Second Bite of the Cherry

Цзян Фэнмянь повернулся к Лань Цижэню, когда младшие вышли из комнаты. Цзинь Гуаншань выглядел так, как будто тоже хотел выйти из комнаты, но у него всё ещё были другие вопросы, которые требовалось обсудить. — Что касается главной причины, по которой я попросил вашего присутствия здесь, глава Цзян, — Лань Цижэнь откашлялся. — Цзян Ваньинь подрался с Цзинь Цзысюанем во время занятий. У них обоих были синяки, но обошлось без серьёзных травм. — Это странно. Цзысюань не из тех, кто вступает в кулачный бой, — Цзинь Гуаншань искоса посмотрел на другого главу ордена в комнате. — Я расспросил всех учеников, присутствующих при этой сцене, и ответы были одинаковы. Цзян Ваньинь напал первым после того, как Цзинь Цзысюань сделал, по его мнению, оскорбительный комментарий в отношении Цзян Яньли, — он продолжил, как будто не слышал ничего произнесённого главой ордена Цзинь. — Она также присутствовала. — Я обязательно скажу ему, что снисходительно относиться к собственной невесте недопустимо ни при каких обстоятельствах, — Цзинь Гуаншань заверил их, но Цзян Фэнмянь не выглядел убеждённым. Хотя обе их жены были довольны этой помолвкой, остальные вовлечённые стороны остались не удовлетворены. Цзян Яньли может нравиться её жених, но он ясно дал понять, что она ему не по нраву, и оба отца обручённых желали, чтобы их дети были с кем-то, кто, по их мнению, подойдёт им больше. Что касается Цзинь Гуаншаня, он хочел кого-то более красивую, которая подчеркивала бы красоту его сына и была более приятной для его глаз, кроме того, ему не очень нравилась лучшая подруга его жены, и он не хотел иметь ничего общего с её семьей, но у него не хватало смелости пойти против неё. Он также знал, что его сын был против того, чтобы Цзян Яньли стала его будущей женой. Что касается Цзян Фэнмяня, его не особо волновал политический брак и он только хотел, чтобы его дочь вышла замуж за того, кто действительно заботился бы о ней. Он согласился на эту помолвку только потому, что того потребовала его жена. — На самом деле я довольно часто размышлял об этом, — глава ордена Цзян начал. — Наши жены были единственными, кто настаивали на этой помолвке, в первую очередь, и, глядя на это сейчас, поскольку ни один из наших детей не заинтересован, лучше, если мы не будем насильно продолжать это. — Цзян-сюн, — голос молодого человека был неохотным. Его жене это не понравилось бы, но это не он поднял вопрос. — Они просто дети, которые ещё ничего не знают. Лучше, если мы не будем обращать на них внимания по этому поводу. — Они собираются пожениться всего через пару лет. Думаю, сейчас нам следует уделить им немного внимания, — он улыбнулся. — Это их жизнь, мы не можем заключить брак вместо них. Пусть решают сами. Через несколько секунд они оба согласились разорвать помолвку. Цзинь Гуаншань быстро извинился и вышел поговорить со своим сыном, который стоял на коленях в уединённом саду неподалёку. Однако Цзян Фэнмянь ни на йоту не сдвинулся со своего места, но его спокойная улыбка исчезла, и он повернулся к Лань Цижэню. — Она была здесь? Всё это время? — спросил глава ордена Цзян. Его рука так сильно сжимала чашку, что она чуть не треснула. — С пяти лет, — Лань Цижэнь ответил. — Ванцзи нашел её и настоял на том, чтобы отвезти домой, когда он узнал, что её родители не вернулись, как обещали. — Ты знал? — его голос хриплый. — Я провёл несколько месяцев в дороге, ища её. Я думал, что она мертва, но ты даже не послал ни слова в Пристань Лотоса. — Когда я услышал, что вы ищете Вэй Ин, она жила здесь уже почти четыре года, — молодой человек вздохнул. — Ванцзи действительно любит её, и он очень привязался к ней после того, как умерла его мать. Я не знал, попробуете ли вы отвезти её в Пристань Лотоса или нет, если бы я послал хоть какое-нибудь известие. Я прошу прощения за то, что вёл себя эгоистично и закрыл глаза на твои страдания, чтобы позволить моему племяннику иметь рядом своего лучшего друга. — Лучшие друзья? Он сказал, что их брак высечен на камне. Просто потому, что она нравится твоему племяннику, ты решил оставить её здесь, чтобы он мог присвоить её себе? — сказал мужчина в тёмно-пурпурной мантии сквозь стиснутые зубы. Это обвинение было слишком сильным. — Цзян Фэнмянь! — голос Лань Цижэня был строгим и пропитанным гневом. — Ты их совсем не знаешь. Не вини меня или моего племянника за то, чего мы не делали. Обручение не было принуждённым, они решили это сами и даже договорились о своих ухаживаниях, прежде чем сообщить мне. У неё здесь было хорошее детство. Можешь ли ты гарантировать то же самое, если твоя жена ненавидела мать девушки? — Ты! Я бы никогда не ожидал этого от вас, господин Лань, — этот человек всё ещё был слишком эмоциональным, чтобы с ним можно было спорить. — Ты... твой брат знал что-нибудь об этом? — Он знал об их помолвке. Честно говоря, он уже столько лет не вмешивается ни в какие дела ордена, — Лань Цижэнь вздохнул. Он знал, что с их стороны было неправильно не проинформировать орден Цзян, но старейшины отказались проявлять инициативу в этом вопросе, и, честно говоря, он также достаточно полюбил девушку, чтобы быть немного эгоистичным, и оставить её здесь. — Думаю, мне придётся спросить Вэй Ин. — Пожалуйста, сделай это. Спроси о её жизни, друзьях и помолвке, — он посоветовал. — Ты бы видел, как они взаимодействуют друг с другом. Это не политический брак. — Тогда позволь мне лично убедиться.

***

— Отец, — Цзян Чэн выглядел виноватым, всё ещё стоя на коленях. Он не ожидал, что этот бой приведёт к такому большому событию. Не только его сестра будет опечалена из-за разрыва помолвки, но и его мать будет в ярости. — Мне жаль. — В этом нет необходимости, мы все знаем, что мальчик никогда не ценил а-Ли. В любом случае, я не вижу смысла сохранять эту помолвку, — Цзян Фэнмянь покачал головой. — Но мама... — Я разберусь с этим. Цзян Яньли была тихой и ничего не говорила на протяжении всего разговора. Она почувствовала укол разочарования в своём сердце, но она также знала, что слова отца были правдой. Цзинь Цзысюань никогда не заботился о ней, ни когда они были моложе, ни сейчас. Когда другие ученики грубо отзывались о ней и Вэй Ин относительно их внешности и семейного положения, она заметила, что хотя Лань Ванцзи мог смолчать, но он крепко сжимал свой меч, готовый атаковать в любой момент, в то время как Цзинь Цзысюань просто отмахнулся от неё, будто ничего не произошло. Если бы её брат не вмешался в разговор, кто знает, что ещё он мог бы сказать. — А-цзе, мне жаль. — Не надо а-Чэн, — она мягко улыбнулась. — Я знаю, что не нравлюсь ему, может, так будет лучше.

***

— Вэй Ин, — Цзян Фэнмянь подошёл к девушке, которая задержалась у ворот, когда он расстался со своей дочерью, отправив её в район учениц, в то время, как его сын всё ещё отбывал наказание с Цзинь Цзысюанем. — Глава ордена Цзян, — Вэй Ин поклонилась с безупречной манерой, подобающей Лань. — Тебе следует называть меня дядей. Твой отец был моим лучшим другом, — усмехнулся он. — Дядя Цзян, — она произнесла это с улыбкой. — Я знала, что мой отец был членом ордена Юньмэн Цзян, но, к сожалению, никогда не была в Пристани Лотоса. — На самом деле однажды, — старший мужчина жестом пригласил её сесть в одном из небольших павильонов для гостей, которые располагались рядом с садами, — твои родители привезли тебя туда на празднование первого дня рождения Цзян Чэна. — Я была слишком мала, чтобы что-то вспомнить, — она рассмеялась. — Но в будущем обязательно приеду, меня пригласила Янли-цзе. Она сказала, что там особенно красиво летом, когда цветут лотосы и всё такое. — Верно, — он вздохнул, начиная углубляться в тему. — Если вы не возражаете, я спрошу. Как прошло ваше детство здесь? В Облачных Глубинах. — Было тихо, но мило, — её серые глаза светились от счастья, когда она вспоминала прошлое. — Я проводила больше времени с Лань Чжанем, учёба, практика и путешествия. Большинство людей думают, что он холодный и страшный, но на самом деле он очень добрый. — О, и Сичэнь-гэ тоже действительно добрый. Он очень помог мне в учёбе, особенно в развитии музыкального искусства, так как он играет на сяо, а я играю на дицзы. Инструмент Лань Чжаня — гуцинь, поэтому он не мог мне с этим помочь, — добавила она, прежде чем он успел задать ещё один вопрос. — Я думаю, ты была счастлива. — Да! — Вэй Ин улыбнулась. — Но я всё ещё не могу привыкнуть к холоду, зима здесь жестока. — Когда я узнал, что твои родители скончались, я долго искал тебя, но так и не нашёл, — Цзян Фэнмянь посмотрел ей в глаза. — Я думал, ты мертва. — Ой, извините, дядя Цзян. Вы, должно быть, чувствовали себя ужасно, — она нервно закусила нижнюю губу. — Всё в порядке, теперь, я знаю, что вы живы и здоровы, но мне интересно, узнай я, что вы живёте в Облачных Глубинах шесть лет назад, вы бы пошли со мной в Пристань Лотоса, попроси я? — Мне очень жаль, дядя Цзян. Даже если бы вы спросили меня тогда, я бы отказалась. Когда мне было девять лет, я прожила здесь всю свою жизнь, мои лучшие друзья, мой брат, учителя и дядя. Не думаю, что мне хотелось бы бросить их и начать всё сначала, — она казалась извиняющейся. — И я бы не хотела его бросать. — Так, значит, это брак по любови? — Ну, можно и так сказать, — Вэй Ин избегала его взгляда, щёки её слегка покраснели. — В то время мы никогда особо не задумывались о каких-либо отношениях, но когда мы задумались, просто поняли, что хотим быть вместе до конца нашей жизни. — Это хорошо. Я рад за тебя. — Спасибо, дядя Цзян, — она ярко улыбнулась.

***

Лань Цижэнь вместе с главами орденов и их наследниками подошёл к воротам, чтобы проводить. Цзян Фэнмянь казался более счастливым, чем был во время их последнего разговора. Он предположил, что старший мужчина получил от Вэй Ин все необходимые ответы, и, по крайней мере, остался удовлетворён. Но незадолго до того, как они все попрощались, наследник ордена Лань срочно бросился к воротам. — Дядя, — Лань Сичэнь поклонился с серьезным выражением лица. — Глава ордена Цзян, глава ордена Цзинь. — Сичэнь, всё ли прошло хорошо? — спросил Лань Цижэнь. Его старший племянник отправился с несколькими старшими учениками расследовать происшествие в Цайи. Поступали сообщения о пропавших без вести и случаях утопления в том же районе. — Нет, дядя. Как мы думали, это был не водяной гуль. Я вернулся, чтобы привести больше учеников, и, может быть, я возьму Ванцзи и Вэй Ин, — ответил он. — Первый молодой господин Лань, — позвал Цзян Фэнмянь. — У нас есть большой опыт работы с водяными гулями, может быть, мы сможем помочь в этом вопросе. — Пожалуйста, позвольте нам сопровождать вас, — Цзян Ваньинь присоединился к нему. — Что ж, если это что-то, что вы можете идентифицировать, то чем больше, тем лучше, возможно, некоторые из нас, сталкивались с этим раньше, — Цзинь Гуаншань чувствовал, что его руки связаны. Если Цзян предложил помощь, а он по-прежнему ничего не сказал, это будет слишком грубо. Лань Цижэнь кивнул. — Тогда пошлите кого-нибудь за Ванцзи и а-Ин. Мы отправимся в ближайшее время.