Половина неба

      Пока камердинер Хэн готовил его наряд к сегодняшней встрече с Сяо Чжанем, Ван Ибо распахнул окно и жадно вдыхал теплый воздух и цветочные ароматы. Омега нехотя прекратил свое занятие и сдался на милость беты, облачавшего его в зауженные бледно-голубые джинсы, светлую футболку без принта и белую рубашку с бесконечным рядом мелких пуговиц и длинными рукавами, которые камердинер ловко подвернул, сделав их в три четверти. Хэн Чжа принялся колдовать над его укладкой, а мысли Ибо вновь и вновь возвращались к Сяо Чжаню. Путем длительных переговоров с четой Ван, альфа выбил себе право забирать омегу после репетиций и даже бонусом получил разрешение водить его на ежедневные свидания, с единственным условием - до полуночи, словно загулявшая Золушка, Ван Ибо должен быть возвращен в лоно семьи. Теперь практически каждый день у них сводился к одному сценарию: Чжань поджидал его у стен танцевальной студии, после чего неизменно кормил ужином, а дальше, в зависимости от оставшегося времени, организовывал свидание, после чего к назначенному часу отвозил домой.       Для встреч Сяо Чжань всегда выбирал новые места. То водил омегу на прогулку в парк. И Ибо с трепетом вспоминал, как держась за руки они максимально близко друг к другу шли по узким тропам, разговаривая обо всем на свете. А когда альфа увез его за пределы города на панорамную площадку, открывающую потрясающий вид на ночной город, Ибо столь впечатлили яркие огни открывшегося вида, что он случайно оступился. И когда омега уже приготовился позорно встретиться с землей, вдруг оказался в спасительном кольце сильных рук, которые не только вернули вертикальное положение, но и бережно усадили его на капот внедорожника…. А дальше, дальше Ибо было не до открывающихся видов, он всецело погрузился в головокружительные поцелуи, которых ему становилось отчаянно мало. От взбудораженных потаенных желаний, омега прокрутился на кровати практически до самого рассвета.       Юноша постарался побыстрее отогнать от себя будоражащие сознание мысли, и сосредоточиться на сегодняшней встрече. Репетиций у Ван Ибо на субботу запланировано не было, поэтому пара решила провести первый совместный неофициальный выход в свет. А в качестве места для этого был выбран ресторан кантонской кухни. И омега ничему не позволит испортить такой чудесный и многообещающий день! В дверь постучали, объявляя, что Сяо Чжань ждет его внизу. Бросив еще один критический взгляд на свое отражение, Ибо поспешил на встречу: - Добрый день! Альфа сжал протянутые в приветствии пальцы, любуясь счастливым личиком. - Ты можешь осветить темную комнату одной своей улыбкой, - словно констатируя общеизвестный факт, буднично ответил Чжань. Ван Ибо приходилось получать и куда более витиеватые комплименты от поклонников, но от этих слов Чжань-гэ он почему-то смутился. - Гэ-гэ, опоздал, - с напускной серьезностью упрекнул, не знающий, что сказать омега, - и последние минут пять я в нетерпении мерил шагами комнату. Вместо ответа, альфа сильнее сжал ладошку, притягивая омегу ближе. Ибо невольно затаил дыхание, взволнованный от мысли, что сейчас получит поцелуй. - Я пришел даже слишком рано, - ответил Чжань за секунду до того, как часы своим боем оповестили о наступлении обусловленного времени. Альфа выразительно посмотрел на него, как бы утверждая: "я же говорил…"       Ибо уселся на пассажирское кресло HongQi и скрывая свое волнение, уставился на пушистые, неспешно плывущие облака. Чжань устроился рядом, и омега, оторвавшийся от своего недавнего занятия, украдкой оглядел жениха: от блестящих носков туфель до бледно-серой рубашки, небрежно расстегнутой на две верхние пуговицы. - А-Бо, если тебе не по вкусу мой наряд, - бросил Чжань, - по пути, мы можем заехать ко мне, чтобы ты смог подобрать мою одежду на свой вкус. Ибо вскинулся от неожиданности. Первым порывом было бросить едко-равнодушный ответ, что ему до наряда альфы совершенно нет никакого дела, но вместо этого он удивил обоих, застенчиво произнеся: - Мне кажется, что ты сегодня очень красивый….       И тут же прикусив свой слишком болтливый язык, не зная куда себя деть от смущения, с преувеличенным интересом принялся рассматривать бортовую панель. Одно дело - сходить по Сяо Чжаню с ума в своих мыслях, и совершенно другое - признаваться об этом в слух. Омега слишком быстро потупил взгляд и поэтому не увидел, как лицо Чжаня застыло в испуганном удивлении, придя в себя он протянул руку в сторону Ван Ибо. От осторожного прикосновения к своему подбородку омега вздрогнул, но послушно повернул голову. Альфа поддался вперед, практически соприкасаясь носами: - Ван Ибо, - выдохнул он в пухлые губы, - ты тоже сегодня очень красивый, всегда красивый…, - Чжань обхватил ладонями его лицо, заставляя посмотреть на себя, - настолько, что это отвлекает от всего вокруг. Ибо заворожено слушал ответное признание и робко двинулся вперед, оставляя нежный поцелуй на чужих губах. Альфа замер в ожидании дальнейших действий омеги - это был первый раз, когда тот проявил инициативу и поцеловал первым. Ибо скользнул языком по его губам, невесомо очерчивая их контур, прежде чем встретиться с языком Чжаня. Осторожно прикоснулся, и словно обжегшись, сразу отдернулся обратно, и вновь поддался вперед для нового касания. Руки Ибо скользнули вверх по гладкой ткани рубашки, пока кончики пальцев не зарылись в мягкие волосы на затылке, притягивая Чжаня еще ближе к себе. Мир альфы взорвался, он крепче сжал омегу, сильнее привлекая его к своей груди, с тихим рычанием возвращая поцелуй, дерзко сплетаясь с ним языками, властно оглаживая горячими ладонями плечи, спину, сжимая упругие полушария.       Прошла, наверное, целая вечность, прежде чем Чжань смог отстраниться, и осторожно провел большими пальцами по румяным щекам. Желая получить очередную порцию ласк, Ибо откинул голову назад, смотря на слегка припухлые от недавних поцелуев губы, альфа машинально потянулся, но тут же отпрянул: - Нет… Сбитый с толку его отказом, Ибо с обидой плескающейся в широко раскрытых глазах, уставился на своего гэ-гэ. - Если ты и дальше так будешь на меня смотреть, - поддразнил Чжань, - боюсь, твои родители больше не отпустят тебя со мной. - Почему? – Омега коротко облизал свои пересохшие губы. - Почему…. Я был бы рад показать тебе почему, но твои родители явно не готовы увидеть подобное у себя во дворе. - Оу, - Ибо сконфуженно моргнул, он напрочь забыл где он, и принялся приводить в порядок растрепанные волосы, зря только камердинер Хэн потратил на них столько времени. - Ибо, - привлек к себе внимание альфа, осторожно убирая выбеленную прядь за ухо, - я очень этого хочу, но наш первый раз должен быть не здесь, и не так…- Чжань легко прикоснулся к пухлым губам и, наконец, завел мотор.

* * *

      Тяжелый автомобиль легко сновал по улочкам между рядами разномастных зданий, пока не выехал в историческую часть города и не припарковался возле одного из элитных магазинов, череда которых располагалась рядом с рестораном. Чжань обошел машину, чтобы помочь выйти Ибо.       Как раз в этот момент двери одного из магазинов, специализирующихся на модной одежде растворились, выпуская нагруженную пакетами Ян Сюли в ультракоротком наряде, практически выставляющим все прелести девушки напоказ. Вежливость потребовала обменяться приветствиями. В этот раз девушка воздержалась от колких замечаний в адрес Ибо, полностью игнорируя его и сосредотачивая свое внимание исключительно на альфе. - Господин Сяо, - омега расплылась в слащавой улыбке, - вы случайно не находили мои очки?       Вероломное предательство Чжаня заставило омегу шокировано замереть. Ибо конечно знал, что Сяо Чжань с подобной репутацией ангелом точно не будет, да и слышал о его многочисленных романах, но столкнуться лицом к лицу с фактом измены, да еще и с его злейшей врагиней! Словно омег других в Китае нет! Боль, разочарование, обида, ярость. Все эти чувства попеременно сменялись в душе у молодого человека. Будто со стороны Ван Ибо принялся наблюдать за развивающимися событиями: как Чжань безропотно исследует внедорожник на предмет треклятых солнцезащитных очков, как Сюли, якобы пытаясь ему помочь, картинно наклоняется, чем еще больше минимизирует длину своего платья. Они оба явно никуда не торопились, весело переговариваясь и шутя. Руки Ибо сжались в кулаки, а аккуратные ноготки впились в ладони, словно хотели заменить душевную боль на физическую. После безрезультатной поисковой операции, альфа помог девушке донести покупки до ее транспортного средства, а вернувшись, взял Ибо за руку, и как ни в чем не бывало продолжил путь.       В ресторане было немноголюдно, их поприветствовал спешно подошедший официант, потом отвел к заказанному столику, расположенному в отдалении от основной массы гостей и открытой кухни, и протянул меню. Омега безучастно смотрел, как Чжань делает заказ, соглашаясь с предложенными альфой блюдами коротким кивком или односложными ответами. Юноша, с возрастающим раздражением, принялся осматривать интерьер из мрамора и оникса. Вот тебе и чудесный день! - Я много слышал об этом месте, - начал альфа, - и очень рад, что, наконец, удалось попасть сюда. С тобой, - альфа делает акцент на последних словах. - Неужели до этого у гэ-гэ не возникало повода отвести понравившуюся омегу в общепит? – холодно спросил Ибо. - Что ты хочешь этим сказать? – холодно спросил альфа. - Я имею в виду, что репутация Сяо Чжаня в отношении омег общеизвестна, и вероятно большинство из них, подобно Сюли, сами норовили выпрыгнуть из своей одежды, чем благополучно миновали конфетно-букетный период.       Сяо Чжань молча, на протяжении нескольких долгих мгновений, изучал раскрасневшееся рассерженное личико, которое омега пытался спрятать за светлыми волосами. - Вчера днем, я случайно столкнулся с Ян Сюли возле торгового центра, ее автомобиль эвакуировали из-за неправильной парковки, - спокойно начал он, - и я предложил отвезти ее домой. Дома чета Ян сердечно поблагодарили меня и предложили остаться на обед, от чего я любезно отказался. Больше ничего не было. - Мне совершенно безразлично… - начал Ибо. - Нет, - резко оборвал его альфа, - ты смотришь на меня взглядом способным растопить ледники, а простого смертного обратить в пепел, с той самой минуты как она спросила про эти очки. Ибо отвел взгляд в сторону, пытаясь понять, говорит ли альфа правду, испытывая от его слов разливающееся приятное тепло облегчения. - Если ты считаешь, что я не способен на осторожные рассудительные поступки - признай хотя бы, что у меня есть вкус, - и, видя колебания омеги, добавил. – Малыш, я прощен? - Возможно, - пробормотал, совершенно сломленный ласковым обращением Ибо. – Но при следующей встрече с Сюли…. - Я постараюсь ее сбить машиной! – хмыкнул альфа. Уголки губ Ибо дернулись в намеке на улыбку: - Я хотел попросить гэ-гэ не поощрять ее, иначе, если она это поймет, то начнет вести себя по отношению ко мне еще более подло. Кстати, у нее были вчера очки? – подозрительно спросил Ибо. - Вот это другое дело! – улыбнулся альфа, и сжал руки Ибо в своих, делясь с ними теплом. Ибо вопросительно посмотрел в ответ, но попытки вырвать руки не предпринял. - Мне нравится, что ты ведешь себя как ревнивый муж. И нет, очков у нее не было. Омега собрался возмущенно ответить, что он нисколечко не ревнует, но пришедший с заказом официант лишил его этой возможности. Ибо понимал, что в замечании альфы достаточно правды, и чтобы скрыть свое смущение, принялся поглощать заказанные блюда с такой энергией, словно до этого не ел целую неделю. По окончании обеда, он резко подорвался, сославшись на необходимость «поправить галстук», оставляя в одиночестве, веселящегося от подобной реакции альфу.       Глядя на себя в зеркало, Ибо в очередной раз приложил к полыхающим как маков цвет щекам охлажденные под струями воды руки. После событий сегодняшнего дня Ибо отчетливо осознал, что он все больше и больше погружался в омут, под названием Сяо Чжань. И осознание этого факта, вызывало в нем двоякое чувство, с одной стороны - он испытывал тревогу, что защитные бастионы, выстроенные против чар альфы падали один за другим практически без боя, а с другой - ему до одури нравилось сдаваться на милость более сильного, одного слова которого было достаточно, чтобы развеять все его сомнения. Постояв еще немного, Ибо вернулся в зал и замер на входе.       Его альфа обжимался и нежно улыбался какой-то смутно знакомой рыжей омеге. Ослепительно прекрасной омеге, против которой Ибо почувствовал себя неказистым, некрасивым и угловатым ребенком. Все, что говорил Сяо Чжань, от первого и до последнего слова ложь! Обжигающие слезы своими мокрыми дорожками растворили картинку мира настолько, что молодой человек совершенно не заметил третьего участника этой сцены.       Ибо бросился прочь из зала, из ресторана, подальше от Сяо Чжаня, желательно в другую вселенную. В такси он принялся мысленно ругать себя, совершенно не слыша за этим делом звук входящего звонка: - Дурак, какой же я дурак. Знал же, что альфа кобель, который вряд ли изменится… Но полюбил, поверил, открылся… Готов был позволить ему все….