Красная шапочка

Утро встречает их пеплом от погасшего костра, разнесенного ветром. Феликс жмется ближе, ища тепло, а Кристофер нежно смеется, ведя пальцами по тонкой шее. – Хэй, малыш Ликси. – Зовет он тихо и ждет, пока юноша откроет глаза. – Нам пора идти дальше. Они собираются в тишине. Ли сидит на траве, укутанный в красный плащ, и наблюдает, как мужчина складывает вещи обратно в мешок, подвешивая его на дереве. И только когда Кристофер убеждается, что всё находится в безопасности от диких зверей, он собирает остатки мяса и грибов в небольшую сумку на поясе, готовый к дороге. Утром ещё холодно. Иногда на пожухлой траве виднеется ранний иней. Феликс смотрит на колючий лёд и вздрагивает. Он просто надеется, что вскоре они доберутся до окраины леса. Прошло два дня. Но дорога кажется бесконечной, словно они бродят кругами в одном и том же месте. – Как долго нам ещё идти? – Спрашивает юноша, переступая торчащий корень, держась при этом за чужую, тёплую ладонь. – Мы едва прошли половину пути, малыш. – Кристофер улыбается мягко, но Феликс видит, что тот тоже устал от долгой дороги. Ему хочется поговорить о чём-нибудь, хочется узнать что-то новое об охотнике, но он понятия не имеет, есть ли у него право вторгаться в чужую личную жизнь. Он думает, кусая губу от волнения и нерешительности. Вздыхает как-то слишком обреченно, и Кристофер не может оставить это без внимания, переводя заинтересованный взгляд на своего спутника. – Что случилось, малыш Феликс? – Могу я… Могу я задать тебе вопрос? – Ли хмурится от того, как легко сорвалось с его губ это «тебе». Родители воспитывали его вежливым, пусть и не уделяли достаточно внимания. Он никогда не переходил грани дозволенного, но почему-то сейчас, это казалось правильным. Он пообещал себе, если мужчина его поправит, он сделает всё правильно, как учила его матушка. Извинится и не позволит себе таких вольностей. – Конечно, малыш. Всё, что захочешь. – Кристофер улыбается ему, поглаживая пальцами теплую ладонь в своей руке. В его взгляде нет осуждения, и Феликс расслабляется. – Ты живешь в той деревне? За лесом? – Нет, мой дом в лесу. Его тяжело найти, но если знать дорогу – не потеряешься. – Значит, ты живешь совсем один? – Юноша смущенно почесал нос, даже сам не понимая, почему вдруг смутился из-за этого вопроса. – Получается, что так. – Кристофер беззаботно пожал плечами, не отрывая глаз от дороги. – И тебе совсем не одиноко? – Лишь иногда. – Мужчина поднимает взгляд на юношу и растягивает губы в улыбке. Эта улыбка отличается от всех тех, что он дарил ему ранее. Она какая-то другая, Феликс не может понять, но он чувствует, как по его шее ползет жар. – Очень холодными ночами. Юноша цепляется за сухую ветку и едва не падает, успевая схватиться за мужчину. Кристофер цепляется пальцами за его талию, подтягивая неуклюжего мальчишку обратно к себе. У того широко раскрытые глаза от неожиданности, и щёки, покрасневшие от смущения. Феликс ойкает, когда его внезапно толкают к дереву. Он путается в собственных ногах, пока не врезается спиной в шершавую кору. Кожу саднит от легкого удара, и Ли морщится, а затем поднимает удивленный взгляд на мужчину. Кристофер смотрит на него, изучая чужое лицо. Юноша видит, как прищуренные глаза бегаю по его щекам и губам, как застывают на светлых веснушках, к которым затем прикасаются горячими пальцами, обводят аккуратно. – Кристофер? – Феликс сжимает чужие плечи чуть сильнее, словно пытаясь привлечь к себе внимание. – Такой красивый. – Слышит он в ответ. – Светлый, невинный. – Мужчина убирает светлые волосы за чужое ухо, поглаживая нежную кожу. – Совсем ребенок. Ли топчется на месте. Он смущён и застан врасплох. Толкает охотника в широкие плечи, пытаясь отодвинуть от себя, но тот лишь напирает сильнее, прижимая мальчишку к дереву еще больше. – Крис… Он обрывает себя на полуслове, когда его целуют, резко и несдержанно. Юноша пищит от внезапности, толкается. А мужчина сбрасывает чужие руки с собственных плеч, обхватывает тонкие запястья широкой ладонью и дергает к себе, чтобы удобней ухватиться за хрупкую талию, не давая возможности отстраниться. У Феликса горят лицо и шея, пока его губы мягко посасывают. Мужчина ведет по ним языком, осторожно покусывает, ловит горячее дыхание. Опускается свободной рукой к чужому бедру, поглаживает, а затем заводит руку за спину и сжимает мягкую ягодицу. Ли охает от неожиданности, прижимается к крепкому телу, и Кристофер скользит языком в приоткрытый рот, тут же сплетаясь им с чужим. Юноша неуверенно повторяет движения, стараясь успеть, но его кусают за мягкий язык, посасывая следом. У Феликса ноги дрожат от новых ощущений, голова кружится и шум в ушах от собственной крови. Кристофер выпускает его губы, лизнув напоследок нижнюю, и заглядывает в прикрытые от наслаждения глаза. – Такой удивительный. Мужчина мягко прижимается к чужой щеке, ведет носом до самого виска, вдыхает едва заметный запах солнечного света и предрассветного тумана. Ведет пальцами по шее, спускается к груди, чувствуя под ладонью бешено бьющееся сердце. Кристофер гладит тонкие плечи, чтобы затем прильнуть к ним губами, пробуя мягкую кожу языком. Феликс на вкус как утренняя роса. Охотник ведет мокрую дорожку до самого подбородка, обхватывает губами светлую кожу и посасывает, пока мальчишка шипит от неприятных ощущений. Он отпускает его, когда остаётся полностью доволен своей работой. Обводит пальцами алеющее пятно на шее и отходит. Феликс тут же накрывает горящее место рукой, пока его щёки всё так же пылают. Кристофер улыбается ему, как делал это раньше – мягко и ободряющее, и тянет руку, которую тут же хватают. Мужчина тихо смеётся, и от этого звука юноша на мгновенье замирает, чувствуя, как печет у него в груди. – Давай, нам пора идти. Они продолжают свой путь. Когда им удается остановиться в следующий раз, в лесу сильно темнеет. На небе, сквозь темные листья и ветви, можно разглядеть мелкие звезды. Те мерцают, как крохотные светлячки на летнем лугу. Феликс зевает и тянется к маленькому мешочку на поясе Кристофера. Тот перехватывает его ладони и снисходительно улыбается. – Снова проголодался? – Мальчишка кивает в ответ, и мужчина зарывается пальцами в его мягкие волосы. – Я сейчас разожгу костер. Феликс отходит к большому камню, который возвышается над ним как огромный деревянный дом, и прижимается к нему спиной, прячась от колючего ветра. Пару часов назад выпал снег. Он был редкий, и тут же таял, но это всё равно напугало Феликса. Зима была совсем близко, а он не знал, как ему быть дальше. Он перевел взгляд на охотника, когда на лице того заплясали блики от жаркого огня. Кристофер махнул ему рукой, и Ли тут же присел рядом с ним, хватая из его рук веточку с остатками птицы на ней. Он держал её над огнем, пока мясо не начало шипеть и сочиться соком. В холодную ночь спасает горячая еда. Это помогает немного согреться, и юноша снова ныряет под теплый бок, завороженный языками пламени. Его глаза закрываются от усталости и сытости, пока пальцы крепко обхватывают чужую руку. – Эй, малыш? – Кристофер легко ведет по мягкой щеке. – Как ты себя чувствуешь? – Хорошо. – Феликс улыбается и трется о чужую ладонь. – Не замерз? Ли молчит. Смотрит на яркий огонь и думает. Ему было хорошо прошлой ночью. Такие странные и необычные ощущения, но после них стало так легко, что Феликс краснеет, стоит ему только вспомнить об этом. Он может сказать правду, что ему тепло сейчас, сидя вот так, укутанным в красный плащ. Или соврать. Он медленно кивает и поднимает глаза к Кристоферу. Тот снова улыбается, словно и сам всё прекрасно понял. – Иди ко мне. Мужчина тянет его к себе на колени, сажает лицом к лицу, убирая за ухо выбившиеся пряди, и сгибает ноги в коленях, чтобы никуда не сбежал. Феликс смущенно перебирает ворот чужой рубашки и надувает губы. – Хочешь что-то спросить? – Ли медленно кивает, а затем касается пальцами пятна на шее. – Это… Что это было? – Ах, хочешь посмотреть, малыш? – Кристофер улыбается, берет чужую руку и поднимает рукава рубашки. Бережно целует тонкое запястье, поднимает чуть выше, ведя носом по коже, снова целует. Затем обхватывает губами мягкую кожу, втягивает, пока руку не начинает жечь. Феликс кривится, запускает пальцы в кучерявые волосы, чтобы оттолкнуть, но Кристофер сам поднимает голову. На коже остается маленькое красное пятно, и Ли смотрит на него, нахмурив брови. – Ничего страшного, да? – Мне не очень нравится. – Феликс дует губы и поднимает глаза на охотника. Тот мягко смеётся, щуря глаза. – Хорошо. Я тебя понял. – Мужчина наклоняется, чтобы аккуратно поцеловать маленькое пятнышко, а затем мажет по нему языком. Юноша шумно выдыхает, дергаясь, и чувствует тяжесть внизу живота. Кристофер раскрывает глаза от удивления, опуская ладони на теплые бедра, поглаживая большими пальцами внутреннюю сторону. Он прижимается лбом к чужой шее, зарываясь носом где-то под подбородком. – Нравится, когда тебя вылизывают? Феликс краснеет от этих слов, внезапно представляя мокрый язык на своей груди и животе. – Я… Я не знаю. – Мы можем это узнать, малыш. Кристофер широко ведет языком по подставленной шее, от ключиц до самого кадыка, чувствуя, как вибрирует чужое горло от протяжного стона. Он мажет по коже, слизывая с неё соль и холодный туман, а Феликс закатывает глаза, хватаясь дрожащими пальцами за крепкие плечи. Его обнимают за талию одной рукой, прижимают, пока второй гладят по ягодицам. Юноша тычется носом в пушистые волосы, стонет тихо куда-то в висок, когда его мягко лижут за ухом. Ему хорошо и в животе горит. Поэтому Ли осторожно качает бедрами, вспоминая, как его трогали прошлой ночью. Кристофер мычит ему в шею, хватаясь за талию так крепко, что становится неприятно. Феликс тут же замирает, напуганный внезапной болью. – Ох, не останавливайся, малыш Ликси. Давай, сделай так ещё раз. – Шепчет на ухо охотник, прихватывая губами покрасневший кончик и мягко покусывая. Феликс неуверенно двигает бедрами и вздрагивает от приятного трения. Он чувствует бугорок в чужих штанах и опускает глаза вниз. Это необычно, и юноша не знает, как поступить. Кристофер поднимает его голову за подбородок, улыбается нежно и притягивает для поцелуя. Как только его губы обхватывают чужие, он толкается бедрами навстречу, увеличивая трение, и юноша стонет ему в рот. Охотник держит его за бедра, помогая медленно двигаться в правильном темпе, и Феликс хнычет от того, как ему хорошо. Он укладывает голову на чужое плечо, обнимая за плечи тонкими руками, и шумно дышит. Кристофер тянется к кромке штанов, оттягивая ткань в сторону, и по спине Феликса бегут мурашки, когда холодный воздух касается его напряженного члена. Мужчина чуть стягивает тонкие штаны, чтобы коснуться голой кожи теплой ладонью. Юноша захлебывается стоном, дергаясь в чужих руках. – Не останавливайся. И Феликс продолжает двигаться, пытаясь доставить себе удовольствие. Он приподнимает дрожащие бедра, когда чувствует, как мужчина приспускает свои штаны. Юноша жмурится от новых прикосновений, и стонет, запрокидывая голову, что бы Кристофер тут же припал к шее губами. Охотник покрывает липкую от пота кожу поцелуями-бабочками и зализывает редкие укусы горячим языком. Мужчина тянет светлые волосы, чтобы отстранить юношу от себя, и Ли хмурится от недоумения. Кристофер тут же успокаивающе улыбается, обнажая белоснежные зубы, а затем одним движением стягивает с себя хлопковую рубашку. Феликс видит, как чужая кожа покрывается мурашками от контраста температур, и не сдерживает восхищенного вздоха, легко прикасаясь к накаченным мышцам, щекоча те кончиками пальцев. Кристофер тянется к резной броши на плаще, чтобы через секунду тот скользнул по тонким плечам. А затем поддевает края чужой рубашки и тянет её наверх. Феликс послушно поднимает руки, и когда одежда оказывается на земле, прижимается к горячему телу, дрожа от холода. Мужчина заботливо накидывает плащ обратно. Прикосновения кожи к коже вызывают новые горячие волны по всему телу. Ли изучающе ведет пальцами по теплой груди, очерчивает изгибы, запоминает. Кристофер делает то же самое – гладит напряженную спину, худые плечи, тонкую талию. Целует острые ключицы, вырисовывая на них узоры мокрым языком. И Феликс отзывается, стонет так чувственно, собирая хрустальные капли в уголках глаз. Охотник притягивает мальчишку ближе, чтобы касаться его обнаженного члена своим, и тот выгибается. Снова двигает бедрами, чтобы вернуть приятное трение. Ему так хорошо, что перед глазами пляшут разноцветные пятна, а в животе снова больно. Словно кто-то огромной рукой сжимает все внутренности. – Кристофер. – Феликс падает на чужое плечо, упирается в него лбом. Его бедра горят от напряжения и усталости. – Я помогу, малыш. – Мужчина обхватывает широкими ладонями его ягодицы, направляя в нужную сторону, и юноша кусает его за плечо, когда в животе лопается напряжение. Его потряхивает, выгибает, и он стонет, едва не хныча от ощущений. – Подвигайся ещё немного, малыш. Для меня. – Слышит он горячий шёпот на ухо и с трудом поднимает бедра, чтобы толкнуться ими. Феликс шипит от нового трения. Он сейчас чувствительный, и каждое прикосновение ощущается острее, сильнее. Мужчина под ним тихо рычит, пуская крупные мурашки по коже, и вжимает чужие бедра в свои. Толкается в ответ пару раз, а затем вздрагивает, и Ли чувствует что-то горячее на своем животе. Кристофер помогает Феликсу подняться, но всё ещё удерживает того на своих бедрах. Он ведет пальцами по его животу, собирая белесое семя, и тянет руку к чужому лицу. Юноша удивленно поднимает глаза, смотря на охотника, а тот представляет пальцы к пухлым губам. – Представь, что это леденец. – И толкается в горячий рот. Феликс мычит, двигает языком, собирая капли, прижимает пальцы к нёбу, обводит их. Семя на вкус как теплое молоко с солью. Немного странно, но интересно. Ли втягивает щеки, посасывает, крепко обхватив губами, и смотрит на Кристофера. Тот мягко улыбается, перебирает светлые волосы на затылке, а затем вытаскивает пальцы, слизывая капли чужой слюны с ладони. – Ты необыкновенный, малыш Ликси. Мужчина достает из мешочка, прикрепленного к поясу, тонкую тряпочку, вытирает липкие разводы с их разгоряченных тел, и затем помогает уставшему Феликсу натянуть холодную рубашку. Ли вздрагивает, и Кристофер, одевшись сам, прижимает того к своей груди. Юноша расслабляется, уложив голову на чужое плечо, и едва заметно улыбается. Его тело, наконец, отдыхает, а разум затягивает сонным туманом. Он притирается щекой, стараясь быть ближе к Кристоферу, и засыпает, ухватившись пальцами за чужую рубашку и согреваясь в тёплых объятьях.