Chapitre 3. Goutte du destin || Глава 3. Капля судьбы
22 декабря 2024 г., 00:00
4
3 июня, 1991 год 09:40 Начало выходного дня выдалось тихим. Воздух был свежим, за ночь город немного выдохся, сбросив привычную суетливость. Аманда, позволив себе проснуться позднее обычного, — это ведь первый и полноценный выходной! — медленно, верно привыкала к распорядку жизни и комнате, где вместо картин на стенах была простая пустота. Так или иначе, вскоре, оказавшись на первом этаже, она засела за стол, открыла блокнот и продолжила заполнять страницы вчерашними событиями, укореняя привычки. Послышались нарастающие шаги — это Натали появилась в дверях со своей энергией и улыбкой, наполнившую помещение. Белоснежный костюм, сидящий на стройной фигуре как влитый, подчёркивал безупречный вкус. Лёгкий аромат духов, который тянулся шлейфом за ней, навевал ассоциацию с дорогими салонами. Она непринуждённо поставила на стол зелёную кружку с кофе и воскликнула: — Доброе утро, ma chèrie! Как я погляжу, ты выглядишь полной сил! В таком случае… — на этом она дружески напомнила о неизбежном: — Ты помнишь слова о далеко не последней прогулке, не так ли? — в её голосе зазвучала лёгкая шутливость, но и уверенность, что ответ будет положительным. — А у меня был иной выбор? — оторвавшись от дневника, Аманда приподняла бровь, и её тон скорее говорил о примирении, нежели о настоящем раздражении. — Ха-ха, конечно нет! Ведь я слова на ветер не бросаю, — она поправила белоснежный пиджак. — Отдохнуть от городской суеты ты всегда не будешь против. К чему это я? Видишь ли, сегодня у нас на повестке дня запланировано посещение Люксембургского сада. Он совсем рядом находится, там будет не так шумно, как на улицах. Ты увидишь Париж немного с другой стороны! Аманда промолчала. Она знала, что отговорки не сработают, отказаться от прогулки совершенно невозможно. Было заметно, как Натали пыталась сделать её жизнь в Париже менее невыносимой и… честно говоря, утренний свет за окном не вызывал такого негатива, как вчерашняя толпа. 11:11 Сад Люксембург, находящийся в нескольких минутах ходьбы от Латинского квартала, встретил журчанием фонтана и шелестом листвы. Вокруг располагались ухоженные газоны, украшенные цветочными клумбами, вдоль аллей стояли скульптуры. Здесь не было такого хаоса, как на улицах — народ наслаждался тенью деревьев, сидел на скамейках с книгами или беседовал за маленькими столиками кафе. — Ну что, разве это не в миллион раз лучше вчерашней суеты? — Натали с улыбкой обернулась к ней, кинув взгляд на один из цветников. — Лучше, — нехотя согласилась Аманда, оглядывая парк. Всё выглядело мирно. Этакий островок спокойствия в без того шумном городе. Тишина успокаивала, позволяла не нагружать голову. — Это радует, — Натали попыталась продолжить с горем пополам разговор, но, уловив немое наблюдение, решила не усугублять ситуацию. Пусть гостья смотрит, думает, созерцает, а не растрачивает нервы впустую. Они прошли ещё немного, пока в одном из уголков сада не обнаружили небольшой киоск, предлагающий прохладительные напитки и мороженое. Отчего-то Натали мысленно решила купить им по порции освежающего лакомства и попросила подождать: — Постой-ка ты, пожалуй, здесь пару минут. Я сейчас вернусь с чем-то освежающим! — и, не дожидаясь ответа, поспешила скрыться за углом. — Мороженое, уж наверняка? Как ребёнок, клянусь… — была не была! Аманда и осталась одна, по привычке давней скрестив руки на груди и стараясь отвлечься. Время тянулось медленно, взгляд скользил по людям, по зелени сада. Безусловно, все наслаждались спокойствием живого оазиса в сердце города. Как и она сама… Только-только начала чувствовать, как огромное напряжение постепенно растворялось, уступая место умиротворению. Можно было вдохнуть воздуха побольше, ощутить дуновение прохладного ветра, уловить сладостные нотки различных цветов и порадоваться успешному началу дня, прикрыв глаза. Ах, если бы это чувство продлилось как можно дольше… Однако нет, так не бывает в её жизни! Краткая идиллия оборвалась неожиданным происшествием. Некто, проходящий мимо с другой стороны, не смог вовремя обойти и случайно столкнулся. Рукав её блузки мгновенно намок, по коже разлилось неприятное ощущение холода. Сразу перед глазами возник вчерашний невежда, не удосужившийся извиниться, а тут… Боюсь, что именно таким пугающим спонтанным образом и возникла капля судьбы, что в дальнейшем приведёт к насыщенным событиям лета тысяча девятьсот девяносто первого… Идеально нелепый момент, который полностью разбил замкнутость, провозгласив: «Ага, Аманда, пора меняться!». «Да что же это такое?! — секунды спустя всё произошло настолько быстро, что здесь Аманда мысленно едва успела понять, что конкретно случилось. Кое-как восстановив равновесие, она направила взор на виновника торжества. — Высокий?! Да чтоб настолько! — подняв их выше, сбилась с толку, поскольку встретилась не только с растерянным видом, ростом примерно метр девяноста, но и с глазами весьма насыщенного синего цвета, скрывающиеся за большими круглыми очками в тонкой оправе. — Нихера себе глаза синие! Какие же они чертовски синие, впервые такие вижу…», — с такими редкими, сумевшими вызвать дикое изумление, пропустить виноватый и неловкий французский лепет, покуда запросто затмить вспыльчивость Аманды… Эта задачка не из простых. Ей не составило труда оторвать взгляд от главного отвлекающего элемента, пройтись по внешности. Высокий брюнет с аристократичными чертами лица, сошедший с обложки старого романа — а не только выразительными глазами, — на первый взгляд показался юным. Слегка волнистые волосы не смотрелись неряшливо, вполне себе естественно, так, как надо. Классической одёжкой в виде белоснежной рубашки, просторных тёмно-серых брюк с аккуратными складками. Таким образом он больше смахивал на студента… Пусть весь облик, по правде говоря, дышал какой-то интеллигентностью… И каков смысл придираться к роли, когда перед носом стояла иная преграда? Поэтому, с хрустом сжав кулаки, Аманда преобразилась и полностью отдалась вспыльчивой натуре. — Твою ж мать! Ты что, совсем слепой?! — вспыхнула подобно спичке, не отдавая себе отчёта. Плевать на языковой барьер, непонимание, так будет даже лучше — её не поймут. Как забавно знать, что здесь понятия не имели, какие неожиданные повороты могут проявиться! Ведь дрогнувший от волнения голос в дальнейшем… — Сколько можно уже?! Вчера один толкнул, а сегодня вообще воду пролили! Что дальше, завтра вообще на землю повалят, а?! Я не- — Ох, п-прошу прощения, я правда не заметил… — …ответил на безупречном немецком. Совершенно. И на мгновение ошеломил так, что Аманда вскинула брови. Господь Всевышний! Ещё чуть-чуть, и она начнёт думать, что некоторые жители втайне знают немецкий, когда в реальности ответ лежал на поверхности — это элементарное везение, которое приглушило гнев. Так, малую часть плохого. — «Простите»?! Слышать извинения даже не желаю! — затем же она обрушила на него поток слов, не стесняясь в выражениях и в какой-то степени избавляясь от накопившегося. В противном случае, её бы разорвал на части непрошеный интерес… Всё-таки деньки были непростыми, это надо признать. То нежданная весть, то привычное, но противное безразличие родителей перед поездкой… Жаль, что парень, отныне ощущающий себя более виноватым, стал спусковым крючком, личным катализатором. — Как Вам будет угодно… — с лёгким смущением произнёс парень, делая шаг назад и примирительно выставив руки перед собой — на запястье сверкнул тонкий металлический браслет часов. Без запинок голос оказался низким, почти музыкальным, плавным и до боли доброжелательным, подстать таким удивительным личностям, как он. И вежливым, с обращением на «вы» — к грубиянке, которая выглядела младше, между прочим! — В таком случае, позвольте мне что-то сделать, чтобы загладить вину? — Что? — она скрестила руки, по-прежнему сердито смотря. — Вот оно как! Тогда сделай мне одолжение, просто исчезн- — Аманда, что здесь происходит?! — к счастью, Натали успела вернуться до того, как пожелание было сказано, неся два стаканчика мороженого. Увидев сцену, она замерла на секунду, затем рассмеялась: — Ну и ну, ты нашла с кем подраться! — Скорее, выпустить лишний пар. Но кто бы мог подумать, что он… — указала пальцем на виноватого, — Немецкий знает! Уму непостижимо, — и бросила на окружающих личностей недовольный взгляд, на что Натали повернулась к незнакомцу с милой улыбкой, не переходя на французский: — Простите великодушно мою подружку! Она… весьма замкнутая, ещё не привыкла к городу, людям, да и вежливости. За одежду не стоит так пережива- — С меня довольно! Идём отсюда, — грубо отрезала Аманда, напоследок злобно посмотрев, взяла Натали под локоть и ускорилась, уходя от разговора. — В общем, всего Вам хорошего! — чуть не выронив стаканчики, успела выкрикнуть Натали, с улыбкой закатив взгляд глаза, и обратилась к названной подружке. — Вот это ты даёшь, дорогая! Ругалась тут на своём немецком настолько громко, что всеобщее внимание привлекла и птиц спугнула! — К чёрту всё и всех… Бедная моя блузка, — отойдя на более приличное расстояние, можно было понемногу утихомирить необузданный гнев и постараться говорить непринуждённо. — Да не кипешуй ты так! Высохнет твой несчастный рукав, на улице лето. И это же была вода, а не какой-то там сок, — не без смеха успокаивала всеми силами Натали и призадумалась. — А парнишка… О, mon Dieu, до чего же у него синие глаза, кра-со-та! Будь я помладше, то не стала бы упускать такой шанс познакомиться поближе… — Хватит! Отставить разговорчики о случайном прохожем! — освободив руку, чуть не взорвалась Аманда и подавила желание обернуться. — Мы его всё равно больше не встретим. Особенно я… Так что к чёрту эти брошенные извинения. — Не знаю, но… Похоже, он был искренне обеспокоен случившимся, — Натали наконец-то подала купленное мороженое. — И знаешь, при всём моём уважении, милочка, ты могла бы быть чуть добрее! А то своими возгласами ты у него точно вину вызвала… — Ох, да неужели? Доброта — это не в моём стиле, — пробормотала она, сделав первый укус. Вкус приятный, ванильный, из-за чего остатки злости немного поутихли, но только не липкое чувство того, что всё случайное бывает далеко не случайным. Они продолжили прогулку, а это столкновение всё равно запомнилось, оставшиеся эмоции бурлили где-то внутри. Вечером, вернувшись в комнату, Аманда открыла дневник и, прокрутив весь день от и до, записала впечатления и мысли. Без этого никак. Она, чуть нахмурившись, обдумывала то, почему этот высокий человек вообще вызвал такую реакцию и чёртово предчувствие о повторе. Да и мысли… не то о том, что она обошлась грубо из-за какого-то накопившегося негатива, не то о странной доброжелательности, одновременно дёргающей за ниточки и трогающей за живое. Он ей никто, он ведь мог запросто послать и уйти восвояси, не предлагая помощи! Помощи… в чём? Вот уж правда, а чем бы в ином случае помогли? Рукав тогда за пару минут высох, проблема решена… «Глупо думать о таких спонтанных вещах, тем более о немецком, — подумала она, прежде чем закрыть блокнот, присела на кровать, зарывшись пальцами в волосы, и тяжело вздохнула, убирая прочь нежеланный образ. — Просто случайность. Ничего больше, слышишь? Это был просто жалкий, но терпеливый прохожий. И всё. Ни-че-го. Наши пути больше не пересекутся, неужели не понятно?». . . . Не пересекутся, ведь так?
