Скользкий Олимпийский путь

      Непонятная возня, шум, еле различаемые слова вынудили Аню открыть глаза. Проверив телефон, Щербакова увидела, что до будильника было почти полчаса времени. Уткнувшись лицом в подушку, девушка недовольно простонала. Шум за дверью не прекращался. Накинув поверх пижамы халат, Аня все-таки решилась выйти из комнаты.              Жмурясь от искусственного освещения, Аня поежилась. Все-таки даже теплый халат не спасал от неприятной прохлады, сквозившей через приоткрытое окно.              — Нет, все-таки в качестве лежащего весь день овоща ты мне нравилась больше, — произнесла недовольно Щербакова, когда Саша чуть разбежалась для очередного прыжка, — Ты вообще когда-нибудь спишь?              Ответа Аня не получила. Она привыкла. Посчитав, что уже нет смысла возвращаться в постель, она прошла в ванную, выдавив на зубную щетку пасту.              — Я тебе не прощу эти прекрасные тридцать минут сна, которых ты меня лишила, — Аня вновь зашла в ванную, сплюнув пасту в раковину, — И это я еще молчу о бессонной ночи в Красноярске, — фыркнула девушка, вновь запихнув в рот щетку.       — Ты рассказала Алене про меня и Ками? — Саша заговорила! Нет, она и прежде могла односложно ответить Ане, но, наконец-то, Трусова сама начала диалог.       — Рассказала, а что?       — Что она сказала?       — Что ты тупая, глупая, бестолковая, упрямая, узкомыслящая! — Аня, сев за стол, зажмурилась, когда Саша прыгнула, — А, нет, вру, это мои мысли на твой счет.       — Значит, я — трусиха? — Саша села напротив, — Это же она сказала?       — Да, а что?       — Я не трусиха, — Трусова пристально смотрела на Щербакову, ехидно улыбаясь, — Если бы я была такой, то у нее никогда бы не получилось меня затащить в постель.       — Ну, затащить тебя в постель не так уж и сложно, если мне память не изменяет… — Аня, откинувшись на стуле, улыбнулась, — Видимо, это все твои смелые поступки в жизни. Нет, это, конечно, сильно! Не спорю! Даже мне понадобилось несколько месяцев, чтобы затащить Алену в постель, но не для того, чтобы поспать рядом. И все же… все же, Саш, ты трусливо убегаешь от чувств.       — Знаешь…       — Не перебивай, я еще не закончила. Я не отрицаю того, что у вас может ничего не сложиться, вы полюбите совершенно других людей. Ты, в этом плане девушка открытая, любвеобильная, учитывая то, с кем ты только не целовалась в нашей группе…       — Кто бы меня осуждал, Щербакова.       — Будем мериться этим?       — Алена.       — Что?       — Первой из группы я поцеловалась с Аленой. И вообще, впервые в жизни.       — Аналогично.       — Анна Щербакова.       — Александра Трусова, — Аня придвинулась к столу, подперев голову руками. Эта глупая тема, которой она совсем не гордилась, хотя бы вызвала у Саши живой огонек в глазах, значит, надо поддержать.       — Даша.       — Неееет, не было.       — Алина! Я так не делала ни разу. Считаю, что она только для Жени.       — Солидарна.       — Майя?       — Неа.       — 3-2 в мою пользу пока. Кто дальше? Логично, что Женька только для Алины.       — Нуууу даааа… — Щербакова закусила губу.       — Неуверенное какое-то у тебя да, — Саша удивленно посмотрела на покрасневшую девушку, — Серьезно? Когда ты успела?       — Это было один раз и об этом мы забудем здесь и сейчас.       — Нихрена себе. 3-3 получается?       — Ну, так… Это ужасно. У меня даже ладошки вспотели, мне стыдно и неловко. Но, сразу скажу, что с Камилой и всеми оставшимися девочками я не целовалась. С мальчиками тоже.       — А не из группы? Что там с Артемом? Да и Семененко тут рядом…       — Нет! Конечно, нет!       — Значит, в статусе самой любвеобильной девушки «Хрустального» побеждает дружба?       — Хреновый повод для гордости. Но, я хотя бы к чужим девушкам не лезу целоваться.       — Женя Медведева вошла в чат, — Саша впервые за долгое время засмеялась.       — Все, отвали! Пойду хотя бы долежу то, что не дали доспать, — Аня, недовольно надув губки, забежала в свою комнату, все еще слушая раскатистый смех Трусовой.       — Значит, обсудить мои косяки — это всегда, пожалуйста, — Саша проследовала в комнату за девушкой, завалившись на кровать рядом, — А твои — все, тема закрыта.       — Я хотя бы не бегаю от своей девушки.       — А что ты делала в Питере, когда Алена донимала меня и Ками? «Где же Аня? А у нее все хорошо? Она мне не отвечает», — Саша пихнув в бок Аню, не прекращая улыбаться.       — Один раз — не пидорас! — Щербакова стукнула Трусову по голове, — А ты делаешь это каждый раз, если что-то идет не по твоему плану.       — Меня пугает количество нецензурной брани в твоей речи. Это, очевидно, передалось половым путем, — Саша искренне смеялась, желая побесить Аню. Она видела ее разной: счастливой, спокойной, безмятежной, недовольной, расстроенной, хитрой, сломленной, обессиленной, но ни разу в жизни — разожженной злостью, ненавистью.       — Конечно, еще скажи, что и тебе от Алены передалось…       — Ань, у нас Олимпиада, а ты такая спокойная, — Саша повернула голову на девушку, чуть слышно выдохнув, — Тебе все равно что ли?       — Вот именно! Я на Олимпиаде… Разве, это уже не чудо, учитывая Чемпионат России?       — Ты — Чемпионка Мира, кто бы тебя отцепил. А вот я…       — А ты получила серебро на ЧР, какие еще вопросы? — Аня знала, к чему клонит подруга, но возвращаться к заранее развешанным медалям не хотелось. Вообще, все, что касается выступлений на турнире, обсуждать желания не было, — Саш, Камила катает за себя, а ты — за себя. Откатай чисто и без лишних рисков. А ты хочешь и рыбку съесть, и на хрен сесть.       — Вот она — современная интеллигентная девушка. Я не хочу ни на кой хрен садиться!       — А чего ты вообще хочешь? И Камилу и золото? Первое у тебя уже есть, но ты сама нос воротишь. В итоге, рискуешь просрать все, — Аня неожиданно для Саши обхватила ее лицо руками, — В Ками Марк влюблен. Как тебе такое? А еще, к слову, Камила мне сказала, что сегодня идет на командник, но только ради Марка.       — Что ты несешь? — Саша схватила Щербакову за халат, притянув к себе, — Что ты сказала?       — Я говорю, что пока ты лежишь в моей кровати, Марк пользуется вашим разладом, — Аня шепчет в губы, ибо иного варианта нет. Хитрая улыбка сопровождала ее речь. Аня не боялась, что Трусова сорвется на ней, почему-то не боялась.       — Мы идем смотреть командник! — скомандовала Саша, соскочив с кровати, — Быстрее собирайся!       — А если я не хочу?       — Я скажу Алене, что ты ко мне приставала!       — Поняла! Собираюсь!                     ***                     — Ань, — Камила позвала девушку, — Присоединишься? — она указала на место рядом с собой и Семененко, — Поддержишь?       — Я на трибунах посмотрю, тут и без меня хватает людей, — улыбнувшись Камиле, а затем, бегло посмотрев на Семененко, Аня прошла вслед за Сашей, — И этот приперся.       — О, твой Женька! — Трусова лишь усмехается.       — О, твоя Камила и ее Марк! — быстро парирует девушка, недовольно закатывая глаза.       Саша не стала ничего отвечать, стараясь, не привлекая к себе внимания, следить за парочкой друзей. По крайней мере, Камила всегда говорила, что они друзья. Даже Саша умудрилась с Марком сдружиться, ведь он знал об их отношениях, иногда подшучивая над Трусовой. Так было и на Чемпионате России, когда они впервые пересеклись после Кубка Первого Канала, так было и на Чемпионате Европы. Саша лишь отшучивалась, говоря о том, чтобы парень не завидовал ей. Тогда она даже и представить не могла, что бьет в самую точку.              Камила сосредоточенно смотрит на лед, когда выступал Марк, восхищенно аплодируя, когда он завершил прыжковую часть. Все чисто! Она искренне гордилась своим другом, даже не подозревая, что их утренняя короткая прогулка, ее смех, а еще и новости о «расставании» с Трусовой — лучшая для него мотивация. Он бы хотел соответствовать этой уникальной девчонке, как ее окрестили в СМИ.              А еще она будто разминая шею, смотрела на трибуны. Саша… Ее девушка (бывшая, возможно) постоянно весело общалась с Аней. Да, именно с той самой Аней, которая долгое время была предметом обожания Трусовой. Несмотря на то, что они были в отношениях, а Аня четко дала понять, что ее интересует только Алена, Камила все еще ревновала каждый раз, когда видела их вместе. А тут, в Пекине, они еще и живут вместе! Конечно, это не их выбор, но все же, Камила не находила себе места. Она не особо была просвещена в то, как складывались отношения Щербаковой и Косторной (она себя ругает за то, что слишком мало общалась с Аней в последнее время, отдавая все силы тренировкам и Трусовой), а еще она не была уверена в самой Саше.              Наблюдать за девушками было жутко больно.              Марк откатал. Чистейшим образом! Камила гордилась другом, обхватывая его шею.              — Ты такой молодец!       — Если бы не твоя поддержка, я бы не справился, — на ухо шепчет Кондратюк, прижимая к себе Камилу. Совсем по дружески, думает она. Совершенно нежно и влюбленно — это точно знает Марк.              Аня, сидя на трибуне ледового дворца, все время старалась смотреть на лед, на выступающих фигуристов, конечно же, с целью извлечь опыт. Пока ничего интересного. Ничего такого, что она сама не могла бы сделать. Лишь изредка ее внимание привлекала Саша, недовольно ворча что-то о взаимодействие Камилы и Марка.              — Нет, эти объятия неприлично долгие, — выпалила Саша.       — Может себе позволить, ты сама ее бросила, — не отвлекаясь от проката, ответила Щербакова.       — Я ее не бросала!       — А теперь иди и скажи это ей, — Шома Уно полностью захватил внимание девушки своим прекрасным скольжением, пластикой.       — Твой Женя ей там что-то шепчет…       — Ага, — Аня зажмурилась, когда Шома зашел на аксель, — Скажешь, когда там Алена появится, и будет приставать ко всем. Тогда, я обращу на них внимание.       — Бесишь…       — Все вопросы к твоему раздражению и ревности — туда, — Аня изящно указала на место команды Олимпийского комитета России.              Саша недовольно фыркает, когда видит очередное милое взаимодействие Кондратюка и Валиевой. Сердце бешено стучит в груди. Желание подскочить с места, подбежать к сборной и поцеловать Камилу, чтобы другие знали, что она — принадлежит только ей, бесило Трусову. Но, все же, изо всех сил она держалась, нервно сжимая кулаки.              Короткая программа мужчин-одиночников закончилась. Марк — третий! Саша бы пошутила на этот счет, учитывая ее опыт быть третьей на стартах во взрослой карьере (Чемпионат России она искренне не берет в расчет, ведь одно падение Ани решило ее судьбу, по ее мнению). Да только не до шуток.       Все восхищены Марком. Он третий, но сразу же за монстрами фигурного катания — Нейтаном Ченом и Шомой Уно. Это действительно супер. Он выдал именно то, что от него ждали. Ни один здравомыслящий человек бы не поверил, что таких титанов, легенд фигурного катания, как Чен и Уно, можно обойти.              Намеренно медленно продвигаясь со своим чемоданом, Саша совсем чуть-чуть засматривается на Камилу. Ее девушка счастлива. Она весело общается с Марком и Женей, словно ничего не произошло. Глупый приступ ревности сковывает дыхание. Трусова подходит ближе.              — Ты — молодец! — улыбается она Марку.       — Спасибо, — довольная улыбка Марка ее бесит. Она идет дальше, но ноги словно ватные.       — Ками, ты идешь на тренировку? — тихо спрашивает Трусова.       — Я догоню, идите… — спокойно отвечает девушка, вновь окунаясь в общение с парнями.              Трусову воротит от ситуации, но она знает, что не имеет права схватить девушку и потащить за собой. Она сама виновата во всем. Она поставила эти чертовы границы.              — Довольна собой? — Аня ее ждала у выхода с основной арены.       — Безумно счастлива, — Саша внимательно посмотрела на подругу, — У тебя все еще есть шанс попасть в командник, спасибо Марку.       — Как и у тебя, между прочим, если ты прекратишь быть такой упрямой.       — Не смеши, Ань, — Саша быстро проскользнула в дверь, желая подавить внутри себя все свои эмоции. Сейчас бы ей меньше всего хотелось думать о командных состязаниях, а еще больше она хотела не думать о Камиле, которая дарила искреннюю улыбку другим. Точнее, другому.                     ***                     — Слушай, Камила, можно задать немного нетактичный вопрос? — Семененко выглядел нервным, но все же улыбался. Впрочем, она к нему уже привыкла, поскольку, проводя время в обществе Марка, девушка автоматом оказывалась в обществе Евгения, — Что ты думаешь насчет Ани?       — В смысле думаю? — Камила вспомнила тот краткий диалог между Щербаковой и Туктамышевой за одним из ужинов в Красноярске, — Ты это к чему?       — Она с кем-то встречается?       — Ну да… — Камила отвечала неуверенно, поскольку старалась контролировать свою речь, не желая выдать лишнего.       — С кем?       — Тебе это зачем?       — Хочу оценить свои шансы, — игриво ответил Женя.       — Их нет, поверь уж, — Ками чуть улыбнулась, — Если влезешь, я пробью твою симпатичную черепушку, например, коньком.       — Что ж там за такой парень, что мне все угрожают… — - Женя выглядел уверенным в своих силах, что не прошло мимо Ками.       — Понимающий такооооой… а еще верящий в Аню. Таких еще поискать надо.              Валиева быстро зашагала к выходу. Общаться с Семененко об Ане у нее не было желания, а разыгрывать нежные чувства с Марком перед Сашей уже не было смысла, ибо та ушла из здания. Нет, Ками искренне радовалась за своего друга, но максимально пыталась использовать ситуацию, чтобы побесить Трусову.              Впрочем, у нее получилось.              Когда Камила зашла в раздевалку, Трусову как ветром сдуло, на что фаворитке этого турнира пришлось лишь усмехнуться.              Тренировка прошла спокойно. Никто не ныл, не бесился. Никто лишний раз друг с другом не общался. Они же все-таки конкуренты на льду. Только Этери Георгиевна была в хорошем настроении. Уж она-то, как никто другой, уверена в своих девочках. Они точно займут весь пьедестал. Думать о сопутствующих обстоятельствах не хотелось. В конце концов, не Тутберидзе же заставляла их влюбляться, спать друг с другом.              — Камила, Саша, сюда! — командовала тренировкой Этери, — Ну, что вы как сонные мухи. Вот так, чуть пластичнее, а ты чуть увереннее, наглее. Давайте! Чтобы я поверила в вашу программу!              Камила смеется с жестов тренера, поскольку со стороны они и правда выглядят комичными. «Ну, да, попробуй так красиво сделать на льду, когда у тебя такое напряжение», — в своих мыслях девушка наглеет, но слова держит при себе. Еще больше ее смешит то, как Саша реагирует, повторяя движения Этери.              — Че такие довольные? — Этери осуждающе смотрит, скрывая улыбку, — Думаете, что попали на Олимпиаду и все, вам уже медальки подготовили?       — Дайте золото Аннушке, чтобы она от меня отвалила, — Саша продолжает смеяться, вызывая ответную реакцию у Камилы, — А в личке мы сами разберемся.       — С вашими разборками Щербакова станет Чемпионкой в личном зачете. Смотрите, как прыгает. — Этери чуть мотнула головой в сторону Ани, выехавшую с четверного лутца, — Вперед, работаем!              Саша и Камила мчатся в разные стороны катка, максимально сокращая время личного взаимодействия. Удивительно, но, не договариваясь, они сыграли перед Этери Георгиевной роль пары, у которой все хорошо. Каждая из них довольна собой. У каждой остались вопросы друг перед другом.                     ***                     Щербакова, хоть и ощущала поддержку от китайских болельщиков больше, чем все остальные фигуристы сборной России, все равно, время от времени скучала по тем, кто остался в родной Москве. Это и родители, и сестра, и друзья, а еще Алена. Она не помнит тот момент, когда Косторная стала важной частью ее жизни, человеком, который мотивировал бороться, но точно знает, что сезон 2020–2021 годов — это время, когда ей больше всего хотелось быть выше всех. И это получилось.        Она всю свою злость направила в спорт, преодолев сотни факторов, мешавших ей на пути в к цели. Она наконец-то обошла Алену по титулам во взрослых стартах. Она стала трехкратной Чемпионкой России, а вот международных титулов не было, в отличие от Алены. ФГП. Чемпионат Европы. Тогда она мечтала превзойти девушку, разбившую ее сердце. Стать лучшей на планете.              Сегодня перед Анной Щербаковой стоит совершенно иная задача — остаться той, кого ждут в Москве, включая Алену. Видимо, поэтому она смотрит на Семененко строго, без интереса, когда встречает его вместе с Сашей в компании Марка Кондратюка перед дверью номера Камилы.              — Что я тебе такого в жизни сделал, что ты так с ненавистью смотришь? — Семененко улыбнулся девушкам.       — Ну, так над дураками смеяться плохо, поэтому — ненависть, — быстро отвечает Саша, пока Аня соображает, что ответить, — Все, всем пока!       — Это уже решит Камила, — Марк быстро парирует, нажимая на кнопку, — Сейчас и проверим, кто дурак…              Дверь перед всем квартетом открывается, а Камила растерянно смотрит на всех четверых, пытаясь понять, что их заставило собраться всех вместе.              — Ну, все, всем пока, — Саша нагло проскальзывает под рукой Марка, — У меня важный разговор. Идите по своим делам.       — Что? — Валиева строго смотрит на Сашу, — Я иду с Марком. Я обещала погулять.              Девушка быстро проскальзывает мимо Трусовой, влетевшей в комнату, прижавшись к Кондратюку.              — Ками… — лишь выдавливает Аня.       — Я к тебе позже зайду, — быстро бросает Камила и уходит, держась за локоть Марка.       — А ты как смотришь на то, чтобы погулять? — Женя широко улыбнулся, обращаясь к Ане.       — Она на тебя даже не смотрит, — Саша потащила Щербакову по коридору, — Достал уже, если честно!       — Ревнуешь меня больше, чем Камилу, — вдруг произнесла Аня, когда Саша остановилась у их номера, нервозно прикладывая ключ-карту.       — Я тебя не ревную, — девушка открыла дверь, — Просто, я не хочу, чтобы Алена страдала. Я ее слишком сильно люблю.       — Думаешь, я бы поддалась каким-то подкатам Жени? — Аня недовольно посмотрела на Сашу, остановившись у своей комнаты.       — Ни тебе, ни мне, в принципе, нельзя доверять.                     ***                     — Куда ты отправил Женю? — Камила в очередной раз за пять минут убедилась, что Семененко рядом нет, хотя, изначально, они шли гулять втроем. Конечно, сначала планировалось погулять вчетвером, но Трусова даже не дала Ане возможности выбора.              Собственно, Ками уверена, что Аня и не расстроена. Уж кого, а ее лишние контакты с противоположным полом, особенно с Женькой, точно не устраивали. Это она уяснила еще с Красноярска.              — Спасибо, что не оставила, — Марк еле улыбнулась, притянув к себе девушку, — Не против, если я тебя поцелую?       — Что? — Камила не успела договорить, как ее губы нежно накрыли уста Марка, — Нет, — выдавила девушка сквозь невзаимный поцелуй, — Я люблю ее, прости…