в тишине громких слов

Честно признаться, какое-то время Юля не решалась позвонить по полученному недавно номеру. Выходя из бара, она была полна решимости, ее буквально распирало от желания разобраться с этой странной историей, а сейчас… Сейчас же этого рвения у нее уже не было. Куда оно делось? Неясно. Но с самого утра следующего дня в голове Юли крутились мысли о том, что лучше было бы для начала узнать, чей номер она получила: имя на листке ей ни о чем не говорило. Поиск на просторах «мировой паутины» (а что, а вдруг?) тоже не дал никаких результатов. Человека с такими именем и фамилией будто вообще не существовало – даже в социальных сетях. Что ж… Вся эта ситуация вынуждала Юлю идти на «крайние меры»: спрашивать Тимура. По ряду причин делать этого не хотелось, но… видимо, придется. Главной причиной, пожалуй, было то, что Родригез наверняка начнет расспрашивать, что она задумала, зачем ей эта информация и во что вообще она опять собирается влезть… Такого рода разговоры у этой парочки так или иначе происходили с самого начала их знакомства. Тимур всегда стремился «уберечь» Юлю от самой себя – и нельзя сказать, что это не было полезным занятием… Но сейчас не об этом! Собрав всю свою волю в кулак, Паршута, тяжело вздохнув, за завтраком завела на первый взгляд самый обычный разговор: снова о городе М. Юля интересовалась теми немногими достопримечательностями, что смогла запомнить, а потом, будто невзначай, спросила: – Тимур… Кто такая Карина Кокс? Сохранять невозмутимое выражение лица удавалось с трудом, поэтому девушка, недолго думая, потупила взгляд, увлеченно разглядывая содержимое своей чашки, украдкой все же наблюдая за реакцией друга. И Родригез сумел ее удивить: он растерялся и, казалось, даже побледнел немного, а глаза его в какой-то момент чуть было не полезли на лоб от удивления. Юля уж и не знала, что думать. Это ведь всего лишь имя… Почему оно вводит парня в такое странное состояние, почти… шоковое? Чем обусловлена такая его реакция? Вопросов, как обычно, было больше, чем ответов… – Зачем тебе она понадобилась? – немного растерянно поинтересовался Тимур, прокашлявшись. – Хотя нет, не то спрашиваю… Откуда ты про нее знаешь? Тимур этим вопросом попал, что называется, не в бровь, а в глаз. Паршута не подготовилась заранее, что отвечать в случае вот таких вот «каверзных» вопросиков… Хотя, казалось бы, что сложного в том, чтобы просто сказать правду?.. Но Юля упорно не желала этого пока что делать. – Я… – после непродолжительного молчания подала голос она. – Я услышала это имя, когда гуляла вчера… О ней говорили будто бы со страхом, но при этом и с уважением… Вот я и подумала – вдруг, это какая-нибудь ваша местная «знаменитость». Интересно стало, знаешь… Врать на ходу было сложно. Да еще и врать так, чтобы у Тимура и мыслей не было о том, что ему сейчас нагло вешают лапшу на уши. Так, чтобы он поверил. Юля, пока сочиняла эту «историю», неотрывно смотрела другу в глаза – так, чтобы по выражению его лица понять, в правильном русле она сочиняет или нет. Пожалуй, это ее и выручило. Потому что после того, как девушка закончила говорить, Тимур будто бы расслабился. Так, как расслабляются люди, когда каким-то чудом избегают чего-то нежелательного. Странно это было, конечно, но куда больше сейчас Юлю волновал то факт, что она не спалилась в своей лжи «во благо». – Карина – это местная гадалка, – со вздохом сказал Родригез. – Она… странная, знаешь. Ну, как и все люди, связанные с мистикой. Горожане почему-то прозвали ее ведьмой – и в большинстве своем ее боятся. Подробностей не знаю, мутная это история… Не забивай себе этим голову. Паршута четко слышала волнение и обеспокоенность в голосе друга. Он пытался это все скрыть, замаскировать, и у него бы это непременно получилось, знай его Юля чуть хуже. Он будто боялся чего-то… Но чего? Юля открыла было рот, чтобы задать очередной вопрос, как вдруг на всю кухню раздался рингтон звонящего телефона. Звонили Тимуру. Тот поднял трубку, даже не глядя, чей номер высветился на экране. Сам разговор длился недолго – от силы пару минут… Но за это время Тимур заметно «помрачнел». Сейчас он чем-то напоминал небо перед грозой: такой недовольный, почти грозный, готовый в любую минуту «взорваться». Тимур недовольно отложил телефон в сторону, сделал парочку вдохов-выдохов и посмотрел на Юлю, молча наблюдавшую за происходящим. – Мне уже почти неловко это говорить, – пожал плечами Родригез, – в конце концов, я сам тебя пригласил… Но мне снова надо отлучиться по делам… Так что придется тебе снова наслаждаться видами города М в одиночестве. Паршута натянуто улыбнулась, как бы говоря: «Ничего страшного, я все понимаю, работай». И, похоже, Тимур истолковал эту ее улыбку именно так. Поднявшись из-за стола, парень серьезно посмотрел на подругу и произнес: – Пожалуйста, не найди себе проблемы в мое короткое отсутствие. Я уж знаю, ты в этом мастер. И Юле показалось, что Тимур сказал эти слова более взволнованно, чем стоило бы… Следует ли говорить, что к этому своеобразному предостережению Паршута не прислушалась? Пожалуй, это излишне… Выждав полчаса с момента, когда Тимур уехал по своим делам, девушка все же позвонила по номеру Карины. Ответил ей автоответчик (как бы парадоксально это ни звучало). Он несколько раз повторил какой-то адрес, а затем затих, а в трубке раздались короткие гудки. Само собой, это показалось Юле странным, но она все же вбила в картах услышанный адрес и, проложив маршрут, отправилась на «встречу с судьбой». Здание, расположенное по указанному адресу, представляло собой видавший виды старый небольшой домик. Увидь Паршута такое в каком-нибудь фильме или в любом другом месте, ей бы, наверное, стало не по себе, но город М был полон противоречий: от этого дома, вопреки всем законам здравого смысла, веяло какой-то теплотой, туда хотелось зайти. Оказавшись внутри, Юля сразу оценила, что обставлен дом со вкусом, пусть и немного старомодно. Пахло какими-то благовониями – и пахло приятно. А еще – немного тянуло в сон. Такое приятное чувство… Над входной дверью висел колокольчик – и на его звон, разрезавший царившую в помещении тишину, вышла женщина – судя по всему, хозяйка. Карина Кокс не внушала Юле страха и трепета, которые должна была, судя по реакции Тимура и странному тону бармена. Это была средних лет женщина, с приятной внешностью и добрыми глазами. Конечно, внешность бывала обманчива, но все нутро почти кричало Юле: это – не тот случай. Гадалка молча смотрела на свою гостью, скрестив руки на груди. И только спустя несколько минут до Юли дошло, что та, наверное, ждет объяснений… – Я пришла, чтобы узнать немного о… – начала было Паршута, но Карина одним взмахом руки ее прервала. – О «кошачьем кризисе», я знаю, – с улыбкой сказала она и прошла вглубь дома. Юля, до этого стоявшая у самого входа, сочла это своеобразным приглашением и последовала за гадалкой. Когда девушка зашла, Карина уже сидела за столом, раскладывая что-то перед собой. Приблизившись, Юля поняла, что это были карты. – Тебя интересуют кошки, – размеренно говорила Кокс, – но то, чем обернется все это дело – гораздо интереснее. Юле не нравилось, когда говорили загадками. Когда она задавала вопросы, она всегда ждала четких, понятных ответов… А не общих фраз, которые посеяли бы еще больше сомнений. – Прошу прощения? – с деланным спокойствием спросила она. Карина лишь загадочно улыбнулась. Она заглянула девушке в глаза и долго не отводила взгляда. Наконец, спустя несколько минут, показавшихся для Юли целой вечностью, гадалка кивнула. – Я вижу, что тебя ждет интересное приключение, Юлия, – сказала женщина. – Если правильно разыграть карту, то в конце пути ты найдешь не только ответы на интересующие тебя вопросы, но и еще кое-что. – Что же например? – скептически поинтересовалась Юля. – Славу и любовь, конечно же, – ровно ответила гадалка. Паршута тяжело вздохнула: ей все больше казалось, что она зря теряет здесь время. Но тут Карина мягко обхватила своей ладонью запястье девушки и, понизив голос, мягко произнесла: – Я не знаю, что происходит с котами и куда они деваются. – Она говорила так, словно речь шла о погоде. – Но мне тоже это все кажется странным, я пытаюсь разобраться… Но это может оказаться опаснее, чем кажется на первый взгляд. Юля, поначалу пытавшаяся вырвать руку, расслабилась. – Я хочу рискнуть, – улыбнувшись, сказала она. – И помочь. Когда Юля вышла от Карины, уже почти совсем стемнело. К сожалению, это был не центр города, и фонари здесь, похоже, являлись редкостью. Юле это не нравилось, в этом полумраке она чувствовала себя не очень комфортно. Но девушка старалась гнать от себя все дурные мысли, что лезли сейчас в голову. Старалась думать о хорошем: они с Кариной договорились встретиться завтра и обсудить какую-то важную инфу (подробностей Юля пока не знала). И вот, когда Паршута уже почти прошла переулок, который связывал это райончик с центром, дорогу ей преградили двое мужчин в строгих костюмах. – Вам придется проехаться с нами, – властным голосом (да таким, что у Юли кровь стыла в жилах) произнес один из них.