Только никому не говори

Над водой, сияющей молочным перламутром, медленно вздымался пар. Поднимался наверх к покатым стенам грота. Дикие кристаллы, вросшие в горную породу, мерцали словно мелкие звездочки на ночном небе. Зрелище невероятной красоты! И все это время оно пряталось в подвалах Мелитэлле, куда Эскель и привел княжну этим вечером. Тайком от Неннэке и всех остальных - ведь место считалось отчасти священным. Однако ни Эскелю, ни его друзьям ведьмакам, когда они гостили здесь еще мальчишками, это не мешало прибегать сюда время от времени. Раньше они устраивали здесь шумные игры в догонялки, по итогу сбрасывая в воду проигравших. А иногда подолгу возились в самом бассейне, ныряя на дно и выискивая там осколки драгоценных камней. Сегодня же мужчина решил поделиться этим тайным прибежищем с княжной. Кто знает, может это был последний раз, когда они смогут провести здесь время вместе. Одни, в тишине и покое. И даже вездесущий Лютик их точно не достанет. — Как красиво, — оторопев от восхищения, прошептала Цири. Присев на краешек каменного берега, она осторожно провела пальцами по воде. Перламутр закружился маленькими вихрями, как будто расплавленный жемчуг. — Ага, — явно размышляя о чем-то далеком от живописности грота, поддакнул ведьмак. Расхаживая позади княжны, он нервно пинал мелкие камушки под ногами. Те с рокочущим эхом катились от него по земле. Эскель привел сюда девушку не просто так. И повод едва ли можно было назвать приятным. Завтра на закате им предстоит покинуть храм для встречи с О’димом. И если честно, ведьмак сильно сомневался в том, что вернется обратно. Собираясь с духом последние несколько дней, сегодня мужчина принял решение рассказать Цири обо всем, что ей стоило знать. И про опасную сделку с демоном, и даже про ее “погибшего” отца. Чем закончится эта беседа? Эскель надеялся, что обойдется хотя бы без слез. Пусть княжна кричит и клянет его, на чем свет стоит, но только не рыдает, убиваясь от досады и разочарования. — К-хм… Я тут это… Сказать кое-кто… Эй! — начал мямлить ведьмак, но мигом возмутился, ощутив брызги на лице. — Прости, — захихикала Цири, отряхивая мокрые руки, — ты просто такой серьезный ходишь… Хотела, чтоб ты улыбнулся. Поглядев на румяную мордашку княжны, не подозревающей о его секретах, Эскель снова замешкался. Не хотел он ее расстраивать. А преподнести все новости так, чтобы не опечалить девушку он вряд ли был способен. Вот что ему сказать? “Я подписался помочь одному пронырливому типу в обмен на то, что ты будешь в безопасности. Вот только я сам скорее всего сдохну”. В лучшем случае Цири примет его слова за очень дурацкую шутку. В худшем… А об этом Эскель и думать не хотел. — Так о чем ты говорил? — мягко напомнила ему княжна, снимая туфельки. Видно, захотела ненадолго опустить ноги в воду. — Ну, я… А ты чего это творишь? — снова сбился с настроя мужчина, уставившись на Цири. Та уже стаскивала с себя верхнее синее платье. Пускай Эскель ворчит, сколько его душе угодно. Это место вызвало в княжне настолько неподдельный и детский восторг, что она решила не отказывать себе ни в чем. Оставшись в одной сорочке, она с радостным писком спрыгнула с берега. Теплая вода на секунду поглотила девушку с головой. Вынырнув, Цири с совершенно счастливым видом оглянулась на ведьмака. Ну что за ребячество! — Вот дурная… А в мокром обратно как пойдешь? — ожидаемо забубнил на нее Эскель, качая головой. С удовольствием плескаясь в воде, княжна пропустила его замечание мимо ушей. Как и многие, что слышала за последнюю неделю. Может Цири нарочно отказывалась замечать беспокойство в глазах ведьмака, может внушила себе, что на то не находилось весомых причин. В самом деле, Эскель ведь любил драматизировать. Не желая бороться с бурным потоком, девушка спокойно плыла по течению, радуясь тем мелочам, что встречались на пути. Несмотря на угрюмость и хандру недавних дней, мужчина был с ней на редкость нежен, ласков и внимателен. Вчерашним утром даже вернулся в келью с цветами! Последнее время он частенько просыпался ни свет ни заря, и чтобы не будить княжну, уходил прогуляться в лесных окрестностях. Но так, чтобы вернуться к Цири с букетиком цветущего льна - такого еще не бывало. Играя синей лазурью, он до сих пор красовался на подоконнике в кувшине и радовал девушке глаз. После зверского нападения чудища в Мелитэлле понемногу наводили порядок. Залечивали раны пострадавшим, восстанавливали разрушенные стены и памятники. Эскель и сам помогал прислужникам таскать тяжелые камни и обломки с места на места. Цири знала, что его все еще грызли вина и досада - самолично с монстром он справиться так и не смог. А потому изо всех сил искал, где сможет быть полезен. Да и Нэннеке старался лишний раз не злить. После гневного выпада в ее сторону, Эскель так и не принес извинений. Притих, насупился и молча возился в стороне с камнями и цементом. Княжне даже показалось, что ведьмак намеренно избегал присутствия настоятельницы. Стоило той появиться неподалеку, как мужчина мигом пропадал из виду, якобы отвлеченный неотложными делами. Выглядело это странно, если не сказать подозрительно. А на все вопросы Цири он по-прежнему отмахивался и отшучивался. Вот и как тут догадаться, что творилось в его голове? — Зайдешь ко мне? — с воодушевлением спросила княжна, касаясь руками берега, — здесь так хорошо! — Вот еще!.. — упрямо зафыркал Эскель, но тут его снова окатили брызгами. — Между прочим, я очень плохо плаваю, — хитро пригрозила ему Цири, — одной мне тут не безопасно! Мужчина закатил глаза. Княжна кого хочешь измором возьмет. Цыкнув, Эскель принялся стаскивать с себя рубашку. Глаза девушки торжествующе загорелись. — Ой!.. — вдруг захихикала она от неожиданности, как только мужчина принялся снимать с себя штаны. — Чего? Я в мокром отсюда потом тащиться не хочу, — пробубнил ведьмак, небрежно швыряя одежду на камни. Погрузившись в горячую воду источника, Эскель покрылся мурашками. На ощупь она отличалась от обычной пресной воды. Гораздо мягче, нежнее, словно парное молоко с воздушной пеной. А от содержания в ней огромного количества перламутра, на коже оставался его тонкий мерцающий слой. Оттолкнувшись от берега, Цири быстро подплыла к мужчине, цепляясь за его плечи. От переизбытка впечатлений и эмоций девушка никак не могла унять смех. Ее ноги с легкостью обвились вокруг его торса. Какая приятная невесомость. Прижавшись своим лбом ко лбу Эскеля, княжна взволнованно прикусила губу. Руки ведьмака уже спустились под воду к ее ягодицам. — Так что ты хотел рассказать? — неуверенно пролепетала Цири. Ее грудь мягко терлась о его кожу сквозь сорочку. Снять бы ее уже к чертовой матери. И зачем только прыгнула в ней в воду? Шумно сглотнув, Эскель с трудом отвел взгляд от сосков девушки, просвечивающих сквозь мокрый белый хлопок. И снова неподходящий момент для откровений. Кровь от головы все равно уже отхлынула к другому месту. Но видит бог, ведьмак пытался… Ласково поглаживая плечи мужчины, Цири оставляла на них дорожки от светлого перламутра. Они так красиво сияли на рельефных мускулах и впадинках его ключиц. Просто глаз не оторвать. А ведьмак, тем временем, уже потянул наверх камизу, вынуждая княжну вскинуть руки. Резко подсадив девушку выше, Эскель потянулся к ее груди, заскользив языком по твердому соску. С алчным возбуждением, накатившим на мужчину, его и вовсе тянуло искусать княжну. Впиться зубами в белую кожу. Зализывать раны, пока Цири жалобно скулит под натиском. Звериное начало порой брало над ведьмаком пугающую силу. А пока наслаждалось тело, мысли Эскеля как железо раскалялись добела. Кровь стремительно пульсировала в жилах, напоминая ведьмаку, что уже запустила обратный отсчет. Возможно это были его последние часы с княжной. Возможно и последние часы его жизни в целом. Забавно, но отчасти мужчина был даже рад перспективе сыграть в могилу после встречи с Зеркалом. Не придется тогда держать ответ за свою глупость ни перед Цири, ни перед Геральтом, ни перед всеми остальными, кто сочтет его идиотом. Но Эскель ведь пошел на это из благих намерений! Коль его паршивая шкура станет гарантией безопасности княжны - ведьмак был готов уплатить эту цену. Хрипло простонав, Эскель ненадолго уткнулся лбом в шею княжны. Стиснув пальцами бедра, он насадил ее на себя до предела. Девушка уже принялась хныкать и ерзать в нетерпении. Как и положено царской особе, Цири негодовала, когда ее заставляли долго ждать. Но сегодня не тот день, когда ведьмак был готов во всем идти у девушки на поводу. Делал то, что сам считал нужным. Ведь если не сейчас, то возможно, что уже и никогда. — Зря ты сюда полезла, — хищно оскалился Эскель, приподнимая ей ноги и складывая Цири почти пополам. Княжна и сама не заметила, как оказалась в крепком капкане его рук. Вскрикивая, ей оставалось только хвататься за шею ведьмака, пока он с жадностью врывался внутрь. Ни дернуться, ни воспротивиться. Но до чего же сильно опьяняло чувство, что наслаждаясь ею, Эскель забывал обо всем другом на свете. Ловя свое отражение в его глазах, слыша гортанное дыхание и стоны, Цири знала, что все это было только для нее… Нет. Для них обоих. То сокровенное и тайное, к чему другие не имели права прикоснуться. Хватка мужчины вдруг ослабла. Ладони с нежностью скользнули по спине, запутываясь в мокрых волосах княжны. Несмотря на трепетную ласку, сердце девушки почуяло неладное. Как будто Эскеля на секунду пронзило ни возбуждением и желанием, а скорбью. — Все хорошо? — робко спросила она, притрагиваясь к лицу ведьмака кончиками пальцев. Цири хотела посмотреть ему в глаза, но мужчина упрямо избегал взгляда. На секунду лицо Эскеля исказила болезненная гримаса. Как будто пытался прогнать из своей головы образы, которые мучительно изводили его. С трудом выдавив ухмылку, он подтолкнул княжну к берегу, заставляя ту упереться спиной в гладкие камни. Не успела Цири и дух перевести, как ведьмак, оставив пару обрывистых поцелуев на ее губах, неожиданно нырнул под воду. Девушка в недоумении застыла, но уже через пару мгновений громко ахнула. Голос приумножится эхом. А Эскель все еще находил способы, чем удивить княжну! А водой он залебнуться не боялся?.. Набрав побольше воздуха в легкие, мужчина дразнил ее языком, удерживая за бедра на весу. Зря Цири беспокоилась - уж такую смерть ведьмак принял бы за щедрый подарок судьбы. С плеском поднявшись из воды, Эскель резко потянул на себя девушку. Так странно… Еще ни разу княжне его поцелуи не казались такими. Горячими, но вместе с тем отчаянными. Хватая ее за шею, ведьмак целовал и прижимал к себе Цири, словно та вот-вот исчезнет. Растворится вместе с белым паром над водой. А он был не готов ее терять… Черт бы побрал весь этот сраный мир! Отчего-то именно сейчас Эскель вдруг ощутил невыносимую жажду к жизни. И княжна была тому виной. На одном из берегов находился небольшой выступ. Туда мужчина и пристроил Цири, поставив коленками на камни. Взгляд ведьмака с возбужденным волнением прошелся по округлым ягодицам, с которых стекали капельки воды. Чуть надавил на талию - до чего же послушно прогнулась… И чем он только заслужил такую власть? К счастью, судить Эскеля здесь было некому. Ладони девушки соскальзывали с мокрых камней. Дыша через раз, она торопливо хватала ртом воздух. Ноги тряслись крупной дрожью, кожа на ягодицах порозовела от слишком напористых шлепков. Еще пару минут назад такой ласковый, сейчас ведьмак нисколько не жалел княжну. Тянул за волосы, кусал за шею, поглаживал и в самый желанный для Цири момент издевательски уводил руку от промежности. Вот же любил он ее помучить! Ухватив Цири поперек живота, Эскель в последний миг удержал ее от падения в воду. Едва не потерял равновесие и сам, когда тело наконец расслабленно обмякло. Тяжело выдыхая, девушка откинула голову на его плечо. — Не хочу отсюда уходить, — прошептала она, укутываясь в руки ведьмака. Блаженная истома сморила обоих. Мужчина привалился спиной к берегу, Цири устроилась на его груди, укутав прядями своих волос. Нет сил ни говорить, ни думать. Разве что лениво целовать друг друга и с тихим смехом сталкиваться носами. Так прошло, наверное, не меньше часа. Тот случай, когда каждая минута - чистое золото. — Ты такой красивый, — вдруг тихо проговорила княжна, уже несколько минут неотрывно разглядывая Эскеля в полумраке грота. — Здесь просто темно, — прыснул от смеха мужчина, за что сразу получил кулачком в плечо. Цири не нравилось, как он всякий раз отмахивался от ее комплиментов. А она ведь от чистого сердца! В молочных бликах от воды ведьмак походил на одну из грациозных статуй Мелитэле. В таких же перламутрово-мраморных разводах, с витыми кудрями на плечах и с загадочным, печальным взглядом. Но Эскель не мог увидеть себя глазами Цири. — Вот займу трон, приедешь со мной в замок. Наденешь то, что носят при дворе и вот увидишь - от знати тебя никто не отличит! — упрямо заявила княжна, чем заставила мужчину криво ухмыльнуться. — Разогналась ты, — буркнул он, с тяжелым вздохом подтягиваясь на руках и выныривая из воды по пояс, — давай уже, вылезай. Возвращаться пора. Наивные фантазии Цири порой выбивали у ведьмака всю почву из-под ног. Какой замок? Какие наряды? Какая к чертовой матери знать? Неужели она представляла это на полном серьезе? Даже если Эскель чудом доживет до коронации наследницы Калантэ… Хряк в позолоченном кушаке и то смотреться будет лучше, чем его рябая рожа в тронном зале. Девушка недовольно заворчала за его спиной. Но ровно до тех пор, пока ведьмак не вылез на берег, потирая лицо ладонями. — Хорош уже на зад мой пялиться, — не оборачиваясь, фыркнул Эскель, подбирая штаны. Цири захихикала в ответ. Когда мужчина оделся наполовину, она все еще сидела в воде, облокотившись на берег с мечтательным видом. Напомнила ведьмаку озерную русалку. Такая же красивая и хитрая. Сидит себе в ожидании наивных пентюхов, что соблазнившись милым личиком, вскоре уйдут мертвецами на дно. — А еще ты должен хоть раз побывать на настоящем балу. Там весело и всегда много еды! — все никак не унималась княжна. Держась за руку мужчины, она нехотя выбралась на берег, тут же хватаясь за мокрую сорочку. — Не подскользнись тут. Шею свернешь, — игнорируя воодушевленное чириканье девушки, пробурчал Эскель. Вот же понесло ее! Впрочем, Цири ведь не догадывалась, что каждая ее нелепая мечта, озвученная вслух, резала мужчину, что тупым ножом. Он тут с ней почти прощался, а княжна возводила воздушные замки. Почти не слушая, о чем там разглагольствовала девушка, ведьмак с каменным лицом дожидался, пока та оденется и выйдет вслед за ним на винтовую лестницу. Вдвоем они зашагали по крутым ступенькам наверх. Цири, веселая и полная светлых надежд, и Эскель, который боролся с желанием заткнуть себе уши. Что угодно, лишь бы не слушать, как княжна продолжает планировать то, чему не суждено было случиться. Не потому, что ведьмак не хотел. А потому, что жизнь - то еще дерьмо собачье. Нет в ней ни постоянства, ни справедливости. А уж тем более милосердия к мечтам маленькой княжны. — А когда придет Самайн, можно поехать в северное предлесье. Закаты там просто невероятные!.. — Хватит, — оборвал Эскель девушку на полуслове. Пускай обижается, больше слушать он не выдержит. Не взглянув на Цири, мужчина продолжил подниматься по лестнице, ссутулив плечи. Он уже чувствовал затылком ее озадаченный взгляд. — Почему? — робко переспросила она, ускорив шаг, чтобы догнать ведьмака. — Да потому что не будет этого всего! — Эскель и сам не ожидал, что так грубо рявкнет на нее, резко развернувшись назад, — что, до сих пор не поняла, в каком сраном мире мы живем?! Не будет меня в твоем гребаном замке! Даже если не сдохну к тому времени, на пушечный выстрел к воротам не подпустят! Вздрогнув всем телом, Цири глядела на ведьмака с обидой и непониманием. Как будто он нарочно обманул ее в чем-то, что она на самом деле придумала себе сама. Воздух на лестничном пролете стал тяжелее и гуще. Эскеля подмывало поскорее уйти отсюда и спрятаться в келье до самого утра. Только бы не видеть на себе этого разочарованного взгляда. — Я - княжна и наследница престола. Мое слово - это не пустой звук! — зашипела Цири в ответ. Сжав руки в кулачки, она напустила на себя грозный вид. Могло бы сработать, не знай ведьмак ее как облупленную. — И как, сильно оно тебя спасло, “слово” это? — съерничал Эскель, разводя руками, — чего ж на троне не сидишь сейчас, раз такая важная? Девушка в ярости стиснула зубы. Возможно ведьмак перегнул палку, пытаясь ее вразумить. Ну да чего уж теперь. Что сказано, обратно не воротишь. Кажется мужчина успел заметить, как в уголках глаз Цири заблестели слезы. Подобрав полы платья, она стремительно пролетела мимо него, успев по пути толкнуть плечом. Оставшись в одиночестве, Эскель еще несколько минут слышал, как эхом разлетается стук шагов княжны. Все и дальше и дальше, пока не стих совсем. “Завтра на закате, Эскель. Не забудь про наш уговор” — голос О’дима вкрадчиво проник в голову ведьмака, вынуждая вздрогнуть.

***

— Это точные координаты и время? — сурово переспросила Фрингилья, вскинув на О’дима черные глаза, — даже не пытайся меня провести… Затаившись в одном из темных закоулков Нильфгаардского дворца, чародейка с недоверием глядела на демона. Ей бы и в голову не пришло обратиться за помощью к какому-то уличному проходимцу, но Зеркало сам явился к ней пару недель тому назад. Такой вежливый, располагающий к себе и готовый спасти бедственное положение придворной магички. Приведет к Эмгыру княжну Цириллу живой и невредимой, и наконец-то выберется из опалы после всех своих фатальных промахов. — Все, как и договаривались, — беззаботно улыбнулся мужчина, передав чародейке свиток, — постарайтесь приехать ровно к тому часу, что я указал… Пять минут раньше - угодите под горячую руку. Пять минут позже - княжны уже и след простынет. Проявить пунктуальность будет в ваших интересах. — Она не должна пострадать, — грозно сощурилась Фрингилья, чуть выступая вперед, — терпение Эмгыра уже и так на последней капле! — Но переполнил-то чашу этого терпения не я, — ехидно и справедливо подметил Зеркало, разводя руками. — Подставишь - и твоя голова полетит вслед за моей! — бледное лицо чародейки перекосило от злобы. — Попридержи угрозы, госпожа Фрингилья, — усмехнулся О’дим, вальяжно отступая к открывшемуся за спиной порталу, — ты получишь то, что и просила. А я получу свое… Это честная сделка. Мужчина исчез в вспышке красного света. Чародейка мрачно поглядела в то место, где еще секунду назад стоял О’дим. Все ее страхи и надежды, как и собственная жизнь, подвисли сейчас на тонкой нитке. И эта нитка находилась в руках Зеркала.