Second Bite of the Cherry

Небо было красивым, вокруг щебетали птицы. Приезжие ученики собрались вместе, желая проводить уроки вне класса. Некоторые из них говорили о печально известном инциденте, который произошёл в тот день, когда этот урок был ранее запланирован, и интересовались, произойдёт ли что-нибудь сегодня, и, если да, то это занятие обязательно сглазили. Вэй Ин оглянулась и увидела незнакомые лица, пришедших в гости учеников-мужчин. Она только хорошо рассмотрела угрюмого маленького брата Яньли-цзе, и заметила, что они на самом деле не очень похожи друг на друга. Наследник ордена Цзинь смотрел на неё с тревогой, казалось, он хотел подойти, но колебался, в то время как члены его клана странно смотрели на неё. — Дева Вэй, — наконец, Цзинь Цзысюань подошёл к ней, Мяньмянь шла чуть позади. — Молодой господин Цзинь, — она согласно кивнула. — Я прошу прощения от имени моего кузена, и я прошу прощения за то, что не смог их остановить, — сказал он с намёком на стыд на лице. — Я приму только ваши извинения за то, что не смогли их остановить, но я не думаю, что вы должны извиняться за чужие проступки, — Вэй Ин улыбнулась. Она не могла представить, чтобы кто-то другой извинялся за неё, и ей никогда не придётся извиняться за проступки Лань Чжаня или Сичэнь-гэ, потому что они оба никогда не позволят таких вещей. Это было так неправильно. — Спасибо, дева Вэй. — Смотри, я же сказала тебе, — Мяньмянь слегка толкнула его локтём. — Она довольно легкомысленна, тот, кто никогда тебя не простит, — это Лань Ванцзи. — Э-э-э… э-э-э… я, — сказал Цзинь Цзысюань неловко. — Не пытайтесь извиняться перед ним от имени кузена, — Вэй Ин рассмеялась. — Он просто проигнорирует, потому что вы не имели к этому никакого отношения и нарушили только три правила: не выходить после комендантского часа, не выходить из Облачных Глубин после комендантского часа и привозить питомца. — Я трижды скопировал для этого правила вашего ордена, — пробормотал наследник ордена Цзинь. — Он думает, что ваше наказание было подходящим, в то время как их наказания также были справедливыми. — Их исключат? — спросила Мяньмянь. — Вероятно. Им может быть запрещено когда-либо снова посещать Облачные Глубины, — Вэй Ин похлопала себя по подбородку. Покушение на любого из членов главного клана обычно приводило к наказанию дисциплинарным кнутом, но один из виновных был вторым наследником другого крупного ордена, поэтому было бы невозможно применить к нему такое наказание. Цзинь Гуаншань не отнесётся к этому легкомысленно, если его ученики получат дисциплинарным кнутом от ордена Лань без его согласия. Она вздохнула с отвращением. Политика. — Отцу это не понравится, — Цзинь Цзысюань скривился. — Моей семье это тоже не нравится, молодой господин Цзинь, — на этот раз улыбка не достигла её глаз. — Я знаю, что вы заботитесь о своём кузене, мой жених, мой брат и мой дядя тоже заботятся обо мне. — Цзысюнь потерял родителей, когда был очень молод. Мой отец пытался помириться с ним и, возможно, слишком сильно его избаловал, — это оправдание прозвучало в виде сухого смешка, даже ему самому казалось, что это слишком неубедительно. — Это неприемлемое оправдание, — холодный голос разрезал их разговор, как нож. Вэй Ин протянула руку, чтобы схватить Лань Чжаня за руку, пытаясь успокоить его бурлящий гнев. — Мои родители умерли, когда мне едва исполнилось пять, молодой господин Цзинь. Тем не менее, я никогда не пыталась никого убить. — Это не… — мальчик всё ещё безнадежно пытался возразить. Было удивительно, что он всё ещё пытался оправдать поведение кузена, но разочарование проступало на его лице. Похоже, он делал это по привычке, а не потому, что думал, что Цзинь Цзысюнь не виноват. — Вэй Ин, — позвала Цзян Яньли. Её сопровождал брат, который бросал смертельные взгляды на Цзинь Цзысюаня. — Яньли-цзе, — Вэй Ин чирикала, пытаясь ослабить напряжение. — Второй молодой господин Лань, молодой господин Цзинь, — брат и сестра Цзян поприветствовали. Мяньмянь очень быстро скрылась с места происшествия. Цзян Ваньинь недолюбливал её, так как она была довольно близка с Цзинь Цзысюанем, и думал, что между ними что-то происходит, даже когда павлин был обручён с его сестрой. — Дева Цзян, молодой господин Цзян, — оба ответили на приветствие любезным поклоном. — Рада снова видеть тебя на занятиях, Вэй Ин. — Мне тоже стало скучно. Неделями лежать в постели было совсем не весело. — Приятно видеть, что ты полностью выздоровела, дева Вэй, — сказал Цзян Ваньинь. Он знал, что его сестра любит девушку достаточно, чтобы приготовить ей особенный суп, когда она ходила к ней в гости. Она даже научила Лань Ванцзи готовить суп, когда он попросил. Он взглянул на сцепленные руки пары и почувствовал напряжение в груди. Этот павлин никогда не обращался с его сестрой хорошо. Не навещал её, когда она была больна и даже через миллион лет, он не приготовит для неё ничего, даже когда она будет прикована к постели. — Спасибо, молодой господин Цзян, — Вэй Ин слегка поклонилась. — Тебе не кажется странным, что я называю твою сестру цзецзе, но с тобой я веду дела официально? — Верно, — Цзян Яньли засмеялась. — Если ты считаешь меня своей сестрой, ты тоже можешь принять его за брата. — А-цзе, — Цзян Ваньинь застонал, но все знали, что он никогда не откажет своей любимой сестре. — Тогда просто называй меня по имени. Поскольку мы примерно одного возраста, называть тебя диди было бы немного странно. — Ты тоже можешь звать меня по имени. Ты всё равно очень нравишься а-цзе, — наследник ордена Цзян сдался. На самом деле он не возражал против того, как она его назовёт, потому что она очень нравилась его сестре. Да, он был очень мягок к Цзян Яньли. Вэй Ин согласно кивнула. Единственным, кто казался недовольным таким расположением, на самом деле был Лань Ванцзи. Ему не нравилось, что его жена сближается с любым другим мужчиной, независимо от причины, но он знал, что Вэй Ин любит Цзян Яньли так же, как старшая девочка её. Естественно, она также была бы ближе к людям из окружения Цзян Яньли. Второй Нефрит знал, что когда дело касается его возлюбленной, он был довольно собственническим и не хотел делиться ею ни с кем, но он изо всех сил старался не задушить её. Он не повторит ошибку отца. Он никогда не стал бы её ни к чему принуждать. Даже если умолять было против его натуры, он был готов пойти на это, а не принуждать её. Ещё одним человеком, который хотел сбежать с места происшествия, был Цзинь Цзысюань. В отличие от Лань Ванцзи, ему не очень нравилась его невеста, а ещё больше он недолюбливал её брата. Этот мальчик угрожал ему каждый раз, когда они встречались, требуя, чтобы он относился к его сестре правильно, но он даже не просил об этой помолвке. — Если нет ничего другого, пожалуйста, позвольте мне извиниться, уроки скоро начнутся, — Цзинь Цзысюань воспользовался своим шансом, чтобы сбежать, когда увидел, что Лань Цижэнь идёт к этому месту, сигнализируя о том, что урок скоро начнётся. — Кажется, он не хочет быть рядом с тобой. Почему мама вообще согласилась на этот брак? — Цзян Чэн фыркнул. — Потому что наши матери — лучшие подруги, и они согласились с этим ещё до того, как кто-то из нас родился, — Цзян Яньли улыбнулась с грустью в глазах. Цзинь Цзысюань нравился ей с тех пор, как они впервые встретились несколько лет назад, но он совсем не любил её. — Тебе нужен кто-то, кто достоин тебя, а не кто-то настолько самоуверенный, как этот павлин. — Павлин? — спросила Вэй Ин. — Он одержим своей внешностью, и он так чрезмерно одет. — А-Чэн. — О, я не могу высказать своё мнение по этому поводу, поскольку, если я это сделаю, нарушу правила, — она кротко улыбнулась, Лань Чжань смотрел на неё со знанием дела. Он знал её слишком хорошо. На самом деле Вэй Ин была с ним согласна. Цзинь Цзысюань был довольно чрезмерно одет по сравнению с другими наследниками орденов в его поколении. Обычно он носил струящуюся, светящуюся униформу с золотыми вышивками, которые были такими блестящими, как будто нить была сделана из настоящего золота. Но Лань никогда не одевается в какие-то экстравагантные вещи, только в безупречно-белую или светло-синюю униформу, в то время как Не и Цзян одеты в более тёмный цвет с меньшим количеством слоёв, казалось, что они всегда были готовы к битве, а Вэнь, ну, лучше не вмешивать их в это. — Если Вы согласитесь со мной, нарушите правила? Как? — в замешательстве спросил наследник ордена Цзян. — Никаких разговоров за спиной, — Лань Чжань ответил на этот вопрос за неё. — Я была удивлена твоим прозвищем для него, и это граница, я чуть не нарушила правила при этом, но я хотела бы защититься, настаивая на том, что это рефлекс. Совершенно непреднамеренно, — она дёргала Лань Чжаня за рукав, но он всё ещё ничего не сказал, поэтому она послала ему свои лучшие щенячьи глазки. — Мгм. Брат и сестра Цзян с трепетом смотрели на эту сцену. Они не ожидали, что Лань будет открыто проявлять нежность на публике, даже если Вэй Ин не была Лань по крови, её воспитывали Нефриты ордена Гусу Лань и сам Лань Цижэнь. Это настолько Лань, насколько возможно. Поведение пары не было слишком интимным или публично неприемлемым, но тем не менее оно было слишком милым, слишком милым, чтобы этого можно было ожидать от Лань Ванцзи. Цзян Яньли переглянулась со своим братом и грустно посмотрела вниз. Когда-то она надеялась, что она и её суженый могут быть такими, но теперь не знала, чего ожидать.

***

Сегодняшний урок был посвящён истории Лань Аня, основателя ордена Гусу Лань. В самой старой части Облачных Глубин располагалась длинная стена с выдолбленным окном с замысловатым орнаментом. Все рисунки были разными, но все они были о жизни каждого предка ордена Гусу Лань. Самые старые и самые известные четыре окна рассказывали о жизни Лань Аня, который родился в храме и вырос, слушая пение монахов, он стал известным в очень молодом возрасте. В возрасте двадцати лет он возобновил мирскую жизнь, взял в качестве фамилии Лань и встретил свою судьбу на своём пути совершенствования здесь, в Гусу. После того, как его партнёрша скончалась, он вернулся в храм и закончил там свою жизнь. История Лань Аня была довольно романтичной, и пришедшие ученики были ошеломлены этим. Судя по нынешнему поведению и репутации Лань, неудивительно, что их орден был основан монахом. Многие возразят, что потомки Лань всё ещё живут и действуют как монахи, но оставляют жизнь монахом, чтобы найти свою предназначенную, а затем удаляются из мира совершенствования и возвращаются в храм после её смерти, что было так романтично и преданно. Ученики начали болтать между собой, и тема, которую они обсуждали, касалась «партнёров по совершенствованию» и того, что они имели в виду о партнёрах по совершенствованию своей мечты, оценивая хорошо известных девушек в различных орденов. — Цзысюань-сюн, кто, по-твоему, лучшая среди женщин? —спросил кто-то, и Цзян Чэн с досадой посмотрел на него. По крайней мере, половина мира совершенствования знала о помолвке мальчика с сестрой, но этот идиот всё же осмелился спросить что-то подобное. Этот человек просил смертного приговора. Вэй Ин посмотрела на Цзян Яньли со смешанным чувством беспокойства и печали. Хотя её обручение было наполовину организовано, ни Лань Чжань, ни Сичэнь-гэ не смогли бы игнорировать свою невесту, как это делал Цзинь Цзысюань, будь то она это или нет, Вэй Ин знала, что они оба были достаточно вежливы и ответственны, чтобы относиться к девушке с уважением. — Тебе не следует его об этом спрашивать, — другой ученик засмеялся. — Тогда кого мне спросить? — этот человек должен быть настолько тупым, чтобы не чувствовать смертельного взгляда наследника ордена Цзян сзади, и он случайно стоял недалеко от того места, где стояли она и Лань Чжань, поэтому, будучи идиотом, которым он был, ученик повернулся в их сторону. — Второй молодой господин Лань, а ты как считаешь? — Тебе не стоит и его спрашивать! Они оба, конечно, обручены, ответом будет их невеста. — О, верно. Мне очень жаль, дева Вэй. Но, Цзысюань-сюн, кто же тогда твоя невеста? Должно быть, она действительно хорошенькая! Главные члены клана всех известных орденов обычно получают самых красивых девушек, — он виновато улыбнулся ей, в то время как Лань Чжань ничего не сказал, а она просто посмотрела на него жалкими глазами. Вы должны извиниться перед парнем позади вас, если он сначала не задушит вас. Вэй Ин хотела закрыть лицо руками и крикнуть ему, чтобы он заткнулся прямо сейчас. Цзян Чэн был в ярости, когда увидел, что Цзинь Цзысюань недовольно поджал губы. Наследник ордена Цзинь просто приподнял бровь и сказал: — Забудь об этом. — Что ты имеешь в виду под «забыть об этом»? — потребовал ответа Цзян Чэн. — Я не хочу об этом говорить. — По крайней мере, ты должен относиться к своей невесте с уважением. К настоящему времени все поняли, кто была невеста Цзинь Цзысюаня. Тот, кто начал этот разговор, заметно побледнел. Хотя все знали, что по сравнению со своей знаменитой матерью Цзян Яньли была средней во всех отношениях: внешний вид, развитие и репутация. Хуже того, они также знали, что брат действительно защищает её. — Как Цзини могли согласиться на такой брак? Она слишком проста для него, — Вэй Ин услышала, как мальчики шепчутся между собой. — Невеста Лань Ванцзи может быть не дочь главы какого-либо ордена, но, по крайней мере, она хорошенькая. — Я предпочитаю симпатичную девушку с красивой фигурой, чем некрасивую девушку с хорошим семейным прошлым. Лань Чжань при этом напрягся: его рука так сильно сжала Бичэнь, что его суставы побелели. Вэй Ин почувствовала горький привкус во рту. Эти люди, не имевшие отношения ни к одной из этих помолвок, просто беззастенчиво комментировали их внешность и тело. Отвратительно. Прежде чем она смогла предупредить их, чтобы они перестали говорить, наследник ордена Цзинь только усугубил ситуацию. Он нахмурил брови, отчего киноварь на лбу стала ещё заметнее, если это вообще возможно. — Я не просил об этом. На глазах у всех разразился ад, когда Цзян Чэн бросился на Цзинь Цзысюаня, повалил его на землю и начал бить по лицу.