Комплекс Перфекциониста

Было забавно видеть, как Шэнь Цзю и Юэ Ци взаимодействуют.

Но Шэнь Цзю активно говорил. Шэнь Юань выигрывает деньги. Они, казалось, не очень долго разговаривали, Шэнь Цзю резок и говорит Юэ Ци заткнуться чаще, чем нет, но Шэнь Юань медленно видит, как колючие края его ученика сглаживаются. Юэ Ци точно не учится затыкаться, но Шэнь Цзю заводит шаткие разговоры, которые, кажется, легко портятся, если Юэ Ци не будет осторожен. Но, опять же. Они разговаривали, и Шэнь Юань очень гордился своим, осмелюсь признаться, очаровательным учеником. Шэнь Юань получает четыреста восемьдесят монет. Однажды вечером он протягивает половину Шэнь Цзю, мягко спрашивая, не хочет ли мальчик пойти куда-нибудь, купить что-нибудь. Шэнь Цзю хотел конфет. В тот день он узнал, что его главный ученик может потратить более двухсот духовных монет на конфеты. Он откинулся на спинку стула и с растущим ужасом наблюдал, как его ученик тратит все, что у него есть, на конфеты. Что-нибудь сладкое. В конце концов, Шэнь Юань почувствовал странное бурлящее ощущение в груди, когда Шэнь Цзю посмотрел на него так, словно ожидал, что Шэнь Юань набросится на него. Вместо этого он отдал оставшиеся деньги от ставки, взъерошил волосы Шэнь Цзю и сказал ему, чтобы он не тратил все это на конфеты. По какой-то странной причине, увидев более мягкую сторону Шэнь Цзю... Шэнь Юань понял, что это был не просто подонок-злодей. Шэнь Цзю он… человек. С разными гранями его личности. Он любит конфеты. Ему нравится читать ужасные книги о героях, спасающих девушек в беде. Ему нравится… поэзия. Он... Шэнь Юань судорожно сглотнул. Шэнь Цзю он нравился. Что он сделал? Чтобы заставить Шэнь Цзю думать, что между ними могут быть отношения? Не сказать, что Шэнь Цзю не был... милым. Или... красивым. Он был очень похож на острый нож, который любит вонзаться в бок Шэнь Юаня. Он часто задерживался поблизости, задевал руку Шэнь Юаня, прежде чем покраснеть... спотыкался всякий раз, когда Шэнь Юань называл его чем-то более сладким, чем А-Цзю, например, дразня, говоря, Дорогой, что однажды Шэнь Цзю был очень резким. Дерьмо. Может быть, Шэнь Юань сделал что-то, чтобы Шэнь Цзю увидел в нем нечто большее, чем просто учителя. Но так же поступали и другие студенты. Доброта Шэнь Юаня иногда воспринималась как нечто большее. И все же ни один ученик не плакал так сильно. Ни один ученик не выглядел так, как будто Шэнь Юань, только что разрушил их мир. Он двинулся за другим кувшином вина. Он не любил часто напиваться, его терпимость была довольно высокой, учитывая, что он прожил так долго. Он отхлебывает жидкость, устраивается за столом и перечитывает стихотворение. Шэнь Юань оперся на ладонь, неловко упершись локтем в дерево. Хорошо. Он может как следует все обдумать. Шэнь Цзю, его главный ученик, только что признался. Клянусь мечом. И стихотворение. И взгляните. Лицо Шэнь Юаня горело, как в огне, слишком сильно, чтобы это был алкоголь. Он... ...он не хотел видеть в Шэнь Цзю ничего, кроме ученика! Мальчику только что исполнилось восемнадцать! Технически Шэнь Цзю все еще был ребенком... Нет. Это было не то. Он не был эмоционально готов к отношениям с Шэнь Юанем. Шэнь Юань помнит день рождения, как Шэнь Цзю небрежно упомянул об этом. Шэнь Юань повел его заказать торт, купил ему новый веер... ...н-неужели он действительно… проявил столько фаворитизма? Шэнь Цзю просто выглядел таким милым, когда Шэнь Юань... купил ему эти вещи. Все его лицо озарилось! Вы не можете думать, что это не было восхитительно, когда улыбка Шэнь Цзю, казалось, смягчила его черты. Или как загорелись его зеленые глаза... или как его щеки всегда порозовели… Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Шэнь Юань благоволил к своему милому ученику... Он был буквально мусором. Блядь. Он заставил Шэнь Цзю обожать его, потому что он... Он относился к Шэнь Цзю больше, чем к ученику, потому что он так беспокоился о подонке-злодее, потерявшись в пузыре доброты, потому что ему было, блядь, все равно. Шэнь Цзю страдал во многих отношениях, набрасывался, все еще пытался завести друзей, несмотря на помощь Ру Лин. Ходили даже слухи, что дети все еще издевались над ним, потому что он все время был таким злым-эти слухи Шэнь Юань вмешался и прекратил, он никогда не терпел издевательств. Когда в последний раз Шэнь Юань действительно приглашал ученика на свой день рождения? Он даже не сделал этого для Ру Лин, а она была на пике уже много лет. Шэнь Юань сделал еще один выстрел. Неужели он ... неужели он тоже ухаживал за Шэнь Цзю без всякого умысла? Нет. Он этого не сделал. Он просто. Шэнь Юань прикусил нижнюю губу. Хорошо. У него был один человек, с которым он мог поговорить. Ну, во-вторых. Он мог это сделать. Цянь Сюрон упирает руки в бедра, когда Шэнь Юань приходит на следующее утро. Всю ночь он волновался из-за всего, обдумывал это. Шэнь Цзю он... пропал. Из его поля зрения. На весь день. Однажды он видел Шэнь Цзю, и подросток отвернулся от него и убежал. У Шэнь Юаня заныло в груди при виде этого зрелища, но он был более чем готов просто отпустить Шэнь Цзю. Ру Лин казалась обеспокоенной, но все же продолжала... бросать на Шэнь Юаня неприязненные взгляды. На самом деле, несколько его учеников-тех, кого он мог считать друзьями Шэнь Цзю: Се Янь, Бай Ту и Чжу Женя… Они все уставились на него. Черт возьми. Неужели они действительно считали его плохим парнем, потому что он отверг Шэнь Цзю?! Он был их учителем! Проявите хоть немного уважения, черт возьми! Женщина приветствует его улыбкой. Но прежде чем он успел что-либо сказать, Шэнь Юань заметил высокого, подтянутого мужчину... несущего мешок с камнями. Не маленькие камни, а большие. Мальчик был весь в поту, тяжело дышал, и как только он встал перед Цянь Сюроном, Шэнь Юань заметил дрожь в его ногах. Но он никогда не роняет камни и не падает на землю. Цянь Сюрон усмехается. ”Лю Ган, ты уже усвоил свой урок?" На какой урок он наткнулся?.. Лю Ган поднимает челюсть. “Да, Шифу”. “Хорошо”. Цянь Сюрон наклоняет голову, улыбаясь Шэнь Юаню. “Он мой главный ученик. Происходил из клана Лю. Очень сильный. Но его мать вбила ему в голову, что он никогда не должен поднимать клинок на женщину. Я учила его, что он проявит бесчестие только в том случае, если не будет уважать правила боя”. Ах. Шэнь Юань осматривает Лю Гана. Он был хорош собой, даже когда обливался потом. Под его правым глазом красовалась маленькая родинка. Хм. Был ли это будущий Лю Цинге? Он выглядел таким ... мягким. Шэнь Юань одаривает его улыбкой. “Замечательно видеть, как Сюрон-шимэй выбирает ученика, готового пойти на такое, чтобы учиться”. “Я сбросила его со своей вершины вместе с камнями”. О боже, Цянь Сюрон, какого хрена. Лю Ган покраснел от этих слов и ничего не сказал. Цянь Сюрон хлопнула его по плечу, хватая камни. Лю Ган все еще не падает в обморок, и она отсылает его кивком головы. Шэнь Юань напевает. “Насколько тяжелы камни?” “Тяжелые”. Она держала его одной рукой. Она кладет их в руки Шэнь Юаня, и он падает. Она удивленно моргает, глядя на него. Смотрите! Вес был удивительным! Ни за что, блядь, этот парень просто... не донес бы их наверх… Цянь Сюрон, смеясь, подняла мешок с камнями. "Что привело Сюя-шисюна сюда?” Шэнь Юань вдохнул. "Мой... главный ученик ... ” “Кто? Ру Лин?” “Нет, Шэнь Цзю”. “Он на самом деле твой главный ученик? Я думала, ты просто хотел ухаживать за ним ... “Что?!” Шэнь Юань запаниковал. Цянь Сюрон закатила глаза. “Ах, шисюн-идиот. Всякий раз, когда он говорит о Шэнь Цзю, он всегда такой милый или очаровательный, угадайте, что он сделал сегодня. И в тот раз, когда ты снял его с горы, это всегда были ты, он и Лин-эр, но она рассказала мне, как ты всегда смотришь на него и улыбаешься и ... ” “Почему ты разговариваешь с Ру Лин?” “Я женюсь на ее сестре ... ” "Какого хрена...” Когда... Что?! Он даже не... что... Цянь Сюрон была... была... чем-то другим. Ее связи были... больше, чем ожидал Шэнь Юань. Шэнь Юань не решался заговорить. “...что сказала… Ру Лин?” “Ты так нравишься А-Цзю… О. Ты пришел сказать мне, что А-Цзю признался тебе?” … Цянь Сюрон смотрела на него с серьезным выражением лица. Вся радость ушла. Шэнь Юань обнаружил, что его трясет. Все это заставляло его нервничать, ясно?! Что, если его осудят?! Пристыжен?! "...Ты говоришь о нем так небрежно...” "Любой друг Лин-эр-мой друг”. Цянь Сюрон пожимает плечами. “Так что же случилось, шисюн? Он тебя напугал? Вы двое занимались сексом и поняли, что это не то, чего вы хотели?” ...она слишком хорошо его знала. И все же в ее словах не было горечи. Просто искренняя забота. Шэнь Юань удивлялся, почему у них никогда не получалось, когда она была такой заботливой женщиной, но он знал. Шэнь Юань не смог найти эту искру ни в ней, ни в Ян Сюде. Но они пошли дальше, все были в порядке друг с другом. Они никогда ничего от него не ждали, и он ничего от них не ждал. Ее взгляд причиняет ему боль, в некотором роде страх. "...Он признался”. Шэнь Юань легкомысленно говорит: “Я не знаю, что с этим делать. Я... боюсь, что есть дисбаланс.” ” О? " Цянь Сюрон скрещивает руки на груди, склонив голову набок. Обычно ее ученики бежали бы за шансом сразиться. Но когда Шэнь Юань был рядом, он был как маленький барьер, чтобы она не отвлекалась и не дралась. “ Он... молод.” “...есть и другие, которые женятся в тринадцать”, - мягко напоминает ему Цянь Сюрон. От этой мысли его на мгновение тошнит, но он ничего не говорит. ”Он взрослый, уже далеко не в том возрасте, чтобы жениться". ( в то время парней в 15 лет женили) Она была права. Шэнь Юань ненавидел это. “Для меня… этого недостаточно. Он ученик, и… Я его Мастер. Если бы мы начали ухаживать, грань была бы...размытой. Откуда мне знать, что он не перепутает наши статусы?” Шэнь Юань отвечает твердым голосом, несмотря на дрожь. “Он все еще... Он ведет себя по-детски. Как мне ... ” “Шисюн так сильно беспокоится об этом, но все же… Я не думаю, что он разговаривал с Шэнь Цзю.” Цянь Сюрон потерла подбородок. “Я не буду судить тебя, если ты начнешь ухаживать за ним. Сюцзе-шисюн уже сказал мне, что Шэнь Цзю назвал меч в твою честь. На самом деле, мы все знаем, что он так и сделал. Мы уже заключили пари.” “Почему это всех вас забавляет?” - резко спрашивает Шэнь Юань. Его шимей только пожимает плечами. “Потому что мы-семья. Наш последний лидер секты женился на своей собственной ученице. И во дворце Хуань Хуа было это… дело в Су Сиянь”. ...да. До того, как она… Шэнь Юань пожалел, что не мог сделать больше, чтобы спасти ее. Чтобы спасти судьбу родителей Ло Бинхе. Но, похоже, это была одна из тех ужасных предопределенных вещей, которые он никогда не сможет по-настоящему изменить. Кроме того, любой мужчина, который приблизился бы к Су Сиянь, исчез бы. Шэнь Юань вздыхает. “Я понимаю”. Цянь Сюрон хлопнула его по спине. Было больно, неприятно щипало. “Ну же, шисюн. Не переживай так сильно. Что бы ты ни делал, я уверена, что ты специально не причинишь вреда А-Цзю”. ...ну что ж. В этом она была права. Ян Сюда немедленно велит ему отвалить. Красиво, конечно. Юэ Ци стоит у стола, помогает разобраться с бумагами, когда Шэнь Юаня приглашают войти. Несмотря на это, Шэнь Юань стоит там, уставившись на Ян Сюду, который вздыхает и отмахивается от Юэ Ци. Мальчик бросает на Шэнь Юаня взгляд, который кажется свирепым, но, честно говоря, Шэнь Юань понятия не имел, зачем ему это... Подождите. Шэнь Цзю тоже рассказал Юэ Ци?! Ян Сюда потирает висок. "Если речь идет о дополнительных документах ... ” “Нет, нет". “Хорошо, так как я собирался показать шиди где окно, если бы он принес еще”. Шэнь Юань неуверенно смеется. “Ты заключил пари с остальными о моих отношениях с ... ” ” Шэнь Цзю? " - Ян Сюда выглядит усталым. “Ты вел себя с ним неподобающе?” "Нет... Я ... ” “Тогда мне плевать на то, что вы двое делаете. По какой причине я должен это делать? Мой бывший Шизун женился на своей собственной ученице. До тех пор, пока ты не будешь вести себя непристойно на публике ... ” Какого хрена... Неужели все так спокойно относились к этому? Шэнь Юань был в бешенстве! Плечи Ян Сюды опускаются. “Шиди. Неужели ты не понимаешь, почему мне все равно? Мы можем быть культиваторами. Но мы люди. У нас есть эмоции, и иногда… ты не можешь помочь тому, в кого влюбляешься”. У него странный тон, когда он это говорит, улыбка на его лице несколько милая. Шэнь Юань хочет указать, что он не был влюблен в Шэнь Цзю, но он ничего не говорит. Очевидно, все так думали. “Итак, если ты хочешь ухаживать за своим главным учеником… по крайней мере... не говори об этом так открыто. На прошлой неделе шиди долго болтал о том, каким милым был Шэнь Цзю...” ... неужели он? Ох... Шэнь Юань вздохнул. "Но я его Мастер ... ” Ян Сюда указал на свои документы: “Я занят". "...и я действительно не хочу злоупотреблять своим положением". “Сюя, я невероятно завален бумагами”. “ ... Я боюсь, что он это сделает… оглянитесь назад и посмотрит на это как на насилие”. Ян Сюда хлопнул рукой по бумагам. “Сюя! Иди поговори со своим учеником и оставь меня заниматься бумажной работой!” То, что он слышит о Шэнь Цзю в течение следующих нескольких дней, а именно, что Шэнь Цзю посещал бордели вместо того, чтобы оставаться на вершине ночью. Шэнь Юаню действительно не нравится слышать об этом. Он не понимает, почему его ученик отправляется в такое место, не то чтобы он ненавидит это место. Он ходит раз в два месяца, чтобы узнать сплетни, но… думая о Шэнь Цзю... в том месте. Ищет утешения, потому что он... Он… отверг Шэнь Цзю? Шэнь Юань вздыхает. Это был не просто случай манипуляции. Шэнь Цзю искал утешения в месте, где женщины любили бы его только за деньги. Это была их работа, Шэнь Юань не стыдил их-на самом деле, Шэнь Юань искал своих собственных удобств с ними, а не сексуальных. Но объятия и объятия, когда всего было слишком много. Шэнь Юань обнаруживает, что выходит из своего Бамбукового дома до наступления темноты под видом "проверки" всех своих учеников. Проходит некоторое время, прежде чем он наконец видит, как Шэнь Цзю выскальзывает из мужской комнаты. Шэнь Юань выдыхает, веер щелкает по его лицу, когда он выкрикивает имя Шэнь Цзю. Другой остановился, повернулся и уставился на Шэнь Юаня со странным, искаженным выражением лица. “Шизун”. Голос Шэнь Цзю звучал так сердито. Однако Шэнь Юань был, как всегда, терпелив. Он подходит ближе к своему ученику, обмахиваясь веером, несмотря на прохладный воздух. Он использует ци, чтобы управлять легким ветерком, согревая свою кожу вместо чего-то более прохладного. Шэнь Цзю наблюдает за ним с тем же сморщенным лицом. “Шэнь Цзю. Ты тайком убегал ночевать в бордели.” - тихо говорит Шэнь Юань. “Ты знаешь, сколько правил ты нарушил?” Шэнь Цзю не ответил. Его голова опустилась, плечи задрожали. “...” “Шэнь Цзю, ответь своему Учителю”. "...Нет", - огрызается Шэнь Цзю, “Шизун глуп. Я ненавижу его”. Шэнь Юань выдыхает. Он был терпелив. Но это... характер Шэнь Цзю. Шэнь Юань наклоняет голову, веер захлопывается. “Иди сюда. Сейчас же”. Шэнь Цзю колеблется. Но он двигается. Шэнь Цзю подходит к Шэнь Юаню, его руки сжимаются, скрещенные на груди. Шэнь Цзю не говорит, когда они стоят рядом, и не говорит, когда Шэнь Юань уводит его. Не к Бамбуковому домику, а к навесу, под которым Шэнь Юань сидит в любое возможное время. Он устраивается в кресле, расслабляясь и откидываясь на спинку. Шэнь Цзю не садится, по крайней мере, надолго, но он садится, устраиваясь рядом с Шэнь Юанем. Тишина, которая затягивается, становится неловкой и напряженной. Шэнь Юань постукивает пальцами по подлокотнику кресла. “Шэнь Цзю… Ты признался в своих чувствах своему Шизуну. И... в свою защиту, я отреагировал… таким образом, что это только расстроило тебя". Шэнь Цзю не отвечает. “Однако Шэнь Цзю должен понимать, что существует динамика… Я- твой Учитель ... ” ” Вы уже говорил это", - жестоко выплевывает Шэнь Цзю. “Я не хочу этого слышать”. “Послушай”. Шэнь Юань не повышает голоса, но садится, бросая на Шэнь Цзю разочарованный взгляд. “Я твой Учитель, ты мой ученик. Как мы вообще будем работать, если ты будешь вести себя как капризный ребенок?” Это заставляет Шэнь Цзю напрячься. Это заставляет Шэнь Цзю свернуться калачиком и дрожать. “Ты понимаешь, что твое поведение - поведение ребенка? Ты взрослый, но ведешь себя не как взрослый”. Шэнь Юань потирает лоб, когда слышит, как из горла Шэнь Цзю вырывается тихое рыдание. “А-Цзю, я не… Я не возражаю, чтобы ты действовал… временами по-детски. У всех нас бывают такие моменты. Но твой характер и твой... менталитет набрасываться, когда ты получаешь привязанность, это… Это касается меня". Шэнь Юань двигается. Он опускается на колени, чтобы провести руками по трясущимся плечам Шэнь Цзю. Тот вздрагивает, поднимая голову. Его лицо красное, в пятнах слез. Он обхватывает ладонями щеки Шэнь Цзю, потирая большим пальцем мягкую кожу, ловя все еще струящиеся слезы. Его улыбка мягкая, искренняя, когда он продолжает говорить. Как-то… в этот момент он не может вынести того, чтобы разбить сердце Шэнь Цзю больше, чем уже сделал это. Несмотря на это, он должен был научить Шэнь Цзю... Было неправильно бить, кричать и оскорблять. Шэнь Юань не возражал, если это было ласково, но каждая частичка характера Шэнь Цзю, казалось, была не такой. ” Я не хочу, чтобы ты менялся, А-Цзю", - мягко уверяет Шэнь Юань, заработав шмыганье носом. “Я хочу, чтобы ты повзрослел. Если мы начнем ухаживать, наши отношения будут несбалансированными”. "...Несбалансированность?” “Мн, как я уже сказал… А-Цзю-мой ученик. Существует динамика власти, при которой я полностью контролирую, что вы можете делать и как вы должны действовать, если будете следовать моим указаниям”. Говорить такие вещи… ..Щеки Шэнь Цзю потемнели. Его дыхание прерывается. У Шэнь Юаня потеплело в животе при виде, того, как зрачки Шэнь Цзю, казалось, расширились в... ...в желании? Шэнь Юань сглотнул. “Как и следовало ожидать… правила нужны не просто так.” Вот так желание было подавлено. Шэнь Юань никогда не чувствовал большего облегчения. Он снова улыбается, хотя и более неуверенно. “Ты понимаешь? Это неправильно, мы не на одном... уровне". Шэнь Юань объясняет. “Я не хочу принуждать тебя… из-за наших статусов". “Э… Шизун это... Шизун... это причина… Мне нравится Шизун... п-потому что Шизун старше...” Шэнь Цзю объясняет, ссутулив плечи. "Шизун... приятно пахнет...и.. он... добр ко мне...” “Быть милым... это не должно вызывать у тебя желания ухаживать за своим Шизуном”. Шэнь Юань вздыхает, опуская руки. Слегка позабавленные этими словами. Польщен, но удивлен. Шэнь Цзю быстро покачал головой. "Нет. Шизун... будучи старше...” бормочет Шэнь Цзю, отворачиваясь и шмыгая носом. “Он… он... умный. И забывчивый… он... ведет себя более чем мило… он… он красив... и ... и… Мне просто… очень нравится Шизун”. … Это было милое признание. Черт возьми. Шэнь Юань не может сдержать румянца на щеках, потому что, ах, он действительно не ожидал этого. Он ожидал чего-нибудь похуже... Подождите. Шэнь Цзю... ...просто... сказал… ему нравился… ... Шэнь Юань, потому что... ... Шэнь Юань был старше. Шэнь Юань откинулся на колени. ...да... это… Шэнь Цзю... действительно нравится … мужчины постарше? Был ли Шэнь Юань олицетворением старшего для Шэнь Цзю?! Шэнь Юань откашлялся: “Твоему Шизуну сто сорок”. Шэнь Цзю покраснел. Хорошо. Так что ... Да. Шэнь Цзю нравились мужчины постарше. Ну... это было… Хорошо. У Шэнь Юаня было такое чувство, что Шэнь Цзю может захотеть большего… отношений отличающихся от обычных. Шэнь Юань не будет настаивать на этом, не... Когда он еще… “Если это просто желание заняться сексом, мы можем просто это сделать", - прямо заявляет Шэнь Юань. Он не хотел преследовать своего собственного ученика, не тогда, когда простой поцелуй сам по себе… для него это было бы пустяком, даже когда он был с Цянь Сюрон или Ян Сюдой. Поцелуй был поцелуем, желание утолялось, когда они занимались сексом. Это действительно казалось, что Шэнь Цзю, возможно, видел это в более сексуальном аспекте, так что он действительно... ” Я не хочу этого! " - кричит Шэнь Цзю, отрывая Шэнь Юаня от его мыслей, голос его звучит выше, чем обычно. “Я ... я хочу… держать Шизуна за руку! И...И... поцелуй меня...” “...Поцелуй?” Черт возьми. Шэнь Юань смеется. Он действительно... не ожидал этого. Обычно в этом мире это казалось таким сексуальным. И все же Шэнь Цзю не хотел... ничего, кроме настоящей привязанности. Ну, это просто сбило его с толку. Держишь его за руку? Черт. “...Это все, чего ты хочешь? Держатся за руки и целоваться?” Ни за что, верно? Если Шэнь Цзю хотел его, это должно было быть сексуально, верно?! Выражение лица Шэнь Цзю стало непристойным, когда Шэнь Юань указал на тот факт, что Шэнь Цзю придется подчиняться его правилам-ну, Правилам Пика, но все же! Шэнь Цзю быстро кивнул. “Ш... Шизун... Я … мне так... хорошо… когда Шизун так близко...” ...Что ж, Шэнь Цзю быстро учился. Он не огрызался и не набрасывался, когда признавался в своих чувствах. Шэнь Юань протянул руку, чтобы убрать свои выбившиеся пряди, которые упрямо прилипли к его щекам. Шэнь Цзю моргает, когда он делает это, и все же... ничего не делает. Хотя Шэнь Юань отмечает мягкую надутость, которая появляется в тот момент, когда он это делает. “Ты... не ищешь только своего Шизуна в сексуальном плане, это… это приятный сюрприз...” Шэнь Юань медленно говорит. “Ты... понимаешь неравенство наших статусов… Ты понимаешь, что в окружении других вы будете уважать то, что я твой Мастер, а не любовник, поэтому ты будешь действовать соответственно этому. Ты все еще мой ученик”. "Я хочу... б-быть с Шизуном, даже если он Шизун”. - застенчиво говорит Шэнь Цзю. “Я… Я не против. П-потому что Шизун всегда добр ко мне, даже когда мы одни.” Его пальцы вцепились в мантию, лицо снова стало ярко-красным, что, кажется, становится таким всякий раз, когда он разговаривает с Шэнь Юанем. “Ты еще молод”. Шэнь Юань отвечает в ответ. “Ты моложе меня на много. Ты тоже это понимаешь?” “Мн.” Шэнь Цзю кивает. “Мне нравится что Шизун... старше меня… Шизун зрелый и честный”. ” Если ты будешь вести себя как ребенок, я положу конец нашим отношениям”. Шэнь Юань наблюдает за выражением лица Шэнь Цзю. Краткий страх и дискомфорт исчезает, прежде чем он быстро кивает. “Ты будешь уважать меня. Я буду уважать тебя". "Да, Ш-шизун...” Голос Шэнь Цзю все еще был таким застенчивым, его тело еще сильнее сжалось. Шэнь Юань качает головой. “Наедине, ты можешь называть меня Сюя”. Дыхание Шэнь Цзю останавливается, и он прячет лицо в коленях. Шэнь Юань смеется при виде этого, протягивая руку, чтобы провести пальцами по волосам Шэнь Цзю. “Это делает тебя счастливым?” “Д-да… С-Сюя.” Шэнь Цзю поднимает голову. “Я... это делает меня очень счастливым… Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать тебя счастливым”. “Нет, нет. Ты… А-Цзю должен быть просто самим собой". Шэнь Цзю кивнул, шмыгая носом. Они сидят в тишине. Удобнее, чем в прошлый раз. Шэнь Юань меняет позу, чтобы сесть рядом с Шэнь Цзю, позволяя своим рукам обвиться вокруг молодого мужчины, который пищит. Так тихо, что его дыхание снова участилось, а лицо снова спряталось в коленях. Шэнь Юань тихо смеется при виде этого зрелища, наклоняясь ближе. “А-Цзю... когда ты говоришь, что хочешь поцелуя. Куда?” Он ожидает губ. Он действительно хочет. Шэнь Цзю поднимает голову и... ...указывает на свою щеку. Шэнь Юань невозмутим. ...Это был развратный... подлый злодей будущего?! Это был белый лотос! Это был невинный белый лотос! “Не здесь?” Шэнь Юань проводит большим пальцем по нижней губе Шэнь Цзю, который поспешно отталкивает его. ...А. Он вернулся. Эта природа цундере. “Н-нет! С-Сюя б-будет… тебе придется п-по-поцеловать меня в щеку вместо этого! Т-ты слишком бесстыден!” Слышать его имя из этих ... мягких губ… Желудок Шэнь Юаня приятно сжался. У него было такое чувство, как будто у него порхали бабочки. Он уже давно так себя не чувствовал. Шэнь Юань ухмыляется. "А-Цзю действительно милый, ты знаешь?” “Б-бесстыдно! Сюя р-разбил мне сердце а-и думает, что он может просто подойти и притвориться ч-чтобы...” “Притвориться?” Шэнь Юань хмурится: “Это все честно. Если А-Цзю хочет отношений со мной, то ему нужно быть откровенным и сказать это. Не ходи вокруг да около.” “...Я-я х-хотел бы иметь-иметь… Я хочу, чтобы ты ухаживал за мной!” Шэнь Цзю плачет, стоя. Действие едва не ускользает от Шэнь Юаня, но он обнаруживает, что откидывается назад, когда, как пламя, вспыхивает характер Шэнь Цзю, его колючая натура. Он.. ...он пинает Шэнь Юаня в ногу. ...Шэнь Юань... на самом деле вскрикивает, когда боль так внезапно прорывается наружу. Какого хрена?! Они вели себя так мило и романтично! Почему Шэнь Цзю так себя вел?! Шэнь Юань открыл рот, чтобы заговорить, но тело Шэнь Цзю дрожало, его руки были сжаты в кулаки. Вся его фигура, выражение его лица… ...он выглядел прекрасно. Лунный свет падал на его тело, купая его в мягком свете, его глаза светились жизнью. Его голова запрокинулась, волосы растрепались от прикосновений Шэнь Юаня. Он… ..Сердце Шэнь Юаня остановилось. “Сюя заставил меня плакать”. Шэнь Цзю щелкает, поднимая ногу, когда он снова пинает Шэнь Юаня, на этот раз это было не так больно. Казалось, это он просто ткнул ногой в ногу Шэнь Юаня. “...Он даже не извинился”. "...Мне очень жаль”. Шэнь Цзю кивает один раз. “Спасибо тебе … Я...я знаю... ты сказал, что... что я веду себя... подло после... получения привязанности... или желания ее… это плохо... но иногда… у меня такое чувство, что грудь вот-вот разорвется. Я ... я не знаю, что делать, когда это случится. Так что... я набрасываюсь”. Шэнь Юань был... в очередной раз приятно удивлен. Его ученик был способным учеником. Ну и черт с ним. Один урок, и он уже разыгрывал его. Неудивительно, что он стал стратегом Цан Цюна в изначальном мире. Он потирает ногу, где все еще неприятно болело первое попадание, наблюдая за Шэнь Цзю с ... искренней улыбкой. Шэнь Цзю поворачивается, скрестив руки на груди. “Я понимаю”. “Я ха ... ” Шэнь Цзю останавливается, “Ты мне ... действительно нравишься... так что, пожалуйста... перестань мне так улыбаться. Я ... это заставляет меня чувствовать себя странно.” Шэнь Юань смеется. Он встает, отряхиваясь. Шэнь Цзю ничего не говорит, но он... подходит ближе, его пальцы дрожат, когда они тянутся к Шэнь Юаню. Они долго стоят там, Шэнь Цзю просто держит его за руку. Никогда не хочет ничего другого, все его лицо стало цвета проклятого помидора, другая рука легла на щеки, как будто это был секс. Как будто это Шэнь Юань пытался поцеловать его и трахнуть в постели. Шэнь Цзю скулит, когда Шэнь Юань регулирует их захват, слегка сжимая его руку. Шэнь Цзю смотрит на него снизу вверх, моргая, когда Шэнь Юань подходит ближе. Он притягивает Шэнь Цзю к себе и обнимает. Голова Шэнь Цзю прижалась к его груди, и звук, который он издавал, был пронзительным. Шэнь Юань борется с желанием снова рассмеяться. Его рука, теперь свободная от остальных, покоится на голове Шэнь Цзю. "С...Сюя...” Шэнь Цзю шепчет: “Я… Мне нравятся объятия… м-мы можем... мы можем еще обняться?” Шэнь Юань закрыл глаза. Святое. Дерьмо. Почему Шэнь Цзю был таким милым?! “Да.” голос Шэнь Юаня надломился. “...Мы можем больше обниматься". "А...и держаться за руки?” “Мм”. Шэнь Юань боялся, что если он заговорит, его голос снова сорвется. Он крепче обнял Шэнь Цзю, проглотив странное чувство в горле. Это действительно было странно. Он ожидал, что Шэнь Цзю захочет секса. Жаждал этого. Но вместо этого Шэнь Цзю хотел действовать медленно. Это… это сделало Шэнь Юаня... счастливым. Он зарылся лицом в волосы другого, глубоко вдыхая. Шэнь Цзю издал звук при этом действии, как и Шэнь Юань, но ничего не сказал и отреагировал, уткнувшись носом в грудь Шэнь Юаня. Неужели он когда-нибудь действительно шел медленно? Ему следовало бы. Должен был... стараться больше в своих прошлых отношениях... но как-то… он думает, понимает, что если бы он не был так неосторожен, у него бы... никогда не было бы шанса сделать это. Держа Шэнь Цзю на своем любимом месте под лунным светом. Однако. ” Шэнь Цзю тайком пробирался в бордель", - наконец говорит Шэнь Юань, прочищая горло. "Почему?” Шэнь Цзю молчал. Шэнь Юань нахмурился. ...может быть, Шэнь Цзю был развратным… “О… они делают хорошие пирожные… и десерты...” Шэнь Цзю сжался в его объятиях. “...Пока я помогаю им убирать на кухне по ночам… они позволили мне взять немного.” Что, черт возьми, это была за чистая версия Шэнь Цзю, которой он преподавал? Если не. Шэнь Цзю всегда был таким? И только… Показал… сексуальный интерес... к старшим мужчинам... и странное желание... отношений, которые исследовали динамику власти... в тайне? ”Ты должен пробежать сорок кругов и сто раз написать наши рекомендации“. Промурлыкал Шэнь Юань. "...Нет”. “Н-нет?!” “Шизун не может мной командовать". Шэнь Цзю поднимает голову, свирепо глядя на него. “Потому что Шизун разбил мне сердце как Шизун. Только не Сюя.” Святой... Он не был чистым. Он был куском дерьма! Шэнь Юань открыл рот. Потом закрыл его. “Ты говоришь, потому что, как... Шизун… Я тебя расстроил. Я не могу наказать тебя за то, что ты сбежал. Но… это единственный раз, когда я позволяю тебе освободиться от наказания". Шэнь Цзю напевает. Шэнь Юань обнимает его чуть крепче. ...ну что ж. ...Черт. Шэнь Цзю… ...действительно… был... быстр в анализировании вещей. Шэнь Юань даже не смог найти аргумента для этого утверждения. Шэнь Цзю со вздохом утыкается лицом в грудь Шэнь Юаня. Шэнь Юань улыбается, крепко прижимая его к себе. Бабочки в животе вернулись в полную силу.