Spring

Blood runs thicker than water Blood runs thicker than water Blood runs thicker than water But both feel the same when your eyes are closed

I am the river's daughter I am the river's daughter I am the river's daughter And you'll be her son when we're both reposed

Chloe Ament — «The Water Is Fine»

      Джоэл поправил воротник плотной рубашки, чтобы спрятать шею от прохладного воздуха. Очередное раннее весеннее утро и очередная вылазка, в первые полчаса которой пальцы обветрятся от езды верхом, а потом солнце начнёт греть так, что спина под рюкзаком вспотеет. В этот раз, помимо стандартного маршрута, группе предстояло потратить лишний час и навестить Эстер — узнать не появились ли ещё бандиты на их территории, нет ли скоплений заражённых и просто проверить всё ли у женщины в порядке. Несмотря на созданную между ней и Джексоном дистанцию, она всё равно была частью общины…              Что же до группы, то в этот раз на маршрут собирались четверо: он сам, Карлос, Ребекка и Элли. Подросток как раз подошла к женщине, проверявшей седло на своей кобыле, и что-то сказала — из-за расстояния Джоэл не мог разобрать о чём шла речь, только подметил как Ребекка тряхнула головой, усмехаясь в ответ. Она бросила какую-то фразу и Уильямс в привычной ей манере фыркнула, вздёрнув нос, после чего пошла к своей лошади.              Миллер вдруг задумался, что желание за одну вылазку решить сразу несколько проблем могло оказаться откровенно дурной затеей. Но сказать сейчас Элли остаться было бы слишком странно и в целом бесполезно — та так долго напрашивалась в патруль, что попытка в последний момент переиграть планы обернулась бы катастрофой.              — Джоэл? Всё нормально? — спросил стоящий рядом Томми, мягко сжав его плечо. И хотя мужчина тут же повернулся к нему, Миллер-младший успел заметить кто привлек внимание брата. — Что-то не так?              — Всё в порядке, — отмахнулся Джоэл, поправляя лямку рюкзака на плече — и тем самым вынудив Томми убрать руку. Младший тяжело вздохнул, без слов выражая усталость от периодически возникающей закрытости брата — старший поджал губы, демонстративно игнорируя этот выпад.              Хоть что-то у Миллеров не менялось никогда.              — Вернётесь как обычно? — мягко поинтересовалась Мария, подойдя к ним сбоку. Она кинула на мужа вопрошающий взгляд, распознав в их лицах очередное братское «он снова держит всё в себе!» и «надо будет — расскажу, а пока нечего ему лезть».              — Да. Максимум, задержимся на час, — ответил Джоэл, снова осмотрев всю свою группу, особенно внимательно следя как его подопечная-не-дочь поправляет кобуру на бедре. — Ты знаешь, как бывает.              — Элли! — окликнула девчонку Ребекка и жестом показала подтянуть ремень, обхватывающий ногу. Уильямс глянула на женщину, одними губами произнося классическое подростковое «ой, да я сама знаю», но всё же совету последовала.       Карлос, стоявший неподалёку от Элли и проверявший их лошадей, кашлянул в кулак, пряча усмешку.              Джоэл прикусил язык, наблюдая. Всё нормально, ему нечего тревожиться, для взрослого человека приемлемо давать советы молодняку, он бы и сам подошёл напомнить ей за регулировку ремней, хоть девчонка уже наизусть знает все тонкости. Да и Элли с её общительностью и тягой к людям со всеми находила общий язык…       Но ему и вправду не давала покоя Ребекка с её секретами.              Уже прошло почти два месяца с того момента как незнакомку, истекающую кровью, притащили в Джексон. О ней хорошо отзывались Бриггсы, взявшие новенькую под свою крышу. Роберт, до этого бывший единственным кожевником в городе, отметил качество работы и спокойный нрав. Карлос и Саймон, с которыми женщина выходила в патрулирование уже третью неделю, тоже не имели нареканий — Миллер и хотел бы уже сформировать дуэт вместо трио, да только не решался пока отпускать новенькую с явно заинтересованным в ней мужчиной один на один, а простак-Саймон мог попросту не вытянуть характером такую напарницу.              В том, что Ребекка не так уж и безобидна, он убедился с самого первого взгляда, когда держал её под дулом пистолета: пусть женщина и дрожала от боли из-за многочисленных порезов с синяками, а на бледной коже смешалась кровь убитых ею мужчин с её собственной… чёрт, он смотрел в эти тёмные уставшие глаза и видел лишь решимость, граничащую с непокорностью: пойди что-то не так, она бы билась до последнего вздоха, и Миллеру в тот момент уж точно не хотелось проверять эту теорию на практике.              В итоге, она все эти два месяца была нерешаемым уравнением с огромным количеством неизвестных ему переменных, из-за чего просчитать возможные риски попросту не получалось. Это мужчины, по опыту, в выживании чаще ориентировались на физическую силу и были попросту более предсказуемыми, а женщины… что же, иной раз он действительно не мог предугадать что скрывается за симпатичным личиком или перепуганными глазами, поэтому предпочитал всех держать на мушке.              Хотя что там, Джоэл и до апокалипсиса не всегда мог всё предугадать: чего только стоил уход Мэдисон из семьи, когда Саре ещё не было и двух лет? Все эти слова про то, что материнство не для неё, что она просто тратит время впустую и им лучше разойтись ради блага их же дочери? Будто у него самого не было потенциала, планов на жизнь, стремлений в учёбе… Но и держать Мэдисон Миллер не стал, просто запихнул многие желания куда поглубже и сосредоточился на благополучии своей малышки, хотя сам был ещё почти подростком.              Джоэл поморщился, прогоняя воспоминания. Сары больше нет. О Мэдисон он не слышал ещё с тех времён, когда та ушла и передала помолвочное кольцо через его родителей. Сейчас у него есть Элли, Томми, свой дом и дружественная община, да только всё равно тревожность вытягивала на поверхность воспоминания, накладывая их на нынешние обстоятельства, требуя не расслабляться, раз за разом ковыряя старые раны.              Раны, которые нет-нет, да нагнаивались, не позволяя запрятать самое болезненное куда подальше…              На инструктаж, по классике, ушло минут пять. Отпустив ещё несколько людей парами на другие, более короткие маршруты патрулирования, Джоэл наконец дал команду выдвигаться. Первое время группа ехала размеренно, не подгоняя лошадей: Карлос спереди, Ребекка за ним, Джоэл замыкал, держа всех в поле зрения, особенно Элли. Подросток то двигалась вровень с женщиной, то подгоняла свою кобылу и выбивалась чуть вперёд, от чего Виски фыркала, потряхивая гривой.              — Мне кажется, или Искра явно не в твоём вкусе, детка? — после очередного показательного недовольства спросила Ребекка, мягко похлопав лошадь по шее. Та в ответ снова тряхнула головой, а Уильямс громко хохотнула, улыбнувшись через плечо, даря женщине один из тысячи своих озорных взглядов.              Джоэл промолчал, только пришпорил свою лошадь, чуть сократив дистанцию до них, сверля взглядом спину Ребекки. Кто она, чёрт побери, такая? Ещё в первый день мужчина прикинул откуда женщина шла, сверился с картой, учитывая, что она могла путешествовать и не по прямой. Когда же прозвучало откровение про несколько сотен миль, Миллер снова достал карту и начертил огромный круг, выискивая возможные варианты. Он слышал о бандитах, обжившихся на окраинах Форт-Коллинз; знал за небольшое дружественное поселение в Саратоге — с ним Мария поддерживала связь, так как пара жителей Джексона пришли оттуда; было ещё несколько мест, с которых за последние годы поступали сигналы о наличии общин — попытки связаться, выжившие люди, записки на свежих трупах.              Конечно, на карте, словно бельмо в глазу, ему постоянно маячила одна особенная, выделенная красным точка — Сильвер-Лейк, поселение каннибалов Дэвида, того самого урода, который… Джоэл сжал поводья, унимая клокочущую внутри ярость, повторяя себе, что это самый маловероятный вариант. И потом сам же в который раз задался вопросом — почему? Он посмотрел на Элли, плетущуюся возле Карлоса, потом вновь в спину следующей за ними Ребекки — та, словно почувствовав, пошевелила плечами, будто ей засвербило между лопаток.              И ведь было бы проще, будь женщина кем-то однозначным, кем-то с ходу понятным, но вот эта её привычка говорить правду и при этом не рассказывать ничего действовала на нервы. Она так легко признавала, что в прошлом натворила нечто ужасное: просто кинула ему в лицо этот факт, мол, делай с этим что хочешь, а я выкуплю себе такое право признанием без какой-либо конкретики.              Ребекка умудрялась совмещать в себе уязвимость — ту, которую он увидел в дрожащих руках с потемневшими от холода ногтями, когда она теребила край свитера, нехотя говоря о своих секретах; ту, которая была в её глазах, когда им пришлось сбежать из горнолыжного комплекса, оставив тело Джона на корм заражённым; ту, которая была в этом секундном обеспокоенном взгляде на его перебинтованную ладонь, когда он сказал за сумку… И совмещала она это с умением быть хладнокровной и отключать эмоции: сначала убила троих, для чего нужны чётко отработанные движения и холодный расчет — по возвращению в горнолыжный курорт Джоэл рассмотрел уже полусгнившие трупы, осколки, выцветшие следы крови, прикидывая картину драки; в том, как женщина бросилась на помощь Саймону, не думая ни секунды, и парой отточенных ударов убила зараженного, тут же помогая мужчине встать; в том, как она схватила его за руку, когда они отстреливали первых ввалившихся в помещение бегунов, и потянула за собой в безопасность, действуя сообща, даже несмотря на то, что минутой ранее явно дорогого ей человека застрелили, словно бешеную псину.              Да даже в том как эта женщина намеренно отходила в сторону, вынуждая Джона следовать за ней, тем самым явно пытаясь обезопасить группу, в то время как на её глазах готовы были проступить слёзы, а губы дрожали с каждым словом… Такое отчаяние Миллер видел не раз: в лице Тесс, когда она кричала им бежать, попутно натягивая ткань, чтобы спрятать укус на плече; в обличии Генри, застрелившего обратившегося Сэма, своего младшего брата — и единственный смысл бороться дальше; в глазах матери-одиночки, встретившейся двум Миллерам ещё в первые годы выживания и попытавшейся убить их исподтишка ради скудных припасов… Джоэл до сих пор не знал, отступил он тогда сам, услышав её перепуганных малолетних сыновей, или же был вовремя оттянут Томми — ещё не таким зачерствевшим, как его старший брат.               Первые две остановки на маршруте прошли спокойно: ни заражённых, ни людей. Группа добралась до наблюдательного пункта в виде зачищенной автомастерской с безопасной зоной на втором этаже, к которой вела лишь вертикальная лестница за проходом, скрытым фанерой. Пока Карлос сторожил лошадей, остальные поднялись наверх, в небольшое пространство из двух комнат: крошечного туалета и маленького помещения со скудной пыльной мебелью. Джоэл протянул Элли карандаш, позволяя оставить короткую запись-отчёт в журнале на столе. Девчонка, хитро сверкнув глазами, глянула в сторону Ребекки, стоявшей с биноклем у окна:              — Так, ну фамилии Карлоса, Джоэла и свою я знаю… А твоя какая?              Женщина на секунду обернулась, чуть сощурившись, смерив подростка взглядом, а потом тихо хмыкнула и покачала головой, вернувшись к наблюдению:              — Хорошая попытка, Элли, но я уже видела как их заполняют. Там только имена.              — Ну, попробовать ведь стоило! — возразила Уильямс, пока огромными буквами вписала «всё чисто». Она посмотрела на Джоэла и изогнула брови в немом вопросе — мужчина промолчал. Опять. Не то чтобы Элли не пыталась ладить со всеми, к этому он-то привык, просто…              — Флетчер, — вдруг отозвалась Ребекка, так и не повернувшись к ним, продолжая осматривая округу. — Моя фамилия Флетчер, раз уж тебе так интересно.              — Ну-у, — удовлетворённо протянула Элли, отлипнув от журнала, явно наслаждаясь маленькой победой, — будем знакомы, Ребекка Флетчер.              В ответ ей было лишь тихое «угу». Уильямс хмыкнула и подошла ближе, тоже выглядывая в окно. Вблизи стало заметно, что девчонка где-то на полголовы ниже женщины.              В бою это не критично, если только её не застанут врасплох.              Джоэл сложил руки на груди, наблюдая и думая: ему особенно не давал покоя факт, что Ребекка была лидером общины какое-то время. Мужчина прекрасно понимал какой ценой женщине даётся такая власть: Марлин не одними лишь мотивационными речами пробила себе путь на место лидера «Цикад», постоянно игравших в войнушки с «Федра». Да что там, он на свои глаза видел что вытворяла Тесс, дабы заполучить почётное место среди контрабандистов Бостона и обеспечить себе хоть какую-то стабильность…              Не сказать, что Миллер сам не был иногда чересчур жесток ради выживания, но его напарница была главной в их дуэте: занималась организацией и руководством, а иной раз и сама наводила порядки. Тесс доверяла ему в случае опасности, но ведущей в этом деле всегда была она. Так что Джоэл прекрасно понимал: за напускной сдержанностью и показным дружелюбием у Ребекки точно прятался далеко не один кровавый секрет, а ещё способность проявлять жестокость и выгрызать себе место под солнцем.              — Вон, глянь на десять часов, — вдруг подала голос женщина, протягивая Элли бинокль. Девчонка приставила его к глазам, что-то бормоча себе под нос.              — Не вижу ниче… А-а-а, вижу, — сказала подросток, заметно приободрившись. Ребекка усмехнулась, наблюдая за ней, потом повернула голову к Джоэлу и сразу же отвернулась, поджав губы.              — Что там? — спросил Миллер, размеренным шагом подходя ближе, задаваясь вопросом что это за реакция только что была.              — Олень, — пояснила Элли, оборачиваясь и протягивая бинокль. Её глаза вновь засияли таким простым детским счастьем, от которого в сердце что-то болезненно колется… Мужчина приподнял руку, отказываясь, и подросток вернулась к наблюдению.              — Думаю, он сбежит как только мы выйдем — слишком много шума, — предположила уже тише Ребекка и развернулась, уходя от окна. — Ждём вас внизу.              Женщина покосилась на Миллера, когда проходила мимо — мужчина провёл её взглядом до выхода, раздумывая. Было это такое простое взрослое желание показать ребёнку что-то прекрасное — или же ещё одна попытка втереться в доверие? Если да, то зачем? Могли ли Цикады подослать кого-то, чтобы обманом украсть Элли?              По правде говоря, Джоэл за этим и взял её в этот патруль: чтобы и Эстер проведать, взяв с собой Уильямс под предлогом старого обещания, и заодно посмотреть как Ребекка поведёт себя возле девчонки вне Джексона. Карлос же был хорошим прикрытием и доверенным человеком, в чьей компании новенькая вела себя вполне естественно и вполне могла ошибиться…              Но пока что только вопросов становилось всё больше.              Дальше они двинулись в той же последовательности: Карлос первым, разведывая обстановку, Элли и Ребекка за ним, а Джоэл — в конце, наблюдая как за окрестностями, так и за динамикой внутри группы. Большую часть времени молчали, редко кто-то делился наблюдениями, завязывая короткий диалог, или просто задавал вопрос в духе «не устали?». Ещё две точки маршрута преодолели как по расписанию, только в одном месте пришлось притормозить и убрать бегуна в полуразрушенном доме. Джоэл занялся этим вместе с Карлосом, а на выходе успел подметить как Ребекка осматривает округу, держа Элли в поле зрения — женщина так делала постоянно, когда кто-то из мужчин слезал с лошади или отходил чуть дальше, чтобы разведать местность.              Особенно, когда это делал Джоэл.              Конечно, Миллер видел, как она аналогичным образом приглядывала за членами группы в их вылазке на горнолыжный курорт, прикрывая другим спины. Но ни за кем женщина не присматривала так внимательно, как за девочкой-подростком… Чёрт, и не спросить же напрямую кто Ребекка и откуда! До Джексона можно было и послать к чёрту всякую цивилизованность, приставить оружие к виску и получить ответы, но сейчас мужчине приходилось с ней считаться — кто же знал, что правила нового мира станут для него привычнее и надёжнее, чем то, что было в прошлой жизни, до вспышки КЦИ?              Пройдя последнюю остановку на пути к убежищу Эстер, мужчина постарался угомонить вертящиеся на языке вопросы и просто сосредоточиться на безопасности дороги, краем уха слушая разговоры. Карлос, с его привычкой к ненавязчивому трёпу по пути, периодически затевал какую-то беседу ни о чём с Элли, очевидно развлекая подростка — добрая душа, что с него взять? И в этот диалог Миллер бы тоже не вслушивался, даже когда Уильямс в очередной раз возразила «ой, да ладно тебе!», да вот только теперь в фоновый шум вклинилась Ребекка:              — Не, ну когда-нибудь всё-таки будут люди с иммунитетом к этой дряни.              Стоп, что?!              Внутри у Джоэла похолодело и он навострил слух, вникая, как бы невзначай перекладывая свободную руку на бедро, ближе к револьверу, подгоняя лошадь, чтобы сократить дистанцию.              — С чего бы это? — упрямо выпалила Элли, очевидно, чтобы не выдать собственного удивления. Она покосилась на Миллера позади себя, явно уловив изменение атмосферы.              — Не, Бекки, это уже явно из области фантастики мысли… — протянул Карлос, на секунду обернувшись к женщине. Он ушёл из Цикад примерно в то же время, что и Томми, и точно не мог знать про вакцину и девочку с иммунитетом… В этом Джоэл был уверен.              — Думаешь? — переспросила Ребекка будничным тоном, будто вела светскую беседу, и пожала плечами. — Мы, люди, живучие создания. Сколько уже было эпидемий за всю историю? Мы вечно адаптируемся, а новое поколение так вообще не знает того, что было «до». У них даже психика работает иначе, — она кивнула головой в сторону идущей чуть позади Уильямс.              — И что думаешь? — вдруг вклинилась в разговор подросток, подгоняя лошадь. — Ну, насчёт людей с иммунитетом…              — Элли! — сразу же требовательно окликнул её Джоэл. Ещё этих разговоров ему для полного счастья не хватало.              — Всё нормально, Миллер, — заверила Ребекка, обернувшись назад. Она встретилась с ним взглядом — вся такая спокойная и будто немного не понимающая почему мужчина так завёлся. Заметила она руку у кобуры на бедре или нет — Джоэл не уловил. — Что же до моих мыслей… Даже будь иммунные люди уже, я бы настоятельно советовала им никогда никому об этом не рассказывать.              — Почему это? — полюбопытствовала подросток, и в этот раз Миллер не решился её прервать — ему самому был интересен ответ на эту сугубо гипотетическую, абсолютно нереальную идею, от которой, почему-то, по спине пошли мурашки. — А вдруг, например, нашлись бы учёные, которые…              Ребекка с прищуром посмотрела на Элли, дольше прежнего, от чего та прервалась на полуслове. Женщина отрицательно мотнула головой и снова повернулась вперёд.              — Даже если найдутся, подумай сама: прошло уже больше двадцати лет, — она сделала паузу, позволяя подростку обмозговать этот факт. — Медиков, с нормальным образованием, с опытом — на пальцах одной руки сосчитать можно, и то, отними тех доживших до нашего времени везунчиков, у которых мозг от пережитого за эти годы стресса превратился в кашу. Все более-менее опытные и толковые люди сейчас могут быть только у крупных поселений, может быть в городах, где есть остатки военных и правительства… А они, уж поверь, сделают не лекарство.              Карлос, с его привычкой вставить слово, в диалог не лез, только слушал, заметно помрачнев и перестав оборачиваться. Миллер замыкал группу на минимальной дистанции, контролируя ситуацию и вникая.              — Да ладно, ну неужели кто-то не захочет спасти…              Ребекка притормозила Виски — Элли повторила за ней, от чего Искра недовольно фыркнула, ударив копытом о землю. Женщина обернулась к подростку. Все линии её лица стали глубже, в глазах засела почти что материнская строгость.              — Послушай внимательно, — сказала Ребекка с нажимом, не отводя взгляд, — никто и никогда не сделает лекарство для человечества. Это будет инструмент, можно сказать оружие, которому никто ничего не сможет противопоставить. И поверь мне, Элли, — на этих словах женщина наклонилась чуть ближе, — людей из-за этого погибнет столько же, сколько погибло во время вспышки всей этой дряни…              — Элли, — резко вклинился Джоэл, остановив лошадь возле них, — иди за Карлосом. Мы догоним.              Его тон не терпел препирательств. Мужчина указал ей одними лишь глазами в нужном направлении, считывая как, несмотря на упавшее в ноль настроение, во взгляде девчонки загорался протест. Или его указаниям, или словам женщины, или всему и сразу. И всё же Элли отступила, направив Искру дальше. Миллер подождал, пока девчонка пройдёт половину пути к Карлосу, а потом посмотрел на Ребекку и холодно процедил:              — Не забивай ей голову дурными фантазиями.              Он мог бы надавить, попытаться добыть информацию или высказать недовольство, но присутствие девчонки вынуждало сдерживать себя. Ребекка нахмурилась, сильнее сжав поводья, и уже попробовала открыть рот, но мужчина её перебил:              — Мы закончили.              Джоэл пришпорил коня и направился дальше, да только через несколько секунд женщина вырвалась вперёд и резко развернула Виски, перекрыв ему дорогу, вынудив остановиться.              — Мы ещё не закончили, — требовательно возразила Ребекка, делая глубокий вдох, явно унимая недовольство. Она обернулась — глянула как Элли уже стояла возле Карлоса дальше по тропе, будто убеждалась, что их не подслушают. — В чём твоя проблема, Миллер?              — В чём моя проблема? — раздражённо уточнил Джоэл и подвёл коня ближе, так, что между ними почти не осталось свободного места — ещё немного и коленями коснуться могли бы. — В том, что ты забиваешь ей голову откровенно бредовыми идеями, которые отвлекают от…              — Ты вообще слышал что я сказала? — возмутилась Ребекка, перехватив поводья поудобнее и наклонившись ближе. — Я как раз-таки и говорила, что это бредовая идея, мечтать о лекарстве. А тему с иммунитетом так вообще Карлос поднял! — И хотя женщина была взвинчена его претензиями, она не переходила на крик, сохраняя громкость, которая позволяла словам остаться сугубо между ними, не доходя до любопытных ушей Элли.              Значит, Карлос первым ляпнул… Джоэл даже пожалел на секунду, что не вслушивался в разговор до этого — как минимум, был бы веский повод объяснить взрослому мужику чем чреваты такие разговоры при молодняке. Но вместо извинений, Миллер фыркнул и посмотрел ей в глаза, говоря ровно и чётко:              — Оставь воспитание Элли мне.              — Уж поверь, Джоэл, — уже тише произнесла Ребекка, выдерживая его взгляд, — твою дочь…              — Она мне не дочь.              Ребекка осеклась и тряхнула головой, кашлянув, чтоб подавить просившуюся наружу усмешку — губы дёрнулись, в уголках глаз проступили так называемые гусиные лапки. Из-за яркой мимики в её лице было так много интересных линий, что старый шрам от щеки до уха с отсутствующей мочкой даже не привлекали внимания, создавая симпатичную картину. Джоэл и раньше понимал, что Карлосу так нравилось ненароком рассматривать, пока она не видела, особенно в те редкие моменты, когда женщина отпускала контроль и позволяла себе улыбаться…              Ребекка наконец восстановила зрительный контакт — и в этих тёмно-карих, потемневших от сдерживаемых эмоций, глазах, было столько глубины и правды, непокорства и нрава, что у Миллера невольно мелькнула неутешительная мысль: будь он на десяток-другой лет моложе и без девочки-подростка с её секретом в придачу… он бы повёлся.              Клюнул бы, как мальчишка, не забивая голову лишними размышлениями.              — Знаешь что, Миллер? — прошептала женщина, наклонившись ещё чуть ближе, не разрывая зрительного контакта. — Я в своё время уже насытилась воспитанием чужих детей, так что запомни раз и навсегда: меня волнует только безопасность твоей «не дочери», ровно как и других членов группы… Не знаю, что на тебя сегодня нашло, но ты либо задай вопрос прямо, либо не убирай руку от револьвера.              Заметила, значит. Зараза. Джоэл поджал губы, хмыкнув, даже не пытаясь скрыть, что понимает о чём речь — он не мальчишка, чтобы отступать при малейшей проблеме, и столкновения лбами не боится. Элли, всё это время стоявшая возле Карлоса, позвала его по имени, явно понимая, что здесь не обмен любезностями происходит. Вопрос, значит. Женщина кидала ему вызов ровно так же, как хлестнула признанием в их первый разговор с Марией — бескомпромиссно, проверяя границы дозволенного.              Что ж. Джоэла в этот раз никто не сдерживал.              — А знаешь, — ответил мужчина, расправив плечи, возвращая себе контроль над ситуацией, — ты…              Хлопок выстрела из-за деревьев рассёк воздух, как нож масло, выбивая всех из равновесия. Ребекка дёрнулась синхронно с ним, посмотрев на Элли с Карлосом — те тоже повернулись, пытаясь определить источник шума. Слишком далеко, это не по ним. Птицы взлетели в воздух, а следом прозвучали новые выстрелы — один, второй, третий… У Джоэла внутри похолодело, когда он понял, что звук идёт со стороны плотины, где обосновалась Эстер.              Блядство… Эстер!              — За мной! — только и скомандовал Миллер, пришпорив коня. — Элли, оставайся с Карлосом! — рявкнул он, пролетая мимо, прекрасно зная, что мужчину и просить не надо.              — Джоэл! — крикнула Уильямс ему вслед, но он не ответил. Только глянул, что Ребекка следует за ним, и ещё сильнее пришпорил коня, с каждым новым выстрелом опасаясь худшего: не успеть. Вопросы и сомнения — привилегия для живых. И лучше бы Эстер остаться в их числе…       

***

             Дорога заняла меньше пары минут. Ребекка следовала за Джоэлом молча, забив на клокотавшее внутри раздражение, странное поведение мужчины и весь конфликт. К чёрту. Потом. Уже на подходе к месту, когда вместо поваленных деревьев появилась чёткая протоптанная дорога, стали слышны крики заражённых: бегуны, возможно один-два щелкуна. Первый труп с пробитой пулей головой попался им уже на подъёме к тем нескольким домам у плотины, в одном из которых жила Эстер…              И чем ближе — тем больше изуродованных ранами и заражением тел.              Выстрелы стихли, лошади нервно раздували ноздри и их пришлось оставить, дальше пробираясь вверх на своих двоих.              — Держись рядом и смотри в оба! — громким шёпотом скомандовал Миллер, на ходу снимая с предохранителя винтовку и даже не смотря на Ребекку. Ей этого было вполне достаточно, чтобы понять и принять: свою спину он ей доверяет.              С остальным разберётся позже.              Два маленьких деревянных дома — явно построенные уже после апокалипсиса, — и одна сугубо техническая постройка, ближе к плотине, ограждённой решёткой. Местами на стенах была кровь, на подходе к крайнему дому лежали трупы, а окна были выбиты — в одном из них брыкался ослабший бегун без единого целого участка тела, явно напоровшийся брюхом на стёкла.              Справа, из-за кустов, показалось движение, следом — возбуждённый крик, пробивающийся сквозь шум воды с плотины. Ребекка среагировала моментально, вскинув винтовку и выстрелив — заражённый завалился назад, Джоэл его добил и двинулся дальше.              Входная дверь в деревянный дом была раскрыта настежь, от входа тянулся след крови и лежало несколько трупов. В просторном помещении оказалась такая же разруха: бочки с водой перевёрнуты, мебель раскидана, посуда побита, повсюду лежали осколки стекла и несколько тел. Бегун, болтыхавшийся в окне, взвыл с новой силой — Джоэл глянул в его сторону, с раздражением подняв оружие.              — Не трать пулю, — глухо сказала Ребекка и выхватила нож. Заражённый принялся тянуть к ней изорванные аж до мяса руки, схватился за край рубашки, пытаясь подтянуть ближе — она в ту же секунду вогнала ему лезвие как можно глубже в глазницу и резко обернулась, слыша шорох позади.              — Джоэл? — тихо спросила Эстер, выглядывая из-за перевёрнутого стола. Она сидела на полу, бледная как мертвец, вся перемазанная в крови, и когда мужчина сделал несколько быстрых шагов навстречу, женщина испуганно вскрикнула. — Я укушена! Не подходи!              «Опоздали… почему мы опоздали…» — пронеслась мысль в голове у Ребекки, вмиг осушив горло, пока она наблюдала как Джоэл всё равно подходит к Эстер, хлюпая по разлитой воде ботинками, и помогает нормально сесть, опершись о мебель.              — Где? — только и спросил мужчина, игнорируя вялые попытки уговорить его уйти. Нехотя, хозяйка дома потянулась к плечу, оттягивая край куртки, показывая кровоточащий укус под разорванной бретелькой майки. Совсем свежий, ему от силы несколько минут.              Даже оставшись у входа, следя за обстановкой и отслеживая звуки извне, Ребекка услышала как мужчина резко вдохнул, осознавая то же, что и она. Не остановись они на полпути, чтобы повыяснять отношения… Чёрт. Из деликатности, Флетчер повернулась к ним спиной, встав в дверном проходе с оружием в руках. Плевать какая связь у этих двоих, она здесь в любом случае чужак, а последние мгновения жизни Эстер пусть лучше проведёт с тем, кого знает…              И не важно, друг он ей, партнёр или просто более знакомое лицо.              — Ты должен это сделать, Джоэл… Ты должен… Ты знаешь… — слышался за спиной тихий женский плач, от которого Ребекка закусила губу, сдирая свежую корочку до крови, унимая трясущиеся руки. Возможно, ей стоило бы предложить помощь, сделать это самой, как менее привязанному эмоционально человеку… Только вот перед глазами всё воспроизводился момент, когда мозги Джона вылетают наружу и сам он падает на капот ближайшей машины. К горлу подступила тошнота.              Боги, прошло чуть больше двух недель, а они должны убить ещё одного человека, чтобы спасти от участи стать очередной заражённой тварью… Так не должно быть.              Ребекка слышит успокаивающий шёпот Джоэла, но даже не пытается разобрать слов из банальной тактичности. Зато ржание коня и требование Карлоса притормозить она очень хорошо уловила — с высоты видно, как Элли останавливает Искру у двух нервно дёргающих ушами лошадей и смотрит ей просто в глаза. Женщина отрицательно качает головой — подросток это напрочь игнорирует и только спрыгивает с лошади. При приземлении на землю ноги у неё чуть подгибаются и девчонка опускает взгляд вниз, держась за седло, делая несколько глубоких вдохов.              Она всё поняла.              — Элли тут, — хрипло бросила Ребекка через плечо. Джоэл тихо выругался себе под нос.              — Пропусти её, — наконец сказал мужчина. Флетчер кивнула и посмотрела на Карлоса, разводящего руками, как бы без слов говорящего: извини, не смог удержать.              Да уж, в этом она не сомневалась, видя как подросток решительным шагом поднимается к ним, косо поглядывая на десяток трупов на подходе. Элли не стала смотреть женщине в глаза, но подступающие слёзы та и так уловила, потому просто отступила, позволяя зайти внутрь. Слыша как тихо хлюпает разлитая вода под девичьими кедами в такт каждому неуверенному шагу, Ребекка невольно обернулась, следя за тем, как подросток медленно присаживается на колени, мягко касаясь плеча Эстер. Та в ответ слабо улыбнулась, накрыв её руку своей. В ярких глазах были сплошные извинения, пышные вьющиеся волосы спутались в мочалку, вещи местами были подраны и в крови.              Переведя взгляд на мрачного и заметно постаревшего в лице Джоэла, женщина поняла, что нужно как-то увести Уильямс и дать ему спокойно сделать необходимое. Убедившись, что Карлос уже почти дошёл до порога, Ребекка тихо сказала:              — Думаю, нам стоило бы набрать свежей воды из реки. Для Эстер.              Джоэл резко посмотрел на неё — женщина в ответ одними лишь глазами показала на подростка, даже не повернувшей к ней голову. Мужчина смекнул что к чему и слабо кивнул, соглашаясь:              — Да, стоило бы. Элли, возьми флягу и…              — Я поняла, — резко осекла его Уильямс дрожащим голосом. Она посмотрела на Эстер — женщина со стоном подалась вперёд, обнимая подростка за плечи со всей быстро иссякающей силы, и отстранилась, мягко похлопав её по руке.              — Иди. Я не отказалась бы от глотка холодной воды.              Элли нехотя встала и отступила, хватая с пола пустую флягу, после чего быстрым шагом вылетела из дома.              — Я пригляжу за ней, — сказала Ребекка, не сводя с Эстер глаз. Нужно было что-то сказать, да только слова застряли в горле.              — Спасибо, что сдержала обещание, — с улыбкой сказала женщина, от чьего медового голоса остался лишь хрипящий отголосок. — Жаль только, что не успели поговорить…              — Мне тоже жаль, Эстер, — тихо, почти одними губами произнесла Ребекка. Она наклонила голову в знак прощания, глянула на Джоэла, считывая решимость перед необходимостью облегчить чужие страдания, после чего вышла на улицу, слыша лишь, как мужчина говорит Карлосу идти с ними.              Если ему так будет спокойнее — то пожалуйста.              Ребекка быстро нагнала Элли и шла чуть позади, следя за округой. Они спустились вниз, к реке, где вода с шумом протекала мимо них. Деревья чуть расступались, открыв вид на берег. Слева, в отдалении, под одной из раскидистых сосен было видно несколько самодельных крестов — видимо, предыдущие жильцы, те, кто и построили два деревянных дома. В ведре под одним из них стояли свежие цветы — Эстер за этими могилами явно ухаживала.              Теперь ухаживать будет некому.       Ещё одно забытое место в апокалипсисе.              Ребекка поёжилась, обернулась к Карлосу — он покачал головой, прижав палец к губам, предлагая помолчать. Женщина кивнула и отвернулась, наблюдая за Элли: подросток медленно подошла к воде, ладонью то и дело касаясь лица, явно стирая слёзы. Какое-то давно забытое чувство завибрировало у женщины в груди, требуя подойти, утешить, но она знала, что лучше дать девочке пространство — слишком уж характерная, какой была и сама Флетчер в её возрасте: уйдёт в отрицание, не желая показывать уязвимость перед абсолютно чужим человеком. Необходимость выдержать дистанцию и просто приглядывать, чтоб никто не подкрался со спины, разрывала её саму изнутри: Ребекке просто некуда было себя деть.              Элли присела на корточки, набирая воду. Наверняка (да что там, сто процентов) она понимала, что вся эта затея — сугубо предлог уберечь её от картины, как Эстер избавят от страданий и не кто-либо, а явно близкий подростку человек. Скорее всего застрелит — так было гуманнее и быстрее. И хотя Ребекка сама в её годы сталкивалась лицом к лицу с такими событиями далеко не единожды, ей тоже претила мысль не уберечь кого-то ещё довольно юного от этого зрелища. Это что-то подсознательное, что-то, что само собой разумеющееся у любого хоть немного ещё трезво мыслящего взрослого.              Да что там, она и младших братьев от этого берегла всеми силами, даже когда тем стукнуло восемнадцать и семнадцать… Успеют ещё.              Успели бы.              Закрутив флягу, Элли медленно, на негнущихся ногах отступила от реки. Хлопнул выстрел, заставив всех вздрогнуть, хоть и так знали, что он должен прозвучать. Уильямс дёрнулась и развернулась, побежав обратно — Ребекка схватила её за локоть, резко остановив.              — Пусти! — Подросток попробовала высвободиться, но пальцы женщины только сильнее обхватили её руку.              — Прислушайся, — настояла Флетчер максимально сдержанным тоном, заглянув в её мокрые и такие яростные глаза. — Выстрел один. Джоэлу ничего не угрожает. Дай ему время, — она говорила спокойно, позволяя каждому слову осесть и быть правильно истолкованным.       — Да знаю я! — возмутилась Элли, снова дёрнув рукой, скривившись. — Хватит видеть во мне бестолкового ребёнка! Я что, по-твоему, никогда в таких ситуациях не была?!              Ребекка поджала губы, делая глубокий вдох и выдох. Она не имеет права лезть в это со своим до сих пор умеющим в сочувствие сердцем — убрала бы руку и отступила, пусть бежит куда хочет, делов-то! Что ей до их проблем? Но вот загвоздка… не могла. Просто не могла себе позволить. А поэтому засунула собственные чувства куда подальше и спокойно произнесла:              — А я сказала, что ты ребёнок? — на этих словах Элли закрыла рот, замирая и слушая. — Просто по опыту советую: дай ему минуту самому отойти от случившегося. При тебе он просто закроется, а потом…              — Я знаю, — уже не так дерзко перебила подросток, требовательно дёрнув рукой. Ребекка не настаивала, просто расцепила пальцы, краем глаза следя как Уильямс уже не бегом, а шагом продвигается обратно к домам.              — Молодец, девочка, — прошептала женщина себе под нос и глянула на Карлоса, всё это время охранявшего их обеих. — Иди за ней!              — Не задерживайся и следи за округой, — бросил мужчина в ответ, на короткую секунду задержав на ней взгляд, а потом последовал за Элли. Ребекка подождала, пока их шаги стихнут, а после нервно потёрла ноющее предплечье.              Там, где был только-только заживший порез и куча параллельных шрамов.              Подавляемое чувство вины настигло её, мешало вдохнуть полной грудью. Женщина резко открыла рот, пытаясь набрать побольше воздуха, но лёгкие жгло, а эмоции душили, скапливаясь в горле. Глаза щипало. В ушах стучало. В голове, где-то за лбом, резко стиснуло. Флетчер знала: её вины здесь нет, их могло задержать всё, что угодно, но всё же мозг, лишившийся отвлечения в виде защиты подростка, начал упрямо подсовывать иррациональные обвинения.              Вот если б ты засунула свою гордость куда поглубже.       Вот если б ты промолчала.       Вот если б ты… если б ты…              Приложив ледяную ладонь к горящим глазам, Ребекка снова глубоко вдохнула, игнорируя навязчивую боль между рёбер, и выдохнула, сгоняя с себя излишек напряжения. Сбоку зашуршали кусты — рефлексы тут же вынудили выхватить пистолет, но спустя несколько мгновений никто оттуда так и не вылез. Зато женщина наконец заметила вереницу следов и поломанных веток чуть дальше — явно из-за заражённых. И что их только привлекло? Задаваясь этим вопросом, она подошла ближе, замечая протянутую от дерева к дереву верёвку с банками — разорванную посередине. Такие звуковые ловушки были и дальше, тянулись по земле от ствола к стволу, но кое-что было с ними не так.              Присев на колено возле одной из них, Ребекка поняла что именно: они не были разорваны. Нет, у верёвок в местах разъединения были слишком ровные края, будто их кто-то разрезал. И так было с каждой: кто-то целенаправленно их обезвредил и уж явно это не была затея Эстер.              Кто-то испортил ловушки.       Намеренно.       Ублюдки.              Резко встав, Флетчер настороженно осмотрелась, но не увидела никого. В слегка мокроватой земле виднелись размашистые следы, смешавшиеся в кашу: кто бы тут ни был, его не найти по отпечаткам. Выругавшись, Ребекка быстро пошла обратно, особенно внимательно следя за окружением, понимая, что первым делом надо предупредить остальных — как минимум, шепнуть мужчинам на ухо что нашла, а там уж разбираться.              В любом случае, теперь они знали наверняка: те трое бандитов, преследовавших её до горнолыжного курорта два месяца назад, здесь не единственные чужаки… и эти уроды, кто бы они ни были, явно не настроены на мирное сосуществование.       

***

             Тело Эстер завернули в плотные простыни и обвязали, дабы привезти в Джексон и достойно похоронить на кладбище в городе — как сделали бы с любым другим членом общины. Обрезанные верёвки и вереницу следов перед отъездом осмотрели: как Ребекка и предполагала, отследить куда направился тот, кто обезвредил звуковые ловушки, не вышло. Так что им осталось только раскидать всё самое ценное, что было в жилище Эстер, по рюкзакам и привязанным к лошадям сумкам, попутно стащив трупы заражённых в одно место.              Сжигать не рискнули — могли подать сигнал тому, кто перерезал верёвки.              Дорога назад была длинная и гнетуще тихая. Джоэл плёлся позади всех. Через его лошадь было перекинуто тело Эстер, на которое он периодически поглядывал, сильнее сжимая свободную руку на бедре. Ребекка вела Виски то чуть впереди, то вровень, кидая на мужчину обеспокоенный взгляд — иногда он в этот момент смотрел на неё, но ничего не говорил, только быстро переключал внимание на что-то другое.              Элли тоже иногда оборачивалась, пару раз даже замедляла Искру, будто желая заговорить с женщиной, но быстро отказывалась от этой затеи и вновь нагоняла Карлоса.              На подъезде к городу, у самого забора, они притормозили. Один из дозорных, заметив обмотанное тело, спустился с вышки, передавая взрослым послание: уберите детей. Ушло меньше пяти минут, когда ворота открыли полностью, пропуская группу внутрь. Там, возле конюшен, как всегда в ожидании стояли люди: Мария с Томми, Джесси, две подружки Элли, ну и конечно же миссис Бриггс.              Энн, заметив, что её подопечная жива, убрала с груди дрожащую руку, очевидно успев надумать себе всякое…              Всё происходило в какой-то прострации. Ребекка не вслушивалась в разговоры вокруг. Она слезла с лошади, принимая руку уже спешившегося Карлоса, и передала поводья Виски конюху, кивая в знак благодарности. Сумки с лошадей снимут и оставят на разбор под руководством Марии. Тело Эстер закопают. Жизнь продолжится дальше.              Миссис Бриггс налетела на женщину, резко вырывая из состояния отрешённости, сдавленно, почти на грани слёз пролепетав «о боже, дорогая, когда он сказал, что у вас тело, я уже…». Ребекка громко выдохнула и неуверенно обняла её в ответ — конечно, Энн ей не мать, но наблюдать как она каждый раз с ума сходит было невыносимо.              — Я в порядке, — тихо прошептала Флетчер, поглаживая женщину по спине, пытаясь придать голосу бодрости. — Я же обещала за завтраком, что вернусь без единой царапинки, верно?              В ответ Энн молча сжала её ещё крепче, будто боясь, что всё это окажется неправдой.              «А я ещё говорю, что у меня сердце не до конца зачерствело…» — подумала про себя Ребекка, махнув Карлосу рукой, чтобы спокойно шёл отдыхать, она ещё тут побудет. У мужчины уже сформировалась привычка после патруля провожать её, но спорить он не стал — просто кивнул и пошёл сдавать оружие. Краем глаза женщина заметила как Элли влетела в объятия своей подруги — Дины, кажется. Вторая девушка, Кэт, неловко улыбнулась, наблюдая за этим. Что же, подростку есть у кого найти поддержку…              Переведя взгляд на Джоэла, Ребекка внутренне выругалась, пытаясь засунуть куда подальше все хоть немного человечные эмоции. Не получалось. Она видела, как мужчина помог двум молодым парням забрать тело Эстер, а потом коротко отчитался Томми с Марией, отмахиваясь от лишних вопросов.              — Энн, подожди минуту, — попросила Флетчер, отстранившись от женщины и направившись к Миллеру. Мужчина стоял к ней спиной, наблюдая как уносят тело Эстер.              Не твоё дело.       Не твоё дело.       Не твоё дело.              — Джоэл? — тихо спросила Ребекка, чуть не запнувшись от зудящего в голове требования не делать этого. Она подняла ладонь, но так и не рискнула коснуться его плеча — мужчина в этот момент обернулся, краем глаза явно заметив, как быстро отдёрнулась рука. Потом посмотрел на неё: каждая линия лица стала в разы глубже, а усталость, казалось, потяжелела на тонну.              Возникла неловкая и крайне длительная пауза. Желая её преодолеть, Ребекка кивнула в сторону Элли, тихо спрашивая:              — Она как? Справится?              — Да, — сухо ответил Миллер, сложив руки на груди, наблюдая как Уильямс в компании друзей уходит сдавать оружие, в эмоциях рассказывая что случилось. Он помолчал, сделал глубокий вдох. — К слову, про Элли… Ты хорошо это придумала с флягой…              Джоэл осёкся, словно проглотил ещё одну просившуюся наружу фразу. Это звучало почти как благодарность.              — Не за что, — мягко ответила Ребекка, подмечая как он на секунду прикрыл глаза, чуть расслабившись. Ну, какого-то понимания они всё же достигли. — Послушай, Джоэл…              В голове настырно, на ярко-красном фоне, словно знак «Стоп!», высвечивалось требование прикусить язык. Нельзя проявлять участие, нельзя сближаться с этим мужчиной и его девчонкой… И всё же банальная человеческая эмпатия с до конца не отболевшей горечью собственной утраты иногда могут толкать на глупости.              — Джоэл, — вновь повторила Ребекка, хотя он и так внимательно на неё смотрел, — захочешь побыть в тишине, просто отвлечься мозгами без разговоров о случившемся… Можешь зайти в мастерскую. Если не хочешь заходить просто так, то принеси какой-нибудь рюкзак или что тебе там починить надо будет — сделаю вне очереди, — заметив появившийся в ответ прищур, женщина примирительно подняла руку. — Я не настаиваю. Просто предлагаю.              Мужчина пару секунд рассматривал её лицо, будто искал ответ на один понятный лишь ему вопрос… Потом молча кивнул, не говоря ни слова, давая понять, что принял к сведению.              Уже неплохо.              Ребекка не стала дожидаться какого-либо продолжения диалога. Не желая создавать неловкости, она быстро вернулась к Энн, мягко потирая руку заметно переживающей женщине. Та потянула её сдавать оружие — и потом домой. Напоследок, Флетчер ещё раз обернулась на Джоэла — и с удивлением обнаружила, что Миллер-старший не сводит с неё глаз…