Шрам через всю Землю

400 лет назад… Александр был наслышан о целителе из монастыря в Северной Равке. Он нашёл много Гришей в монастырях. На них всё ещё велась охота, и святилища были одними из немногих мест, где такие люди, как он, могли чувствовать себя в безопасности. Не то чтобы это имело значение. Король совершал всё новые и новые набеги на монастыри в поисках Гришей. Войдя в священные двери, Александр почти сразу же заметил того, кого он искал. Он не мог видеть лица, его скрывал капюшон, но движения выдавали целительницу. Она, кажется, лечила сломанную ногу совсем маленького мальчика. — Ну вот, — мягко сказала она ребёнку, закончив работу, — Теперь твоя нога выглядит намного лучше, правда? — Ты что, святая? — спросил её мальчик, широко раскрыв глаза. Она опустила капюшон. Молодая девушка. Ну, вроде бы. Очень редко легко удаётся определить истинный возраст Гриша. Целительница казалась ненамного младше самого Александра, но ведь внешность может быть обманчивой, верно? Она была красива, определённо красива. Каштановые вьющиеся волосы. Светлая кожа. Он не мог видеть её глаз, но они, наверняка, были светлыми. — О нет, просто кто-то, кто может и хочет помочь людям, которым нужна эта помощь, — ответила она, — Но это будет наш секрет, хорошо? Сохранишь его для меня? — мальчик кивнул, и она улыбнулась. У Александра перехватило дыхание при виде этой улыбки. Она, не переставая улыбаться, проводила мальчика и двинулись дальше по коридору монастыря. Александр последовал за ней, убедившись, что он всё ещё скрыт своими тенями. Должно быть, девушка почувствовала его взгляд и резко обернулась. Александр знал, что сейчас увидеть его невозможно, но она, казалось, смотрела прямо на него. Голубые, у неё всё же были голубые, как само небо, глаза. — Ты слишком безрассудна, — сказал он, отзывая тени, — О чудесах, совершаемых в этом монастыре шепчутся по всей Равке. — К её чести, она ничуть не удивилась. — Страх перед королём не помешает мне помогать простым людям, — гордо произнесла Целительница, глядя ему в глаза. — Это то, для чего я была рождена. — От тебя ничего не останется, если он найдёт таинственного монаха, творящего здесь самые настоящие чудеса. — Стоп. Как ты вообще. — на её лице наконец проступили признаки удивления, — Так ты и есть тот самый Дарклинг. — Да, так здесь меня называют. Скажи, кто же ты? — Люда, — просто ответила девушка, — И как я могу называть тебя? Дарклинг? Похоже, ты не в восторге от этого прозвища. — Действительно. Он ещё никогда не называл людям своего настоящего имени, но по какой-то непонятной причине Александр почувствовал необходимость сказать его этой удивительной девушке. «Дарклинг» было именем, которого люди предпочли бы не слышать, боялись не меньше имени короля. Парень не хотел, чтобы и она его боялась. В этот раз точно не хотел. — Александр, — сказал он к своему удивлению, — Ты хотела бы изменить со мной этот мир, Люда? Настоящее время. Люду ввели в каньон. Александра нигде не было видно, а Багра так и излучала удовлетворение от удачи в своём замылсе. Она теперь выглядела совершенно здоровой. Когда Люда наконец отважилась выйти из палатки, она, к своему шоку, обнаружила вокруг неё зелень. Снаружи была суровая зима, но преумноженная сила девушки исцелила даже все сгнившие и поломанные ветром деревья и принесла уже такую долгожданную весну в зимний лес. Друг Алины, Мал, кажется, тоже выздоровел, и лица всех в лагере изучали приятный, здоровый свет. — Ты в порядке? — спросила Алина, когда они уже ехали в экипаже, — Тебе больно? — Нет, теперь это часть меня, — произнесла Люда, положив руку на грудь, — Теперь моя рана полностью зажила. — Ты ведь знала его, верно? Тогда? До каньона? — смущённо сказала Алины, почти не глядя на свою собеседницу. — Да. Он использовал свои силы, работал, чтобы хоть как помочь королю и стране. В ответ тот открыл на нас охоту. Убивал нас. Убил и меня. Александр желал для Гришей свободы, только и всего, — улыбнулась про себя Люда, — Сейчас он выглядит по-другому. Раньше его лицо всегда было гладко выбрито. Я пожаловалась, что он поцарапал меня, когда мы. ну, когда мы. — обе девушки тут же покраснели, — Но это ему идёт, — Люда покачала головой, — Багра права, здесь все мы всего лишь кучка дураков. Становимся ими ради власти, ради дружбы, ради любви в конце концов. — Карета остановилась прежде, чем Алина успела ответить. — Мы на месте, — сказал Иван, выпуская их на воздух. … — Святые, — глядя на каньон, Люда не могла сдержать удивления. Всё было в разы хуже, чем она могла себе представить. Как мог Александр сотворить нечто… нечто подобное? Она посмотрела на Алину, — Может, если я войду в него, я смогу наконец стереть это нечто с лица земли? Или, по крайней, создать безопасный проход? — Ты не пойдешь туда, — послышался жёсткий голос позади, — Не для того я пожертвовал своей единственной надеждой на уничтожение каньона. Не для того, чтобы ты погибла там, — Люда обернулась и посмотрела на генерала, Дарклинга, Александра, было трудно понять, как ей теперь к нему обращаться. — Я так и знала! — выкрикнула она, быстро приближаясь к нему. — Я знала, что ты будешь сердиться на меня! Кто я для вас для всех? Игрушка? Обычная смертная, которой можно воспользоваться, когда пожелаешь, а потом просто выбросить, как перчатки? — Вокруг них постепенно собиралась толпа, — Как ты мог создать вот это? — девушка махнула рукой в сторону каньона, — Как, скажи, как? — она вдруг толкнула его. Весь лагерь замер в ожидании продолжения, — Как?! — Из-за тебя! Всё из-за тебя! — теперь уже крикнул Александр. Остыл он быстро. Буквально через пару секунд придвинулся чуть ближе и произнёс своим обычным, убийственно-спокойным голосом, — Я любил тебя. Очень любил, а тебя убили. Они заслужили наказание и получили его. — А скольких Гришей ты наказал? — уже мягче спросила Люда, — Когда-то ты хотел лишь свободы для нас, ты получил её, но сколько твоих же людей погибло на пути к цели? Я больше жизни любила тебя. Готова была последовать за тобой куда угодно. Кем ты стал теперь? — И девушка ушла. Ушла, не заботясь о том, что понятия не имеет куда ей идти. Ушла, не обращая внимания на людей, шепчущихся о ней теперь буквально на каждом шагу. Женя вдруг появилась из ниоткуда и побежала за ней, догнала и привела в палатку. — Девушка тихо вошла и тут же села на землю, поджав ноги и облокотившись щекой о колени. — Я бы поинтересовалась, всё ли с тобой в порядке, но, кажется, уже знаю ответ, — сказала Женя, садясь рядом с ней. — Странно видеть тебя такой. Живой, я имею в виду. Пока латала тебя, я не раз задавалась вопросом, какой ты была. — Я больше не знаю, кто я. Знаешь, я ведь никогда в жизни не кричала. Александр был достаточно вспыльчив для нас обоих. Ох, Багра должна была просто меня отпустить. — Женя положила руку Люде на плечо. — Не говори так! Я могу рассказать кое-что о тебе! — предложила портная, — Ты целительница, одна из лучших. Человек, которым восхищается даже Багра! Девушка, которую генерал предпочёл власти. Та, кого стоило спасти. — Люда мягко улыбнулась своей новой подруге. — Оставь нас, — послышался голос Александра, входящего в палатку. Женя подорвалась с места и выбежала в первую же секунду. — Ты никогда больше не будешь так разговаривать с мной, — сказал он, обращаясь теперь уже к Люде, — ты это понимаешь? — И что же ты сделаешь? Убьёшь меня? Похоже, теперь так просто меня не убить. — тихая усмешка, ничего больше. — Да, теперь, вероятно, ты проживёшь примерно 100 лет, может, больше, точно не сказать. — Я ведь хотела провести с тобой еще хотя бы несколько лет, — сказала девушка, вставая, — Я хотела быть с тобой! Какая же я глупая! Твоя мать всегда была права! — она глубоко вздохнула, — Ты можешь направить меня в лазарет? Я думаю, там я могу быть полезна. — Я не могу показывать свою слабость, Люда, — сказал Александр, когда она уже выходила из палатки, — Из-за тебя я уже дважды делал это. Больше не буду. Лучше держись от меня подальше. — Люда в ответ холодно улыбнулась. — Мог бы сказать это раньше, — произнесла она, оставляя его в покое, одного. Снова. Он всегда один, ему не привыкать. Через несколько минут он вдруг услышал, как Женя громко зовёт Люду по имени. — Что случилось? — ему потребовалось совсем немного времени, чтобы добраться до них. Люда неподвижно лежала на земле. Пришло воспоминание о том, как она лежала вот также, а под ней растекалась лужица крови. Его вечный кошмар. Александр хотел ожесточить своё сердце по отношению к ней. Просто забыть. Для неё всё это произошло буквально вчера, ему казалось, что и для него тоже. — Она упала в обморок, — взволнованно ответила Женя. — Я думаю ей не помешало бы хоть немного поесть, генерал. — Он поднял её, сразу же. В последний раз, когда она вот так лежала у него на руках, он был уверен, что она мертва. Теперь Александр чувствовал мерное биение её сердца и понимал, что его собственное начинает таять в ответ. О, Святые, помогите ему. ..... — Святые! — воскликнула Люда, откусывая булочку, — Еда просто потрясающая! Когда мы были в бегах, мы ели всё, что попадалось под руку. Главное, что ели. Мы никогда не оставались на одном месте надолго. — Так тебе станет только хуже, — сказала Алина, но она улыбалась. — К тебе возвращается твой естественный цвет, — пробормотала Женя, избегая взгляда Алины. Люда думала, что они были друзьями, но должно быть, случилось что-то такое, что испортило их отношения. — Ты, наверное, рада, что тебе не приходится всё время латать меня, — проговорила Люда в перерывах между атаками на еду. — На самом деле это была хорошая практика. Я довела до совершенства твою обвисшую грудь, — Люда чуть не подавилась, а её взгляд автоматически метнулся к своим женским достоинствам. Все девушки, несмотря на довольно странные отношения между друг другом, разом расхохотались. Кто-то откашлялся у них за спинами. — Давид! — удивлённо воскликнула Женя, быстро вставая. — Мы просто... — Обсуждали талант Жени, — пролепетала за неё Люда. — Я как раз хотел проверить, как ты, — произнёс Давид, нервно потирая руки, — Убедиться, что усилитель правильно работает. — Он довольно хорошо сросся с кожей, — сказала Люда, переводя взгляд на оленьи рога. Он ещё больше врос в её кожу и сделал контур ключицы более чётким. К счастью, рога абсолютно не мешали. Она улыбнулась Давиду — Я всегда говорила, что Прочники очень полезны. Потрясающе сделано! — Генерал сказал что-то похожее, — промямлил Фабрикатор и, быстро кивнув, удалился. Женя мечтательно смотрела ему вслед. — Значит, он всё-таки слушает, — сказала Люда больше самой себе. Две девушки посмотрели на неё с такой жалостью, что она, не выдержав их взгляда, извинилась и покинула палатку. Ей не нужна их жалость! Сейчас Люде совсем не хотелось говорить о генерале, Дарклинге или как там она должна была называть его теперь! Она задумчиво бродила по всему лагерю, постоянно меняя направление. На страже стояло несколько охранников, но все по большей части просто спали, устав после тяжёлого дня. Каньон действительно выглядел как огромный шрам на земле, как и сказала Багра. — Я думала, ты собираешься держаться от меня подальше, — произнесла Люда, даже не оборачиваясь. Она знала, он будет её искать. — Похоже, я не могу последовать ни совету своей матери, ни своему собственному. — С каких это пор ты пытаешься следовать советам матери? — наконец она повернулась к нему. — Верно. Святые, есть что-то такое, о чём я тебе не рассказывал? — спросил Александр, а Люда не смогла сдержать улыбки. Он улыбнулся в ответ. — Что это было? — насмешливо произнесла она, а потом, не раздумывая, подошла и коснулась его подбородка. — Ты бы не хотел, чтобы трещины появились на этом древнем лице. — К счастью, у меня снова есть целитель, чтобы вернуть ему былую красоту, — сказал Александр, а затем сделал то, о чём мечтал, с самого появления Люды в лагере. Обнял её. Девушка, не колеблясь, прильнула к нему в ответ. Она задумалась, сколько же лет прошло с тех пор, как он был в чьих-то объятиях. Багра никогда не была сентиментальной и невероятно редко проявляла ласку к собственному сыну, а его постель, вероятно, не бывала холодной, но объятия — это совсем другое. Прошло много времени с того момента, как он в последний раз обнимал и её, и поэтому сейчас прижимал девушку к себе крепче, чем когда-либо. И Люда не возражала. Кажется, минул не один век с тех пор, когда и она обнималась. — Я рад, что ты здесь, — он сказал это настолько тихо, что Люда задумалась, хотел ли он вообще это говорить. — А теперь расскажи мне всё, — произнесла девушка, когда они наконец оторвались друг от друга, — Каньон, вторая армия, Алина. Обо всём этом. Раньше я была твоим напарником и доверенным лицом. Я понимаю, ты изменился, но я — нет. Ты всё ещё можешь мне доверять.