватился за рукоять молота и, конечно, не поднял его. Кто бы сомневался: молот точно не достоин поднять тот, у кого душа очерствела до мёртвой корочки. — Так инопланетяне существуют? — с деланным удивлением спрашивает Роуди. — И ты убивал плохих? — Ха! Нет, я убивал всех. — улыбается Локи, наблюдая за тем, как мрачнеют лица землян. — Я ж межгалактический преступник.  — Твой брат преступник, а ты даже об этом не рассказывал? — спрашивает у серьёзного Тора Старк. — Он был мёртв. — В Асгарде конечно я был мёртв, зато по космосу путешествовал как бродячий пёс. — Локи подсаживается к брату. — Занятная история, долгая, но точно совсем не интересная. Может, на Хэллуин вам расскажу.  — Заявился у нас в 2012 такой межгалактический преступник. — вспоминает Стив, хмурясь. — Чуть Нью-Йорк не сравнил с Землёй.  — Это точно был не я. В то время тусовался на другой планете, ужасно пьянствовал, даже принял участие в многоножке…  — Да это и так понятно, рожа у него уродская, вся в морщинах и шрамах. Ещё и кожа как у ящериц. Гадость. — морщится Тони, вспоминая. — А тебе хоть сейчас на обложку журнала. — Приму за комплимент. — Это он и есть. — И кто ещё с ним кокетничает.  — Ой, Роджерс, не ревнуй.  — Корвус Глефа напал на Землю в 2012. — прерывая назревающую перепалку, говорит Тор. — Со странным скипетром, внутри которого оказался один из камней бесконечности. А сам он пришёл… За Тессерактом.  «Который сейчас просто светящиеся куб». — мысленно продолжил Локи.       От имени Корвуса у него ни тряски, ни страха, ничего. Он просто придурок, который считает, что его глефа дарит ему бессмертие. Брата Локи победил, когда только пятнадцать стукнуло, не так уж и сложно было отобрать эту глефу, отправить в полёт за пределы корабля. Было конечно забавно наблюдать, как после боя он в скафандре гонялся за своим оружием, но это были приятные мелочи.        Его больше пугало понимание того, что уже два камня находятся на земле. Судя по описанию камень разума и, по соображениям Таноса, камень пространства (Локи бы с радостью посмотрел на ахреневшую морду титана, когда он увидит в кубе пустоту, а не камень).  — А, это мой брат. — все мигом выпрямились, особенно Тор, что сейчас чуть ли молниями не светился.  — Он убил сотни человек. — Сводный брат. — быстро исправился он, положив руку на плечо Тора. — Успокойся, я бы его сам с радостью прикончил. Что ж, земляне, поздравляю, вы вступили…        Он замолк, когда в комнату влетело красное существо. Его Локи не видел. Зато сразу приметил камень на лбу этого существа. Пальцы засверкали голубым огоньком, но маг быстро утихомирил камень пространства. Бесстрашно он подошёл к нему. Два камня рядом, Локи чувствует, как внутри него активизируется камень пространства. Но он контролирует, не давая и повода для неприятных сюрпризов.  — Хранитель камня разума. — тихо шепчет он, разглядывая существо с ног до головы. Локи поворачивается к брату. — Ты точно уверен?  — Он достоин быть хранителем.  — Вы вступили в очень опасную игру. — Локи положил руки на плечи хранителя. — Этот камень… береги его. И Землю.  — Звать меня Вижен. И я за человечество. Не волнуйтесь, мистер Локи. — Нас ждёт нашествие инопланетян? — спрашивает Ванда, возникая за спиной Вижена.  — Хуже. Прилетит мой отец. — маг смотрит на Тора. — Танос.  — Танос? — переспрашивает хмурая Наташа (и уже отрезвевшая).  — Завоеватель. Тиран. Уничтожитель миров. Называйте как хотите. Но всё сводится у одному: вам пизда.  — Кэп… — единственный, кто не терял весёлого настроя, казалось, был только Тони. — Заткнись. — шикнул на него Стив и обратился к Локи. — Это можно как-то остановить? — Не знаю. Моего отца… Вряд ли что-то остановит. Но я бы не хотел, чтобы этот мир… — он молчит некоторое время. — Бесследно исчез.        И правда. Земля его удивила за такое короткое время. Люди в ней тоже. Были и конченные отморозки, были и герои, что не обладая ни силой, ни магией, но противостояли злу, которое могло одним щелчком стереть их. Смелые, безбашенные, неидеальные, но такие искренние в своих желаниях люди. Их не останавливают опасности, невообразимые упрямцы, пусть и слабаки по сравнению с жителями других планет. Ещё и природа… она здесь просто прекрасна, может, даже лучше чем в Асгарде. Жалко только, что люди часто думают только о себе, не заботятся о своей планете. Но в каждом доме есть свой отморозок, Локи понял это давно. И добрые люди защищают планету и от самих людей, и от межгалактических угроз.        Кажется, он готов ради Терры пойти против отца и помириться с сёстрами. Но об этом, кажется, рано думать. Или, может, он отдаёт честь покойному Дариусу, который всем своим сердцем полюбил Мидгард.  — Вот и вышли Мстители на новый уровень. — Тони поднимает бокал, полностью создавая образ человека, которого не коробит происходящее.  — Тебя вообще не волнует то, что Земля скоро может подвергнуться атаке? — вскочил Стив. — А чего это? Я не могу пока ничего изменить. — Да ты… — Ванда, я бы хотел с тобой поговорить. — чуть улыбаясь сказал Локи, не обращая внимания на небольшую перепалку. Ведьма посмотрела на образовавшиеся портал и, набравшись смелости, шагнула туда. — Только не убейте друг друга.       И тоже исчез в голубой дымке.  — Интересно, они поменялись… — Старк!

***

      Локи сопроводил Ванду на крышу башни. Повезло, что девушка высоты не боялась, но резкий ветер на секунду дезориентировал её. От минутного испуга она споткнулась об собственные ноги и упала в крепкие руки мага.  — Осторожно. Ты же не боишься высоты?  — Нет. — выпрямляясь отвечает она и садится на стулья, которые притащил магией Локи. — А ты прям… Волшебник? Как из сказок? — Не знаю, как у вас там в сказках. Но, наверное, да.  — А значит ты можешь прям всё-всё? — Ну, практически… Магия стихий мне не подвластна, этим повелевает мой брат. — он смотрит на звёзды и мигом потухает. — Мне нужно в космос, чтобы защитить вас от собственного отца. Но я не знаю, что делать… Сейчас. Понимаешь? — она медленно кивает, но не отвечает, давая время Локи подготовиться. — Меня воспитывали, растили в ужасных условиях где жестокость граничит с любовью. Меня рвали и собирали за каждый мой проигрыш. Там мои сёстры, что давно предали отца… Меня. Ваш мир мне нравится, не хочу, чтобы он пострадал. Но и отец… Хочу вернуться. Может, я сумасшедший? — Больше похоже на мазохизм. — после недолгого молчания отвечает она. — А сёстры, они… Любили тебя? — Наверное, не знаю. Может от страха и любили. Я старался… — Локи на секунду замолкает. — Сделать так, чтобы они не боялись меня. Не получалось. Да и мне кажется Танос что-то сделал с моей головой, я никак не могу отделаться от мысли… Убийства сестёр. — Я не могу тебя понять. Никак. — честно отвечает Ванда, незаметно призывая свою магию. — Я бы всё сделала для своего брата… Пусть он и…       Магия просачивается в сознание Локи. Она хотела бы знать больше, может, даже помочь ему. Но сознательно она точно не могла сказать, для чего ей пытаться проникнуть в сознание бога. Ничего не чувствует, лёгкий толчок и слабую мигрень после. Трикстер поворачивается к ней и смотрит.  — Ты не доверяешь мне. Тоже боишься. — магия Ванды легко выходит вместе с непонятной зеркальной субстанцией из головы бога. Зеркало приземляется на ладонь и её магия растворяется в изумрудном огне. — Ты сильная. Сама не знаешь насколько. Но тебе нужен учитель, потому что эта магия погубит тебя и всех твоих близких. — Ты не злишься?  — Я не монстр. И прощаю людям любопытство. — Локи улыбается и касается её щеки, она даже не уходит, а закрывает глаза и расслабляется. Как всё странно. — Прошу тебя, не ступай на тёмную дорожку, она ведёт к концу. Поверь моему опыту. Ты будешь терять, жизнь будет к тебе по-особенному жестока, но лучи солнца никогда не должны скрываться за облаками. — Но если я… Уже, — по щекам Ванды текут слёзы, — мой брат… — Не сдавайся. Вокруг тебя столько людей, которым не всё равно. Ради них, ради брата иди дорогою добра. — он позволяет ей раствориться в его неловких объятиях. — Только не равняйся на меня. Я собственными руками убил того, кто был мне дороже брата. И сейчас хочу убить сестёр. — Не убивай их, — чуть всхлипывая говорит она, — они тебя любят, должны любить. И ты их… тоже. — Я хотел бы, но не всё так просто. — Да что может быть проще! — кричит она и вскакивает, разрывая объятия. Резкие перепады настроения не пугают бога, зато здорово так удивляет саму Ванду. — Месть – это не решение. Я нахожусь в башне человека, из-за которого мы с братом сидели в ожидании смерти несколько дней. Я смогла простить, потому что увидела в Старке… Изменения. Почему ты не можешь простить родных сестёр?  — Ты не простила его до конца. — Я пытаюсь! — не унимается она. — И ты попытайся. — Знала бы ты, что кричишь на безжалостного головореза, что сейчас может одним движением лишить тебя языка. Или головы… — Но ты же этого не сделаешь.       Локи улыбается и смеётся. — Конечно нет.

***

— Мы бы могли с тобой подружиться. — выдыхает Тони, когда Локи объявляет, что ему пора уже в Асгард. — Не хочешь остаться ещё на два-три дня? — Мне надо ещё и с отцом разобраться. — говорит он, хватая брата за запястье. — Ты только не горюй, если умру.  — Да хрен ты умрёшь, напомни, сколько раз ты «умер»? — пыхтит недовольно Тор, который с явной неохотой ставит кружку с пивом на стол. — Пальцев хватит сосчитать.  — Ну ты хоть навещай иногда. — говорит Наташа, которая тоже чуть-чуть прониклась к Локи, что своими шутками и мини-историями представлялся богом, что мог пройти тоже самое, что и она. — Загляну если смогу. — Друзья, вы решили променять меня на моего брата? — обиженно воскликнул Тор. — Столько битв мы с вами прошли, а ждёте только Локи. — Ты не обижайся, Златовласка, но твой братец неплохо так разбирается в астрофизике. — Тони подмигивает. — Я бы и поболтал, и поработал…       Тор смотрит на весёлого брата, который явно был ужасно рад, что смог «отбить» друзей у Громовержца. — И фокусы у него покруче… — продолжает Клинт, которому просто доставляет садистское удовольствие злить Тора.       Локи находит в нём родную душу.  — Да вы с ним знакомы несколько часов!  — Он показал себя такой душкой! — говорит Ванда и смущается, когда от её слов Мстители разразились хохотом. — Не обижайся, Тор… — начинает Стив. — И ты туда же? — Он мне спину прикрывал!  — Если бы не мистер Локи, то вероятность победы над Альтроном была бы существенно ниже. — вставляет своё слово Вижен. — Пошли уже, они просто невыносимы.  — Да дай мне искупаться в лучах славы, такие добрые слова из уст людей я никогда не слышал.  — Ещё услышишь. — раздражённо буркнул Тор. — Пошли. — Вернусь в космос, буду только визги слышать. А-а, оу, ах, это Отражение, спасите, спасите! — Локи руки поднял и тонким голос начал кричать и бегать вокруг брата. Для полного погружения в его ситуацию он принял облик Отражения. Лицо покрыла маска, левую руку закрыл плащ, а под ним красовались иглы и кинжалы. На спине сверкали рукояти клинков. Он постучал каблуками и прислонился к брату. — Я в этом пугающе красив, все как только видят теряют головы!       Тор вздрогнул от этого голоса, пришли воспоминания о битве на мосте и о том, каким чужим и враждебным казался брат.  — Так вот почему ты «Отражение». Маска. — прокомментировал Стив, немного поражённый преображением Локи, от него уже ощущалась тяжёлая и убийственная аура. — Не я причём себя так прозвал. — зеркало скрывается на затылке и его голос вновь становится привычным. — История содержит очень много крови, элементов жестокости и убийств. Потому скажу кратко: Корвус Глефа, ваш знакомый, так меня назвал. Ну я и подумал, а почему нет, вроде круто звучит.  — Ага, круто. Значит и перед смертью люди видят себя? — чуть шепотом спрашивает Ванда. — Отец однажды сказал мне, что перед смертью каждый сбрасывает маски и открывает свою настоящую личину. — Локи улыбается, отворачиваясь ко всем спиной. — Я им помогаю увидеть то, что они скрывали от самих себя годами.  — Но ты, получается, межгалактический плохой парень. Ещё и сын того, кто желает уничтожить миры. — Наташа хлопнула в ладоши. — И нас это, естественно, не коробит, потому что «гроза всея Руси» помог нам с Альтроном.  — Именно! — подхватил Тони. — Мы герои Земли, а не Галактики. Потому официально объявляю, что нам кристаллически похуй на убийцу инопланетян! — Тони! — шикнул Кэп, выходя из своих раздумий и, с ужасом понимая, что Старк в какой-то степени прав. — Не выражайся. — «Сын» это ещё громко сказано. — странно улыбается Локи и хватается за Тора, тот стоит неподвижно и прячет руку брата, потому что чувствует его тряску. — Точно убьёт меня, как найдёт. И, прошу, храните этот камень… Потому что, когда-нибудь это случится он прилетит за ним и, не знаю, буду ли я рядом. — Зачем вообще эти камни? — спрашивает Ванда у братьев. — Собравший их будет обладать невиданной мощью. Отец… Танос, сможет одним щелчком уничтожить половину Вселенной. — И у нас на Земле два камня! Круто. — прокомментировал ситуацию Роуди. — Тессеракт нужно в Асгард. — говорит Тор. — Мидгардцы, вы хранители камня разума. — Да, ты прав. — Локи вытягивает руку и легко призывает Тессеракт. — Будьте готовы ко всему. Сын Таноса и Асгард стоят на защите Мидгарда, но вы тоже не расслабляйтесь. — Звучит… утешающе. — говорит Клинт, заметив трясущиеся руки бога.       Всё точно очень плохо, раз сам межгалактический преступник поддаётся панике.       Портал появляется неожиданно даже для самого Локи.   — Мы ещё вернёмся. Друзья, не скучайте! — кричит Громовержец, призывая свой молот. Он понимает состояние брата, поэтому спешит поскорее с ним ретироваться.       Локи затаскивает в портал Тора, и, отвесив всем поклон, исчезает сам, оставляя кусочек зеркала Ванде. Она прячет кусочек в карман и улыбается.    Неплохой он… человек. Пусть и убийца. Но это неважно, ведь Ведьма будет надеется на то, что тот разговор на крыше останется и в его памяти и маг сможет переосмыслить многое. Поменять решение и не убить тех, кто ему дорог.  — Я тебя сейчас уебу, Старк! — кричит Наташа, когда замечает на своей блузке пятно от шампанского, это разряжает атмосферу, но ненадолго. — Да не выражайтесь вы!