Встреча, дом и безразличие

Я резко развернулся на сто восемьдесят градусов и застыл на месте в немом шоке. Стоя в прихожей, я смотрел на Катю. «Что за…». Я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что ровно секунду назад я был далеко в лесу, прыгал и веселился, как маленький ребёнок, хотя скорее зайчонок, и вдыхал полной грудью морозный воздух хвойного леса, даже привкус этого запаха остался на языке. — Катя? — выдавил я слабым от волнения голосом. На миг мне показалось, что я не выходил на улицу, что это всё моё больное воображение, но мокрые концы домашних штанов и лёгкая боль в ногах говорили об обратном. — Где ты был? — спросила Катерина тихо и с дольками волнения в голосе. Я попытался собрать свои мысли: — Сколько времени? — спросил я, проигнорировав вопрос. — Без двадцати минут два. «Почти два часа я скакал по лесу? Хотя, может, и все три, во сколько я ушёл?». Я пытался переварить всë в своей голове. — Оля? — спросил я. — Спит, — сказала наша гостья, — печка горит, если что. — эти слова звучали очень неуверенно, будто извиняюще. Я провел рукой по лицу. — Спасибо большое … — искренне поблагодарил я, — можешь идти спать, уже поздно. Катька посмотрела на меня странным взглядом, кажется, все её эмоции просто перемешались. Выждав немного, она поднялась в комнату моей сестры. Я пошёл на кухню. Подкинув еще раз в печь, я набрал воды в чайник. Сна не было ни в одном глазу. Обессилено я опустился на деревянное кресло. Мышцы отдавали слабой болью. «Это уже не первый раз…» Эта мысль проскочила в моей голове со скоростью молнии. Вчера было то же самое, вчера я тоже был ночью в лесу, и, кажется, прошло пару секунд, и зазвонил будильник, ни как я дошёл до дома, ни как в него попал, я не помнил, сейчас произошло то же самое. «Лес. Ромка и Бяша..... — я вспомнил что-то ещё — ведь там я тоже просто шёл, а через секунду был далеко от них, в глубине леса». — Что со мной происходит? — задал я себе этот вопрос. Лёгкий свист чайника прервал мои мысли. *** Выпив чаю, я поднялся на второй этаж. Заглянув в комнату Оли, я проверил, спят ли девочки. Во сне они выглядели ещё милее и беззащитными, особенно Оля. Тихо прикрыв дверь в комнату, я пошёл к себе и лёг на кровать. Простынь и одеяло были прохладными, что одновременно успокаивало и бадривало. И, наверное, именно это заставило думать не только о себе, но и своей больной голове: «Ну где же мама? Она точно должна была уже вернуться. Тут что-то нечисто. Стоп..... А где я веник прое… кхм, потерял?»