Ангелы миллениума

- Ни слова. Пит, ковырявшая носком кед мостовую перед зданием ливерпульского порта, даже забросила своё чрезвычайно интересное дело. Под перезвон множества тонких браслетов, овивающих её запястье, она замахала рукой, обрисовывая форму волос своей спутницы. Диана, которая от напряжения никак не могла закрыть сумку, тряхнула уложенными волнами каштанового цвета. - Это всего лишь бальзам. На время отпуска. Не привыкай особо. - Тебе идёт. Очень идёт. - Каштановый – мой природный цвет. Но закрашивать седину тёмными цветами слишком – затратное дело. Оставь эту тему, Питронелла. Что ты нам приготовила? У любого человека найдётся особо остро раздражающий триггер. У Пит – это было звучание её полного имени. Достойный противовес к её навязчивому отношению к прошлому Дианы. Но, на самом деле, Пит была единственным человеком из, относительно, недалёкого прошлого Дианы. - Два билета на паром до Дублина и двухместный номер в отеле «Семь» на целую неделю. Погуляем по городу, поездим по Ирландии. Найдём себе приключений. В отеле хороший ресторан и бар. Завод по производству виски «Джеймсон» всего-то в паре миль от отеля. - Я так думаю, что этот факт стал основным в плане выбора отеля? Обтерев вспотевшие ладошки о коротенькие джинсовые шортики, Пит нервно хохотнула. - Честное слово, Ли, я не собираюсь обвивать вокруг тебя кольца зелёного змия. Опустив чемодан на землю, Диана приблизилась к молодой женщине и запахнула её белую джинсовую жилетку на груди, прикрытой тонким чёрным топом. - На воде будет прохладно. - Лучше изображай тётушку. Документы могут проверить при заселении. Пит хотела возразить о том, что белая шифоновая рубашка тоже не согреет на морском ветру. Но сейчас лучше не подкалывать откровенно раздражённую спутницу. В конечном счёте, это первый отпуск за несколько лет. Они знакомы давно. И их отношения уже давно перешли грань обычных партнерских отношений. Им не раз приходилось изображать родственниц, благо, скульптура лица позволяла. Правда, не во время отдыха. А в делах более тонких. На морском ветру лёгкая голубая юбка обвилась вокруг голеней Дианы. Море пахло горечью и солью, вторя её настроению. Паром неспешно, позволяя любоваться, плыл по Ирландскому морю. Июньский штиль совершенно не радовал глаз. Лучше бы буря, чтобы даже её серебряное колье с бирюзовыми подвесками звенело от кидающих паром волн. Правда, в бурю они и не поплыли бы. - Диана, ты явно думаешь не об отдыхе. - Это был тяжёлый год. Отпуск пришлось буквально выгрызать зубами. А я ещё потребовала все отгула приписать к нему. Ещё это дело внука миссис Свон. - А, это которую убил брат несостоявшейся невестки? - У тебя память лучше моей. Я не запоминаю всех своих «клиентов». Вся возня вокруг хорошей квартирки. На несчастье парня захотело навариться ещё одно общество. Мне слов не хватает, чтобы описать, как сейчас полиция носится со всякими сектами. У меня результаты культурологической экспертизы на двадцати листах расписаны. А весь секрет оказался попросту в промывке мозгов и отъёме жилья. - Так в чём там дело? Я вообще слышала, что это самоубийство? И причём здесь твой отпуск? - Это «самоубийство» произошло буквально за два дня до отпуска. Парень просто искал «кружок по интересам». Для моральной поддержки. Сама подумай: любимая оказалась меркантильной тварью, её брат – убийцей. А убил он единственного родного человека. Но ему не повезло. Он попал в секту, где промывали мозги, давили на чувство вины и заставляли отписывать квартиры. Один такой «промытый» и убил Свона. Но я справилась. Жестом отогнав девушку, разносившую прохладительные напитки, Пит наклонилась поближе к Диане - Тебя действительно беспокоят события двухнедельной давности? - Нет, вовсе нет. Меня беспокоят события трёхмесячной давности. В Ливерпуле я показала исследования Эйске Харукавы относительно Сетцуны Хонджо всем профессорам на медицинской кафедре. - Какая в том нужда? Ты ведь сама разбираешься в медицине. - У меня есть основания считать мои знания устаревшими. Разве нет? Не сравнить практикующих профессоров с завязавшей много лет назад медицинской сестрой. Но даже они не могли объяснить результаты исследований. Самое любопытное, что сразу несколько профессоров высказали предположение, что болезнь создана искусственным путём. - Сразу несколько независимых друг от друга профессоров? Действительно интересно. Но давай не думать об этом. Хотя бы неделю. Оглянись назад. Там уже видны огни Дублина. *** Кого винить в собственной наивности? Пит, как карманная собачка на привязи, аж целых два дня была такой лапушкой. Кушала куриный супчик со шпинатом на обед и послушно ходила за Дианой хвостиком по всем экскурсиям по Дублину. Вдвоём они осмотрели тюрьму Килмэнхем, под сетования экскурсовода об ужасной судьбе борцов за независимость Ирландии. Потом они довольно мило покормили лебедей в парке Святого Стефана. И с любопытством, как и Ди, изучала Тринити-колледж и проявила необыкновенную осведомлённость, когда Диана попросила посмотреть Келлскую книгу. Пит вместе с ней на завтрак трескала мюсли с черникой и блинчики в меду. В их номере активно использовался заварник и кофейный аппарат. Только раз они «согрешили», позволив себе поздним вечером целый мясной пирог со шпинатом и сыром под чашечку горячего шоколада. Но в ту ночь они пошли на кладбище Гласневин. В общем-то, после этой, на удивление, умиротворяющей экскурсии, Диана потеряла бдительность, что позволило Пит пойти в разнос и затянуть за собой товарища. Оставалось радоваться, что знаменитый дублинский замок, национальный музей, зоопарк и собор святого Патрика они посетили, находясь в трезвом уме. Буквально. Стоило-то всего повестись на уговоры Пит, что нельзя не проверить клише об алкогольной жизни в Ирландии. Ну хотя бы сходить в музей Гиннес. Да, все проблемы начались с бокала пенного, который дают в музейном пабе в обмен на билет. Но это того стоило. Паб является лучшей смотровой площадкой в городе. На счастье, но к разочарованию Пит, в музее виски дегустации нет. На счастье, и к разочарованию Дианы, в нём был функционирующий бар и сувенирный магазин на третьем этаже. В баре нашлось утратившее популярность, но необычайно вкусное медовое вино. В конечном счёте, пара сувенирных бутылочек болтались в дамских сумочках на выходе из музея. Конечно же,несколько подогретые алкоголем до стадии «пьяненькая девушка самая красивая, сексуальная и лучше всех танцует» они продолжили увлекательный третий день своего путешествия на вискикурне «Джемисон». Час экскурсии пролетел незаметно в приятной компании экскурсовода, так увлечённо рассказывавшего о старинном фасаде здания и перегонных кубах, что к моменту окончания экскурсии и началу дегустации они сроднились с милым парнем и тот предложил продолжить знакомство где-нибудь в районе Темпл бар, по иронии, находящегося недалеко от их гостиницы. И на утро после посещения одного из баров района Диана сильно сомневалась, что Пит интересовалась старыми театрами, что располагались в этом районе. Скорее уж её интересовал паб двенадцатого века. Прекрасный как рассвет юноша-гид любезно отводит их в один из пабов. Не старый, но приличный и ухоженный. Он откровенно заинтересован в Пит, а Диана пребывает где-то на фоне. Но в этом баре весьма обходительный и общительный бармен. Он каким-то чутьём психолога от Бога определяет в расслабленной от алкоголя Диане офицера полиции. Та врет, что является сержантом в отделении Уайтчепела. Киан пускается в рассказы о своём кузене, который является инспектором в Гарда Шихана. Он отточенными и профессиональными движениями готовит ей кловер клаб, пока рассказывает об участии кузена в деле «Хатч-Кинахан». Киан очень интересный рассказчик. А рассказать ему есть что. Тем более слушателю, который готов его услышать. Он уверяет, что после академии его брат попал в группу, расследующую исчезновение Филиппа Кэрнса. Забавно, ещё одно громкое дело Ирландии. Вот такое у судьбы чувство юмора. Как-то незаметно разговор свернул к скромной персоне Дианы. Киан всего-то спросил про то, насколько верно утверждение, что первый труп никогда не забывается. Да, Диана его прекрасно помнила. Красавец-мужчина, молодой инженер. Супруг её сокурсницы. Она стояла в коридоре и причитала: «Ой, я не могу»! А он кричит. Ему больно. Это она, Диана, вливала в него через шприц водку. Он отключится. Забудется. Их туда кинули. Молодых, непокорных и языкатых. Это она, и такие как она, ходила за ним. Смотрела, как красивый не так давно мужчина превращается в чудовище. Удалили лимфоузлы. Их нет, и нарушилось кровообращение. И нос уже как-то сдвинулся, увеличился раза в три. И глаза другие – разошлись в разные стороны, в них потусторонний свет появился. И выражение, будто оттуда уже кто-то другой выглядывает. Жёнка его пришла только на похороны, просила показать его лицо, в последний раз посмотреть. А при виде грохнулась наземь без чувств. Диана её уже тогда презирала. Она сама была замужем. И не молчала, продолжала распускать язык, в надежде, что её отправят к нему. Взгляд Киана ненадолго отрезвляет. Как и его вопрос о том, сколько же Диане на самом деле лет. Честно, умных и сообразительных людей она уважала всегда. И уверена, что тот мысленно уже прикинул её возраст. Но наверняка она этого так и не узнала. Ватная нега чуть отступила. В голову ввинчивались звуки. Не музыка из проигрывателя и звон бокалов под весёлые разговоры. Крупный парень оттеснил гида и активно подкатывал к Пит, пока его товарищ прижимался к молодой женщине со спины. Потом, насколько помнила Диана, была драка. Такое обычное барное месило из тел, с синяками на рёбрах, вырванными клоками волос и разбитой мебелью. Потом они с Пит убегали по ночным улицам Дублина. Запрыгнули в какое-то припозднившееся такси и приказали увезти их подальше от города. Вот так Диана и оказалась на берегу Ирландского моря в Киллини. Мягкие лучи рассветного солнца проникали сквозь смеженные веки и раздражали мозг своей назойливостью. Где-то на краю сознания ютилась мысль больше никогда не пить. Куда же подевались опасения скатиться обратно в саморазрушающий запой? И откуда он только тогда взялся, если после пары коктейлей Диана ощущает себя древней развалиной. Выброшенная на берег труха, у которой нет даже сил подняться и нормально окунуться в тёплые волны, чтобы вымыть песок из самых труднодоступных мест. Бледно-голубое муслиновое платье неприятно прилипло к коже. - Ли, мне кажется, что прошедший день был самым насыщенным. - Если ты не собираешься везти меня в Лукан, то просто заткнись. Диана грустно вздохнула. Пит звучала весьма бодро и даже довольно. Что ж, когда-то и она сама была молодой и все невзгоды переносила с оптимизмом и надеждой на лучшее. - А что там в Лукане? Это ведь недалеко? - В другую сторону от Дублина, чем укатили мы. Сульфидные минеральные воды там. Снижают кислотность, обладают желчегонным эффектом и помогают при тяжёлых отравлениях. Всё для такой старухи, как я. По шороху песка можно было предположить, что Пит нашла в себе силы подняться и сесть. Тень от её крепкого мускулистого тела легла на лицо Дианы, закрывая её от солнца. - Давай искупаемся в море, поедим и поедем туда. Это же по моей вине мы вляпались в историю. - Как бы не пришлось платить за эту доброту. - Но ведь весело же было. Отмыв вещи от песка, женщины позволили себе поплескаться нагишом в море, пока не было спешащих урвать кусочек лета туристов. Кафе только открывались, но курорты славятся своей терпимостью к странным персонам. На двух помятых женщин никто и не посмотрел. Разве что порадовались обширному заказу, призванному унять похмельную муть. - Почему я не могу заказать вон тот торт, шоколадный, украшенный вишней? О, или вот те «корзиночки»? Видишь, вон в витрине кондитерской. Диана с изумлением посмотрела на Пит. Её половина стола выглядела так, словно корова слизала всё его содержимое. Диана же всё ещё ела свою половину яичницы с беконом, закусывая одинокой, спасённой с общей тарелки плюшкой с орехом пекан. - Ты уничтожила все плюшки. И блинчики с ягодами тоже. Уменьшила вдвое блины с маслом и сахаром и блинчики с виноградом и мёдом. Половина графина с персиково-мятным сиропом тоже в тебе. Не многовато ли? - Ты всё ещё злишься за наше ночное приключение? - Пит, я даже не поняла, что произошло. Подлив себе сиропа, Пит как-то агрессивно махнула рукой. - Этот Лукиан, оказывается, задолжал местным парням некоторую сумму. Да он тут ни при чём, на самом деле. Меня приняли за его девушку и предложили ему расплатиться мной. Сама знаешь, по долгу службы, подогретые алкоголем мало кого слушают. Вот всё и кончилось дракой. И почему ты не сказала, что умеешь драться, ты так отделала того байкера. Думаю, он долго будет подсвечивать себе дорогу фонарём под глазом. - Кажется, перед этим я попросту оттаскала его за бороду. Вот скажи мне, душа моя, как мы вернёмся за вещами в Дублин, а? Не будут ли нас там дожидаться байкерские колонны? Вопреки опасениям, Дублин встретил их самой обычной суетой большого города. Не искушая судьбу, женщины собрали необходимые вещи и отправились в известный бальнеологический центр. После третьего дня в Дублине Пит была паинькой. Ровно сутки.Через день пребывания в Лукане Пит пробирается к Диане во время процедуры по принятию хлоридных ванн. - Ли, у меня тут состоялась интересная беседа. Ты слышала что-нибудь об озере Лох-Ней? - Это самое крупное пресноводное озеро Великобритании. Но оно в Северной Ирландии. А мы находимся в самой Ирландии. - Ты верно чуешь, что я зазываю тебя туда. Всего сто десять миль, и мы в одном из самых загадочных мест Северной Ирландии. Помотав головой, Диана ниже опустилась в ванную. - Нет уж. Хватит с меня мистики и чудес. Сыта этим по горло. Я отдохнуть хочу. - Неужели твои детективные навыки не хотят развеять поволоку тайны? Я беседовала с парой. Их друг два года назад, совершенно успешный и счастливый, абсолютно ни с чего утопился в озере. И не он один. Неужели ты не желаешь разобраться? На носу Пит красовалось пятно от черничного крема. За завтраком она выиграла кусочек чернично-инжирного торта. Радовалась как ребёнок. - Вот почему мы не можем поехать в гурманское турне? Это бы я ещё поняла. С чего тебя на мистику тянет? - Сейчас всех на мистику тянет. Это модно. Но позволено не всем. Ну пожалуйста, Ли. Может ты всё же сумеешь доказать, что чудес на самом деле не так уж и много. *** - В течение трех веков замок Массереен оставался заброшенным, пока двадцать восьмого октября тысяча девятьсот двадцать второго года здесь не устроили празднование Самайна. И в ту же ночь вспыхнул пожар. Люди с ужасом смотрели на окна на верхнем этаже, где от боли и страха кричала горничная. Её удалось вытащить из огня, но она умерла от ожогов. С тех пор в замке время от времени видят женщину в белом платье. Местные жители верят, что существует таинственная белая леди, считают её появление сатанинским пророчеством, предвестником чей-то смерти. Жилистый ирландец, всего-то на пол головы ниже Дианы, был их гидом. Глядя на него, Диана испытывала странные чувства. Он ей нравился. И вместе с тем не нравился. Невероятно красивый мужчина, чьи чёрные волосы мягкими локонами были зачёсаны назад. Жёсткий рот придаёт ему стоический вид, но светло-карие, до янтарного блеска, глаза, выражают печаль. Изумительный портрет в купе с высокой переносицей. От этой красоты было сложно отвести взгляд, хотя умом та же Диана понимала, что что-то в этом очаровании есть неестественного. Но экскурсионная группа, полная женщин, кажется, не разделяла её настороженности. - Лох-Ней на ирландском означает «озеро Дагды», Озеро бога земледелия и изобилия. Местная легенда гласит, что озеро создал Финн МакКул. Говорят, он зачерпнул горсть земли, чтобы бросить ее в Шотландию, но земля не долетела до острова и упала в Ирландское море — так появился остров Мэн. А на месте, где Финн МакКул зачерпнул землю, возникло озеро Лох-Ней. - В Ирландии очень много мест, появившихся благодаря Финну. Только при звучании голоса Пит, Диана поняла, что они стоят на пристани злополучного озера. Обернувшись, Диана скептически посмотрела на приятельницу. И, кажется, успела уловить, как очаровательный гид мазнул по ней взглядом. - Вы правы, мисс. Севернее нас лежит знаменитая Дорога Великанов. А южнее озеро Берг – красное озеро. Финн убил монстра, который успел поживиться несколькими людьми. В Ирландии дорожат своими героями. Посмотрите вокруг. На берегах озера нет крупных городов. Только деревни и колоритные городки, руины старинных замков и следы десятков древних кельтских святилищ с алтарями. Поймав вновь взгляд янтарных глаз мужчины, Диана демонстративно стрельнула глазами в гостиницу на холме, что стояла на противоположном берегу Сикс Майл Уотер. Улыбнувшись, мужчина перешёл по каменному мосту на другую сторону города, как раз к каменной гостинице. - Понятно, что раз были жертвенные алтари, то были и жертвы. В жизнеописании святого Патрика, просветителя Ирландии, говорится, что до его прихода на остров там ежегодно устраивались празднества с человеческими жертвоприношениями в честь Кром Круаха; тому есть много письменных подтверждений греческих и римских историков. Кроме того, документально подтверждено, что в Средневековье на берегу озера священники устраивали казни еретиков. Известно, однако, что в Средние века Лох-Ней пользовался не только дурной славой: воды озера считались целебными, поэтому отовсюду сюда сходились больные проказой и другими тяжкими болезнями, жаждущие исцеления немощные и калеки. Но, что ни говори, репутация у места в целом довольно мрачная, то и дело что-то случается: то внезапно ветер налетит и озеро заштормит, поднимутся страшные волны; то пластиковую, считавшуюся непотопляемой моторную лодку в воронку засосет, то благополучный во всех отношениях клерк как загипнотизированный войдет в одежде в воду и утопится, не обращая внимания на крики пытающихся его отговорить и спасти; тонут хорошие пловцы. Но, может причина в заведениях, подобным этому. Демонстративно похлопав по стене гостиницы, гид продолжил менее загадочным тоном, прекратив пытаться напугать собравшихся женщин. - Типичная для Ирландии старенькая гостиница со своим баром. Пиво Гиннес в свободной продаже. Может, вот и вся магия? Дверь гостиницы резко распахивается и в дверях показывается мужчина в фартуке бармена. Он чуть выше их знакомца. Высушенный и жилистый. Он производит впечатление зверя. От него, кажется, слышится даже какой-то животный запах. Но, странно, Диане он почему-то симпатичен больше, чем гид. И дело не во внешности. Этот мужчина более нетипичен. С острыми чертами лица. А глаза его такого густого карего оттенка, что кажутся винными. - Диармайд, прекрати лапать стены. Красавец-гид отдёргивает руку от побелённой стены, словно под недовольным взглядом бармена она становится нестерпимо раскалённой. - Прошу прощение за своего товарища, дамы. Он крайне щепетилен к своему рабочему месту. Туристы порой бывают крайне невежественны. Что ж, здесь и заканчивается наша увлекательная экскурсия по мистическим местам Антрима. - Правда было увлекательно? А этот Диармайд очень мил, тебе не кажется? А ты ехать не хотела. Едва сдерживая улыбку, Диана, решительно дёрнув дверь, вошла в гостиницу, чей первый этаж занимал бар. Словарный понос Пит может тянуться часами, особенно когда она взволнована. А Диармайд её чрезвычайно взволновал. - Эй, Ли, ты куда? - Стало интересно, сколько ту на самом деле мистики. Диармайд натолкнул меня на мысль, что всё, как это и бывает, на самом деле просто. Хочешь выпить? Не отказавшаяся от угощения Пит с удовольствием попивала виски с устрицами, укоризненно косясь на Диану, которой словоохотливый бармен откупорил бутылочку редкого в Англии «Мальта Гиннесс», безалкогольного сладкого пива, которое, обычно, продают в Африке, Малазии и странах Карибского моря. А ещё Кухулин знал кучу всяких страшилок. В том числе и об озере. Но вот про них, в отличие от легенды об ирландском волкодаве, что защищал Антрим, он отзывался очень скептически. - Я не видел, но рыбаки уверяют, что однажды едва не столкнулись с драконом, который вовремя поднырнул под их лодку. После этого понеслось. Сразу повылезали свидетели, что видели в водах что-то длинношее и быстрое. - Не хотят ирландцы уступать шотландцам хоть в чём-то. Даже свою Несси нашли. Усмехнувшись, Лин качнул головой в сторону в сторону уже порядком набравшейся Пит. И ведь утром будет как стёклышко! И, быть может, не одна. Рядом с ней крутилось очередное нетрезвое туловище. Пит ещё молода и её тяжёлая жизнь, на самом деле, была полна страхами и ограничениями. Она стремится побыстрее, пока годы не начали брать своё, вкусить все наслаждения жизни. Даже такие сомнительные, как алкоголь и лёгкие наркотики. Стоит восхититься её выдержкой. Что стоило этой проныре утянуть Диану в секс-тур в тот же Тайланд или Мексику. Ну или куда поближе. В Нидерланды, скажем. Из задумчивости Диану вывел лёгкий стук стекла о столешницу и сладкий запах клубники с лёгкой кислинкой лайма. Остролицый бармен опустил перед ней бокал с, кажется, клубничным «Дайкири». После чего, не скрывая заинтересованности, указал на Пит. - Она очень обаятельна. Это природный талант. Уверен, она без труда очарует здесь любого и этот любой ради её одобрения жизнь отдаст. - Это устрашает, не так ли? Ей вновь повезло на сообразительного собеседника. Пит по полной использовала свои чары, принося пользу делу Дианы. Пит, о чём стоило помнить, была вхожа туда, куда сама Диана доступа не имела. И в этом провинциальном баре, затянутом плотным туманом, она ощущалось своей в доску. С ней откровенно флиртовали парни и охотно танцевали девушки, пока Диана потягивала «кровавую Мери», сидя на своём месте. Но не претендуя на компанию. В развесёлом угаре новый знакомец Пит утягивает её на улицу, в свежесть ночи, свободную от запаха пота. Плотный туман разгоняли фонари рыбацких шхун, но если подняться вверх по холму, то белая вата облаков оказывается под ногами, закрывая целый город от неё. С ней бутылка ирландского виски, нетрезвый парнишка и звёздное небо. Парень, чьё имя Пит не сделала себе труда запомнить, уже ковырялся с ширинкой, покраснев от натуги. - Не, давай не на траве, эта куртка штуку стоила. Хмельной мозг не распознавал вербальных сигналов. С членом наголо, до этого момента, приятный знакомец, сделал пару шагов по направлению к рефлекторно завизжавшей Пит. И никто не посмел бы сказать, что у неё не было на то права. С одной стороны находился мало знакомый мужчина с неизвестно как работавшим пропитым мозгом. С другой – обрыв холма, до которого, как оказалось, было два шага. Да, Пит шагнула с укрытого предательским туманом края. Она падала неправдоподобно долго, неуклюже болтая в воздухе ногами и руками. Вывести её из состояния ужаса могло только покашливание над ухом и тёплые руки, придерживающие её. В какой-то паре сантиметров от её лица находилось очаровательное лицо Диармайда. Из тумана выплыло белое и испуганное лицо Дианы. Бледно-голубые глаза то и дело обращались к небесам в безмолвной мольбе. - Это же дракон! Он существует! Пит показалось, что она немного протрезвела. До этого момента она и не думала, что можно кричать шёпотом. Рядом с Дианой словно бы материализовался из воздуха тот скуластый бармен и посмотрел наверх. - Фоули, да? Ещё один любитель поссать на бережку. Всё в полном порядке, дамы. Так людям и мерещатся всякие «драконы». Это всего-то брокерский мираж. Пошатнувшись, Диана повернулась к Кухулину, грозно уперев руки в бока. - А то, что твой товарищ подхватил Пит в воздухе, спружинил о водную гладь и оказался в мгновение ока в десяти ярдах от места падения, тоже мираж? - Что Вы хотите услышать, мисс? Он – Лансер. И я – Лансер. Идёмте назад в гостиницу. Мы всё объясним. Кажется, общение удалось. Утром они проснулись в номере на втором этаже. Небольшая комнатушка на две кровати, устеленные тёмно-зелеными стёганными одеялами. Прекрасное окончание пьянки и начало знакомства, не считая того что помимо неё, Пит и обоих Лансеров в номере дрыхли две девицы. В голове всплыл вчерашний спор о том, кто тут больший мужик. А настоящему мужчику ничего не стоит снять девушку на ночь. Вспоминать дальше не хотелось. Ибо Пит и Диана поспорили тоже. После, пытаясь впихнуть в себя блины с мёдом и бананом, они, оставив дев досыпать, старались не смотреть друг другу в глаза. Первой не выдержала Диана. Заказав три шарика ванильного мороженого и горячий шоколад с мятой, женщина как бы подвела черту под прошедшей ночью. Всё, что было ночью в баре, останется ночью в баре. И уж точно не стоит смущаться этому из-за разницы в их положении. Тем более, что ещё до провала в пустоту было решено, что Диармайд сувениром поедет в Лондон и присоедениться к Ангелам миллениума. Это его, на тот момент, трезвое решение. Только позже, перед самой посадкой на автобус, Кухулин сунул Диане в руку смятый стикер с номером телефона, коротко обещая поддержку в случае необходимости в нём.