Девушка, что живёт по соседству

             Алёна сонно потирает глаза, заинтересованно, как казалось со стороны, втыкая в потолок. Из окна слепило солнце, что крайне необычно — по утрам, оно никогда не выходило на эту сторону дома. В алёниной комнате сегодня было непривычно светло. К чему она, собственно не привыкла, потому и пыталась сейчас скрыть глаза от назойливых лучей.       Она дома одна. Ещё пару часов назад девочка просыпалась от шума — мама, толком не отошедшая от синьки, очень неуклюже куда-то собиралась. Куда именно - Алёну не просветили, но она и не очень этого желала, ей лишь играло это на руку - дома пусто, значит утро обещает быть неплохим.       На телефоне парочка голосовых сообщений от Саши. Алёна, как только замечает их, торопится зайти в сеть, дабы поскорее услышать давно полюбившийся голос. Саша желает хорошего дня, рассказывает о том, какая сегодня омерзительная погода(на самом деле погода для апреля очень даже приятная, но Саша, вынужденная идти в воскресенье на работу очень всё утрирует) и в последнем сообщении говорит, что закончит сегодня в шесть и безоговорочно будет ждать Алёну в половину седьмого в парке, что был за пару дворов от их дома.       Алёна отвечает на всё одним сообщением и откладывая телефон в сторону, свешивает одну ногу с кровати. Пол ледяной, он вызывает огромное желание залезть обратно в постель, но Алёна сдерживается, опуская вторую ногу и полностью слазя с спального места. Всё таки, дойти до кухни и поесть, хочется намного больше, чем бездумно валятся в кровати, впустую тратя драгоценное время в спокойствии. Дома, конечно никого нет, но этот факт весьма посредственный.       В холодильнике, на удивление, не пусто. Алёна примечает всё для нескучной яичницы, но быстро вспоминая свои проблемы с готовкой мгновенно откидывает эту идею в дальний ящик. Она залазит в навесной шкаф, выуживая с нижней полки пачку Роллтона и проходит к столу, по пути щёлкнув кнопку чайника.              Забвенно вглядываясь в чистое небо за грязным окном, Алёна думает, что будет совсем неплохим решением до шести пошляться по городу. Погода, на вид, отличная.       Через какое-то время, в гулкой тишине квартиры, раздаются щелчки замков, биение стеклянных бутылок в шуршащих пакетах и голоса. Голоса мужские, прокуренные, отнюдь незнакомые. Один женский - совершенно неприятный, но к сожалению до боли знакомый. Алёна мысленно хвалит себя за решение не засиживаться на кухне и бредёт к своему шкафу за тёплыми вещами. В голове сеется непонимание того, в какой момент времени распивание алкоголя по воскресеньям стало делом обыденным. Алёна помнит, что уже давно, не помнит почему её это не тревожило.       На улице действительно оказывается относительно тепло, но почему-то совсем некомфортно. Алёна даже начинает понимать Сашу. Её этот дискомфорт давит со всех сторон, даже вызывает желание по-нормальному завязать на шее шарфик и зарыться в него по самый нос.       Апрельский, совсем скоро майский, ветер достаточно неприятный. В один миг кажется, что он ласково одаряет тебя теплом, а в другой — и глазком моргнуть не успел, как замечаешь, что он уже похабно задувает под куртку, заставляя тело покрыться дрожью.       Алёна гуляет по знакомым дворам пару часов. Они сегодня отчего-то странные. Не родные, как раньше, не спокойные. Они совершенно чуждые — будто бы девочка впервые забрела в самую глубинку незнакомого города, они навевали тревогу.       Мандраж окутывает Алёну с ног до головы, и в попытке избавиться от неприятного и липкого чувства, она решает уйти ближе к "цивилизованным" местам. Особо не обдумывая свой маршрут, Алёна идёт по слишком хорошо запомнившейся дороге к художественной школе.       По пути думает о разном. Сегодня её очень даже цепляют прохожие. Сумбурные мысли пролетают в голове одна за другой, и каждая, почему-то о совсем незнакомых людях (А! И о Саше. Потому что почти каждая мысль в конце концов сводилась к ней. Алёна иногда ловила себя на этом прям в моменте, и долго рассуждала «сходит ли она с ума или все влюблённые подростки ведут себя подобно ей?»). « — Эта женщина выглядит чересчур уставшей. А ещё у неё шарф почти как у меня. Мне кажется, мы очень похожи. Кстати от нее шлейф духов такой тянется, приятный, Саша также пахнет!». « — Парень красивый. Нарисовать бы его… Чёрт, а что Саша подума…». « — Ха, девушка в лужу так смешно шлёпнулась. Я недавно также нелепо упала… Саша тогда ещё сказала, что я на лягушонка похожа!».       Алёне было куда спокойней думать о чём-то подобном. Она вглядывалась в прохожих людей, не стесняясь косых взглядов и напрочь позабыв о том, что в упор пялится на человека — вверх гигантского айсберга, под громким названием «нетактичность».       Осознание того, что ноги безропотно привели к художке, пришло лишь на самом подходе к ней. То есть, буквально у ворот. Алёна впала в замешательство, мешкаясь на одном месте. «И зачем я сюда припёрлась?» — растеряно думается ей, в то время, когда наблюдательный взгляд потихоньку сползает по ряду окошек к сашиному кабинету. Человеческий силуэт в один миг промелькнул мимо стекла. Алёна, конечно, не успела разглядеть его, но уверенность того, что это никто иной, как Саша заполняла её полностью. Вдруг нахлынул приступ тоски и нехватки сашиного тепла, поэтому уже в следующую секунду девочка потянулась за телефоном, не сводя глаз с оконных проёмов. Привет! Как дела? Много ещё работы?       В ожидании отклика, Алёна закусывает губу, робко глядя на открытый чат и неожиданно появившуюся пометку «в сети». Через пару минут Саша отвечает, что всё отлично, работы относительно немного и в самом конце, подозревая что-то не то (ибо раньше Алёна такое просто так не спрашивала и в общем, отправляла какие-то сообщения крайне редко — ей было куда удобней общаться только в реальной жизни), спрашивает чего младшая собственно хотела. Алёна поёживается, чувствует себя невероятно неловко, но с горем пополам интересуется, сможет ли она зайти к Саше, просто потому, что она совсем «случайно» проходила мимо.       Саша пропадает из сети и перед окном её кабинета вновь возникает силуэт. Теперь он задерживается там, на него в нужном количество падает солнечный свет и Алёна может разглядеть в окне свою девушку, потирающую переносицу и устало улыбающуюся краешком губ.       Алёна ненароком заглядывается и пропускает тот момент, когда Саша снова становится онлайн. По этой же причине она очень неожиданно подскакивает на месте, услышав звук пришедшего сообщения.

Заходи. Скажешь вахтёрше, что на допы пришла.

      Алёна внутренне радуется такому раскладу событий (не смотря на то, что даже мысль о сашином отказе — была чем-то невероятным) и в приступе эйфории, с мягкой улыбочкой на лице, ленно плетётся к зданию. — Здрасьте, — уже спешно бросает Алёна на самом входе, проскакивая через фойе к раздевалке, в надежде, что сонная женщина-вахтёрша не обратит на неё должного внимания. — Здравствуй, — зевая, откликнулась она и натянула на плечи вязаный кардиган. — А ты куда, красавица? Воскресенье же, — фыркнула она, недоверчиво окинув девочку презрительным взглядом. — К Александре Олеговне. На дополнительное, — на одном выдохе выдала Алёна и повела плечами. Лицо женщины совсем не изменилось, и взгляд, с недоверчивого не перешёл даже на обыденное «ладно, иди, достал ты меня». — Ну, знаете, скоро выпуск и… — Ладно-ладно, поняла. Иди, — поспешила оборвать её старшая. Алёна незаметно улыбнулась и закинув в раздевалку куртку, спеша побежала к лестнице, желая поскорее встретиться с любимой девушкой.

***

      Уже по привычке закрыв дверь на замок, Алёна не скрывая радостных эмоций, бредёт к Саше. Саша завалена какими-то бумажками (какими, она порой сама не до конца понимала) и к Алёне не торопится, что для второй даже немного обидно.       Алёна обнимает сидящую Сашу со спины (что кстати, совсем уж неудобно), заглядывая в хаос, расстилающийся по её рабочему столу. — Устала? — участливо спрашивает Алёна, поглаживая сашины плечи. Саша опрокидывает назад голову, не специально демонстрируя свой изнуренный вид. — Не особо. Но я заебалась. Ни черта не понимаю, если честно, — в полголоса отвечает она. — Я могу тебе помочь как-то?       Саша тихо смеётся и по-театральному обречённо качает головой: — Не-а. Сомневаюсь.       Алёна досадливо хмыкает носом и кладёт голову на сашино плечо. Руки её опускаются чуть ниже и похабно пролазят под рубашку, нежно поглаживая бархатную кожу. Саша хочет возразить, но в один миг обрывает себя, признавая, что бережные касания любимой девочки достаточно приятные. Внутри вдруг стало так тепло, по-особенному тепло! Такую теплоту могла дарить только Алёна. Портить такой момент своей правильностью — сущее преступление против самого себя! — Ты выглядишь очень уставшей. Может, всё таки я смогу чем-то тебе помочь и ты закончишь пораньше? — Алёна целует девушку в щёку и медлительно, совсем нехотя убирает свои руки. — Ладно, наверное… табели с оценками? Я их напоследок оставила. Можешь с ними разобраться, думаю, ты справишься.       И следующий час Алёна с очень серьёзным видом помогает Саше рыться в бумажках, составляя ей компанию в абсолютном непонимании всего написанного. Она всерьёз вошла в сашину роль и за прошедшее время не проронила ни одного слова на отдалённую от идиотских бумаг, тему. Вышло куда продуктивнее, чем если бы Саша сидела дальше со всем этим в одиночку. К слову, всё было сделано всего за один чертов час!

***

      Алёна сжимает в руках стаканчик с клубничным рафом, на который Саше с огромнейшим трудом удалось её уговорить. Он горячий и это жирный плюс лично для Алёны, потому что на улице значительно похолодало, а руки кофе согревал просто отменно. Рядом сидящая на скамеечке, как раз в том самом парке, Саша бурно рассказывает о том, какое неудачливое сегодня задалось утро, а Алёна внимательно слушает, посильнее прижимаясь к девушке всем телом и сверля взглядом картонный стаканчик с тёплым напитком в своих руках. Алёна поддерживает сашины возмущения о испортивших утро, озлобленных незнакомцах своими наблюдениями за странными прохожими. Обе по итогу сходятся на том, что люди в их городе очень и очень чудаковатые. — Мне так нравится быть с тобой, — мечтательно заглядываясь на пасмурное небо, невзначай бросает Алёна. — Так спокойно… С кем бы я ещё смогла так спокойно обсирать челябинцев?       Саша посмеялась и тоже взглянула на небо, выискивая в нём тот самый кусочек, который смог так зацепить Алёну. — Мне тоже… — вздохнула старшая, опустив глаза на девочку. — Я так тебя люблю…       Алёна дёрнулась и с широко распахнутыми глазами посмотрела на девушку. Господи, с какой же искренностью и лаской она это произнесла! Да, она уже говорила нечто подобное, да и не один раз, но чтобы так… чтобы так, ещё ни разу.       Теплота в виде простенького «я тебя люблю» стремительно растекалась внутри Алёны. Она чувствовала себя такой счастливой в тот момент… как никогда ранее, наверное. Как же важны были для неё эти три слова… — И я… я тоже очень тебя люблю, — Алёна вновь улыбнулась, уткнувшись в сашину грудь.        Алёне казалось, что сейчас всё хорошо. Что всё хорошо сейчас и дальше, это не сможет никуда исчезнуть. Где-то внутри тревожил лишь факт того, что совсем близок грёбанный май, несущий за собой неизвестность и возможность разрушить весь их, по крайней мере её — алёнин, мир к чертям.