Звёзды и камни

      Сто унций талой весенней воды. Дым прошлогодних листьев для запаха. Весенние трели птиц для слуха. Нежные стебли травы для осязания. Пронзительная синева чистого неба для зрения. Страница из отрывного календарика для разума. Бутоны местных подснежников для духа. И освежающий, бодрящий чай из мяты для вкуса.       Я пристально вгляделся в список ингредиентов, пытаясь найти в нём ошибку, но всё, вроде, сходилось. Оставалось лишь приготовить зелье.       Я встал со стола, приютившегося в углу сарая, устало потёр глаза и потянулся. За три эти дня обстановка вокруг претерпела небольшие изменения — в центре комнаты громоздился олений череп, в глаза которого были вставлены два кристалла природного праха. Рога зверя были украшены многочисленными рунами — всеми, что относились к жизни и природе. Угловатая вязь старинных языков едва заметно выделялась на белой кости.       Стол по мою правую руку был завален черновиками и расчетами — если кто думал, что магия это просто «щелкнуть пальцем и готово», он жестоко ошибался. Как и всякое серьёзное дело, она требует подготовки и холодного расчета. Особенно, когда речь идет об изгнании твари, размером с пассажирский самолёт.       — Что ты делаешь?       Я повернул голову. Янг стояла в проходе, скрестив руки и с любопытством смотря на меня. На указательном пальце её правой руки красовалось моё кинетическое кольцо — я так и не нашёл в себе сил потребовать его обратно.       — Готовлюсь, — спокойно ответил я, поворачиваясь к своим расчетам и хмуря брови, — хмм… Может всё-таки не талая вода?       В глубине леса, в самых тёмных уголках, всё ещё оставались грязно-серые пятна снега, упрямо отказывающиеся таять. Они были очевидным символом уходящей зимы, но сильнее всего зелье на их основе действовало бы месяц назад. Теперь погода поменялась и, по-хорошему, стоило поменять и ингридиент — но хоть убей, я не мог придумать ничего более весеннего.       Янг подошла ближе и заглянула через моё плечо, пробегаясь взглядом по моим записям.       — Хм… И что это значит?       — Это рецепт зелья, — рассеяно ответил я, барабаня пальцами по столу.       Девушка фыркнула:       — Я не могу его прочитать. Это что, какой-то секретный язык?       — Нет, — я мотнул головой и раздраженно взъерошил волосы, — это обычный английский. Ну, язык откуда я родом.       — Почему ты вообще разговариваешь на общем? — спросила Янг, обходя меня по дуге и присаживаясь на краешек стола, — в смысле, ты же из другого мира. Почему ты можешь говорить на нашем языке?       Вздохнув, я отодвинул записи в сторону — лучше я всё равно не придумаю. Прикрыв глаза, я вытянул ноги, откинулся на стуле и помассировал веки кончиками пальцев.       — У меня есть мысль, на самом деле.       — Ну? — спросила Янг, шурша моими черновиками.       Я кашлянул, прочищая горло:       — Представь себе Генерала-майора Тук-Тука.       Янг хихикнула:       — Имя мне уже нравится.       Я улыбнулся, всё ещё не открывая глаз.       — Тук-Тук это один из младших фейри. Роста в нём — на шесть дюймов, а выглядит он как маленький человечек со стрекозиными крыльями.       — Ты шутишь. — уверенно произнесла Янг.       Я приоткрыл глаз и покосился на неё. Девушка попыталась встретить мой взгляд и я сосредоточил внимание на её переносице. После нескольких секунд молчания, она сдалась:       — Ты не шутишь. Боги, у вас действительно есть крошечные летающие человечки? Это…       Она хлопнула себя по бедрам и повторила:       — Боги, Руби бы продала свою косу за такое.       Я фыркнул и снова прикрыл глаза:       — Тук-Тук хороший парень… Но не очень умён — так уж он устроен. Как то раз я попросил прикрывать мне тылы и он схватил занавеску, пытаясь прикрыть мне зад.       Янг звонко расхохоталась. Я улыбнулся, погрузившись в воспоминания:       — Как-то раз у меня гостил друг из другой страны, Саня. Они не говорят на английском — Саня его знает, но это не его родной язык. И Саня по ошибке назвал Тук-Тука домовым — духом дома, хранителем очага. Тук знатно взбесился и полчаса костерил Саню на его родном языке.       Стол скрипнул и Янг задумчиво засопела:       — И ты мне рассказываешь эту историю потому что…       Я открыл глаза и посмотрел на неё.       — Подумай, как существо с мозгами трёхлетки может в совершенстве выучить несколько языков? Я не знаю точно, как появляются меньшие фейри, но и английский — не его родной.       — То есть… — Янг сделала паузу и начала наматывать прядь волос на палец, — он… Учит язык магически?       — Я думаю что он вообще не учит язык, — я пожал плечами, — может он магический настолько, что просто хочет понимать меня и чтобы я его понимал. Остальное делает магия.       — И ты… — девушка сделала паузу и не договорила.       — И я, частично, зимний фейри, — поморщившись, признал я, — мантия Зимнего Рыцаря и вся эта ерунда. Возможно сработал какой-то похожий механизм. По крайней мере, это всё, что я могу придумать.       — Но я понимала и Молли, — задумчиво пробормотала Янг.       Я фыркнул:       — У неё всё ещё хуже. Зимняя Леди, забыла? Молли и из круга выйти не может, в отличии от меня.       Янг понимающе хмыкнула и несколько секунд мы провели в молчании.       — Это правда, — внезапно спросила она, — что однажды дерьмодемоны разнесли твою тачку?       Я открыл глаза, обернулся к Янг и со всей возможной серьёзностью произнёс:       — Я не хочу об этом говорить.       Янг маниакально захохотала. Переждав взрыв искреннего веселья, я встал со стула, наклонился и выволок из-под стола вместимый котелок.       — Раз ты такая умная, мисси, — с притворным раздражением сказал я, ставя котел на стол, — сгоняй в лес и набери сюда снега. Как можно больше, утрамбуй если надо.       Янг с легким неодобрением посмотрела на грязный котел и перевела взгляд на меня.       — Я не знаю откуда ты вылез, Гарри, но есть такая вещь как водопровод. Ты им уже пользовался.       — Боишься запачкать руки? — брякнул я и дёрнулся, запоздало осознавая двусмысленность каламбура.       Янг фыркнула и ухватилась за дужку котла.       — Да одной левой, — для демонстрации, она легко подняла металлическую ёмкость протезом, — талая вода-то зачем?       — Это символ весны, — с облегчением объяснил я, — и основа для зелья.       — Ты, — медленно произнесла Янг, поворачиваясь ко мне, — собрался варить зелье.       — Для ритуала, — согласился я, беря с полки старый пленочный фотоаппарат, завалявшийся у Тая неизвестно с каких времён.       Девушка мечтательно вздохнула и прошла мимо меня к выходу.       — Руби с ума сойдет от зависти.       — Ага, — согласился я, поднося фотоаппарат ближе и разглядывая стены сарая через объектив, — будет чем похвастаться.       — Будет, — с уверенностью заявила Янг.       Я согласно хмыкнул, выходя вслед за ней. Девушка передвигалась с непривычной глазу скоростью — вот она взяла короткий разбег, а вот метнулась, срывая стебли травы и в один миг перепрыгнула дальний забор и скрылась в лесу. Я лишь покачал головой ей вслед и направил фотоаппарат на синее небо. Кнопка тихо щёлкнула и прибор задрожал в моих руках, выводя фотокарточку из щели в нижней части корпуса. Я посмотрел на получившуюся фотографию и удовлетворённо кивнул — на фоне синего неба запечатлелся силуэт первой весенней птицы. Так было даже лучше.       Закончив с фотографией, я полез в карман за спичками и опустился на колени у заранее приготовленного костровища. Бумага занялась первой, а за ней последовали мелкие щепки и небольшие полешки. Скоро пламя взвилось в воздух, облизывая металлические стойки для котла. Скрипнули доски крыльца и я поднял голову, едва не встречаясь взглядом с Таем.       — Сколько ещё? — спокойно спросил он, опираясь на перила крыльца.       — Всё почти готово, — ответил я, пряча спички обратно в карман, — осталось приготовить зелье.       Несколько секунд, Тай глубоко дышал, смотря в весеннее небо.       — И ты уверен?.. — начал он и остановился, не договорив.       — Я уверен, что надо попробовать, — спокойно ответил я, — у людей должен быть город. Тварям, вроде ваших гримм, там не место.       Тай согласно хмыкнул и перевёл взгляд на меня.       — Ты знаешь, я могу открыть тебе ауру.       Я замер, пристально глядя на него.       Он продолжил, опираясь на перила:       — Гарри… Мы направляемся в самое логово гримм. Глинда собирается провести нас через технические туннели, но, рано или поздно, мы выйдем к академии. И там будет жарко. А ты, уж прости, не ровня охотнику в бою.       — У меня есть парочка трюков, — вяло возразил я лишь для того, чтобы не сдавать позиции окончательно.       — Вне всякого сомнения, — согласился Тай, — ты уверен, что этого будет достаточно?       — Нет, — я пожал плечами, — но и предложение твоё я принять не могу.       — Почему? — спокойно спросил стоящий на веранде мужчина, ожидая ответа.       — Я не могу, — честно сказал я, — если ваша аура как-то заменяет магию, я на это не пойду. И экспериментировать не стану.       — Для тебя это так дорого? — с интересом спросил Тайянг.       Я вздохнул и покачал головой.       — Я — маг. Я скорее потеряю ногу, чем с этим расстанусь. И кроме того, — я сделал паузу, задумчиво барабаня себя по бедру, — у меня слишком много нерешенных дел. Дел, которые можно решить лишь магией.       Тай задумчиво кивнул, принимая аргумент:       — Постарайся держаться в центре группы, — наконец, сказал он, — мы с Янг будем тебя прикрывать. Глинда возьмёт и Ублека с Портом. Это преподаватели Бикона. Надёжные люди, им можно доверить тайну.       Иногда, рассудительность Тая напоминала мне о Маке — чикагском бармене и моём старом друге. Они оба были спокойными, взвешенными людьми и оба обладали таким редким пониманием — способностью без споров и ссор принять чуждую для себя точку зрения.       Янг одним движением перескочила забор, легко держа в механической руке забитый снегом котелок. Я кивнул на стойки, она осторожно поставила туда котелок и отошла, вытирая руки о тряпку, висевшую на перилах лестницы. Я кивнул, прислушиваясь к шипению воды и сосредоточился, прикладывая пальцы к вискам. Первый ингридиент — трели перелётных птиц. Для того, чтобы использовать их в зелье, нужно было придать воспоминаниям форму, сделать их хоть чуть-чуть материальными. А для этого, нужна была лишь толика магии и хорошее воображение.       Я сосредоточился, вспоминая чистую и уверенную птичью песню, добавил в воспоминания ту самую толику магии и услышал птиц словно наяву. Песни сплетались в тонкие, едва ощутимые нити, висящие в моих руках. Осторожно, едва дыша, я опустил нити в котёл, позволяя им соскользнуть с рук, и снег, оставшийся внутри, тут же начал таять. Выдохнув, я осторожно порвал фотографию весеннего неба на маленькие клочки и бросил в котёл. Бумага растаяла, словно лед. Следом последовала зелёная молодая трава, страница из отрывного календаря, бутоны первых весенних цветов и бодрящий мятный чай из кружки.       Готовить зелье — не долгое занятие. Просто покрошить нужные элементы в определенной последовательности, дождаться кипения и снять с очага. Гораздо труднее — подобрать те самые ингредиенты. Напортачь и, в лучшем случае, зелье не будет работать. В худшем — и вовсе может случайно тебя убить.       Я наклонился, понюхал бриллиантово-зелёную жидкость и брезгливо отшатнулся — присутствие Зимы в моей душе едва не заставило меня расплескать зелье по земле. Невидимый зимний зверь во мне испытывал глубокое отвращение к результату — а это значило, что результат был тем, что нужно.       — И это надо пить? — подозрительно спросила Янг, принюхиваясь к жидкости, — ну… Пахнет неплохо.       — Нет, — я покачал головой, — нужно будет это поджечь.       Девушка подняла на меня недоумённый взгляд:       — Это вода и кучка мусора. Чему тут гореть?       Я ухмыльнулся и скрестил руки на груди:       — Магия.       Янг фыркнула и закатила глаза. Тай за моей спиной тихо засмеялся. Резко мотнув головой, девушка вздохнула и нервно повела плечами.       — Ну так что, значит, мы готовы?       — Глинда уже предупреждена, — Тай потянулся, разминая затёкшие плечи, — Мы отправимся в город на следующее утро.       Янг замешкалась, поднимая взгляд на отца.        — Думаешь, у нас получится?       — Не уверен, — её отец кивнул в мою сторону, — спроси у Гарри.       — Он тоже не уверен, — с лёгким раздражением ответила Янг.       — Никто не уверен, — с лёгкой улыбкой ответил ей Тай, — ни ты, ни я, ни Гарри, ни Глинда. Но что нам из-за этого? На месте сидеть?       Выдохнув, Янг размяла плечи и с вызовом посмотрела на отца:       — Нет. Смахнёмся ещё раз?       Тай одним движением перемахнул через перила и размял костяшки.       — Что, думаешь в этот раз тебе повезёт?       — Думаю, что ты слишком самоуверен для старика.       Я фыркнул, подхватил котёл за ручки и потащил его в сарай. С этих двоих сталось бы его опрокинуть.

***

      Всё тот же старый паром доставил нас обратно в доки осаждённого города. В отличие от Патча, колоссальный порт кипел активностью. Прибывали корабли с грузом, рыболовецкие суда и даже небольшие яхты — почти все они сгружали содержимое трюмов в город. Парочка пассажирских лайнеров были пришвартованы в стороне, выгружая цветастые колонны гражданских.       — Глинда и наши охотники отбили ещё одну часть города, — с гордостью пояснил мне Тай, ступая на гладкий бетон причала, — пара дней, и там снова можно будет жить.       — Так что это, — я указал подбородком на колонну беженцев, — они возвращаются домой?       — Они возвращаются домой, — согласился со мной Тай, поудобнее перехватывая ручку котелка. Его крышка была плотно примотана скотчем, а бока отмыты от сажи.       Честно говоря, отмывать котёл нужно было до того, как я сварю в нём зелье — но об этом я как-то не подумал. Кивнув, я последовал за Таем по бетонной дорожке. Янг шла за нами, нервно сжимая и разжимая металлическую руку. Кое-как мы забрались в ждущую нас машину — я уселся на заднем сиденье, подальше от двигателя и всякой электронной ерунды и полностью сосредоточился на том, чтобы держать эмоции под контролем. Чем я спокойнее, тем меньше шанс, что в машине закоротит что-то от моего чародейства.       К моему облегчению, это сработало, а водитель и вовсе не заметил моего отрешенного состояния, всю дорогу болтая с Янг. Машина остановилась у уже знакомого мне здания библиотеки и я по широкой дуге обошёл голографические фонари. Глинда ждала нас у двери — коротко поздоровавшись, она провела нас к своему кабинету, где нас ждали два других человека. Уже знакомый мне Ублек с раздражением расхаживал из одного угла кабинета в другой, что-то бормоча себе под нос и делая быстрые как молния росчерки в блокноте. Рядом стену подпирал пожилой мужчина с внушительным пузом, не менее внушительными бакенбардами и вызывающими уважение усами. Он напоминал отставного британского солдата времён колонизации Америки — даже его одежда походила на мундир старого образца. За его спиной покоился здоровенный мушкет. Из приклада торчали два не менее здоровенных лезвия, превращая оружие в какой-то жутковатый гибрид с топором. Мужчина насмешливо топорщил усы, наблюдая за своим товарищем.       — Господа, — спокойно произнесла Глинда, закрывая дверь, — мы готовы начать.       — Разумеется, — с нескрываемым раздражением ответил Ублек.       Не успел я моргнуть, как он остановился передо мной и ткнул меня в грудь указательным пальцем.       — Вы, мистер Дрезден, только что подвергли сомнению все события, так или иначе зафиксированные нашими историками. Вам есть что сказать в своё оправдание?       Я развёл руками:       — Я не специально?       Ооблек раздраженно фыркнул, бросил ядовитый взгляд в сторону Глинды, коротко кивнул Таю и Янг и отошёл к стене. Пузатый старик гулко хохотнул и хлопнул себя по бедру.       — Ну что же ты, Ооблек! Подумай о перспективах!       — Перспективах? — раздраженно переспросил Ооблек.       — Перспективах, — согласился с ним старик и подкрутил ус, — только представь себе. У старых и скучных историй появилась новая трактовка! Каждый факт — повод для сомнений! Повод для повторного исследования! Только представь себе!       — Я вижу перспективу выбросить учебники истории на свалку, — с раздражением ответил ему Ооблек, — равно как и свою диссертацию. Это не шутки, Порт. Если мы не знаем нашего прошлого, как нам двигаться вперёд?       — Ты преувеличиваешь, — Порт лениво закрутил ус, — и уж точно винишь в этом не тех людей. Магия была здесь и до мистера Дрездена, и до того, как Глинда разъяснила тебе ситуацию. То, что нас посвятили в эту тайну — возможность, а не наказание.       Ооблек по-птичьи склонил голову на бок:       — Возможно. Но я всё ещё раздражён.       — Это пройдет, — отрезал Порт и направился ко мне, протягивая руку, — Питер Порт! Очень рад знакомству, мистер чародей!       — Просто Гарри, — я улыбнулся, зараженный энтузиазмом Порта.       — Просто Питер, — ответил мне он и тут же переключился на Тая и Янг, — а, семья Сяо Лун…       Я покачал головой и двинулся к Глинде. Она внимательно посмотрела на меня, словно взвешивая, можно ли мне доверять. Я фыркнул:       — Мы уже зашли слишком далеко, чтобы останавливаться на полпути.       — Верно, — признала она, поджимая губы, — но мистер Дрезден. Это одна из реликвий города. Его символ. Историческое наследие и память о прошлом.       — И именно поэтому он мне нужен, — я согласно кивнул и опёрся бедром на стол, — это — символ того, что люди сражались, сражаются и будут сражаться с гримм. Символ упрямства, упорства и победы. Он нужен мне для ритуала.       Глинда тяжело вздохнула и её плечи опустились. Она развернула пакет, лежащий на столе и аккуратно передала мне старый меч в потёртых ножнах. Я осторожно закрепил его на поясе, так, чтобы ножны не бились по ноге. Глинда приподняла бровь.       — Я думала вы не пользуетесь мечами.       — Стражи пользуются, — я мотнул головой, — ну, наша магическая полиция. Да и я не в первый раз беру в руки легендарные мечи.       Глинда слегка улыбнулась:       — Ну что же, это успокаивает.       Прокашлявшись, она резко постучала по столу, привлекая внимание собравшихся.       — Мы собрались здесь с одной целью — уничтожить виверну. Мистер Дрезден уверен, что сможет… Изгнать её. Наша задача — обеспечить его безопасность на подходах к академии и во время ритуала. Выиграть время, любой ценой. В случае неудачи… Мистер Дрезден?       Я кашлянул, скрестил руки за спиной и обвёл всех взглядом:       — У меня нет ауры — как некоторые из вас уже знают. У меня есть пара трюков — я крепче, быстрее и ловче обычного человека. У меня есть магические щиты. Я могу пользоваться магией — но я всё ещё остаюсь слабым звеном. Если я получу ранение или погибну на подходах — вы отступаете. Если мы доберёмся до места ритуала…       Я сделал паузу:       — Если всё пойдет по плану, гримм не смогут приблизиться ко мне. Я буду заперт с драконом… С виверной. Но я могу ошибиться. Ритуал может сорваться. И если я скажу вам бежать — бегите как можно быстрее. Не останавливаясь.       — Ваша… магия настолько разрушительна? — осторожно спросил меня Ооблек.       Я криво ухмыльнулся.       — Если я начну ритуал, дракон не уцелеет, так или иначе. Просто если он сорвётся — вам понадобится новая башня связи.       — Мистер Дрезден! — Глинда повысила голос.       Я дёрнул плечом:       — Такова плата.       — Ты можешь умереть! — резко произнесла Янг, обращаясь ко мне.       Я рассудительно кивнул.       — Да, это может случиться.       Янг скривилась и с раздражением скрестила руки на груди:       — Почему… Может ты сможешь научить своему ритуалу кого-нибудь другого? В смысле тебе не обязательно лезть туда без ауры и…       Тайянг молча положил руку на плечо дочери и Янг умолкла, раздраженно сжимая и разжимая кулаки. Я усмехнулся и покосился на девушку.       — Ну, спасибо за беспокойство.       — Да… — Янг прервалась и покачала головой, — да, не в этом дело, Гарри. Ты не охотник. Ты не должен сражаться с гримм. Это наша обязанность. Наш долг. Зачем мы тогда вообще тренировались все эти годы, если сейчас…       Она снова прервалась, покраснев и шумно переводя дыхание. Первым, недолгое молчание нарушил Питер Порт. Он оттолкнулся от стола и подошёл к Янг, становясь напротив неё.       — Это очень похвально, мисс Сяо Лун, — сказал он, шевельнув усом, — похвально, что вы развили в себе ответственность. Похвально, что вы начали понимать — ремесло охотника это обязанность, а не развлечение.       Янг подняла на него взгляд и криво улыбнулась:       — Однако?..       Порт хохотнул и его живот содрогнулся, как сноп сена, обтянутый подтяжками.       — Однако, мисс Сяо Лун! Борьба с гримм — долг всего человечества. Мы не стоим от него отдельно. Мы часть его. Чем будет охотник, если шахтёр не добудет ему прах? Если портной не сошьет ему одежду? Если повар не приготовит ужин, а дозорный — не предупредит о гримм? Бороться с гримм — не наш долг, мисс Сяо Лун. Наш долг — быть на острие этой борьбы.       Порт ненадолго замолчал. Его седые усы дрогнули, скрывая улыбку:       — Не отталкивайте тех, кто может помочь. Кто знает, как помочь. Даже если при этом они рискуют своей жизнью. Уважайте их право.       Янг встретилась с профессором взглядом и медленно, неуверенно кивнула. Ооблек прошёл мимо Порта и дружелюбно похлопал коллегу по плечу.       — Ах, риторика. Ты опять бросился в неё с головой, Питер.       Порт развернулся к коллеге и хлопнул себя по животу.       — Барти, если мы не можем говорить красиво, зачем же нам вообще говорить?       — Правда, — признал Ооблек и наклонил голову, покосившись на Янг, — вы нервничаете, мисс Сяо Лун. Это нормально. Мы все нервничаем. Но оставить ситуацию на самотёк мы не имеем права. Академия — символ нашего города. Мы не можем отдать его гримм.       — Я понимаю, — серьёзно ответила Янг, проводя рукой по волосам, — я просто… Просто мне всё ещё кажется что это всё — слишком много для меня.       По кабинету зашелестели смешки. Тайянг запрокинул голову и коротко рассмеялся, Порт гулко хохотнул, Ооблек хмыкнул, по-доброму смотря на Янг, а Глинда прикрыла рот рукой. Улыбнувшись, я высказал Янг то, что так развеселило нас всех:       — Добро пожаловать в клуб.

***

      Проблемы начались ещё в дороге. Наш автомобиль — крепкий военный грузовик с тяжелыми шинами и открытым кузовом — гнал по расчищенной дороге, ведущей к подножью скалы, на которой возвышалась академия. Я стоял в кузове, крепко держась за перила и смотря в небо. С небес на меня смотрели уродливые создания, напоминающие древних птеродактелей. Они кружили над нами словно грифы, изредка пикируя, пытаясь обозначить атаку. Ни Порт, ни Янг, стоящие рядом со мной, не обращали на них внимания.       — Эти слишком трусливы для драки! — прокричал Порт мне в ухо, — они ждут других!       Я огляделся по сторонам. Многоэтажные дома вокруг нас уступили место пригородам — магазинчикам, аккуратным коттеджам, построенным под одну копирку, небольшим паркам. Всё это напоминало мне богатые районы Чикаго — расчищенные от следов промышленной лихорадки, аккуратные и прилизанные. Теперь дома были заброшены, кое-где виднелись следы пожаров, а иногда, встречались горелые остовы летающих машин. Дорога была расчищена очень грубо — на обочине то и дело встречались мятые и раздавленные автомобили. Их спихнули с трассы, давая тяжелой технике проехать в город.       Стоящая по правую руку от меня Янг до белизны сжала губы. Ветер нещадно трепал её волосы, превращая их то в золотистый шлейф, то в яркий, солнечный нимб. Она встала ближе и наклонилась, перекрикивая ветер и рёв двигателя.       — Здесь был главный путь эвакуации. Я… Помню, я была в одном из грузовиков. После того, как…       Её металлическая рука внезапно задрожала, тонко звеня по металлическим перилам в кузове.       — Я не боюсь, — резко сказала она, поймав мой взгляд, — Я… Я вспоминаю.       Я молча кивнул. Янг выдохнула, заставляя себя успокоиться, и бросила взгляд на Порта. К счастью, её преподаватель не обращал на нас внимания — он с хищным прищуром целился в далёкие силуэты, скачущие по крышам домов.       Уже знакомые мне волкоморды пёрли на нас по верхам. Целая стая двигалась с целеустремлённостью лавины, карабкаясь на стены домов, прыгая или несясь по дороге. Каждый волкоморд смотрел только на наш грузовик. Их алые глаза двигались на нас россыпью постоянно двигающихся точек, неестественно ярких на фоне чернильно-чёрных тел.       Мушкет Порта оглушительно рявкнул и ближайший волкоморд в один момент лишился головы и шеи. Его труп завалился под ноги собратьям, вызвав небольшую давку. Порт коротко хохотнул и сделал ещё один выстрел.       — Подождите пока мы не въедем в тоннель! — выкрикнул он в паузах между выстрелами, — уж там повеселимся!       Я завертел головой. Впереди, в паре сотен метров, дорога уходила в тоннель в скале. Наверное, раньше он был освещен — теперь же на белых стенах играли лишь отражения от фар нашего грузовика. Спустя несколько секунд в глубине тоннеля зажглись и два других огня. Они двинулись вперёд с оглушительным рёвом и наружу вывалился огромный, в два этажа ростом, медведь. Медведь-гримм, с костяной башкой, напоминающей таран, с когтями, способными вскрыть грузовик как консервную банку и с пастью, способной заглотить меня целиком.       Гримм не успел и взреветь — дверь нашего грузовика распахнулась и профессор Ооблек встал на подножке. В одной руке он крепко сжимал палицу, в навершении которой я с удивлением узнал его термос. В другой был зажат искрящий кристалл праха. Коротко размахнувшись, Ооблек подбросил кристалл и ударил по нему палицей, как заправский бейсболист. Кристалл вспыхнул в воздухе и как маленькая ракета мелькнул в воздухе, попадая прямо в пасть демоническому медведю. Гримм закрыл челюсти, зашипел словно колоссальных размеров покрышка и зашатался. Ещё секунда и его брюхо вздулось и лопнуло, а наружу полез плотный камень серого цвета. Скала росла как живая, разрывая создание изнутри, врастая в землю и превращаясь в причудливую статую, на которую была натянута шкура несчастного гримм. Ооблек торжествующе вскинул руку и скрылся в салоне, захлопывая дверь.       Покачав головой я повернулся назад. Гримм успели здорово нас нагнать — самые шустрые твари были уже в десятке метров от кузова. Порт гулко хохотал, отстреливая одну тварь за другой. Янг стреляла с двух рук — её дробь косила меньших гримм как траву. Я подошёл ближе к краю, крепко ухватился за поручни и сунул руку в поясную сумку.       Весеннее зелье было не единственным, что я сварил за эти дни. То, что покоилось в отдельном кармашке сумки, было черно как уголь. Я варил его чёрной, безлунной ночью на основе битума и мазута, добавив сломанные очки для зрения, старые наушники для слуха, дистилированной воды для вкуса и обоняния. И как только мы въехали в пространство туннеля, я бросил стеклянную бутылку перед наступающими гримм.       Хрупкое стекло треснуло и зелье вылилось наружу непроглядным, чернильным пятном. В считанные секунды оно разрослось, занимая всё пространство туннеля и отсекая выход — теперь стены освещал лишь свет фар грузовика. Гримм ворвались в тёмный туман без всякого страха и вылетели с нашей стороны слепыми и глухими. Тут же они сбились с дороги, врезаясь в друг друга и в стены, злобно бросаясь на всё, что попалось на пути. Координированная погоня превратилась в яростную схватку слепых, глухих и бесчувственных. Зелье липло к ним клейким следом, закрывая глаза и уши, и яростный вой зверей отразился от стен тоннеля.       — Гарри! — выкрикнула Янг.       Я вскинул руку с браслетом над головой и вовремя — надо мной, на невидимой поверхности щита, распласталась жуткая тварь. Она походила на ската-манту, тех что показывают по National Geographic. Треугольной формы, размером с одеяло, она лежала на щите, а тысячи крошечных зубов на её внутренней поверхности бессильно скребли по воздуху, пытаясь добраться до меня. Я ткнул в её сторону раскрытой рукой, сбивая тварь телекинетическим ударом и содрогнулся — попади такой в объятья и почувствуешь, каково быть яблоком в тёрке.       Больше и больше товарок этой твари начали отваливаться от стен и потолка тоннеля и пикировать на нас. Янг и Порт открыли по ним огонь, я же выставил вперёд посох и что есть мочи выкрикнул:       — Ventas servitas!       В туннеле задул ветер. Я взмахнул воздухом по кругу и ветер сложился в воронку, затягивающую внутрь тварей позади нас. Со скрипом и шелестом жуткоманты сорвались прочь и завертелись, врезаясь в стены и друг в друга. Я отважился глянуть вперёд — там созданий гримм изничтожал настоящий шторм из вырванных телекинезом кирпичей. Жуткоманты падали на землю как чёрно-белые тряпки и тут же оказывались под колёсами грузовика, обращаясь обратно в эктоплазму. Я снова обернулся назад и едва не потерял равновесие — грузовик резко затормозил у неприметного технического прохода. Я схватил с пола сумку с оленьим черепом и котелок с зельем и спрыгнул на бетонный пол. Уцелевшая жуткоманта попыталась обернуться вокруг моей ноги. Я ткнул в её сторону пальцем и буркнул:       — Infriga!       Конус холода проморозил тонкую шкуру твари, превращая её в замёрзшую тряпку. Янг с мстительным удовольствием спрыгнула на замороженную тварь, разбивая её на мелкие кусочки. Порт соскочил следом за ней, крепко сжимая свой мушкет и воинственно глядя по сторонам. Ни одна тварь поблизости не шевелилась — большая их часть лежала на земле как мокрые тряпки, истекая тёмным дымом. Некоторые и вовсе прилипли к стенам, свисая с них рваными занавесками. Глинда, Тайянг и Ооблек вышли из кабины, становясь вокруг нас полукругом.       — Мы не станем двигаться дальше, — коротко произнесла Глинда, внимательно вглядываясь во тьму тоннеля, — основная станция тоннеля полна гримм. Они уже почуяли нас.       — Технический проход? — Ооблек посмотрел на металлическую дверь в стене, — он выведет нас в хозкорпус во дворе. Нехорошо — в воздухе над академией кружат неверморы.       — Неверморов предоставьте мне, — я сунул руку в ещё один карман сумки, бережно ощупывая лежащий там амулет, — это их отвлечет.       — Чудесно! — Порт хлопнул меня по спине и я сделал шаг вперёд, пытаясь удержать равновесие, — просто замечательно, Гарри!       Я раздраженно дёрнул плечом и Порт фыркнул, как довольный и сытый морж:       — Настоящая магия, Барти! Ты видел? Ха, вот в эту историю точно никто не поверит.       — Потому что ты не будешь её рассказывать, Питер, — кисло ответил Ооблек, подходя к двери и рывком распахивая её на себя, — потому, что всё это секретно и никогда не попадет в учебник.       Тайянг покачал головой и первым вошёл в проход, зажигая химическую лампу. Глинда последовала за ним, следом — всё ещё переругивающиеся Порт и Ооблкек. Я зашёл последним, запирая дверь за собой. Янг чуть толкнула меня плечом, встала на цыпочки рядом с дверью и ухватилась за крюк на дверном косяке. С шелестом, из косяка выдвинулась плотная металлическая полоса, полностью перекрывающая вход.       — А, — я пригляделся внимательнее, — это чтобы не выломали?       — Ага, — ответила Янг, разворачиваясь и подсвечивая себе путь фонариком, — слишком крупный сюда не пролезет, а слишком мелкий — не пробьется.       Я понимающе хмыкнул и поспешил за ней, таща котелок и пакет с черепом в обеих руках. Посох покоился у меня за спиной в перевязи, а древний меч с каждым шагом бил по бедру. Мы прошли по тёмным коридорам, нагоняя остальных. По обеим сторонам изредка попадались двери, ведущие в брошенные караульные помещения, гардеробные и небольшие залы, забитые незнакомыми мне приборами.       — Здесь дежурили дорожные рабочие и служба безопасности Бикона, — пояснил мне Тайянг.       — Безопасности? — с недоумением переспросил я, заглядывая в одну из комнат. Её стены были заставлены множеством шкафчиков, а на полу лежал забытый всеми комбинезон, — у вас тут полно охотников наверху. Зачем она вообще нужна?       — Например, — спокойно заметила Глинда, обернувшись и посмотрев на Янг, — следить за тем, чтобы все студенты находились на территории корпуса после отбоя.       Девушка беззаботно фыркнула и тряхнула волосами:       — Я ни о чём не жалею.       Губы Глинды на короткий миг дрогнули и она отвернулась, снова глядя вперёд. Янг довольно прищурилась и пихнула меня локтем. Я лишь закатил глаза.       Коридор вывел нас в широкий атриум, одна из стен которого была сплошь занята лифтами. Тени играли на потолке с каждым движением лампы Тая, но помещение было пусто — лишь лежали на полу забытые вещи и мусор. Глинда прошла мимо лифтов и отворила неприметную дверь, за которой начинался лестничный проём.       — Приготовьтесь, — сказала она, глядя на нас, — подъём затянется надолго.       Я прикинул высоту скалы, на которой стояла академия и тяжело вздохнул. Тай хохотнул и первым ступил на лестницу, а мы последовали за ним.       Проем за проёмом, ступень за ступенью, мы поднимались наверх. На потолке и стенах плясали тени от лампы Тая и фонарика Янг. Порт и Ооблек затеяли перепалку, обсуждая какое-то событие из далёкой древности — "великую" или "Великую" войну. Глинда молча поднималась наверх, думая о чём то своём. Я недовольно тащился вперёд, изредка перехватывая кульки и давая рукам отдохнуть. Янг шла за мной, порой оборачиваясь во тьму пролётов позади. Я слышал лишь эхо наших голосов и звуки шагов. Впереди и позади всё было чисто.       Спустя полчаса непрерывного подъёма, мы вышли в просторную комнату. В одном из её углов находилась небольшая кухонька, в другом — мастерская. Тусклый солнечный свет пробивался через закрытые окна. Снаружи раздался пронзительный, отвратительно звучащий крик — словно кто-то провёл мелом по школьной доске. Моя спина мигом покрылась мурашками и я злобно посмотрел на потолок.       — Неверморы, — спокойно прокомментировал Тайянг, останавливаясь у двери наружу, — мы все готовы? Никто не хочет отдохнуть?       — Нет, — я поморщился, пережидая ещё один крик, — всё в порядке.       — Тогда приготовьте свою магию, — Глинда шагнула вперёд, становясь рядом с Таем у двери, — Неверморы атакуют нас, как только увидят.       Я ухмыльнулся, перехватил кулёк одной рукой и сунул руку в карман сумки, доставая оттуда амулет. Деревянная фигурка невермора, купленная в магазине, была покрыта кучей маленьких рун и каждая из них относилась или к воздуху, или к полёту. К крыльям фигурки были привязаны чёрные как ночь вороньи перья. Покрепче ухватив её в кулаке, я переглянулся с Тайянгом и кивнул. Тай нажал на ручку двери и мы все рванули вперёд, вываливаясь из дверного проёма на улицу. Я тут же оказался в центре — Порт и Ооблек обошли меня с обеих сторон, прикрывая с флангов, а Янг осталась позади.       Тут же, небо над нами разорвали крики потревоженных Неверморов. Как чудовищные гаргульи, создания гримм срывались с башни над нашими головами и поднимались в воздух, кружа над нашими головами и оглашая округу адскими воплями. Первый из стаи — огромный и уродливый птиц, размером с бизнес-джет сложил крылья и начал пикировать на нас.       Я вытянул фигурку невермора над собой и направил в неё энергию. Руны коротко вспыхнули от прилива энергии и я сжал руку, ломая хрупкое дерево и перья и бросая игрушку на землю. Неверморы рухнули следом. Воздух перестал держать их туши, крылья потеряли способность парить на считанные секунды — но этих секунд мне хватило с избытком. Как пернатые кометы, неверморы обрушились на землю, с грохотом ломая деревья, крыши зданий, оставляя глубокие воронки в земле. Секунда и мой амулет потерял свою силу. Секунда и грозные летающие твари превратились в горки переломанных перьев и костей.       Я уж было собрался праздновать победу, как вдруг заметил что ни одна из тварей не собирается растворяться. Более того, неверморы начали шевелиться, поднимаясь на ноги, хромая, но всё же двигаясь вперёд. Вперёд и прямо на нас.       — Бежим! — выкрикнула Глинда.       И мы побежали.       Мимо заброшенных стендов с закусками, мимо забытых клумб и пустых скамеек. Мимо разбитых фонарей и брошенных транспортников — прямо к одинокой башне, на вершине которой застыл заточённый в камень дракон.