Миллион-ноль в твою пользу

Никита устало потёр виски. Хочет рисовать на этом холсте… Но не знает, как? Боится? Никита задумался. Только не говорите, что… - Вы хотите меня, но боитесь причинить мне боль? - нахмурившись, пробормотал Никита. Евгений Андреевич едва заметно вздрогнул. - Понимаешь… - опустил глаза он, - Я совершенно не опытен с мужчинами. И я не только о боли думаю… Я даже не знаю, как именно тебе понравится. И я… Я постоянно мучаюсь и думаю… Евгений Андреевич резко замолчал, будто ему тяжело было говорить. - Я постоянно думаю, что облажаюсь, - пересилив себя, закончил он, - В какой роли я бы ни был. Я будто снова в подростковом возрасте… Но я не подросток. И я очень боюсь тебя разочаровать. Какое у меня тогда преимущество перед теми, кто меня моложе? Абсолютно никакого… У меня теперь даже опыта нет! - У вас есть одно неоспоримое преимущество - я вас люблю. Думаю, этого преимущества за глаза хватит, - обрубил на корню этот бред Никита. - Да, но… Хотелось бы, чтобы эта любовь осталась на очень долгое время, - почти застенчиво произнес Евгений Андреевич и вдруг слегка покраснел, - И если быть честным… Я так долго изучал этот вопрос, и у меня был подобный опыт, но с женщинами… И я накупил всякой всячины… Но дальше этого дело не пошло. Увы… - Что вы накупили? - перебил его с подозрением Никита. Тяжело вздохнув, Евгений Андреевич достал из-под кровати пакет. - Ну… Вот, - опустил глаза он, - Вот это. Никогда никого не стыдился. А вот тебя… Да, перед любимым человеком всегда страшно и стыдно. Потому что ты боишься потерять его… И его мнение самое важное. Никита заглянул в пакет и тут же покраснел гораздо сильнее Евгения Андреевича. Ого, сколько тут было тюбиков и коробочек… И зачем ему столько смазки? - Да что тут может быть сложного? - вслух удивился Никита и открыл один из тюбиков. Пальцы оказались в прохладном геле. Вроде без запаха. Замечательно. Не сказать, что у Никиты был опыт… Опыта у него не было никакого. Просто у него была смелость. И желание показать Евгению Андреевичу, что все просто. Не надо бояться. Так что Никита стянул с себя мягкие шорты и нащупал пальцами отверстие между своих ягодиц. Реально узкое… И как там все пролезает? Никита на пробу ткнул глубже и поморщился. Ну, шло вроде… Но как-то с трудом. - Ты что делаешь?! - почти в ужасе воскликнул Евгений Андреевич, - Ты же себя порвёшь! Нужно не так! Евгений Андреевич придвинул к себе Никиту ближе, уложил его на левый бок и закинул его правую ногу себе на бедро. Скоро ли уже гипс снимут? Достал! - Нужно очень осторожно. Нежно. Не так… - принялся ласково поучать Никиту Евгений Андреевич. Он медленно убрал его пальцы. Кожа на руках Евгения Андреевича была чуть шершавой, поэтому Никита сначала вздрогнул, а потом… Потом его пальцы окончательно заменили другие. И они действительно были очень нежными. Двигались плавно и очень осторожно. Незаметно. Непривычное ощущение. Но точно не неприятное. А говорил, что не умеет! Ну, конечно! Никита хотел подразнить его по этому поводу, но не успел. Евгений Андреевич что-то задел внутри него, и Никита сам не понял, как вскрикнул. - Что? - испугался мгновенно Евгений Андреевич, - Больно? Никита помотал головой. Нет, скорее… - Очень приятно, - хрипло пробормотал Никита, - Не останавливайся… Евгений Андреевич не возражал. Его пальцы продолжили двигаться. Они словно били по сгустку удовольствия внутри. Никита зажмурился, прикусив губу. Почему-то хотелось ударить по пальцам Евгения Андреевича… Или засунуть их глубже. Никита ещё не решил. Так приятно, но вроде… И не достаточно. Член Никиты мгновенно встал и теперь отчаянно требовал внимания. Но Никита не хотел его трогать. Ну уж нет! Он желал распознать это чувство до конца! Никита приоткрыл глаза, и его пальцы намертво вцепились в плечи Евгения Андреевича. - Прикоснись к себе… Давай… - прошептал едва слышно мужчина. Сам Евгений Андреевич не мог. Одной рукой он придерживал ногу Никиты, а второй… В общем, его пальцы были заняты. Никита снова помотал головой и посмотрел внимательно и жадно в глаза Евгения Андреевича. Они горели красным, неумолимо и беспощадно. Было в них что-то мистическое, почти страшное. Интересно, будут ли они светиться в темноте, словно у зверя? Губы Никиты дрогнули в слабой улыбке. В глазах Евгения Андреевича затаился сам Юпитер, верно? Красно-оранжевый в открытом, черном космосе… Больше он не пугал. Потому что больше не нависал угрозой над Никитой. Юпитер поглотил его целиком и полностью. Стал частью него. Вот только кем был Никита? Облаками над планетой-гигантом? Или его ядром? А впрочем… Никита хотел быть всем. Каждой мельчайшей частью огромного Юпитера. Никита вздрогнул, отрываясь от странных мыслей. Губы Евгения Андреевича вдруг замерли в сантиметре от губ Никиты, а пальцы мужчины внезапно осторожно, но уверенно обхватили его член. Никита дернулся. - Нет, - прохрипел он. - Ты должен кончить… - шепнул ему в губы Евгений Андреевич. - А ты? - вскинул брови Никита. Евгений Андреевич молчал. И тогда Никита убрал руку с его плеча и просто расстегнул ему штаны, пытаясь достать самое сокровенное. - Ты что делаешь?! - мгновенное возмутился Евгений Андреевич. А на что похоже? - Неужели ты хочешь, чтобы наш первый раз случился на кровати, полной лепестков роз? Я хочу тебя сейчас! Извини, но меня вполне устраивает и эта постель! - искренне возмутился Никита. - И меня! - не стал спорить Евгений Андреевич, - Но зачем так торопиться? - А мы не торопимся! Просто… - Никита опустил глаза, а потом уверенно произнес, - Просто мне мало. Мало пальцев. Когда он снова посмотрел на Евгения Андреевича, его глаза вспыхнули. Никита лукавил. Да, к пальцам он привык, но с ними было вполне приятно и хорошо. Их хватало. Ему просто надо было, чтобы Евгений Андреевич перестал бояться и принял вызов. - Ты пожалеешь об этом, - пробурчал себе под нос Евгений Андреевич. Никита снова слабо улыбнулся. Вряд ли. Послышался шорох, а потом Никиту прижали к себе сильнее, его ногу задрали выше, а затем… Изначально это было неприятно. На грани боли. Но Евгений Андреевич двигался так медленно, что Никите недолго пришлось привыкать. Буквально несколько минут - и Евгений Андреевич остановился, выжидая. - Так достаточно много? Всего хватает? - не удержался и съязвил он. Но голос его дрожал от нервов. Евгений Андреевич боялся, что он пожалеет. Ну, уж нет! Никита хмыкнул. Нет, недостаточно. Никите всегда будет мало Евгения Андреевича. Когда любишь - всегда мало. Хочется все больше и больше… Никита уткнулся лбом в подбородок Евгения Андреевича и кивнул. Если тот не решит двигаться, то он сам начнет… Но идти на кардинальные меры не пришлось. Евгений Андреевич начал едва заметно двигать бёдрами… Никита зажмурился. Неужели, неужели это происходит? С ним? Никита не верил. Ему не могло так повезти! После стольких страданий ему ответили так, как он хотел… Так, как он мечтал. Не просто люблю! А люблю, как партнёра… Как пару. Никита прикоснулся губами к губам Евгения Андреевича и просто замер, вздрагивая от каждого толчка и приглушенно постанывая. Открыть глаза было страшно. Вдруг все это исчезнет? Никита знал, что не спит. Но поверить все равно было сложно. Под глазами мелькали красные вспышки. Космос больше не казался пугающим. Больше не тёмный. Не холодный. Не бездушный. Тьма перестала быть тьмой… Потому что больше Никита не был один. На его пути появился человек, который захотел быть рядом с ним… И это был самый любимый человек в мире! - Спасибо, - улыбнулся ему в губы Никита. Евгений Андреевич что-то с осуждением промычал. Но что - непонятно. На членораздельную речь он был явно не способен. Никита улыбнулся шире. Тьма под его веками стала совсем красной. И тёплой. А как иначе? Когда у тебя внутри целый космос? А вместо сердца - Юпитер. Когда чуть позднее Евгений Андреевич уснул, обнимая его до боли, (то ли алпрозалам до сих пор действовал, то ли это был стресс, то ли ещё что… Наташа бы ехидно сказала - старость), Никита, абсолютно счастливый, поковылял в туалет. Они решили принять душ позднее. Обошлись салфетками. Никита улыбался во весь рот. Ровно до того момента, пока не поравнялся со спальней Наташи. Дверь была приоткрыта, и оттуда звучал приглушённый голос. - Нет, Иося, мои идеи гениальны… Все случилось. Я слышала стоны, и я довольна. Как ты думаешь, может, за тортиком сходить? - не сдавалась Наташа, - Отметим… Твоя подруга - блестящий стратег, верно? Да, такой стратег, что ее отец чуть не умер. Просто гениально - ничего не скажешь. Никита со злостью закрыл дверь в спальню Наташи. На большее не хватило. Никита был слишком счастлив. Отругает ее потом. И сильно. Напакостила, а теперь чужими руками жар загребает! Никита все сам, все сам! И сам чужие косяки исправляет, и сам быка за рога берет… Впрочем, Никите это нравилось. Брать все в свои руки. Особенно, если это «все» было связано с Евгением Андреевичем…