Идиот на службе у Гильдии

      Это было далеко не самое приятное его пробуждение. Виартур проснулся от звона колоколов часовни и обнаружил себя на полу. Под столом. В обнимку с батоном хлеба.       Защитник Сиродила почесал репу, отозвавшуюся тупой, ноющей болью. Он совершенно точно перестарался с выпивкой. Интересно, где он… По крайней мере, судя по тишине вокруг, он не в общественном заведении, и ковер под столом намекал, что это была не тюрьма, что уже радовало. Собравшись с духом, Виартур выполз из-под стола, кое-как встал, осмотрелся и чуть не заорал, увидев фигуру в черном балахоне.  — Слушатель?  — … Аркуэн?!  — Доброе утро. Ничего рассказать не хочешь?       Она скрестила руки на груди, глядя на Виартура сверху вниз с недовольным взглядом. Дагоновы альтмеры! Выше их роста только их самомнение.  — Может быть. Ща…       Он наклонился, чтобы поднять батон и вернуть его на историческую родину, но где-то посередине процесса в глазах у него потемнело, разум помутился, и он комично завалился на пол башкой вперед. Аркуэн вздохнула. Терпеливо дождавшись, когда Слушатель вернется в мир живых, она повторила свой вопрос:  — Ну? Ничего рассказать не хочешь?  — Я не знаю. Ты спрашивай, а я подумаю.  — Подумает он. Что у тебя в комнате делает голый альтмер?!       «Ай», — подумал Виартур. Аркуэн любила его, и Слушатель понимал, что сейчас будет сцена ревности.  — Так, это сложно. Для начала — где я?  — Ты в своем доме в Корроле.  — Фу-у-ух!.. Уже неплохо. А что до альтмера…       Виартур тупо уставился на батон, который держал в руках. Только сейчас он обнаружил на нем узкое длинное углубление с гладкими стенками. Попытавшись вспомнить, что это и для чего это нужно, он замер, забыв про свою гостью, и та недовольно прокашлялась.  — А. Прости. Дорогая сестра, знаешь ли ты, ЧТО это за альтмер?  — Нет, но мне очень интересно.  — Это Маннимарко, Король Червей.       Альтмерка саркастично вскинула бровь.  — Ты уверен?..  — Конечно, блять, уверен! — он торопливо осматривал комнату, надеясь, что не потерял свой рюкзак в пьяном угаре. К счастью, сумка нашлась около входа в Арборвотч — она вальяжно распласталась на полу, раскидав по ковру собственную начинку. Подойдя к ней, Виартур вытащил из нее мантию с черепом и отдал Аркуэн.  — На, если не веришь.  — Хорошо, предположим, верю. Теперь ситуация еще интереснее. У тебя в спальне лежит голый Король Червей. Я в предвкушении потрясающего рассказа.  — Я думаю, ты понимаешь, что фигуру такой значимости лучше все-таки иметь в друзьях. Мы можем помочь друг другу (или хотя бы друг другу не мешать). Потому что если Маннимарко захочет уничтожить Темное Братство, он это сделает — по крайней мере, ячейке в Сиродиле точно кранты.  — Ты как-то очень недооцениваешь Братство, — Аркуэн, кажется, даже обиделась.  — Нет, душа моя, я как раз отлично понимаю, кто у нас есть и с кем мы работаем. Если бы был жив старый состав, мы бы просто приспособились. Но он мертв, а нас двоих для этого недостаточно.  — Хорошо. Но это все еще не объясняет, почему он у тебя лежит абсолютно голый.       Виартура словно окатили ледяной водой. Он вспомнил, как оказался в Корроле и что рядом с ним делал батон с дыркой. О-о, его память услужливо подбросила ему подробности вчерашней ночи, и Защитник Сиродила не был этому рад.       Что ж, ему оставалось надеяться, что из них двоих — из него и Маннимарко — именно он проковырял дырку в батоне и выебал ее. Мара милосердная, надо меньше пить…  — Слушай, ты правду хочешь? Хорошо. Я пришел к этому утырку с пивом, потом пиво кончилось, и мы пошли в город за бухлом, потом мы нажрались, он — в дрова, я — немножко меньше, но тоже в дрова. В процессе произошло то, ради чего люди, в общем-то, раздеваются, да, так и есть, но теперь у меня есть гарантия, что Темное Братство будет жить.  — Стоп… — руки Аркуэн опустились. — Ты… Подложил себя под…  — Да-да, можешь начинать ревновать, потому что так и есть, — бессовестно соврал Виартур. — Но тут уж извините. Скажи спасибо, что это был я, а не ты. Я бы не хотел для тебя такой участи.  — Слышащий…  — Виартур.  — Так, хорошо, ну-ка сядь, — она плюхнулась на стул сама и усадила юношу перед собой. — Зачем?.. Темное Братство просто ушло бы в тень… Если наши убийцы не смогут пережить Владычество Маннимарко, то туда им и дорога. Чего ради?..  — Отлично. А теперь представь себе картину. Маннимарко приходит к власти. Все остальные правители моментально оказываются либо убиты, либо что похуже, а люди как продолжали ссориться, так и продолжат. Если сейчас у них есть какая-то альтернатива для решения конфликтов, куда они пойдут, когда ее не станет?  — Так, я поняла…  — А с учетом того, что его последователи не отличаются ни гуманностью, и хорошими манерами, угадай, кого, в основном, они будут заказывать.  — Хорошо…  — Это означает, что мы в любом случае ввяжемся в конфликт с ним. Ты серьезно думаешь, что личность масштаба Маннимарко оставит нас в покое? Пхах, поделись уверенностью. Рано или поздно мы станем занозой в его жопе, и рано или поздно этот хер нас найдет.  — А за каким хреном ты вообще к нему пошел?..  — Гильдия Магов.  — И что?  — Гильдия Магов воюет с некромантами, — терпеливо пояснил Виартур. — Некромантов возглавляет кто? Правильно.       Аркуэн замолчала. Несколько минут она тупо пялилась в стол, после чего закрыла лицо руками и бросила короткое:  — Я все еще не могу поверить, что ты это сделал.  — Если все настолько плохо, можем разойтись.  — Нет, не в этом дело. Виартур, я… Мне жаль.  — Жалко у пчелки, — усмехнулся он. — Но спасибо.  — Остается лишь один вопрос. С чего ты взял, что он не нарушит свое слово?       «Блять, — подумал юноша. — Думай, башка тупая, думай…».       Память услужливо подбросила ему еще немного воспоминаний о прошлой ночи. Помимо использованного не по назначению батона там оказался удар лошадиным копытом, попытка кражи кирпича из мостовой Имперского Города, побег от стражи и попытка Маннимарко нарисовать руну куском угля на его спине, потому что иного гладкого места для глифа не нашлось.       Точно!       Виартур молча, с самым серьезным видом, на который только был способен, встал со стула, развернулся к Аркуэн спиной и продемонстрировал ей нарисованные каракули. Ей, как опытной чародейке, не составило бы труда узнать глиф, открывающий портал, но Маннимарко, когда рисовал его, был вусмерть пьян, из-за чего спутал все символы, буквы, линии и узоры, родив нечто асимметричное, страшное и непонятное.       Фокус сработал! Альтмерка с раскрытыми от ужаса глазами смотрела на это безобразие, и разум ее не мог узнать ни единого элемента из рисунка.  — Скажем так, наш договор нарисован у меня на спине. Темное Братство будет в порядке, пока я жив. Если я умру, следующему слушателю придется договариваться с ним заново.  — Виартур…  — Я знаю, что ты думаешь, но тут уж ничего не…  — Ты, вполне возможно, спас Темное Братство. Еще раз.       Он закатил глаза.  — Я польщен, но давай без громких слов, ладно? Я перестал их любить сразу после того, как помер Мартин.  — Хорошо. Я…       Виартур усмехнулся и обнял ее, что выглядело комично из-за их разницы в росте. Аркуэн сильно нагнулась и прижала его к себе изо всех сил.  — Все будет хорошо.  — Я знаю, — он снова коротко усмехнулся. — Но спасибо.  — Прости, что посмела устроить сцену ревности.  — Да брось. Хватит уже извиняться за любой чих. Я, конечно, Слушатель, Темное Братство превыше всего, бла-бла-бла, но мы не в Убежище, и эту клоунаду можем не поддерживать.  — Хорошо, Виартур. Я будуждать тебя в Чейдинхолле, когда… Когда закончишь здесь.  — И я обязательно приду, Аркуэн.       Она нежно коснулась поцелуем его лба и ушла. Как только дверь за ней захлопнулась, Виартур выдохнул и осел на пол.       Нахрена он ей наврал? Хотя, что за тупой вопрос — это было весело! К тому же, объяснять, что вчера произошло на самом деле, было бы более тупой затеей, чем его спонтанная плаксивая история про потерю анальной девственности. Ну вот как бы он объяснил Аркуэн, что они были пьяны, и Маннимарко сказал, что он девственник (или Виартур сам это подумал, но это не важно), в результате чего Слушатель Темного Братства, дабы скрепить их узы дружбы, предложил попрактиковаться на батоне. Король Червей в ужасе отказался, Виартур решил, что он просто не знает, как это делать, ну и показал…       … Есть некоторый шанс, что лидер некромантов после этой ночи перестанет с ним разговаривать.       Решив проверить это свое предположение, Виартур растолкал бедного Короля Червей, и тот, поняв, что он в костюме первых эльнофей, стыдливо прикрылся одеялом.  — Где я?..  — Ты в Корроле.  — А зачем мы здесь?  — Какие сложные вопросы ты задаешь. Философские, я бы сказал. Давай подумаем о чем-то более насущном.  — Например?       Виартур молча показал батон. Маннимарко покраснел и заржал одновременно.  — Что мы будем делать с этим говном?  — Я не знаю. В печке сожги.  — Да ну. На весь дом паленым вонять будет.  — Ну, тогда закопай на заднем дворе.  — Точно! Одевайся, пошли!  — А я-то здесь причем?!  — А с кем мы вчера бухали?!  — Я к батону даже не прикасался!  — И что теперь? Вставай, развеешься, бошку проветришь.  — Так вот как выглядят лечебные прогулки у вас в Корроле, да? Вечерами ходите на похороны выебанного батона?  — … Что ж, теперь я точно понимаю, почему у тебя нет друзей.  — У меня был друг!  — Это которого ты воскресил?  — Ну да, — удивленно бросил Маннимарко, как будто это что-то само собой разумеющееся.       Король Червей оделся в мантию, спертую у Карахил, и снова стал выглядеть крайне комично из-за того, что одежда была рассчитана на женщину с грудью, которой у альтмера не было. Виартур взял лопату и вышел во двор Арборвотча.       Сгущались сумерки. Колокола, которые слушал Виартур, звали людей на вечернюю службу, а значит, сейчас часов восемь. Надеясь, что все прихожане сидят в храме и слушают проповедь, юноша со своим «напарником» обошли его по периметру, нашли укромное местечко, выкопали укромную ямку и похоронили в ней несчастный батон.  — Давай надгробие ему поставим, — предложил альтмер.  — Ага, и последние почести воздадим.  — Граждане, а что это вы тут делаете? — услышали они властный голос и дернулись. За их спинами из ниоткуда материализовались два стражника.  — Батон хороним, — ответил Маннимарко вместо Виартура.  — Зачем?..  — Ну, мой друг его выебал, а сжигать в печи он его не захотел, чтобы по всему дому паленым не воняло, вот и решили закопать здесь.       Виартур настойчиво шипел на Маннимарко, требуя заткнуться, но тот плевал на него с высоты своего альтмерского роста.  — В каком смысле вы…  — Вам показать, как это делается? Извините, батон выкапывать я уже не буду.  — Вы закопали… Батон… Под стенами часовни… Да это же богохульство!  — Допизделся, придурок?!  — Я просто хотел быть честным.  — Вы арестованы!  — Не-а.  — Маннимарко, только без трупов, пожалуйста…  — Манни… МАРКО?!  — Блять…  — Расслабься, дружище. Теперь я трезв, так что никаких проблем не будет. Смотри, сейчас будет фокус!       Король Червей легко щелкнул пальцами, и исчез в дымке вместе с Виартуром, оставив стражников в полном замешательстве.