Светозар и потерчата

Еще разов пять по ночам бешкетовали нечистые, да каждый раз только Светозару их было чутно, а Богдан то ли спал крепко, то ли прикидывался. От розтали пошла речка повенью, а ночью морозцем ее прихватывало, тонесенький ледок затянет с краев, а под ним пузырится, бурлит черно и неспокойно. Очень Светозару тот лед не нравился, ночами марился. Будто бы ноги сами на речку несут, сами по льду ковзают, и репается тот лед гучно под чоботами, течет чернота, а под нею Остап — неживой, моторошный. Плохо спал Светозар, не высыпался, срывался на Богдана да сам же потом и соромился. Будто виновато дитё, что ему химеры являются! А Богдан после ледяников будто бы оттаял, снова с хлопцами дела завел, соберется куда-нибудь да непременно спросится: — Можно, дядьку? — Ступай с Богом, — отвечает всякий раз Светозар. Только на речку не пускал, боялся. Богдан разок спросился, а больше не стал, другими забавами увлекся. То они с хлопцами бабу снежную спорудят, как свежий снег выпадет, липкий да лепкий, то пролески ищут, хоть и рано, то на санчатах катаются. А иной раз и подсобят кому из соседей. Той же Сычихе коровник убирали, Богдан потом дуже собою довольный вернулся, хоть и уставший. Величезный кошик приволок, а в нем — ватрушки, маково-вишневый рулет, плачинда с гарбузом, бублики сдобные, пампушки. — Пригощайся, дядьку! То мне за работу заплатили. — А хлопцам? — спрашивает Светозар. — И хлопцам столько же дала, а Грицю аж больше, их дома вон сколько, — отвечает Богдан, а сам уже в рулетик вгрызся. Хорошо Светозару стало, спокойно. Вон какой добрый хлопец растет. — Будут из тебя люди, сынку. А незабаром собрался Богдан с Маркушею до коваля: — Мы, дядьку, подковы да цвяхи выправлять будем. — Иди с Богом, — кивнул Светозар и дальше себе чоботы лагодит. Совсем расползлись они, зашивать надо. Не ладилось дело. То чобот из рук валится, то дратва куда запропастится, а потом и вовсе швайка в руках луснула. — Что за чертяцтво? Покачал Светозар головою досадливо, да делать нечего, надо до коваля идти. Повстяники незграбные напялил, пошкандыбал по насту. Насилу дошел, в двери грюкнул, привитался, на иконы перекрестился, победкался, что не идет нынче работа, новую швайку попросил. Уже прощался, да вспомнил, огляделся: — А где ж Богдан? Удивился коваль: — Не было. — И Маркуши не было? — За весь день никого, видать, погода такая, люди носу из хаты не кажут. Светозар за голову схватился. Не было! Надурил Богдан, не пошел до коваля! Где ж его искать теперь? Думает Светозар, а ноги уже сами его к речке несут.