Преданность

Их «сопротивление» располагалось в Чартер-хилле. Ведь где можно было затеряться группе корпоратов, как не среди других корпоратов? Но не на Корпо-плаза — поле для больших игроков — а в пруду для рыбы поменьше. Небольшие корпорации, совсем маленькие фирмы. Здесь кто-то даже умудрялся заниматься частной практикой, держа небольшую клинику или контору, предлагая различные услуги. Ви прогуливалась по ухоженной аллее с деревьями и каменным садом. Сегодня на ней был темно-серый костюм — чтобы все же не слишком сильно выделяться на фоне бетонно-стеклянного пейзажа характерным красно-черным пятном. Импланты Кироши тоже знали свое дело, не давая камерам и сканерам в оптике полицейских и служб безопасности правильно распознать ее лицо. При сканировании им должна была приходить информация о некой Молли Флоренс — старшем специалисте по сетевой безопасности в Dynalar. Личина была безупречной в своей простоте, если не начинать копать дальше. Но Ви не дала бы повода. Чартер-хилл был ее домом. Здесь ей точно не нужно было притворяться местной. Она ведь и так ей была. Большую часть Чартер-хилла занимали жилые дома. В сороковых годах руины, оставшиеся от ядерного взрыва 2023-го, были окончательно расчищены, и район начал спешно застраиваться. И это была не организованная мэрией города массовая застройка мегабашен-муравейников, а домов хоть и высотных, но все же намного меньше и рассчитанных на гораздо меньшее количество жителей. Достаточно обеспеченные корпораты среднего и старшего звена желали себе жилье по статусу. Просторных квартир с террасами и иногда даже с бассейном на балконе. И самое главное — они за них были готовы платить. Там, где были замешаны деньги, дело всегда шло быстрее и проще. Ви родилась в 2049 — и еще до ее рождения на ее имя были записаны апартаменты на севере района в доме с красивым и тихим внутренним двором. Училась она в местной школе — исключительно для местных, чьи родители могли позволить обучение в ней своих детей. После ее окончания у учеников уже на всякий случай было зарезервировано место в Университете Ричарда Найта — и снова при условии щедрой оплаты. Родители обеспечили ее всем — Ви ни в чем и никогда не нуждалась. Всем, кроме самой простой вещи. В Найт-сити они не жили и дня. Но Ви прожила здесь двадцать семь лет. Она не задавала вопросов, не возмущалась, не устраивала истерик и даже не писала. Но нельзя сказать, что ей совсем не хотелось. Существовала тысяча вопросов, на которые Ви никогда не получит ответа. С взрослением они постепенно растворялись, уходили в небытие — один за другим. Пока не остался только один. Почему именно сраный Найт-сити? Из всех городов, из всех самых дерьмовых мест на земле они оставили ее именно здесь. В грязно-неоновом городе, отстроенном на радиационных костях. Городе, который был похож на неумело загримированный яркими блестками и светящейся, цветасто-разноцветной пудрой гниющий труп. Она забыла и об этом вопросе, пока много позже, уже в корпорации не услышала диалог коллег о планировании семьи. О том, что в конце сороковых все было куда проще: в целях повышения рождаемости в городе мэрия совместно с одной дочерней клиникой Траума Тим создали совместный проект: специальные и выгодные условия по экстракорпоральному вынашиванию плода. От пары требовался только генетический материал в виде образцов половых клеток. А за дополнительную плату они могли выбрать сочетания генов уже у плода и даже «подправить» их. Акционерам крупных компаний и просто старшим корпоративным сотрудникам предоставлялась скидка и некоторые другие бонусы (например, упрощенная покупка недвижимости в городе) — мэрия действительно была заинтересована в повышении числа состоятельных жителей города. Коллеги Ви жаловались, что в нынешние времена цена на такую услугу была заоблачно высока. В тот же день Траума Тим по ее запросу с готовностью выдала ей запись о ней самой и о семейной чете Винтермьютов, которые в 2049 были достаточно состоятельны, чтобы заплатить за полный пакет услуг. Ви предложили также и объемный файл с полной расшифровкой ее ДНК и подробным описанием всех изменений. Его она, впрочем, смотреть не захотела. Но это помогло ей лучше понять людей, «подаривших» ей жизнь. Ви подумалось, что они захотели завести некий аналог красивой золотой рыбки по особому заказу, поддавшись на рекламу (которая была действительно хороша — она даже ради интереса поискала и нашла ее). Но когда пришло время, самим заботиться о «рыбке» им не захотелось, — поэтому они решили оставить ее в «аквариуме», не забывая хорошо оплачивать услуги по уходу и содержанию. Свою квартиру Ви в конечном счете отписала обратно родителям — когда обрела новую «семью». Не то чтобы отношения в ней были теплее, чем в предыдущей, конечно. Арасака тоже дала ей собственность (уже корпоративную), страховку, оплачивала ее счета. Но при этом все же дала ей и кое-что еще. Что-то, чего Ви отчаянно не хватало все двадцать лет до этого. Японская дзайбацу определила, как ей жить чуть ли не поминутно, говорила что делать — вплоть до того, как одеваться и как выглядеть. Приказывала. И эти приказы не оспаривались. Ей и не хотелось. Она ведь старалась быть самой прилежной дочерью. Ви криво улыбнулась, припоминая один за другим факты своей жизни. С Арасакой у нее были действительно сложные отношения. Разновидность стокгольмского синдрома. Как у и самого Найт-сити. Ранним летом 2070-го двадцатилетняя Ви после экзаменов ходила с другими сокурсниками посмотреть на армию НСША, взявшую город в оцепление. Никто из них не питал иллюзий насчет того, что будет, когда военные в зелено-желтой камуфляжной форме со свежими, только с фабрики Милитека автоматами, войдут в город. Она помнила, как у нее захватывало дух от предвкушения трагедии, что даже начинало чесаться под коленками. Было страшно. Иррационально страшно. Это был тот страх, который мокрой пленкой постоянно лежит на теле — день за днем, неделя за неделей. Ни спрятаться, ни убежать. Момент ведь был упущен еще месяц назад — когда из города хлынул первый и последний поток людей. Но соседние штаты оперативно закрыли свои границы для беженцев. Которые в результате просто остались среди Пустошей, став легкой мишенью для кочевников-бандитов. Словно бы проклятый город посмеялся над покинувшими его детьми. Словно бы ему претила сама мысль о том, что его жители спасутся, а его в этот момент снова разрушат и разграбят, обнажив полусгнившие кости. Нет, город считал, что если он и будет страдать, то страдать должны все. Ви, конечно, уже и тогда не была совсем беспомощна. Любой, кто вырос в Найт-сити, неважно где — в трущобах или в особняке на холмах — хотя бы раз держал в руках оружие. Это было базовое воспитание от города: он учил насилию всех своих детей независимо от их происхождения. Но о противостоянии профессиональным солдатам обычных, пусть и весьма ожесточенных гражданских, речи не шло. СЕО вместе с корпоративными службами безопасности эвакуировались еще при первых признаках угрозы. А критически недоукомплектованной полиции хватило бы, наверное, только на первые десять минут штурма. Банды города наверняка готовили свой отпор, но против профессиональной армии они просто стали бы дезорганизованными кучками бандитов с палками. Однако куда бы в первую очередь направились военные — убивать, грабить и насиловать — тоже не вызывало вопросов. Наиболее благополучные районы города представляли самый лакомый кусок. После них, конечно, дошло бы дело и до складов, и до мегабашен, и до самых последних трущоб — но уже значительно позже. И Ви, как и многие, не рассчитывала, что у нее будет хотя бы минимальный шанс выжить в столкновении. «Гуманитарная помощь» Найт-сити от СССР — достаточная, чтобы вооружить каждого жителя — быстро осела в руках лидеров банд и фиксеров. В итоге хорошее советское оружие просто заполонило черные рынки и продавалось втридорога. А из всех имплантов тогда у Ви стояли только усилители памяти, да инжекторы легких стимуляторов. Поэтому иногда она гадала, насколько мучительный ее — и остальных жителей Найт-сити тоже — ожидал конец. Все, однако, закончилось весьма неожиданно. Спустя несколько недель Ви после последнего экзамена поспешила с кучей таких же зевак в доки, посмотреть на залив Дель Коронадо — с утра по улицам пронесся слух, что город спасен. Неожиданная помощь пришла из-за океана с востока. «Боже, благослови Японию и японцев», — стало девизом его жителей в тот день. Слова Сабуро Арасаки ловили с экранов телевизоров на каждом углу и пересказывали друг другу. Ви отчетливо помнила момент, когда огромных размеров авианосец черно-красной тенью медленно и величественно вошел в залив. В доках его встречали чуть ли не с фейерверками. Мэр Люциус Райн в окружении охраны торжественно надувал щеки, готовясь произнести пафосную речь. А Ви долго вглядывалась в даль у горизонта — рассматривая неясные черные тени еще нескольких японских кораблей. Американская армия, очевидно, прикинув соотношение сил и сочтя их неравными, отступила. Город действительно был спасен. Жители Найт-сити вздохнули с облегчением, устроив в тот день праздник. Который и сам не обошелся без жертв — по славным «традициям» города. Однако спасение, как и все в этом мире, имело свою цену. Арасака-тауэр была отстроена на новом, но самом главном месте на Корпо-плаза в рекордные сроки. Ее громадная тень вновь стала возвышаться над городом, в то время как сама дзайбацу быстро пустила корни во все районы города, намереваясь наверстать упущенное за пятьдесят лет. Арасака создала рабочие места — так об этом говорили в новостях. Стабильность. Будущее. Однако фактически ей требовались тысячи послушных полуроботов-полурабов. И достаточно способных, конечно, не идиотов. От остальных жителей требовалось просто молчаливое согласие с действиями дзайбацу. Которая эксплуатировала, отбирала, присваивала себе. Где-то — очевидно, не стесняясь, с легкой руки позволяющего мэра. Где-то — более тонко, через множество посредников — пока опутывающая сеть из красно-черных нитей не спускалась на самые преступные улицы к войне между бандами. Город променял свою очередную мучительную смерть на жесткий ошейник с шипами. И разве можно было его за это винить? Ви всегда знала, что после университета у нее был только один путь — в одну из корпораций. Но она никогда до того момента не думала, что ее первым (и единственным) работодателем станет именно самая известная, крупная и самая противоречивая. Резюме девушки уже было отправлено в Сетевой Дозор, когда выяснилось, что два арасаковских представителя желают с ней побеседовать. Мужчина и женщина, которых она едва запомнила. Говорила в основном женщина. Ви слушала ее и складно отвечала на вопросы — так, что та удовлетворенно улыбалась ядовитой, змеиной улыбкой. Саму Ви больше интересовал костюм рекрутера: совершенная вещь ровного, изящного кроя. Она очень хотела прикоснуться хотя бы к рукаву — оценить ткань — так же ли она была приятна и на ощупь? Ви подписала двадцатилетний контракт с Арасакой, так никогда и не узнав, какой ответ ей прислали из Сетевого Дозора. Иногда она думала, как бы сложилась ее судьба, если бы не эта охватившая город эйфория после окончания Войны Объединения, которой она тоже поддалась. И если не ее собственное внезапное и импульсивное желание, смехотворно простое. Носить красивый красно-черный костюм. Ви присела на деревянную скамейку в углу сквера. Дерево, конечно, было ненастоящим, но текстура была очень похожей, приятной. Никто за все время прогулки не прервал ее размышлений. Прохожие и — что самое главное — полицейские не задерживали на ней взгляд. Ви действительно органично вписывалась в окружающую обстановку. Там, куда она забрела, было тихо. Уединенное место, остальные посетители парка, которых и так было не очень много, редко доходили сюда. Ви жалела, что не смогла прогуляться здесь с Горо. Тут все же было не так плохо, как в остальном городе. Интересно, высказал бы он свое мнение вот о том небрежно выложенном саду камней? Наверняка бы скривился, как минимум. Но открыто ходить по Чартер-хиллу для него было все же слишком. В отличие от остальных корпоратов и даже Ви его внешность была очень приметной, чтобы никто не обратил на него внимание. Такемура и так напомнил всем о себе несколько дней назад, фактически бросив вызов. Жест Горо показал, что он не боится и рано или поздно явится за отцеубийцей в башню. В то время как последний даже не может отследить его местоположение — потому что Такемура медленно, но верно перевербовывал солдат и агентов Арасаки себе. Но у Ёринобу все же по-прежнему было преимущество. Если бы он знал куда, то снова отправил бы за своим врагом небольшую армию во главе со Смэшером — и гораздо больше, чем в прошлый раз, — Ви была в этом уверена. Она думала, что так их могут просто задавить числом. Горо же, конечно, временами был безумен в своей ярости и решительности. Но никогда не был глуп. Ёринобу все еще искал его. Не так активно, как должен был, — и Ви это настораживало. Еще больше ее настораживал факт, что ее собственными поисками фактически никто не занимался. Она не думала, что сын Сабуро был идиотом, который просто забыл о ее существовании, но… возможно, он был просто неопытен в управлении? Несостыковки в его приказах и решениях тревожили ее разум, но Ви словно бы не хватало какой-то детали, чтобы сложить всю картину. Несмотря на свои непростые и относительно долгие отношения с корпорацией, для нее это все же были проблемы Арасаки как семьи, которая не сильно ее волновала. Поэтому они не настолько беспокоили ее, чтобы стараться их разрешить. Такемура попросил ее о помощи. Ёринобу представлял для них угрозу. Если Горо это действительно было важно, и от этого зависело его благополучие, — она сделает все для того, чтобы Ёринобу перестал дышать, а Ханако стала CEO. Все было предельно просто и ясно. Размышляя над этим, Ви периодически возвращалась к одной мысли: вся ее жизнь до этого была не случайна. Два безликих десятилетия от рождения, создавших идеальную заготовку для корпоративной системы. Почти семь лет огранки в винтик этой системы. И шесть месяцев, за которые произошло больше событий, чем за всю ее предыдущую жизнь, — чтобы взглянуть на обратную сторону медали, понять, что есть нечто большее. Сравнить, осознать, принять — принять себя и свое предназначение. Она была нужна ему. И в этом была ее карма. Все поступки и решения привели ее к одному конкретному человеку. Но даже Ви не была в силах осознать, насколько сильно от нее все зависело. И судьба этого человека, в том числе. Удобно расположившись на скамейке, Ви улыбнулась — искренне, что делала далеко не всегда — и включила запись видеосообщения. Следовало сделать еще кое-что. Отрезать последние три нити, связывающие ее даже не с самим городом, но с прежней жизнью. Она долго откладывала этот шаг. Оставляла лазейку в своих мыслях — что, может, и не стоит, не придется. Может, еще и удастся свидеться с ними — после всего. Наконец, она железно сказала себе, что не удастся — в любом из возможных случаев. — Хэй, Джуд, — начала она первое сообщение. — Прости, что так и не заглянула, появилось тут одно срочное дело. О «деле» Ви рассказывать не стала, увела свою речь в беззаботную болтовню о самой Джуди, пошутила насчет Лиззис, упомянула Матео… — Город на тебя плохо влияет, котик. Хочешь мой совет — уезжай из него. Я ведь не зря познакомила тебя с Панам. Пользуйся шансом. Уезжай и забудь все, что здесь было, Джуди. Я и сама скоро уеду отсюда. Надолго. Возможно, навсегда. Не представляешь, как мне тоже осточертело это место. Так что следуй примеру. Может, спишемся как-нибудь. Если нет, то… прости, значит, я тут кое-чем увлечена. На последней фразе подмигнула и легко рассмеялась, закончив запись. Выдохнула. Джуди точно не будет ее искать. По крайней мере, не сама. Для решительных действий ей всегда будет нужен кто-то еще — кто-то, кто не просто сподвигнет ее на действия, но сделает всю работу по большей части за нее. И это Ви успокаивало. Но все же, если девушка посчитает, что Ви пропала также, как и Эвелин… это будет скверно. Ви не знала, насколько Джуди сможет отчаяться. Не знала, насколько она привязалась к самой Ви. Последней только оставалось надеяться, что не слишком сильно. На втором сообщении улыбка вышла чуть более сдержанная и даже слегка извиняющаяся. — Ривер. Надеюсь, у тебя все хорошо. Рэнди поправляется? Она поинтересовалась, как дела у Моники и Дориана, попросила передать привет Джосс. — Знаешь… всегда хотела тебе это сказать: не сбивайся с пути, Ривер. Ты достойный человек. Хороший. Один из немногих здесь. Если бы все были такими, то этот проклятый город был бы куда лучше. Верю, что у тебя получится с частной практикой… но даже если нет — не брезгуй вернуться в полицию. Но только не в банду. И не в наемники. Прошу. Иначе я буду строго осуждать. Она слегка рассмеялась. — Серьезно, вернусь в Найт-сити только ради того, чтобы высказать тебе свое фи. Да, кстати я… решила уехать. Навсегда. Пока не знаю, куда именно. Возможно, просто начну путешествовать. Просто хотела сказать — я правда верю, что у тебя все хорошо сложится — ты заслуживаешь. Разыщу тебя лет, скажем, через… двадцать. Чтобы узнать точно. Она снова искренне улыбнулась перед тем, как закончить сообщение. С Ривером было сложнее. Детектив был проницательным. Профессиональное качество. А временами слишком решительным. Кроме этого, ему слишком нравилась Ви. Которая все же надеялась, что ее вежливый, но холодный отказ достаточно задел его самолюбие. И ее сообщение вызовет больше раздражения, чем поисков тайного смысла в ее словах. Ви знала, что у Ривера, если он захочет, определенно удастся отследить ее пропажу, и поиски приведут его в Арасаку — чего ей совершенно не хотелось. Детектив Уорд умел задавать слишком много ненужных вопросов. А корпоративный агент Ви хорошо знала, что происходит потом с такими людьми. «Все будет хорошо», убедила она себя. «Не считай его идиотом». Ви медленно выдохнула. Оставалось самое сложное. — Привет, задница, — начала она, широко улыбнувшись. — Очень надеюсь, что отвлекла тебя от чего-то важного. Там еще и Митч рядом? Сол? Скажи этим засранцам, что я их тоже люблю нежно и трепетно. Пару минут небрежной болтовни про василиск и про песок пустошей, проникающий под одежду везде. Который Ви терпеть не может и ей плевать, сколько раз подруга назовет ее «блядской корпо-принцессой». — Панам, я… — Ви смущенно улыбнулась, закусив губу. — У меня получилось, ты представляешь? Просто охренеть сколько же мне всего хочется тебе рассказать. Как мы… — она опустила ладонь на лицо, замолчав и рассмеявшись. — Ты была права. И теперь я должна тебе ящик текилы, — девушка еще раз рассмеялась. — Спасибо, правда. Я теперь, кажется… счастлива? Сама еще не могу понять. Хрень какая-то, честно тебе скажу. Ви отвела взгляд в сторону. Вздохнула. Ее лицо стало более серьезным. — Знаешь… никогда бы в жизни не подумала, что мне будет нужна сестра. Не понимаю, как у тебя так получилось забраться ко мне в душу, стерва ты эдакая, — она снова усмехнулась. — Поэтому… я себя никогда не прощу, если с тобой или с кланом что-то случится — из-за меня. Думаю, ты понимаешь, о чем я. Поэтому выдумывать ничего не буду. Ви склонила голову, запустила пальцы в волосы. — Часть меня до сих пор хочет согласиться на твое предложение. Дерьмо. Я бы хотела этого больше всего на свете, но… — лицо девушки приняло совсем жесткое выражение, она даже сдвинула брови на переносице. — Песок в жопе, Панам. Ты понимаешь? Я просто не могу. Все что угодно я бы вынесла, но не это. Нет. Это выше моих сил. Ви рассмеялась. Но спустя пару мгновений резко умолкла. Опустила взгляд. — Я просто не могу его бросить. У нас осталось одно… дело. Я говорила тебе. И буду честна… не думаю, что я это «дело» переживу. Та штука в моей голове, — Ви постучала по затылку ногтем для убедительности. — Помнишь, как я отключилась? Становится все хуже. Поэтому слушай внимательно: не жди и не ищи меня. Иначе мой злобный призрак тебя покарает, — Ви попыталась улыбнуться, но в этот раз у нее не получилось. — Серьезно. Я записываю это сообщение за две недели до его отправки. Если ты получила его… это значит, что я уже мертва, Панам. Ничего не поделаешь, не всем достается счастливый конец. И это был мой выбор. Поэтому если ты и клан еще по какой-то неведомой причине до сих пор в окрестностях Найт-сити… то просто съезжайте нахер отсюда. Ради меня, чумба. Пожалуйста. Чувствуя, как начинает неприятно глубоко щемить внутри, Ви произнесла, чуть улыбнувшись: — Спасибо, что ты такая, какая есть, задница. Прощай. Отключив запись, она уронила голову на руки, осознав, что «прощания» дались ей тяжелее, чем думала. Думала, что это трусость — не сказать все в лицо, записать дурацкие, никчемные сообщения. — Дерьмо ты, а не человек, Ви, — пробормотала она, медленно убирая руки от лица. — Но что еще можно ждать от корпоратской суки? Сообщения были отправлены на сервер с установленной датой отправки — ровно через две недели. Если все пройдет действительно хорошо, Ви просто удалит их. А время на звонок она найдет. Если нет… то в качестве прощания сойдет и так. Что поделать, если они у нее выходят такие дерьмовые? Встав со скамейки и расправив костюм, агент Ви направилась к своему временному офису. Ей еще предстояло много работы.