Кто бы мог подумать!

Вечер 22 декабря 1998 года, Хогвартс С очередного собрания Гарри возвращался в прекрасном расположении духа. В гостиную он шел с легкой полуулыбкой на лице, и хотя немногие встреченные им на пути ученики, которые готовились на следующий день отправиться по домам, смотрели на него как на идиота, у парня действительно был повод улыбаться. Яксли активно вербовал новичков, прощупывал почву и полностью оправдывал оказанное ему доверие. Да и остальные, в общем-то, радовали. Шутка ли, но за последние пару месяцев к Организации (название «Пожиратели смерти» гриффиндорцу решительно не нравилось, но вариантов пока не было) присоединились двадцать работников министерства. С метками Гарри тоже разобрался. Новичков он клеймил сразу василиском, да и со старой гвардией постепенно разобрался. Едва слышный всхлип прервал размышления Героя Магической Британии. Гарри помотал головой — он настолько ушел в свои мысли, что даже не заметил, как добрался до гостиной своего факультета. С одного из диванов в углу снова раздался всхлип. Проклиная своё любопытство, Гарри подошел к хрупкой фигурке, сжавшейся на красных подушках. — Ты чего? Фигура вскинулась, взмахнула пышной копной каштановых волос и посмотрела на парня полными паники глазами. — Гермиона?! — Гарри… Иди спать, у меня все в порядке… — А плачешь ты, как я понимаю, от счастья? Герм, расскажи мне, я постараюсь тебе помочь. Мы же друзья. Гриффиндорец сел рядом с подругой и приобнял ее за плечи, слегка поглаживая по спине. Девушка прижалась к нему и тихонько разрыдалась. — Я настолько бездарна? Я так бесполезна? — спросила девушка, вытирая рукой слезы. — Нет! Кто тебе такую глупость сказал? — Гарри не знал почему, но его прямо распирало от желание заставить Гермиону улыбнуться. Ну или хотя бы не плакать. — Я сегодня была на собеседовании в м-министерстве. По их словам, недоучка без лидерских качеств, влияния, денег и даже способности подчиняться им н-не особо нужна, — гриффиндорка снова всхлипнула, — мне предложили составлять расписания дежурств для отдела магического хозяйства… — Вздор! — воскликнул Гарри, — Ты умнейшая ведьма своего поколения, талантливая волшебница, одна из самых сильных в Британии! Ты героиня войны и очень хороший человек! — Я никому не нужна… — начала было девушка. — Нет! Ты нужна мне! — Поттер не знал, какая сила дернула его за язык, обернув мысли именно в такие слова, — Ты чудесная, милая, добрая, умная, талантливая, красивая, ты столько раз меня спасала! Да я без тебя даже до СОВ вряд ли бы дожил! Пускай эти трусливые чинуши говорят, что хотят, но ты совсем не бесполезна! Девушка зарделась и улыбнулась уголками губ. — Гарри, мне столько комплиментов за всю жизнь еще никто не говорил. — И зря! Она тихонько рассмеялась. — Может быть, может быть. Кстати, как думаешь, мне разрешат еще раз поменять свое решение насчет каникул? — В смысле? — Гарри почувствовал себя заметно лучше, когда Гермиона успокоилась. В груди у парня заметно потеплело. — Ну… Сначала я планировала остаться в замке, но потом, когда профессор МакГонагалл сообщила о зимней стажировке после собеседования, я вычеркнула себя из списка остающихся. Ну а затем… Ты и сам знаешь. Решение пришло в голову парню почти мгновенно. — Не оставайся! — воскликнул он, — Поживи у меня, на Гриммо. Я буду очень рад тебя там видеть. — Ой, Гарри… Мне неудобно… Я же тебе там помешаю… — Нет-нет-нет! Ты столько раз мне помогала, теперь моя очередь. — Спасибо! — девушка бросилась к Поттеру на шею и крепко-крепко обняла его, — Я тогда пойду собираться? — Конечно. Когда Гермиона скрылась за дверью девичьей спальни, Гарри откинулся на спинку дивана и с упоением втянул воздух, все еще пропитанный сладким мускусным ароматом Грейнджеровского парфюма.

***

Утром Хогвартс гудел. Все: от хаффлпаффских первокурсников до слизеринских восьмикурсников — обсуждали то, что Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер по каминной сети вместе отправились на Гриммо двенадцать. Некоторые, как Джинни Уизли, негодовали, некоторые одобрительно посмеивались, а некоторые просто пытались ответить на вопрос «Почему?», однако без внимания это происшествие не оставил никто. Кроме, разве что, виновников переполоха. — Кикимер! — рявкнул Гарри, едва они с Гермионой оказались в большой гостиной Блэк-хауса. С тихим хлопком эльф появился перед хозяином и низко поклонился, почти касаясь носом темно-зеленого пушистого ковра. — Хозяин Гарри звал Кикимера… Что Хозяин прикажет старому Кикимеру? — Приготовь комнаты для моей гостьи. Пускай они будут рядом с моими, в господском крыле. Потом вернись и отнеси ее багаж. Выполняй, — парень говорил негромко, но уверенно, как человек, привыкший, что его слушают. — Да, Хозяин Гарри, — эльф еще раз поклонился и исчез. Гриффиндорка нахмурилась, неодобрительно глядя на друга. — Не ругайся, — хмыкнул он, будто прочитав мысли подруги. — Но ведь это рабство! — как же заученно прозвучал этот аргумент. — Нет. Рабством бы это называлось, если бы домовики были бы против. Но так, кроме Добби, уникумов не было. Пойми, Герми, эльфам самим нравится такое положение дел. Спорить Гермионе не хотелось, потому она кивнула. — Я рад, что ты поняла. Идем в малую гостиную, я тебе расскажу обо всем, — улыбнулся парень. Девушка сглотнула — от его улыбки по телу побежали мурашки. И отнюдь не из-за того, что она пугала. — Ага, — неестественно быстро поддакнула она. Вереницей длинных мрачных коридоров Гарри провел ее в небольшую комнату с четырьмя обитыми светло-зеленым бархатом креслами, мягким белым ковром на полу, шкафами с различной ценной посудой и книгами, стоявшими по стенам, журнальным столиком из темного дерева и — самое главное — большим камином, в котором уже уютно потрескивали свежие полешки. — Присаживайся, — сказал хозяин дома, отодвигая одно из кресел, и чуть позже размещаясь напротив, — Кикимер! Подай нам чаю, — на столике мгновенно появилось желаемое, — А теперь, Гермиона, задавай любые вопросы. Отвечу. Девушка задумалась. В голове копошились сотни всевозможных вариантов, и гриффиндорка остановилась на первом попавшемся. — Почему Кикимер так тебе подчиняется? Раньше он выполнял твои приказы через силу, а теперь просто сияет! — А как иначе он может относиться к Тёмному Лорду? Гермиона застыла, как громом пораженная. Ее друг Гарри, Герой Магической Британии, победитель Волдеморта — новый Темный Лорд?! Да как такое возможно?! — Помнишь, в сентябре я рассказал тебе, Рону и Джинни о том, что стал повелителем пожирателей смерти? Девушка отрешенно кивнула. — Вы с Роном оставили решение сдавать или не сдавать их министерству на мне, а вот Джинни посчитала, что может продать жизни всех этих людей без моего ведома. Она предала меня… А потом… Потом я больше узнал о пожирателях. Не все они — отъявленные негодяи и лживые ублюдки, далеко не все. Знаешь, впервые Темным Лордом я назвал себя около трех недель назад. Тогда, идя по коридорам Хогвартса, я увидел, как пятеро хаффлпаффцев избивали двух третьекурсниц Слизерина. Помнишь, наверное, как они оказались в запретном крыле. Это был я. Я стал понимать, чего добивался Том Реддл в первую магическую войну. Он во многом ошибся, разорвал свою душу, довел себя до уродства и безумия. Однако я не он. У меня перед глазами есть пример, есть цель и те, ради кого стоит сражаться. — Т-ты б-будешь у-уничт-тожать м-маг-глорожденных? — от страха Гермиона даже начала заикаться. — Нет, конечно! — вскричал Гарри. — Как ты могла так обо мне подумать? Я не питаю никаких отрицательных чувств к магглорожденным! — Но… Но ты же… — Возьми, — парень щелкнул пальцами, и в руки Гермионе опустилась старая рукопись, — Салазар Слизерин, «Истинные грязнокровки и их отличия от магглорожденных». На данный момент — моя политическая программа. Гарри на секунду замялся, словно подбирая слова, а потом коротко выдохнул и произнес: — И еще, Герми. Я буду очень рад, если ты присоединишься ко мне. Девушка снова замерла в кресле, пораженная сказанным. — Можно мне подумать? — ее голос прозвучал гулко и хрипло. — Конечно. Знай, я приму любой ответ, и положительный, и отрицательный. Кикимер! Ночью, одна из комнат господского крыла Блэк-хауса Гермиона захлопнула рукопись Салазара Слизерина, дочитав ее до конца. Спина у девушки давно затекла, как в прочем-то и все тело. Шутка ли — она не поднимала головы от книги почти 12 часов, лишь раз прервавшись — на ужин. Гарри. Поттер. Стал. Темным. Лордом. Скажи ей кто-то что-то подобное еще месяц назад, она бы непременно вызвала целителей из Мунго несчастному. А теперь… Несмешная шутка стала реальностью. И эта реальность почти не оставляла Гермионе Грейнджер выбора. Или министерство, в котором она никому не нужна и Хогвартс, где про нее вспоминают, лишь чтобы попросить конспект все, кроме троих… двоих друзей, или друг, который будет вершить судьбу мира. А в сущности, не этого ли она хотела, когда шла в министерство? Не изменить ли жизнь людей к лучшему, не привести ли страну к процветанию? Ее не приняли там, но принимают тут. Там были чужаки, здесь — друг, с которым столько всего пережито. Но Гарри был Темным Лордом. Вздор! Гарри — не Волдеморт. Не псих, не садист, не убийца. Гарри — ее старый друг. Добрый, заботливый, хороший… Гарри — не Волдеморт. Гарри другой. Он сильнее соблазнов. И она не имеет права предать его. Она будет стоять за него до конца. Утро 24 декабря 1998 года, Блэк-Хаус К завтраку Гермиона спускалась, широко улыбаясь. — Доброе утро, Гарри! — кивнула ему девушка. — Доброе утро! Как тебе спалось? — спросил Поттер, отодвигая стул для своей гостьи и помогая ей устроиться за большим обеденным столом. — Прекрасно! — ответила Гермиона. Это было истиной, хоть заснула она и в половине второго ночи. — Я рад, — улыбнулся парень, наливая ей чаю. — Я согласна, — неестественно громко сказала девушка, решив не тянуть кота за хвост, — Гарри, я согласна встать на твою сторону. Мне не важно, что ты Темный Лорд, ведь ты не Волдеморт. Ты все тот же Гарри, который спас меня от тролля семь лет назад. ТЫ мой друг, Гарри. Или прикажешь называть тебя иначе? Поттер замер на секунду, но потом принял ее игру. — Вообще, я подумывал над псевдонимом — в конце концов, именем «Темный Лорд Гарри» врагов только рассмешить можно. Может быть, вы что-то подскажете, мисс Грейнджер? — С удовольствием, Мой Лорд, — обращение вырвалось само собой, как и шутливый полупоклон, — Позволите только мне перо и пергамент? — Разумеется, — Гарри достал палочку, взмахнул ей и через секунду рядом с девушкой появились перо, чернильница и листок пергамента. — Благодарю, — кивнула Гермиона, отодвигая в сторону тарелку роскошной овсяной каши. Девушка задумчиво пожевала кончик пера и начала что-то писать, тихонько бормоча себе под нос и изредка зачеркивая написанное. — Нет… Не то… Хммм… Мерлин, только не это! А если… ДА! Гарри от ее неожиданного вскрика подскочил на своем месте и посмотрел в пергамент. — Арес? — не понял парень. — Бог войны в древнегреческой мифологии, — привычно пояснила Гермиона, продолжая что-то выписывать. — D… — читал Гарри, — E… A… Т… — их руки случайно соприкоснулись, и перо в пальцах Гермионы вздрогнуло, выведя что-то среднее между «Н» и «R»*. — Гарри! Тут должно было быть «Death»! — Арес… А убери-ка «t»… — задумчиво произнес гриффиндорец, словно не заметив возмущений однокурсницы, — Арес Деар… — Бог войны, ошибка в смерти? — Да. Он действительно мог назвать себя ошибкой смерти. 24 декабря 1998 года Темный Лорд Арес Деар впервые ступил на землю Англии.