Светозар и потерчата

Утром, как рассвело, вышел Светозар во двор да взялся было собирать глечики. Куда там! Всё вмерзло в навоз, хоть кипятком отливай. Посмотрел Светозар на это дело да и назад в хату пошел. Похлебал холодного узвару, закусил черствым бубликом и пошел убираться. Хоть и пытался содержать хату в порядке, а всё равно видно, что с натугою. Была бы жинка, поралась бы по хозяйству легко и с песнею. Светозар жахнул метелкою по паутине, развернулся на пятках и затянул было: — О-ой там на го-о-о… — Го-оре! — зловеще ухнуло в трубу, и из грубки кашлянуло облачком черной золы. — Ах вы ж чертенята! — сплюнул Светозар. — Средь бела дня повылазили, чтоб вас трижды через колено скрутило да перекинуло! В трубу звонко, с переливом засмеялись. — Ну, вот я вам!.. Светозар выбежал босиком из хаты, потрясая гневно метелкою, задрал голову на заснеженную соломенную крышу и увидел, как мелькнул то ли подол сорочки, а то ли просто пласт снега, который и гепнулся тяжело по ту сторону. Крепко выругался Светозар, оббежал хату, обжигая ноги холодом, да никакого пласта снега не увидел, а увидел цепочку следов, исчезающую за криницею. — Ах вы ж бесовы дети, нехристи! Ух, отучу вас баламутить! Светозар опрометью кинулся к кринице, поднял воинственно метелку, увидел растрепанного детенка в длинной сорочке и аж затипался. Ну никак не ожидал он увидеть бесеня у себя во дворе, вот так близенько, средь бела дня. Нечисть, это всяк знает, сумерки любит. Вспомнил Светозар свои погубленные глечики, все проказы нечисти припомнил, тут его оторопь и отпустила. — Ну, ты у меня сейчас получишь, что заработал, — пообещал он, ухватив детенка за ухо. — Вот отведу тебя в церкву да отдам отцу Василию, нехай тебя полощет в святой воде, пока снаружи и изнутри чистый не станешь. — Ай, дядьку, пусти! Не надо в церкву! — взвизгнул нечистый, и Светозар огрел его метелкою пониже спины, задравши сорочку. Ох, не понравилось нечистому угощение! Он и брыкался, и кричал, и пощады просил, и награду сулил, да только не отпустил его Светозар, пока не отходил хорошенько. Едва метелку не сломал, а потом всё ж пожалел, не стал тащить в церкву, как задумывал. Дал копняка под гепу да и отпустил. Завыл нечистый тоненько, жалостливо, ухватился грязными ладошками за дупу и поковылял в сторону леса, загребая босыми ногами снег. — Эк нехорошо вышло, — покачал головою Светозар. — Дитё же, вроде и жалко…