Семья Цзян в лице меня и моего молодого отца

Солнце, говорят, светит всем одинаково, Но будто бы лучей не хватает лишь на тебя.

Время ведь идет, а твоя жизнь все хуже,

И не к кому прислониться душой об душу.

И чувство, будто ты во всем мире лишний,

Плохо уже так, аж хочется вскрыться.

Милая, но в жизни есть не только боль.

Но ведь не всегда жизнь бывает такой,

Давай, выбирайся из этой дыры!

***

      Цзян Чэн стоял в тени дерева и ожидал Цзинь Цзисюаня возле университета.       — Цзян-сюн, Цзян-сюн! — подбежал Не Хуайсан.       — Что случилось? — поймал он запыхавшегося друга.       — Цзян-сюн, я даже не знаю, как тебе об этом сказать…       — Давай уже, не тяни резину.       — Даге только что привез меня сюда и… Цзян-сюн, он сказал, что начал с кем-то встречаться… я даже оторопел, от его слов, он сказал, что это мужчина!!       — Так, дыши, Хуайсан, все хорошо, все живы.       Хуайсан слегка стукнул ему веером и фыркнул.       — А тебе все шутки шутить! Сейчас не будет смешно, ты даже не представляешь, кого он посадил в машину!!       Цзян Чэн напрягся, чуть-чуть приоткрывая рот. У него уже были догадки на этот счет. Он прекрасно видел и знает, к кому Не Минцзюэ активно пытался подкатить на протяжении полугода.       — Ага. Ага. Знаешь, да? Это был Лань Сичень!       Цзян Чэн тяжело вздохнул и решил сесть на лавочку, переваривая информацию. Догадываться это одно, а знать это другое.       — Тц… быстрый он какой…       — Даге?       — Да нет же… Я не о нем.       — О, Не-сюн! Ты тоже с нами? — к ним подошел довольный Цзинь Цзысюань.       — А? Вы куда? - шокировано поинтересовался Хуайсан.       — Цзян Чэн, а ты чего такой кислый? - вздернул бровь Цзинь.       — Ко мне, в большом пруду купаться. Среди лотосов, Хуайсан. Раз уже ты тоже тут, поехали с нами. — он перевел взгляд на Цзиня — ничего я не кислый, по дороге расскажу.       — Знаешь, это вообще-то теперь и мой дом тоже. - ухмыльнулся Цзысюань.       — О, как я вовремя сдал зачетку… - выдохнул Хуайсан.       — Н-да уж, такого павлина рядом терпеть. Ты тоже проставить успел практику, Не-сюн? — спросил Чэн.       — Я прям так и вижу, как ты терпишь меня, ага. - покосился на него Цзинь.       — Разве ж с Даге не успеешь…       Цзян Чэн и Цзысюань рассмеялись вдвоем. И подошли к машине Чена, которую ему только недавно подарил отец. Фиолетовая Ferrari FF с рыже-золотыми дисками и тюнингом в виде грозовых туч и молний на капоте.       — Хуайсан, тебе укачивает на заднем? — спросил Чэн, складывая сидение своей машины, чтобы один из них сел назад.       — Я? Нет, не укачивает. В-вы же не будете сильно гонять?       Цзян Чэн с Цзысюанем переглянулись с ухмылкой. А Не Хуайсан тяжело сглотнул, пролезая назад, чтобы меньше видеть. Хотя он и так планировал зажмуриться и побледнеть до состояния трупа от страха.       — А вы уже знаете, да? Вэй Усянь экстерном закончил два курса сразу и уехал куда-то в другую страну. - сказал Хуайсан, пока еще был в силах говорить, а машина еще стояла на месте.       Цзян Чэн обернулся назад, пристегнувшись.       — Скатертью дорога.       К этому моменту он уже знал, что некий Мэн Яо причастен был к покушению по мнению следака, но так же он сдал с потрохами Вэней. Что-то по типу банды наемников. Возможно Сюэ Ян к этому тоже был причастен, но у него нашлось алиби на тот день. А Вэй Усянь? А кто его знает, был ли он там замешан или нет. Его-то имя вообще не упоминалось.       А Цзысюань нахмурился.       — Куда же он так спешил?

***

      Лето выдалось действительно жаркое, и пруд с цветущими в нем лотосами хорошо прогрелся, несмотря на холодные ключи в нем.       Хуайсан лежал на прогретых солнцем досках, которые смочил водой, чтобы не прожариться. Цзян и Цзинь брызгались друг в друга водой, подшучивая друг над другом и переодически брызгая уже искупавшегося Хуайсана.       —О-о-о, как хорошо, Цзинь-сюн, давай еще, а то я нагреваюсь.       Цзинь и Цзян переглянулись с хитрецой, а Не Хуайсан покачал головой им, ожидая от них пакости и как бы мысленно прося «Не надо!». Но было поздно и его окатили нескончаемым потоком воды, да так, что он даже закашлялся.       Через час брызг Яньли принесла им нарезанного арбуза и дыни, а рядом шла Иньчжу.       — Сестра, ты ведь в положении, ты не должна…       — А-Ли не нужно… — начали хором ребята, но Яньли их перебила.       — Так! А ну не делайте из меня инвалида. Я все еще в состоянии ходить!       — Но А-Ли, это тяжело же…       — Это - всего лишь один поднос, вы слишком сильно меня опекаете, мальчики. — она распушила мокрые волосы сразу двоих, отчего один вздохнул, а другой закатил глаза. В этот момент Иньчжу прыснула со смеху.       А вечером они развели костер, и сделали на нем чаю. Притащили коробочки лотосов и макали семена в сахарный песок. А Цзисюань достал гитару и играл знакомые им всем песни. Яньли, Цзян Чэн и Цзысюань пели. Хуайсан и Иньчжу смотрели на них с улыбками.

***

      Новая съемная квартира отдавала холодом. Вэй Ин в ней жил один. От Сюэ Яна не было вестей с тех пор, как он попрощался с ним в машине Су Ше. Вэй Усянь первым делом записался к тому врачу, чтобы решить проблему этой зависимости. Но даже его советы и лекарства мало помогали, голова трещала и гудела, словно он попал между двух музыкальных железных тарелок. Кости выламывало так, что создавалось ощущение, будто суставы выварачивает кто-то другой. Будто бы в квартире он не был один. И кто-то каждые пол часа начинает пытаться сломать ему каждую кость его организма. От еды тошнило, даже пить воду не получалось абсолютно. Что-то было с этим врачем не так, еще немного и он либо поедет головой окончательно либо просто умрет от этих мук. Но была одна проблема. Этот врач не поставит его на учет, как наркомана. Если такое случится о карьере и хорошей жизни можно будет забыть. Что-то было не так с его лечением. Симптомы эти таблетки убирать помогали, но от зависимости не спасали. Будто бы ему приложили подорожник ко лбу, когда температура 39. Кстати, температура тела и давление тоже скакали из крайности в крайность. То он охлаждался сильно и замерзал, то мучался от температуры. Да и вообще вестибулярный аппарат подводил, было ощущение, что он на палубе маленького кораблика в океане по середине шторма.        Вода дома закончилась, так что он кое-как оделся дойти до магазина. Время было на часах 23:00. Хотя ему было все равно, он давно уже потерял счет времени.        На улице уже было темно, весь район спал. Тем лучше, глаза не будут болеть хотя бы от этого.       — Эй, красавчик, куда это ты намылился? — послышался окрик сзади.       Усянь натянул капюшон по сильнее и ускорил шаг, не обращая внимания на провокации. Ему ли не знать, как надо грабить людей? Некстати вспомнились времена, когда они что-то подобное делали с А-Яном, когда жили в детском доме, чтобы получить деньги на конфеты. Усянь хоть и был усыновлён, но всего лишь на три года до совершеннолетия, и все равно не почувствовал, что такое семья. Им было вообщем-то плевать, лишь бы он не доставлял проблем, и получал деньги только на самое необходимое.       — Ну подожди же ты, куда же ты! — раздался тот же голос от молодого парня.       — Эй! Мы знаем, таких как ты! У нас есть то, что тебе так нужно! — раздался другой голос.       И Усянь обернулся, вглядываясь в два силуэта в темноте.       — И что же по-вашему мне нужно?       — Что, парень, кости выламывает, а? Руки зудят? — ехидно спросил второй. — Мы дадим тебе кое-что, но на одном нашем ма-а-а-аленьком условии. «Черт. Очень плохо. Нужно бежать. Пробегу столько, сколько смогу в этом состоянии.»       — Он удирает! Хватай его! — Эй! Парень, эта наша территория и нечего было тут шляться по ночам!       Последнее, что он почувствовал — это сильный удар в голову и звук битого стекла.

***

      Вэй Ин очнулся в продымленной комнате с мигающим синим цветом. Из колонок лилась какая музыка типа техно-транс. Рядом было около 10 человек в этой же комноте. Кто лежал, кто сидел, кто курил какую-то химозную хрень. Его голова была уже перебинтована.       — О! Очнулся! Смотри, Сюаньюй, он выглядит лучше, чем до этого.       Вэй Ин еще раз огляделся и рассмотрел комнату, где царил бардак, а еда была даже на полу на коробках из-под пицц. Мо Сюаньюй был растрепанным мальчишкой с каре, младше его, с желтыми глазами, он чем-то отдаленным ему напомнил… кого-то из той жизни. У кого-то были похожие черты лица. Он никак не мог это вспомнить.       — Где я?       —Чш-чш-чш, расслабься, теперь все хорошо, мы уже вкололи в тебя, теперь все в порядке, получай удовольствие. — теперь Вэй Ин наконец-то смог рассмотреть второго человека с улицы. Это был парень с короткой стрижкой и светло-коричневыми глазами. Черты лица у него были похожи на первого.       — Вы — братья?       — О-о-о, а ты глазастый — удивился Мо Сюаньюй, заинтриговано подползая к нему и смотря прямо в глаза. «Он… хочет поцеловать меня?!?»       Усянь напрягся и чуть отполз от него по-дальше.       — Что вы в меня вкололи? И зачем?       — А, простенькое, не волнуйся. И как зачем, парень, у тебя ломка была, так и кони двинуть можно. — кареглазый оперся на свое колено и чуть придвинулся к нему, — Знаешь, сколько раз я такое видел?       — Но ведь я лечился от этого всего! А ты взял и все испортил!       — Эй, не кричи, перебудишь всех, так не лечатся от этого, чтоб все тело тряслось вот так, — Сказал тот, кого назвали Мо Сюаньюем и спарадировал Вэй Усяня.       — Помнишь, что мы тебе говорили о маленькой услуге? — произнес кареглазый.       Усянь судорожно сглотнул.       — Ты переспишь с нами за это. Ты красивый, да, Сюаньюй?       — Угу, очень красивый.       Усянь побледнел от ужаса, оглядывая всех людей в комнате.       — Не-не-не, это только нас с Сюаньюем касается, этим ребятам мы такое сладенькое не дадим. «Пиздец влип…»       Все было, будто в смутном мареве. Они раздели его прямо там в этой комнате, где вокруг были другие спящие и накуренные тела. Все, что Вэй Усянь видел - это член одного, затем член другого. Вот ему запихивают в глотку первый и туда же кончают, следом идет второй, который только что вынули из него же.

***

      — Навещай нас по чаще, мы всегда тебе отсыпем, — выкрикнул из открытого тонированного окна черной машины с заниженной подвеской один из парней и подмигнул ему следом.        Усянь скривился. Первое что он сделал, когда пришел домой — это выкинул одежду. А затем сразу залез в горячую ванную, губкой едва не сдирая с себя кожу. Затем он наглотался лекарств прочищающих организм. За эту ночь и так достаточно чего белого и склизкого наглотался, и это были не наркотики и не еда.       А затем он сел на диван и разревелся. Единственное, что ему пришло сейчас в голову — это позвонить его, единственному сейчас доступному, другу.       — Алло, привет, Лань Чжань.       — Привет, Вэй Ин, что у тебя с голосом? И что это за номер?       — Лань Чжань, ты можешь подсказать врача, который может помочь с зависимостью…?       — Вэй Ин, что случилось?       — Это очень длинная и плохая история, Лань Чжань… Я потом тебе ее расскажу…       — Я могу завтра тебя познакомить с врачом.       — Я… пока еще в другой стране, я не знаю, как я смогу вообще приехать, честно говоря.       — Давай я куплю билет тебе и встречу тебя в аэропорту.       Усянь очень удивился настолько беспокойным ноткам в голосе своего друга.       — Но, Лань Чжань, я не хочу, чтобы ты за меня платил…       — Это не обсуждается, я вышлю тебе номер билета сообщением. Распечатаешь его в аэропорту, — а сейчас в голосе проскальзывали стальные нотки. «Лань Чжань настолько уверен в своем решении… похоже мне не удастся его переубедить.»       — Как скажешь, но я верну тебе эти деньги потом.       Удивительно, насколько ему стало легче после разговора с ним. «Он ведь и вправду обо мне всегда беспокоился, и как окружающие не замечают, какой он на самом деле?»