Танец солнца

В Нью-Йорке Чейтону нечего делать, разве что навестить парней, но их и так скоро отпустят, а денег для внесения залога у индейца нет. Литтлстоун сжимает в пальцах руль, дышит тяжело, раздувая ноздри; он всегда успеет свернуть или развернуть пикап. Поездка в город ни к чему не приведет, бессмысленно тратить время и бензин; в резервации Чейтон нужнее. Понимая все это, индеец давит на газ; даже если бы перед ним выстроились колонна автомобилей, Чейтон поехал бы напролом. В Нью-Йорке Литтлстоуна никто не ждет, но потребность еще раз увидеть блондинку, убедиться, что в ней нет ничего особенного, дробит ему затылок. Когда Чейтону станет ясно, что девка пустая, как племянница Проктора, полегчает, он перестанет вспоминать тот клуб, драку, ее дерзкие наглые глаза. Почему индейца волнует имено эта танцовщица? Почему не девушка из резервации? У народа кинахо много своих красавиц, однако Чейтона зацепила развязная девица из клуба. Значит, он такой же дурень, как и Билли Рейвен, сохнущий по дочери Бенедикта Лидса? Индеец вжимает педаль газа в пол; нет, Чейтон совсем из другого теста. Он никогда не потеряет голову из-за женщины, поэтому слегка презирает Рейвена, который успел прижить двоих дочерей, а светловолосую дочь Лидса так и не смог отпустить. Блондинки… от них все зло и неприятности.