словно на твоем небе недостаточно умирающих звезд

— Тарталья, ты гей? — спрашивает чуть позже вечером Дилюк, вспоминая их с Розарией сегодняшний разговор в столовой. Парень, до этого активно ищущий что-то на своем заваленном ненужными, по мнению Рагнвиндра, вещами стол, застыл, казалось, вовсе не ожидая такого вопроса. Затем он повернулся лицом к своему соседу, выпрямился и, глядя прямо в глаза, сказал: — Да. У тебя какие-то проблемы с этим? Дилюк впервые за все (хоть и не долгое) время их знакомства видел Чайльда таким вражески настроенным. — Нет, — нервно засмеялся парень, невольно вспоминая то, что произошло между ними с Кэйей всего несколько часов назад. — Никаких проблем. Тарталья, заметно расслабившись, кивнул и продолжил свои поиски, создавая тем самым еще больший беспорядок. Дилюк вернулся к конспектам, которые ему любезно согласилась скинуть однокурсница. Чайльд с тихим вздохом облегчения находит на столе свои ключи от комнаты и документы, после чего направляется к выходу. — Ты снова уходишь? — нахмурившись, спрашивает Рагнвиндр. Нет, серьезно, какой это уже раз за неделю? — Ага. Постараюсь утром не шуметь, — придерживая дверь, отвечает Тарталья. Он мило улыбается, заметив не слишком радостное выражение лица Дилюка. — Когда-нибудь я оставлю ключ в замке, и тебе придется ночевать на улице, — закатывает глаза он. — Я залезу через окно, — уголок рта Чайльда поднимается в легкой улыбке, когда он подмигивает перед тем, как закрыть дверь с другой стороны. Как только его сосед покидает комнату, маска старательного студента с громким треском спадает. Дилюк раздраженно бросает телефон на другой конец кровати и утыкается лицом в подушку. Кэйя не был заинтересован в нем, но он определенно его хотел. И это уже было неплохо. Странно, но неплохо. Дилюк никогда не задумывался над отношениями без обязательств, но, если он мог общаться и трахаться с парнем, который, очевидно, все еще продолжал ему нравится, то это вполне его устраивало.

***

Кэйя медленно, но выразительно несколько раз мигает, прожигая взглядом стоящего прямо перед ним Дилюка. По счастливой случайности они вновь оказываются одни в кабинете студенческого совета, и Рагнвиндр все еще не знает, как относиться к этому месту. — Расписания по-прежнему нет, — пробует уже раздраженный от молчания младшего Альберих. — Да?.. — мгновенно оживился парень после обращения к нему. — Понятно. Как только Дилюк окажется в своей комнате, он определенно точно даст себе несколько пощечин. У него не было склонности к самоповреждению, но то, как он сейчас себя вел, пробуждало в нем желание дать себе сильную встряску. Как же неловко. Легкость в совершении первых шагов и такая очевидная нерешительность – это черты характера, которые каким-то странным образом встречались в Рагнвиндре при виде Кэйи и действовали вместе, крепко взявшись за руки. Кабинет казался больше, чем он есть на самом деле, из-за светлых тонов и компактной расстановки мебели. На белой доске было несколько заметок, сделанных красным и черным маркерами, и два листа с какими-то графиками, прикрепленными к ней маленькими магнитами. План здания для эвакуации на противоположной стене выглядел достаточно одиноко и едва бросался в глаза. Маленький горшок с ярко-зеленой вьющейся хедерой на верху шкафа с документами смотрелся органично, но темно-красная пеларгония, стоящая на подоконнике за закрытыми жалюзями, выглядела так, словно кто-то в спешке ее здесь забыл. Тем не менее, все растения, хоть их и было здесь не так много, выглядели хорошо ухоженными. Дилюк задумался над тем, что в их собственной комнате не помешал бы неприхотливый, небольшой цветок. Возле дивана и на некоторых стульях были оставлены чужие сумки с вещами, а на столе снова лежала куча тетрадей, папок с документами и разбросанных канцелярских принадлежностей, которые старший парень и начал собирать. — Не хочешь снова переспать? Из Кэйи вырывается тихий резкий вздох. У Дилюка была весьма странная привычка говорить такие обезоруживающие и оглушающие вещи ему в спину. — Что? — словно не услышав с первого раза, переспрашивает Альберих. Он поворачивается и улыбается, подняв брови, так, будто ему рассказали самую нелепую шутку. Прежде чем Дилюк успевает что-либо ответить, в кабинет возвращаются две девушки с бумажными стаканчиками. Они приносят с собой запах кофе и ванили, звонкий смех и громкие разговоры. — Я устал вас выгонять отсюда и каждый раз повторять одно и то же, — обращается к ним Кэйя. Парень скрестил на груди руки и многозначительно посмотрел на два чужих стаканчика, но, несмотря на его позу, он не выглядел раздраженным и злым. — Если нам придется каждый раз пить кофе в другом месте, мы не сделаем и половины работы, — отвечает низкая брюнетка, не обращая никакого внимания на еще одного парня. Заместитель главы закатывает глаза, снисходительно мотает головой и прикусывает нижнюю губу, сдерживая улыбку. Затем он, кажется, вспоминает о все еще стоявшем рядом Дилюке: — Запиши мой номер телефона, поговорим позже. Рагнвиндр с трудом сдерживает собственную широкую улыбку и прилагает все усилия к тому, чтобы контролировать свои, казалось, слишком резкие движения, доставая свой мобильный.

***

Как только появляется расписание, Дилюк несколько дней сгорает от нетерпения, ожидая своей первой волейбольной тренировки в университете. Это выливается в то, что он приходит на двадцать минут раньше и остается сидеть в раздевалке, наблюдая за другими игроками. Некоторые выглядели значительно старше и уже давно друг друга знали. Рагнвиндр сделал вывод, что они уже не первый год состояли в основном составе команды. Но были и парни, пришедшие, как и он, впервые, из-за чего становилось значительно спокойнее. Дилюк делает семь полных кругов вокруг спортзала и несколько упражнений. Чуть позже к нему подходит парень, чуть ниже него самого, и предлагается пасоваться в паре. Его зовут Тома, у него светлые русые волосы, и хотя Рагнвиндр больше ничего о нем не знает, он выглядит как человек, к которому он может в будущем обратиться за помощью. После окончания разминки, многие сидят на лавочке или прямо на полу, растягивают воду из бутылок и что-то активно обсуждают. Дилюк опирается о стену и смахивает со лба пот тыльной стороной ладони, а затем вместе со всеми обращает внимание на двух только что вошедших людей. Если девушка, в которой, к слову, Рагнвиндр сразу узнал одного из членов студенческого совета, неловко махала присутствующим, смущенная своим опозданием, то высокий парень с очень светлыми, почти белыми волосами выглядел безразлично. — Привет, — сказала она, обращаясь к Дилюку. Он, совершенно не ожидая этого, смог лишь с запозданием кивнуть. — Эмбер, как можно было опоздать даже на первую тренировку? — сжимая переносицу, серьезно спросила у нее другая девушка. — Ты заставляешь меня задумываться над поиском другого менеджера на мое место. Эмбер начала напряженно улыбаться, смыкая свои указательные пальцы. — Студсовет… — слабо пыталась объясниться она. Старшая, на вид, девушка глубоко вздохнула и решила дальше не продолжать эту тему. — В этом году много новеньких, — проинформировал только что подошедший Тома, закрывая свою бутылку воды. Он остановился в нескольких метрах от Дилюка, невольно вовлекая его в их сформировавшуюся компанию. — Количество – не значит качество, — извлекает девушка, еще раз быстро осмотрев всех присутствующих. — Кстати, ты же тоже первогодка, да? — снова обратилась к парню брюнетка. — Мы сегодня уже встречались. — Эм, да, — слегка рассеянно ответил он, замечая внезапное пристальное внимание их небольшой группы к нему. — Меня зовут Дилюк. — Ты очень хорошо пасуешься, — подметил Тома, который очевидно в свободное время наблюдал и за другими новенькими. — В старшей школе я начал играть в основном составе, — объяснил Рагнвиндр, смотря в пол и смущенно потирая затылок. — Тогда мы просто не можем позволить себе потерять такого ценного игрока. Я – Лиза, действующий менеджер мужской волейбольной команды. Они обменялись улыбками, но тут же отвлеклись на опоздавшего вместе с Эмбер парня. — Где тренер? У меня уже руки чешутся снова вас всех уделать. Безразличие на его лице быстро сменилось на самоуверенный оскал. Словно два разных человека. — Итто, ты даже не сделал разминку, — закатил глаза невысокий парень, запуская пальцы в свою густую челку цвета разбавленного сливками черного кофе. Дилюк не сразу заметил его небольшую белую прядь. — Я бежал сюда, это же можно считать разминкой? Рагнвиндр задумывается на минуту, невольно вспоминая первое появление Итто. Тот вовсе не выглядел вспотевшим или запыхавшимся. — Аратаки, десять кругов вокруг спортзала, — говорит только что вошедший мужчина. Дилюк уже видел его на прошлогодних фотографиях вместе с волейбольной командой. У него выделяющиеся зеленые волосы, ему чуть больше тридцати пяти, но выглядит он намного младше. Рагнвиндр сам не заметил, как выпрямился, когда тренер подошел к ним ближе. Итто выглядел разочарованным, но спорить не стал, начиная наматывать медленные круги вокруг спортзала. Какое-то время Дилюк наблюдал за тем, как парень лениво срезает путь по углам, пока Бай Чжу не обратился уже к ним. — Тома и Горо, набирайте себе команды. Старайтесь брать как можно больше новичков, хочу посмотреть на них сегодня. Первым начал Тома, забирая к себе в команду парня по имени Кадзуха. Когда Горо пристально осматривал присутствующих, подбежал Итто, со спины наваливаясь на него. — Меня ищешь? Я закончил. — Аратаки, еще три круга, — угрожающе предупредил тренер. Парень глубоко вздохнул, раздосадованный тем, что за ним на самом деле наблюдали, и продолжил бег. — Я возьму этого идиота, — закатывает глаза Горо, даже не обернувшись, чтобы посмотреть вслед Итто. У Дилюка никогда не было проблем с самооценкой, но когда Тома выбирает его вторым, он искренне удивляется и чувствует себя намного увереннее. Когда обе команды были сформированы, несколько минут ушло на расстановку. Рагнвиндр считает, что сегодня звезды сошлись таким образом, что за ним целый день по пятам преследует удача, потому что он во втором номере. Если им удастся надолго задержать мяч, Дилюк сможет проявить себя как можно лучше. — Покажи, на что способен, новичок, — говорит ему Лиза, которая находилась рядом с тренером и Эмбер. Девушки отвечали за счет. Она обворожительно улыбнулась и подмигнула. Рагнвиндр немного покраснел и едва заметно помотал головой. Почему-то ему казалось, что этой девушке нравилось смущать остальных. После первого свистка парень из команды Дилюка расслабленно подает. Мяч попадает на переднюю линию соперников, летя точно на первогодку. Когда тот уже готовился принять, Итто выбежал чуть вперед, пасуя Горо, который был связующим в их команде. Парень бросил на Аратаки испепеляющий взгляд, но все равно сделал ему ответный пас. Нападать с задней линии – довольно рискованно, даже если ты несколько лет занимаешься волейболом, но для него это выглядит как сущий пустяк. Удар вышел точным, пролетая прямо над линией сетки, и очень сильным. Первогодка, находившийся позади Рагнвиндра, едва смог принять мяч, криво пасуя Кадзухе. Он обменивается взглядами с Горо, также находившимся линии нападения, и, коротко кивнув, с легкостью направляет мяч прямо под сетку. Дилюк застывает с открытым ртом, когда невысокий и с виду не сильный парень, высоко подпрыгивает и вкладывает, казалось, всю силу в удар. Первое очко за ними. Дилюку удается несколько раз принять мяч и сделать пас для другого нападающего, но все надежды на совершение нападения оставляют его, когда он отправляется на заднюю линию для подачи. — Кадзуха, пасуй новичкам, — устало повторяет тренер, потирая переносицу. Парень кивнул, но когда все приготовились в ожидании нападения первогодки, отдал пас Томе. Это принесло им еще одно очко, но тренер буквально прожигал связующего взглядом. Рагнвиндр находится под третьим номером и вновь загорается энтузиазмом. Кадзуха дает ему первый высокий пас за всю игру, но Дилюк, полностью поглощенный мыслями, слишком засматривается на мяч, упуская возможность для проведения атаки. Все, что ему остается – стиснуть зубы и сделать резкий обманный пас на переднюю линию с другой стороны сетки. Полностью поглощенный злостью на самого себя за такие глупые ошибки, парень не сразу замечает, что команда соперников не успевает принять мяч, и он приносит им одно очко. Дилюк не придает этому большого значения, потому что он может лучше. Когда связующий снова пасует ему, Рагнвиндр понимает: если он снова упустит эту возможность, другой может уже не оказаться. Итто принимает мяч, но он вылетает в аут. Кажется, все в тихом изумлении косятся на Дилюка, но он прекращает что-либо замечать, пытаясь восстановить собственное дыхание. Игра пролетает очень быстро. Команда Горо выигрывает с небольшим отрывом, но Рагнвиндр не чувствует себя побежденным. Дилюк садится на край лавочки рядом с Лизой и Эмбер и жадно пьет воду. Еще какое-то время он наблюдает за игрой новых команд, но затем обращается к брюнетке: — Я думал, Кэйя тоже придет. — Почему он должен приходить? — недоумевает Эмбер, не отрывая глаз от быстрого перемещения мяча между руками игроков. Осознание к нему приходит с запозданием, а затем его сменяет замешательство. Вопрос девушки так и остается без ответа.

***

Парни вваливаются в раздевалку, обсуждая тренировку и постоянно смеясь. Аратаки Итто, к слову, ведет себя громче остальных, постоянно закидывая руку на Горо. И Дилюку, до одури приятно, что он так быстро стал частью всего этого. Ему хватает всего одного уведомления о новом сообщении, чтобы разом попасть в искусственно созданный в его голове мыльный пузырь, в котором он мог едва видеть и слышать окружающих. Кэйя: Я свободен сегодня после шести. Его сердце начинает стучать быстрее, а уголки рта невольно поднимаются в довольной улыбке. Рагнвиндр стучит пальцами об угол своего телефона и задумчиво смотрит на содержимое шкафчика, который он сегодня занял. — Эй, новенький, чего завис? — внезапно голос Итто звучит прямо возле его уха, а, когда Дилюк полностью приходит в себя, замечает, как тот заглядывает через его плечо в мобильник. Он вздрагивает и судорожно блокирует экран, надеясь, что никто ничего не увидел. Рагнвиндр был не единственным новеньким среди присутствующих, но почему-то это раздражающее прозвище за такое короткое время уже, казалось, намертво прилипло именно к нему. — Девушка? — хитро улыбается Аратаки, многозначно играя бровями. — Спам, — отрезает Дилюк, хлопнув дверцей уже освободившегося шкафчика. Он закидывает лямку своей спортивной сумки на плечо и, поспешно попрощавшись со всеми, уходит. Возможно, его чрезмерно быстрый шаг привлекал внимание других людей, но это последнее, о чем парень сейчас заботился. Рагнвиндр бросает быстрый взгляд на время. 18:36. Они не виделись два дня и надежда Дилюка на то, что Кэйя тогда был серьезен начала постепенно угасать. Вчера утром во время первой пары Рагнвиндр отправил ему сообщение, придя к выводу, что причиной молчания старшего было то, что у него не было его номера. Дилюк: жарко с самого утра и я пиздец как хочу спать как ты справляешься с этим? Прошло сорок самых, казалось, долгих минут в его жизни, прежде чем он увидел долгожданную надпись: «прочитано». Дилюк тут же выключил телефон и положил его экраном вниз. Он не хочет казаться одержимым и вечно проверяющим сообщения парнем, который, к тому же, моментально отвечает. Рагнвиндр гордится собой, когда за все оставшееся до конца время пары он так и не притрагивается к своему телефону. Дилюк начинает довольно улыбаться и одновременно с этим вводить пароль, но его улыбка тут же меркнет. Ответа не было. Парень нервно прикусывает нижнюю губу и, игнорируя уже начавшее разливаться внутри него липкое и неприятное чувство, продолжал себя мысленно убеждать: «он просто занят». Во время обеда Дилюк встречается с Тартальей и Розарией в столовой. Они уже в который раз занимают один и тот же столик, который, кажется, постепенно закреплялся за ними. Пока его знакомые что-то активно обсуждали, Рагнвиндр не прекращал смотреть на стол, находившийся в самом дальнем углу. Парень нервно потягивал сок из своей пачки, пристально наблюдая за каждым движением Альбериха. Кэйя обедал в компании девушек из студенческого совета, много смеялся и постоянно дарил им свои обворожительные улыбки. Он несколько раз отвлекался на свой телефон, что-то активно печатая и листая. Хватка Рагнвиндра на несчастной упаковке сока неосознанно усилилась. «Просто занят». Розария зовет его, когда Дилюк, сам того не замечая, начинает тянуть воздух через трубочку из уже пустой пачки, создавая при этом не самый приятный, но довольно громкий звук. И вот он снова оказывается на третьем этаже, все еще крепко сжимая одной рукой лямку своей спортивной сумки. Рагнвиндр нервно запускает пятерню в свою мокрую от пота челку, зачесывает ее назад и стучит. Парень медленно проходит внутрь комнаты, чувствуя на себе пристальный взгляд. Дилюк аккуратно опускает сумку на пол, словно не уверен, можно ли чему-то подобному здесь находиться. — Душ. Сейчас же. Альберих выглядит в этот момент так, словно отчитывает маленького ребенка. Младший парень чувствует себя нелепо, но все же направляется в сторону ванной. Дилюк еще в свою первую неделю проживания в Киото узнал о том, что некоторые получают одноместные комнаты с собственной ванной за особые заслуги или большую университетскую активность. Но он никогда не думал, что сможет хотя бы побывать в такой. И, наверное, лучше бы это так и оставалось. Парень аккуратно складывает свою одежду на небольшой тумбочке и становится под прохладную воду. Из-за шума разбивающихся капель Рагнвиндр даже не заметил, как скрипнула и без того достаточно тихая дверь. Дилюк вздрагивает из-за чужого присутствия, Кэйя – из-за температуры воды. — Слишком холодно, — говорит Альберих. На лице младшего появляется слабая улыбка, потому что Кэйя выглядит как человек, который обдает своим холодом окружающих, но никогда не мерзнет сам. Дилюк аккуратно опускает свои ладони на чужую талию и оставляет импровизированную дорожку из практически невесомых поцелуев от плеча к шее. Альберих запускает свои пальцы в его волосы и легко оттягивает их, получая в ответ резкий горячий вздох в собственную кожу. Кэйя поворачивается в чужих руках и внимательно смотрит на лицо перед собой. Он тянет за резинку, и собранные медные волосы вмиг рассыпаются на плечи, легко щекоча ключицы. Старший целует его медленно и немного лениво, а Дилюк чувствует себя так, словно он скоро начнет плавиться под чужими касаниями. Альберих давит обеими руками на плечи младшего, заставляя его опуститься на колени. Дилюк тихо сглатывает и обхватывает губами только головку. Он двигается неспешно и не принимает отчаянных попыток сразу же заглотить всю длинну. Рагнвиндр действует осторожно, стараясь скрыть свое полное отсутствие опыта, но старший, кажется, сразу же это замечает. Но вместо ожидаемых издевок и поддразниваний он начинает тактично направлять его. — Помогай себе рукой. Парень начинает неуверенно двигать головой, стараясь подстроить под собственный темп движение руки. — Да, вот так, — хвалит его Кэйя. Из него вырывается слабый стон. Старший снова запускает пальцы в уже намокшие волосы, придерживая их сзади. Он легко направляет Дилюка, заставляя его постепенно ускоряться, и позже начинает сам делать аккуратные короткие толчки. У Рагнвиндра сводит челюсть и болит горло, но когда он слышит стоны Кэйи, ему кажется, что он готов простоять перед ним на своих коленях целую вечность. Альберих слабо отталкивает его, затуманено смотрит снизу-вверх и неуклюже проводит большим пальцем по влажной нижней губе Дилюка. Пользоваться смазкой под водой неудобно, но Кэйя все равно уделяет должное время подготовке младшего. Когда он входит, внутри по-прежнему безумно тесно, Дилюк снова сильно сжимается, как в первый раз, и неосознанно крепко стискивает собственные кулаки до побеления костяшек. Соприкосновение горячей груди с прохладной плиткой вызывает целый табун мурашек на коже Рагнвиндра, но касания теплых рук Кэйи быстро успокаивают. Старший начинает медленно двигаться и одновременно дрочить Дилюку. Это помогает, потому что тот сразу же отвлекается и все становится намного лучше. Намного ярче. Шум воды едва заглушает громкие шлепки и вздохи. Они неосознанно стонут имена друг друга и судорожно касаются чужой кожи. Кэйя хватает оба запястья Дилюка и сжимает их одной рукой над его головой, а Рагнвиндр не может и не хочет скрывать, как сильно ему это нравится. Младший понимает, что Альберих уже близко, когда толчки ускоряются, но он едва может устоять после того как Кэйя грубо тянет его за волосы. Собственный оргазм обрушивается на него с силой, заставляющей мелко дрожать его бедра. Когда они заканчивают, Дилюк впервые обращает внимание на температуру воды. Интересно, как давно закончилась горячая? Его волосы приятно и знакомо пахнут магнолией и китайской вишней, внутри становится тепло от осознания того, что ему было разрешено воспользоваться шампунем старшего. В этом было что-то по необъяснимой причине, как казалось Рагнвиндру, сближающее. — Ты не продолжил заниматься волейболом после выпуска из школы? — спросил Дилюк, убирая лишнюю влагу свежим полотенцем, любезно предоставленным Альберихом. — Нет. К моменту, когда Рагнвиндр вернулся в комнату, Кэйя уже был в домашних шортах и свободной серой футболке, с кончиков его волос стекала вода. Сейчас он лежит на животе на собственной кровати, полностью сконцентрировавшись на телефоне в своих руках. На его лицо снова вернулась прежняя, уже стающая привычной при обычном разговоре с Дилюком, незаинтересованность. — Но почему? — Я ненавижу волейбол. Альберих говорит это без каких-либо эмоций, что сбивает Дилюка с толку еще больше. Ему сложно осознавать, что человек с горящими глазами на площадке в старшей школе, из-за которого Рагнвиндр начал этим заниматься, сейчас говорил такие вещи. Больше они не разговаривали. Младший уходит, тихо попрощавшись и не получив в ответ хотя бы кивка. Тарталья смотрит в окно, пытаясь найти ответ хотя бы в погоде, но затем возвращает хмурый взгляд своему только что вошедшему соседу. У него насквозь мокрые распущенные волосы, глупая, почти пугающая улыбка на лице, а его футболка остается висеть на левом плече. — Стоит ли мне спрашивать, что за хуйня с тобой приключилась?

***

Кэйя заливисто смеется, прикрывая глаза. Он скрывает очередную широкую улыбку за стаканом, делая глоток холодного зеленого чая. Напиток слишком крепкий и горький, но даже это не может сдержать его дернувшиеся вверх уголки губ. Парень мотает головой, продолжая внимательно ловить каждое слово не умолкавшей последние несколько минут Эмбер. Даже Джинн при всем своем желании сохранить серьезное выражение лица прячет сдержанный смех за своими ладонями. Атмосфера меняется, как только к ним подходит первогодка. — Привет, — здоровается Дилюк. Девушки дружелюбно махают ему, а Кэйя молчит, продолжая уже натянуто улыбаться. — Я хотел кое-что узнать у тебя, — обращается к нему Рагнвиндр. Он не хотел ставить помощника главы студсовета в неловкое положение, поэтому лишь когда они отошли на приличную от девушек дистанцию, продолжил разговор. — По счастливой случайности мне досталась пачка мармелада с твоим любимым вкусом, — говорит Дилюк, после чего немного самоуверенно ухмыляется. — Я готов отдать ее тебе, если ты согласишься обсудить со мной последние выпуски «Бегущего человека» во время обеда. Одноклассники Дилюка всегда по какой-то причине отдавали именно ему свой мармелад, но парень долго и усердно отказывался, потому что он просто не понимал, как кому-то может нравиться вкус зеленой сливы. Пока об этом не упомянул Кэйя, когда они случайно столкнулись в магазине. С тех пор он всегда соглашался и даже иногда покупал сам мармелад со вкусом зеленой сливы, чтобы потом отдать все старшему во время их возвращения домой. Они нашли друг в друге отдушину и возможность спокойно обсуждать глупое телешоу, которым до этого увлекались исключительно девочки из их школы. Альберих немного резко схватил его за локоть и они отошли еще дальше. — Слушай, наверное, в этом есть и моя вина, но ты должно быть совсем тупой, если ничего не понял, — тихо начал говорить Кэйя. Каждое его слово, казалось, было пропитано самым сильным ядом. — Я не буду твоим парнем, и уж точно не буду разыгрывать с тобой дружбу. Мне просто нравится с тобой трахаться, но, если тебя что-то не устраивает, можешь катиться нахуй. Он возвращается к девушкам, а ошарашенный Дилюк продолжает стоять на месте. В этот момент чужой образ, искусственно созданный его сознанием, дал самую сильную и большую трещину. Рагнвиндр хочет посмотреть вслед Кэйе, но вовремя себя останавливает, горько осознавая, что, даже если теперь у него были некоторые привилегии касательно тела старшего, сейчас тот ненадежный и хрупкий мост доверия между ними, созданный еще в школе, рухнул. Если Дилюк захочет сделать хотя бы шаг навстречу Альбериху, он рисковал разбиться.