Развод

Следующую неделю я жила довольно-таки хаотично. Я работала, контролировала ремонт в квартире, выбирала с Эсме по вечерам мебель, проводя ночи в гордом одиночестве. Эммета унесло в очередную командировку, но Эсме настояла, чтобы я осталась у них, а не переезжала в квартиру Эммета. Метели заносили город, и все чаще Карлайл настаивал на том, чтобы я ехала с ним, а не водила машину самостоятельно. Мой джип все чаще оставался в подземном гараже Калленов, рядом с джипом Эммета. А хотелось бы чтобы хотя бы один из них двигался. Я не знала, что делать и как поступить. Найти брата в таких условиях было практически невозможно. Вот и в тот вечер мы коротали время у камина, с напитками и журналами из мебельных магазинов. Я почти убедила себя, что мне совершенно не нужна кровать под балдахином, когда в дом вошел Эдвард, а следом за ним высокий мужчина с черными волосами с проседью. Я не была лично знакома с Чарли Своном, отцом Беллы, но я неоднократно видела его фото. Белла была не очень на него похожа, но глаза у них были одинакового шоколадного цвета. — Чарли, — Карлайл встал, чтобы пожать руку будущему зятю, и будущему свату. Пока Эдвард занимался напитками, Карлайл и Чарли о чем-то тихо беседовали. Правда, Чарли так часто качал головой, что я решила, что в чем-то ситуация не удалась. Эсме протянула мне очередной журнал, и я погрузилась в мир кухонь. Рассматривая очередной вариант подвесных шкафов с прозрачными вставками, я и не заметила, как Чарли и Карлайл закончили разговор и сели на широкий диван. — Рози послушай, у Чарли есть знакомые, они по моей просьбе неофициально проверили все контакты Джеки. И мы вышли на некую Алексу Торрес, которая, как и Мария, работает медсестрой, но в Бруклине. У этой Алексы есть связи в детском саду, которым руководит ее кузина. И судя по всему, ей за что-то платила Алекса, неофициально. Мои люди не хотели разговаривать с Алексой и ее кузиной без вас. Завтра утром, Розали, мы едем к ней, утром. Ночью я не спала. Неужели мы сделаем хоть какой-то шаг в направлении моего брата? Но… детский сад. Это было так давно, что практически стерлось из моей памяти. Я только помнила нашу первую поездку на море, в тот год, когда погиб отец. Годом позже я пошла в школу. Утром я выбрала самый строгий образ, который могла бы надеть. Узкие черные брюки, строгая черная водолазка, белые кудри я стянула на затылке в тугой пучок. Губы я накрасила самой темной из помад, а глаза крупно обвела черным карандашом. Накинув на плечи черный жакет, я спустилась вниз. Эсме присвистнула, увидев меня, а затем схватилась за сердце. Карлайл разложил бекон по тарелкам, и подал их жене. — Розали, а ты не переборщила? — спросил он, помогая жене расставить тарелки на столе. Внезапно зазвонил домофон. Эсме изогнула бровь. — Чарли сказал, что будет к завтраку? — Карлайл покачал головой. — Нет, кто бы это мог быть, — он направился к двери, чтобы открыть. Только я открыла рот, чтобы откусить кусочек бекона, как в столовую зашел Карлайл, а следом за ним усталый Эммет. Карлайл направился к плите, а я быстро переставила тарелку на сторону Эммета, и встала, чтобы поцеловать его в затылок. Мы не говорили о его работе, но я понимала, что он напряжен. После завтрака я быстро упихала своего мужчину в горячую ванну, и выбежала на улицу, на ходу застегивая пальто и молнию на сапоге. Чарли уже ждал меня, как и его Мерседес. Мы ехали в полном молчании. Точнее говоря, молчала я, Карлайл и Чарли обсуждали какие-то финансовые дела. Уловив слово инвестиции, я отключилась. Меня интересовал только мой брат. Мы подъехали к детскому саду, и я искренне удивилась. Прекрасное здание утопало в снегу, но я с легкостью могла себе представить себе, как летом оно утопает в цветах и зелени. Прекрасно оборудованная детская площадка, двухэтажное здание, и припаркованный рядом автобус говорили о том, что садик прекрасно финансируется, и пребывание в нем явно не будет стоить трех тысяч долларов. Около здания в длинном пальто стояла брюнетка. В ее внешности явно преобладали мексиканские гены, и она явно ждала нас. Заметив Чарли, она немного побледнела. Но, может, это холод. — Алекса Торрес, это Карлайл Каллен и Розали Хейл, — девушка перевела на меня взгляд, и побледнела сильнее. — Вы так похожи на него, на Дерека, — прошептала она. ДЕРЕКА???? Мы прошли в здание в полном молчании. Изобел, тоже брюнетка, но более смуглая, ждала нас в холле. Здание было прекрасно отремонтировано, и явно не так давно. Мы прошли в кабинет директора. — Лиза, кофе и все, что полагается, — хрупкая блондинка подскочила из-за стола, и побежала к кофемашине. Хороший садик, уважаемый. С кофемашиной. Мария села за свой стол и взглядом пригласила нас сесть в уютные кресла. Алекса встала за ее спиной, и мне в глаза бросилось семейное сходство. — В 2001 году ко мне обратилась Алекса с просьбой принять в сад на благотворительной основе мальчика-сироту, который попал в больницу к ее подруге, которую вы уже знаете, Мария. Мальчик был сиротой, его отец Джаспер Кинг погиб в башнях-близнецах, а матери у мальчика нет. Дерек был напуган, долгое лечение его вымотало, и я решила, что на время сада я оставлю его у себя. Он прожил у меня год, потом Алекса вернула его Марии, — в моих глазах зажегся нехороший огонек. Мария забрала моего брата??? — Можно посмотреть его личное дело? — спросила я. Алекса протянула мне папку. Первым в личном деле лежала копия свидетельства о рождении Дерека Кинга, дата рождения и место совпадали с моими. Данные матери не указаны. Свидетельство о смерти Джастина Кинга, а точнее его копия, и выглядела она вполне себе легально. Заявление о приеме в садик, написанное Марией, с ее росписью. И характеристика для школы. Дерек Кинг. Мария сменила моему брату имя, но она не могла сменить ему фамилию. На каком основании она так поступила, ну не за тысячу же сраных долларов, которые ей платила мать? А только тысячу ли? Ведь мать просила давать ей налом больше…. — Сколько Мария платила за сад? — Алекса изогнула брови. — Мисс Хейл, возможно вы не так меня поняли, или вы не знаете значения слова благотворительность. Никто не платил за Дерека Кинга, я владелица сада и все расходы по нему несла лично я. Я встала, сделала три шага и оперлась о стол Алексы. — Тогда я настаиваю на возмещении Вам всех расходов, — звенящим голосом проговорила я. — Мисс Хейл, в этом нет необходимости, Ваш брат чудесный ребенок, заниматься с ним было одно удовольствие. Если бы его оставили мне, я была бы счастлива. — Я могу забрать его личное дело? — спросила я все тем же звенящим голосом. Алекса кивнула. — Если это Вам поможет в Ваших поисках, то да, — она протянула мне папку. Дома я вытащила из ванны сонного Эммета, переложила его в кровать, и ушла звонить его начальству. Сонным голосом Джесс попросил у меня копию свидетельства о рождении, и сказал, что в течении двух дней у нас будут данные по Дереку Кингу. Остаток дня я работала. И лишь когда сонная туша будущего мужа вышла из кровати, и потребовала еды, я поняла, что наступила ночь. Я всегда любила ночь. Это было единственное время, когда я принадлежала только себе. Не матери, не Эммету, не работе, и не социуму, а себе. Возможно еще и потому, что я была совой по биоритмам, но ночь всегда манила меня. Сейчас, сидя в одной пижаме с Эмметом на пустой кухне, поглощая сендвичи, которые нам оставила Эсме, я понимала, что это именно та жизнь, которую я хотела. Жить с Эмметом, готовить ему завтраки и ужины, встречать его с работы, собирать ему тревожную сумку в командировки, ждать его, и снова провожать. Сидеть с ним на кухне и есть сендвичи, запивая их соком прямо из коробки. Любить, верить и ждать. Любить. Проглотив последний кусочек, я ополоснула тарелки, стаканы, и загрузила их в посудомойку. В последнее время Эсме уходила спать пораньше и машину запускала я. Машина уже привычно начала набирать воду, а я утащила Эммета в его комнату. Утро наступило, как и всегда, неожиданно. Я спустилась вниз и сразу же попала в объятия Эсме. — Сегодня устанавливают мебель в твоей спальне, поехали! — я внимательно посмотрела на будущую свекровь. Она светилась от радости. — Эсме, может я все же поеду к Эммету на квартиру? — женщина замахала руками. — Я наоборот хотела тебе предложить, чтобы ты осталась как минимум до того, как ты найдешь брата. Кстати, как поиски? — я налила себе кофе в большую кружку и вышла с ней на теплую террасу. — В общем, та медсестра, Мария, она замешана в этой ситуации гораздо глубже, чем она рассказывает. Она устроила Джаспера в сад, сменив ему имя на Дерек, но при этом она нагло врала мне в глаза, — на террасу вышел Карлайл. По выходным мы, наоборот, собирались вместе только на ужин, а завтракал каждый сам. Закурив, Карлайл внимательно посмотрел на меня. — Мария взяла отпуск без сохранения содержания, как только тебя выписали. И она все еще не вернулась на работу. Мне показалось это подозрительным, а потому Чарли приставил к ней охрану. Она вела обычную жизнь, ходила по магазинам, ни с кем не встречалась, к ней никто не приезжал. Но скоро Рождество. — Между прочим, моему брату было всего пять лет, когда погиб наш отец, он может и не помнить всего, он может считать Марию матерью, — проговорила я, смотря в свой кофе. Это понимали все. Внезапно зазвонил мой телефон. Ханна. — Рози, а что ты прислала Джессу? — интересный вопрос. — Свидетельство о рождении, — недоуменно ответила я. — В штате Вашингтон такого номера свидетельства не выдавалось, это свидетельство не существует. Я перерыла все базы, в части штатов номер свидетельства вывел меня на различных людей, но конкретно в городе Форкс штате Вашингтон этого свидетельства не существует! Это просто очень грубая подделка! Телефон выпал у меня из рук. Карлайл только и успел меня поймать.