Трещит хрусталь

Смех вокруг. Но не задорный, не добрый, не легкий и дружелюбный. Нет. Это смех, наполненный презрением; это смех, выражающий враждебность. Софи стояла в бесконечно темном пространстве, оглядываясь по сторонам в надежде найти помощь. Но ничего, кроме удушающей со всех сторон пустоты, она не видела. Было так темно, что, казалось, будто она и вовсе ослепла. Но слабый свет все же был. Он исходил от неё. Голоса из прошлого, непонятые ей разговоры, шум, различного рода звуки — все это раздавалось эхом, ударяясь о далёкие углы подсознания. Единственное подтверждение того, что место, в котором она находилась, было не бесконечным. София понимала, что находится во сне. Все это всего лишь кошмар, обработка информации мозгом, не более. Но почему тогда все ощущалось реальным? Будто она действительно была заперта в собственных страхах? — Здесь есть кто-нибудь? В ответ лишь смех. Ничего не появлялось, но ощущение, что за ней кто-то пристально наблюдает, не исчезало. Будто она была животным в зоопарке. Что-то толкнуло в спину, и слабое тело упало на пол, после чего голоса начали смеяться над девушкой вновь, хаотично обсуждая то, что только что произошло. Их были десятки, сотни, а возможно и тысячи. Разобрать слова было сложно. Каждый голос перекрывал другой. — Что вам от меня надо? — крикнула в пустую неизвестность София, хватаясь за свои тёмные волосы. — От тебя? Ничего. Голоса заговорили в унисон, превращаясь в единый. — Тогда отпустите меня! — Мы тебя и не держим. — Тогда почему я здесь? — Это мы хотели тебя спросить. Почему ты здесь? Зачем ты возвращаешься туда, где тебе не место? Зачем стучишься в запертую дверь? Зачем вновь погружаешь себя в глубины сознания? Только после Соня поняла, что средь всех голосов отчётливо слышался один, ведущий — ее собственный. Но он был для неё чужим. Она никогда не говорила столь уверенно, четко и хладнокровно. Кто-то другой говорил ее голосом? Или это ее истинное я? — Вы переводите стрелки! Разве она по своей воле находилась в этом кошмаре? Точно нет. — Почему ты хочешь открыть воспоминания, которые сама же запечатала? — прошептал кто-то позади, губами почти касаясь уха, что принесло щекочущие ощущения. Испуганная попаданка тут же обернулась. Перед собой она увидела темноволосую худощавую девушку в светлом платьице, улыбающуюся безжизненно и почти автоматически. Улыбка не украшала ее лицо, а лишь придавала ему человеческий облик. Это была она, но в то же время не она. Какая-то иная, словно лишь оболочка, внутри которой находилось совершенно другое существо. — Что? Изящным движение тонких рук другая София создала пространство, которое вскоре трансформировалось в кроваво-красную дверь. Буквально кровавую, ибо из неё сочилась алая жидкость. Багровые реки начали течь к босым ногам девушки из другого мира. — Ты так сильно рвёшься туда? — спросила другая она. — Ты хочешь открыть эту дверь? — Что ты несёшь? Кто ты? Незнакомка в ее обличии проигнорировала вопрос, продолжив говорить о том, о чем говорила ранее: — Если так, то я позволю тебе это сделать. У тебя есть шанс открыть ее прямо сейчас. Если не боишься и готова узреть это, дерзай. Густая красная жидкость уже начала касаться ранее чистой светлой кожи ног, окрашивая ее. — Что происходит? Почему она не останавливается? — бывшая гимназистка начала отбегать в сторону, брезгая образовавшихся луж, которые начали заполнять чёрный пол. — Останови это! — Открывай. — Почему оттуда льётся кровь? Что за этой дверью? — Ну же. От одной только подобной мысли попаданку сковывал ужас. Узреть нечто пугающее было слишком страшно. — Или мне открыть за тебя? А вдруг оттуда вырвется монстр? А вдруг там ничего, кроме океана крови? Зачем ей вообще узнавать, если она не просила? В чем подвох этой двери, Соне было, конечно, интересно, но не настолько, чтобы рисковать своей жизнью. Даже понимание, что все происходило во сне, ее не успокаивало. Обдумать все дева в чужом обличии не давала, а наоборот начала поворачивать ручку двери, намереваясь отворить ее. — Нет! Нет, нет, нет! Остановись, твою мать, стой! — крикнула Полякова, начав махать руками. Другая она довольно хмыкнула и отпустила ручку, после чего дверь растворилась. — Ты сделала свой выбор. — Что? Какой ещё выбор? Другая она рассмеялась, а вскоре голоса подхватили весёлые жуткие ноты, повторяя интонации лидера. *** София дернулась как от электрошока, начала жадно вдыхать воздух, глотая его словно рыба. Но глаза были наполнены тьмой, словно она из неё до сих пор не выбралась. Паника охватила волной, и девушка протянула руки, пытаясь нащупать в воздухе любую вещь, за которую можно было бы ухватиться. Ночной кошмар не до конца отпустил ее, потому та не понимала, являлось ли окружение реальностью или выдумкой. Неужели она до сих пор в той тьме, как воронка тянущей ее вглубь? Соня выдала жалобный стон, будто потерянный ребёнок. В этот момент ее ладони кто-то перехватил. Холодные пальцы мягко поглаживали кисти рук. Непонятное движение справа, будто кто-то шевельнулся, а затем в комнате появился долгожданный свет. Кто-то зажег свечи. Девушка увидела лицо, которое надеялась увидеть. Это был он. — Астер! Девушка из другого мира притянула стройное юношеское тело к себе, сковывая в своих крепких объятиях и заставляя розоволосого парня припасть вперёд. Благо тот успел удержаться одной рукой, не падая всем своим весом на свою новоиспеченную личную служанку. Он лишь навис над ней, удивленно хлопая глазами, пока девчушка, плача и хныча, прижимала его ближе. — А-а-астер! — все повторяла она его имя, будто то было святой водой, отгоняющей демонов ее страшных сновидений. — Почему ты плачешь? Ах, как сложно не знать чужих мыслей. Это очень сильно нервировало. Все было бы намного проще, понимай он ее так же хорошо, как и она его. Но Софи, понятное дело, не ответила, лишь продолжила обнимать, пока в итоге не погрузилась в сон снова, но на этот раз приятный, нежный и не такой пугающий, как был до этого. Литхи же пришлось аккуратно лечь рядом, так как даже будучи спящей брюнетка не переставала его обнимать. Духи сетовали на то, что от девчонки были одни неприятности. Они говорили, что от неё легче избавиться, что свою задачу она уже выполнила, и их великолепный любимец слишком милосерден. Но Астер затыкал их, не желая выслушивать.       «Я все прекрасно понимаю и без вас. Просто… Ещё немного»