Преданность

Вцепившись руками в перекладину заграждения, Ви сосредоточенно рассматривала прогулочные дорожки и клумбы с деревьями внизу. У нее не сильно, но ощутимо кружилась голова, и поэтому девушка отчаянно пыталась совладать со своим телом. Надеялась, что ей не станет хуже, и в любую следующую секунду она «изящно» не свалится мешком на землю. Почти как тогда, после парада — когда переполнявшие ее ярость и злость заставили обрушить черных ледяных демонов на тех несчастных солдат Арасаки, которым просто приказали «спасти» Ханако и нейтрализовать похитителей. Злости, однако, хватило только на то, чтобы вернуться за Такемурой и с ним выбраться из здания. Дальше ее тело посчитало, что для него это слишком серьезное потрясение, поэтому когда она в один момент отключилась, то, скорее всего, просто свалилась на асфальт. Как мешок — с красотой, грацией и изяществом. Точно, однако, не помнила. Такемура унес ее, хотя мог бы там и оставить. Как отработанный и ненужный балласт. С другой стороны, он же вряд ли мог забыть про биочип в ее голове? Потому что Арасака наверняка захочет получить эту чертову штуку обратно. «Чертова штука» незамедлительно напомнила о себе резкой и острой болью, которая отозвалась мучительной тошнотой в желудке. Ви еще сильнее, до белизны в костяшках пальцев вцепилась в заграждение, стараясь не представлять себе яркой картины: как она под брезгливо-презрительным взглядом Такемуры перегибается через это самое ограждение и исторгает на кусты внизу те самые пирожные и кофе, которыми недавно восхищалась. «Соберись, Ви. Успокойся. Дыши глубже. Не порти момент», — раз за разом повторяла она самой себе. Виктору так и не удалось взломать и запустить все ее арасаковские импланты, контролирующие регуляторные, биологические системы организма. Ви не думала, что они бы сильно помогли ей сейчас, но рефлекс сохранился до сих пор — она постоянно тянулась к ним через внутренние системы, через биомонитор, забывая, что теперь это, по сути, просто кусок мертвого хрома в ее теле. Все, что она могла — стараться дышать глубже, надеясь, что приток кислорода к мозгу чем-то улучшит ситуацию. И внешне сохранять вид, что все нормально. — Как там Ода? Чтобы отвлечься, Ви задала этот вопрос буднично, будто это не она практически выжгла ученику Такемуры нервную систему, вызвав критический перегрев его имплантов. — Хорошо. Ханако-сама предоставила ему лучшее лечение. Когда придет время, он будет готов. Такемура стоял поблизости, прислонившись спиной к тому же заграждению и соблюдая некоторое расстояние. О том, чтобы просто прикоснуться к ней явно не могло идти и речи. Ответной подобной вольности она себе тоже не позволяла. Ви даже была уверена, что его взгляд ни разу не скользнул по ее фигуре и чересчур открытым ногам — Такемура всегда смотрел ей только в глаза. Похоже, старалась она зря. Зато хватало интереса от прохожих. Которые, мгновением спустя обнаружив рядом с ней японца крайне угрожающего вида, сразу же теряли интерес. Его же внимательный взгляд блуждал по толпе. Оценивающе — не как праздный наблюдатель, а как человек, который почти всю свою жизнь занимался поиском угрозы в других людях. Самый лучший телохранитель Арасаки в ее распоряжении, подумать только. Ви почти чувствовала себя вип-персоной. Она улыбнулась своим мыслям. Спросила с усмешкой: — Готов отомстить? Горо повернул к ней голову. Чуть вскинул бровь в удивлении. — Я думаю, Ода сумел усвоить урок. Ты беспокоишься? Он подчиняется мне и не будет более представлять угрозу. Могу заверить, Ви. Она помотала головой. — Нет, я правда беспокоюсь за его здоровье, — Ви смущенно взглянула на Горо, тоже развернувшись к нему. — Мне жаль, что он пострадал, правда. Я думаю, что так то он славный парень. Даже несмотря на то, что назвал меня… шлюхой. Пару раз, — она издала тихий смешок и хитро сощурилась. — Представить не могу, где же он мог нахватать подобных манер. Но, как ты сказал, первое впечатление обманчиво, верно? Ви некоторое время помолчала, подбирая слова. Она чувствовала особую важность того, что ей хотелось сказать — несмотря на, казалось бы, почти отвлеченную тему разговора. — Я не хотела ему навредить, и тем более я не хотела его смерти, — произнесла Ви серьезным тоном, еле сдерживаясь, чтобы не морщиться от периодических вспышек головной боли и приступов тошноты. — Даже зная, что он бы меня точно нарезал на несколько ровных кусков — если бы я среагировала чуть медленнее. Но мне кажется… что ты бы меня все равно за это не простил. Взгляд Такемуры был серебром, проникающим в самую душу. У Ви перехватило дыхание. — В мире не так много людей, чья судьба бы меня заботила, — Горо на некоторое время замолчал, посмотрев на парк внизу. — Ода — один из них. Рассматривая ровный профиль его лица, Ви задалась вопросом, входила ли она тоже в число этих людей. — Спасибо, еще раз, Ви. Я ценю твое решение. Некоторое время они провели в молчании на фоне звуков города. Мысли Ви не были сосредоточены на чем-то конкретном. Головная боль и тошнота, наконец, отступили. Стало чуть легче. Ее взгляд рассредоточено блуждал по неоновой чешуе голографических рыб, а разум покоился в приятном ощущении тепла и легком головокружении, создававшем чувство почти нереальности происходящего. Она подумала о том, что только одно присутствие Горо доставляло ей удовольствие и окрашивало мир в совершенно иные цвета. — Я должен спросить, Ви. Она посмотрела на него, чуть склонив голову и мягко улыбнувшись. — Согласишься ли ты на предложение дочери Арасака-сама? Взгляд внимательный, а ладони сцеплены, пальцы — чуть более напряжены, чем следовало. Похоже, что ему действительно был важен ее ответ. — Ты уже знаешь, что она мне предложит? — Ты и так понимаешь, о чем я. Ви еле слышно вздохнув, кивнула. — Твой скрытый вопрос. Да, Горо, я помогу тебе, — она посмотрела вдаль. Немного помолчала, обдумывая следующую фразу. — Тебе, не Ханако. Такемура сделал небольшой шаг по направлению к ней. Положил руку на металлическую перекладину почти совсем рядом. Но в целом все еще держал почтительное расстояние. — Ви… тебе нужна ее помощь. Его спутница в ответ усмехнулась и небрежно взмахнула рукой. — Со мной все будет хорошо. Она сразу же пожалела, что не сдержалась и механически произнесла эту фразу. Горо, вероятно, знал о ее состоянии лучше всех. И уж точно он не нуждался в этой небрежной лжи из вежливости. Улыбка медленно сползла с ее лица под его тяжелым взглядом. Ви не выдержала его и отвела глаза. Задумчиво постучала длинным хромированным ногтем указательного пальца по металлической перекладине, снова раздумывая над своими следующими словами. — Я верю тебе, Горо. Но не Арасаке. Может быть, я ничтожно мало провела времени внутри по сравнению с тобой, и не на том уровне… но этого мне хватило, чтобы уяснить кое-что. Ви медленно потерла висок. Головокружение снова усиливалось, но реальность все же еще не плыла перед глазами. Она опасалась и ждала момента, когда начнутся сбои, вызывающие глитчи оптических имплантов. — Хеллман сказал, что меня не спасти, — она произнесла это ровным голосом, без эмоций, как сухой факт. Пожала плечами. — Нет причин сомневаться в словах создателя биочипа. — Ви, Хеллман слишком высокого мнения о себе. Он труслив. Но я знаю, на что он способен. Ему просто нужен небольшой… стимул, чтобы заставить его работать. — Вроде того, что заставил его снова работать на Арасаку недавно? — Она снова взглянула на Горо и усмехнулась. — От тебя. Он кивнул, уголок его губ слегка приподнялся. — Что-то вроде. Ви покачала головой и отвернулась, показав, что Горо ее не убедил. Но ничего не сказала. Ей не нравилось говорить об этом. Ей не нравилось даже об этом думать. Может быть, ей и не хотелось умирать, но и цепляться за ложную надежду она тоже отказывалась. Ви почти смирилась. Почти. Вероятно, прошло какое-то время, за которое она снова провалилась в мягкую задумчивость, из которой ее вывел неожиданный вопрос Такемуры: — Где ты живешь? Ви удивленно вскинула бровь. Хитро сощурилась, скосив на него взгляд. — Но ты ведь это и так знаешь, разве нет? Не говори мне, что не отслеживал мои передвижения. А возможно — и не только передвижения. Троян с шарда Горо, который она, не задумываясь (как же Ви ненавидела в себе эту дурацкую привычку), засунула себе в голову перед парадом, был написан явно неплохим нетраннером — незаметный, тихий, сидевший в ее системах, как флегматичный паук в темном углу. В момент, когда Такемура рассказал ей о нем, ее эмоции были настолько сильными и переливались столь ярким спектром — от гнева до грусти — что напрочь отключили ей логику. И вместо того, чтобы оставить программку-шпиона для дальнейшего изучения хотя бы из любопытства, она в порыве сразу же начисто стерла его из своих систем. Ви удивилась, насколько легко забыла об этом. Было несколько обидно, что Горо не доверял ей, но она бы себе тоже не доверяла на его месте — на тот момент. В остальном… поняла. Ханако нужен был Хеллман и она, Ви — в любом состоянии. Идеальный запасной план на случай своей смерти. Удивительная предусмотрительность. — Не отслеживал. Я бы получил сигнал, только если бы ты уехала из города. Или не показывала бы признаков активности. — Подумав, Горо добавил: — Сейчас я могу использовать доступные мне ресурсы Арасаки, но не стану этого делать, Ви. Мне бы этого не хотелось. Его спутница кивнула и задумчиво посмотрела вдаль. Скорее всего, это было правдой. Но даже если и нет, смысл было скрывать сейчас? — В Уотсоне, в одной из Мегабашен, — она скинула ему адрес сообщением. — Значит, ты просто внезапно решил оценить, в какой дыре Найт-сити я выбрала себе жилье? — Сейчас — на случай, если ты… действительно перестанешь отвечать на звонки. Ви чуть поджала губы. Справедливо. Биочип… и в целом, даже от ее тела Арасаке будет какая-то польза. Скорее всего, изначально там, на свалке он и надеялся найти ее труп, только вышло все несколько иначе. Тем не менее, теперь тело, в случае чего, тоже нужно будет где-то искать. И желательно бы не тратить на это время. Но, может быть, она ошибается? Ви в глубине души в самом деле надеялась, что ошибается. Зачем-то же он позвал ее сюда. Не только же ради демонстрации своего бесстрашия и желания бросить вызов своим врагам? Что ему было от нее нужно? Изначально она и правда думала, что это жест симпатии. Желание провести с ней время. После... всего. Теперь ей так не казалось. Напротив, Ви вспомнила, что это был не тот человек, который сделал бы что-то просто так. И тем более ради себя. Бывший агент контрразведки — одна из лучших, славившаяся своим чутьем, злилась на себя. Прошло уже несколько недель, а она до сих пор не могла понять, что в голове у мужчины перед ней. И не была уверена, что когда-нибудь сможет понять до конца. Такое с ней было в первый раз. Это интриговало и действительно раздражало. Сложно было понимать, что от него ждать, что ей самой говорить и что делать. Металась от своих внезапных порывов и действий до интуиции, иногда говорившей ей: «вот этого делать точно не стоит». Словно по минному полю. Ви осторожно взглянула на Такемуру и, встретившись с ним взглядом, внезапно почувствовала, как медленно начинает тонуть в расплавленном серебре его глаз. Словно бы благородный металл начал течь по ее венам, не обжигая, но распуская холодный иней безграничной тоски. И это было даже не ее собственное чувство — внутренний омут, которого ей тоже хватало с лихвой. Это чувство — внешнее — охватило ее неожиданно, словно ранний утренний бриз с первыми лучами рассвета. Порыв ветра, проникающий в каждую клетку тела, заставляющий дрожать. Так, что перехватывало дыхание. Она даже на мгновение забыла, что перед ней бывший телохранитель самого могущественного человека в мире и, наверное, один из самых опасных людей на земле. Неужели он правда...? Ви сделала себе ментальный пинок, не давая забыться в совсем нереалистичных фантазиях. Направила мысли в более объективное русло. Такемура никогда не задавал ей вопросы, намекающие на ее слабость. Ви только некоторое время назад поняла, почему он на самом деле удивился ее вопросу о его состоянии, почти в самом начале их знакомства. Тогда она еще ничего о нем не знала. Дело ведь было не только в привычке и данности, что очевидно никто долгое время не заботился о его благополучии и чувствах. Подразумевать, что он может «быть не в порядке», значило обвинить его в слабости. Потому что либо твои дела не так уж и плохи, либо ты уже мертв. Ви думала, что гордость Такемуры спокойно бы приняла ненависть, но не вынесла бы жалости. И он определенно относился к ней также, как и к себе. Потому что не умел иначе, конечно. Но и потому что уважал ее. Ви была жива. Пока еще. И Такемура явно понимал, что это значит. Пока еще. Потому что все могло измениться в любой момент. Она опустила глаза, путаясь в своих мыслях. Пыталась придумать какую-нибудь более-менее уместную смешную глупость, чтобы сломать этот внезапный, доставлявший ей невыносимый дискомфорт лед тоски и темного отчаяния. Заставить его улыбнуться. Но не могла. Головокружение наконец-то прекратилось, но подкативший к горлу комок был еще хуже. Ви хотела взять Горо за руку, прикоснуться к нему. Но она не хотела первой нарушать его личное пространство. Даже в этот момент. Не сейчас. Не на людях. Наконец, Ви все же сумела в своей голове зацепиться за что-то, что действительно могло спасти ситуацию. — К слову… раз уж ты напомнил, у меня тут есть один нерешенный вопрос, — приглушенно произнесла она, задумчиво почесав нос. — Мне нужно куда-то пристроить Баканэко, пока… еще есть время. — Что? Невероятно изящная бровь Такемуры изогнулась в удивлении. — Кошку. Подобрала одну бездомную недавно. Жалко ее. Она виновато улыбнулась, посмотрев на него снизу вверх. — Ви… ты назвала кошку «Баканэко»? Она кивнула, с удовлетворением наблюдая, как его лицо принимает прежнее выражение, с примесью легкой раздраженной усталости. Словно выражавшее: «Ви и ее очередная глупость». Ей самой стало куда легче дышать. Повинуясь порыву, она произнесла: — Хочешь взглянуть? — Улыбка ее стала еще шире, обнажив белые зубы. — На мою кошку?.. Ви была уверена, что он откажется. Найдет действительно хорошее объяснение, почему нет. Вне зависимости от его истинных целей, время проведенное с ней было необычайной щедростью с его стороны. Она не думала, что стоило бы надеяться на большее. По крайней мере, расстанутся они на позитивной ноте. Но Такемура вздохнул и, опустив глаза, произнес: — Хочу. Сначала Ви подумала, что неправильно расслышала. Удивлению ее не было предела. Ей страшно захотелось броситься ему на шею и начать покрывать мелкими поцелуями благодарности его лицо — но этот порыв она уже сдержала. Вместо этого просто улыбнулась ему, хитро, с прищуром, многообещающе.