Better than ever

— Ты можешь уже наконец взяться за голову? Твои выходки мне уже поперёк горла стоят! Клянусь, однажды я сорвусь, и ты будешь летать у меня от стенки до стенки. Щенок! — дверь закрывается с громким хлопком, отчего, кажется, трясётся мебель. Не такое доброе утро представлял себе Минхо. Увы, отцу позвонили из школы и доложили о том, что его сын сорвал урок химии. Сказали, что ущерба никакого нет, класс ученики прибрали, но осадочек остался. Гоука попросили провести с сыном беседу, грозясь, что долго церемониться с парнем не станут. Мужчина был так зол, что чуть ли не на части хотел порвать сынишку, однако его не оказалось дома. Наён смогла усмирить пыл супруга, уговорив того пойти спать. Минхо вернулся поздно ночью, поэтому тихо и быстро пролизнул в свою комнату, сразу же ложась в кровать. Стоило Минхо утром выйти из комнаты и застать отца в прихожей, пока тот обувал свои идеальные лакированные ботинки, как на него тут же посыпались претензии и оскорбления. Наён и Феликс прибежали на крик, но сказать что-либо или остановить не могли. Оно и не требовалось. Минхо молча выслушал всё, что так яро кричал отец, фыркнул уже закрытой двери и ушёл в ванную, запираясь там. Дыхание тяжёлое, сердце стучит как ненормальное. Он слышит подобное не впервые, просто неприятно, что этот цирк увидели лишние глаза. На душе паршиво. Минхо никогда не пытался играть робота, просто без всяких чувств жилось легче. Но Ли соврёт, если скажет, что ему абсолютно всё равно. Конечно, Минхо всегда хотелось иметь более тёплые отношения с отцом, более близкие. Парень устал от этих скандалов, было уже тошно от бесконечного ора и осуждающих взглядов. Минхо не отрицает своей вины, он и провоцирует, и выводит. Такие отношения сложились после смерти матери, образовалась огромная пропасть, а мост строить не хочет никто. Копаясь в себе, Минхо приходит к выводу, что, может, все его проделки — это лишь способ привлечь внимание отца? Тот после потери жены ушёл в работу с головой, общаясь с сыном по минимуму. Может быть, детский мозг решил, что только такими выкрутасами выйдет получить желаемое. Но, увы, всё обернулось совсем иначе. Минхо тяжело выдыхает, включает воду и умывает лицо. Мысли не хотят приходить в порядок, отчего у парня медленно начинает болеть голова. Дурацкий разум гнусно шепчет, что если Минхо остановится, то отец и вовсе о нём забудет. Будет существовать только Феликс, а Минхо останется неприятным воспоминанием из прошлого. К Феликсу Минхо отца никогда не ревновал. Сам не знает почему. Просто не видел никогда в этом смысла. Даже Чону удивлялся, как это Минхо так спокоен. Может быть, всё дело в обиде на папу за равнодушие, может быть, в том, что маленький Ён сам не тянулся к отчиму, боясь его первое время. Ли не совсем ясно, но и копаться в этом нет сил. Сейчас Феликс и его отец ладят, неплохо порой общаются. Гоук не одаривает, конечно, особым вниманием, не играет роль самого лучшего папы, но хоть как-то им интересуется. Минхо плохо помнит, какие у них были отношения до смерти мамы. Вроде бы обычные, как у отца с сыном. Пусть Минхо был уже большим на момент гибели матери, девять лет, но про связь с папой очень сложно что-то вспомнить. Одно он может сказать точно: всё было лучше, чем сейчас. Минхо выходит из ванной спустя двадцать минут. С волос на футболку каплями стекает вода. Брови сведены к переносице, вид довольно угрюмый, мрачный. — Минхо, — аккуратно зовёт Наён, — всё в порядке? — Да. — Хочешь… мы можем поговорить? — Нет необходимости. — Хорошо, — сдаётся госпожа Ли. — Завтрак на столе, через час выезжаем, будьте готовы, — Наён, явно обеспокоенная утренней сценой, скрывается в их с мужем спальне, оставляя сыновей наедине. Минхо садится на стул, придвигает к себе тарелку, ковыряет яичницу вилкой. Аппетита нет, желания жить тоже. Отец испортил настроение, Минхо думает уже никуда не идти, остаться дома и прогулять уроки. Но тогда его ночная вылазка будет напрасной, чего Ли не допустит. — Ты как? — Феликс присаживается напротив, сочувствующе смотрит на брата. — Нормально, — Минхо протыкает желток, который растекается по тарелке. — Я знаю, ты терпеть не можешь, когда лезут к тебе в душу, пристают со своими вопросами, но я просто переживаю. Ты выглядишь слишком поникшим. — Всё хорошо, Ликси, просто я устал. Морально устал, — добавляет для ясности Минхо. — Знаю, что для тебя это пустые слова, хён, но у тебя всегда есть я, готовый выслушать и поддержать. — Спасибо, — Минхо не поднимает глаз на младшего, отчего тот вздыхает. Завтракают мальчики в тишине, иногда лишь стуча вилками по посуде. Сборы проходят так же без разговоров, даже Наён не пытается влезть. Казалось бы, привычные разборки, ведь Гоук далеко не в первый раз так кричит на сына, но сегодня всё воспринимается иначе. Госпоже Ли хочется верить, что Минхо наконец задумается над словами и угрозами отца и возьмётся за ум. Облегчит жизнь всем вокруг, а главное — самому себе. Всю дорогу в машине, а затем и по пути в кабинет между парнями висит неловкое молчание. Феликс лишь бросает маме тихое «пока», выходя из машины. Ликс не хочет лишний раз дёргать брата, а Минхо просто нечего ему сказать. Слова про готовность выслушать — не пустышки для Хо, он правда очень благодарен и признателен. Он ценит это. Дело в том, что ему просто духу не хватит подойти и попросить помощи, попросить поговорить с ним. Минхо любит Феликса и доверяет ему, но зажатость и скованность не позволяют быть открытым настолько, насколько хочется. — Привет, бро, — Джисон улыбается, машет рукой соседу. — Привет. — Что-то случилось? — У меня что, на лице всё написано? — грустно усмехается Ли. — Ну вы с Ликсом такими загруженными и удручёнными выглядите. Вы поругались? — предполагает Хан. — Нет, просто утро не задалось, — Минхо бездумно разглядывает свои пальцы. — У меня такое тоже часто бывает, а особенно, если я завтракаю с родителями. Сразу атмосфера гнетущая, — Джисон съёживается. — Из-за чего? — Ну из-за их разговоров о планах на моё будущее. Это всё меня утомляет, вгоняет в тоску и портит настроение. — А что за разговоры? — Про школу, оценки, учёбу в целом, про то, в какой вуз я должен поступить, как потом пойду в их компанию. Неинтересно в общем. Единственная радость в моей жизни, — Джисон что-то ищет в телефоне, а затем показывает экран Минхо. — Это мой пёсик. Смотри, какой он милый и пушистый. — Ппама, верно? — Ого, ты что, помнишь его имя? — Хан не на шутку удивляется. — Ну да, оно ведь несложное. — Просто мои родители до сих пор запомнить не могут, а он у нас уже два года, — в глазах Джисона мелькает грусть, но он быстро старается её скрыть. — Этот малыш постоянно веселит меня и не даёт унывать. Да и если всегда ходить с кислой миной, появятся морщины и потеряется вкус к жизни. Жить и только ныть — попусту тратить отведённое нам время. Я предпочитаю встречать все трудности с улыбкой на лице, показывая всем, кто тут папочка. — Вау, белка, вот это мотивационная речь, — Минхо хлопает восхищённо в ладоши. — Мне даже веселее стало. Тебе бы тренинги проводить, честное слово. — Спасибо, воздержусь. Моей мотивации только на меня и хватает. — Ну мне тоже помогло, — Ли кивает, поджимая немного губы. — Настроение даже появилось. — Я рад, — Джисон искренне и солнечно улыбается. Минхо жалеет этого парня, не понимает мотивов его родителей, их целей и в целом всей задумки испортить сыну жизнь, подстраивая под себя. Джисон добрый и милый, хочется помочь ему поверить в себя, воодушевить бороться за мечту. Но Минхо не имеет на это никакого права. Ему бы со своими проблемами разобраться, да и скоро Ли уйдёт отсюда, оставив этого подростка. А причинять боль ложными надеждами — последнее, что стоит делать. Уроки для Минхо тянулись слишком медленно. Время будто играло с ним злую шутку, оттягивая то, что он задумал провернуть. Слова отца, как назойливые мухи, роились в голове. Казалось, что всё вокруг было против него. Даже Джисон сегодня сидел особенно молчаливо и не заполнял скучные занятия своей бессмысленной, но отвлекающей болтовнёй. Английский выдался немного нервным, учитель Бан отчитал за сорванный урок и отправил парочку упрекающих фраз и взглядов лично в сторону Минхо. Ли не злился на него, заслужил. Все выходки Минхо отражались в первую очередь на их классном руководителе. Бан Чан наверняка уже проклинал неугомонного ученика, до появления которого он жил спокойной и размеренной жизнью. Ну чем не повод, чтобы исключить Минхо и вернуться к тому, что было? Ли уверен, терпение учителя не вечное, и однажды даже он будет всеми руками за уход Минхо из школы. На переменах Минхо болтал с Джисоном, обсуждая с ним всё, что придёт соседу в голову. Настроение у Ли стало заметно лучше, даже несмотря на то, что его поругал учитель. С Феликсом они заговорили только в столовой, условно помирившись и убрав ту неловкость, что была. Они не ссорились, но Минхо чувствовал некий стыд перед младшим, потому что отказ от помощи выглядел так, будто Хо ни во что её не ставит. Однажды у Минхо обязательно получится высказать всё Ёну, объясниться и поблагодарить за поддержку. Они всё прояснят между собой, просто у Ли на это сейчас нет ни смелости, ни сил. Часть рабочего дня Минхо бросал взгляды на Хёнджина, решая в голове какой-то ребус. И чем его привлёк этот парень? Красивая внешность? Высокий рост? Широкая и яркая улыбка? Добрая натура? Минхо не знал. Но интерес к Хёнджину ему точно не нравился. У Ли любовь не под запретом, были уже какие-то отношения, интрижки. Но влюбляться сейчас в ученика этой школы — далеко не лучшая идея. Да и страдать потом из-за разбитого сердца и невзаимности не хочется. С Хёнджином лучше просто дружить. Глупое чувство какой-то ревности возникало каждый раз, когда он видел Хвана мило общающимся с Чонином. Минхо пытался отпираться и не признавать. Возможно, ревность — это громко сказано, здесь скорее раздражение. Но откуда ему взяться, Минхо знать не хочет. Феликс говорил, что они друзья, но, даже если это не так, Минхо не должно быть никакого дела. Он не претендует на Хвана, значит, и отобрать его у одноклассника не может. Последним уроком стояла физкультура, что было только Минхо на руку. Может, судьба всё-таки благосклонна к нему? Для задумки даже лучше будет спортивная форма. Школьную пачкать не придётся и портить. Прекрасно. У Минхо кончики пальцев колют от предвкушения. Он возлагает большие надежды на свою новую выходку, надеясь, что она будет последней в этой школе. Если верить словам Хёнджина, всё должно пройти на ура. Минхо искренне надеется на это. — На сегодня всё, можете все идти переодеваться, — свисток, и зал начинает заметно пустеть. Ученики расходятся по раздевалкам, кто-то просто хватает пакет со сложенной формой и уходит в класс, предпочитая идти домой в том же, в чём был на уроке. Минхо ещё на физкультуре позвал погулять Феликса, Джисона и Хёнджина после школы, сказав, что переодеваться не стоит. Его предложение приняли и менять одежду не стали, дожидаясь дальнейших указаний Минхо. Он не сказал ни куда они пойдут, ни зачем, ни с чего вдруг. Ещё и в середине недели. — Бро, — Джисон сидит на парте в классе, мотает ногами туда-сюда, без интереса наблюдая, как школьники покидают учебное заведение и прощаются. — Куда ты поведёшь нас? — Увидишь, тебе понравится, — Ли загадочно улыбается, ожидая, когда все приглашённые соберутся вместе. Джисон на это только цокает. — Что-то твоя ухмылочка меня пугает, — Чанбин бросает рюкзак на пол, складывает руки на груди и пронизывающе смотрит на Минхо. — В последнее время ты такой буйный. — Ну я тебя не звал, можешь тогда не идти, — Ли спокойно пожимает плечами. — Как же, не дождешься, — фыркает Чанбин. — Так куда мы пойдём, Хо? — Хёнджин облокачивается на соседнюю парту, пересекаясь взглядом с Ли. — Сюрприз, — Минхо игриво подмигивает. — Не люблю ещё с детства твои сюрпризы, — вмешивается Феликс, скептически поглядывая на брата. — Особенно после того раза, когда ты мне змею подарил на день рождения. — Он подарил тебе змею? — Джисон испуганно удивляется, косясь на соседа по парте. — Ненастоящую, конечно, игрушку, но мне было тринадцать, и я напугался! Она выглядела как живая! — обиженно восклицает Феликс, всплеснув руками. — Ёни, пора уже забыть об этом, — Минхо хлопает братца по плечу. — Ну было и было. — Ну да, не у тебя теперь фобия змей, — бурчит Ликс, отводя глаза. — Кстати, я позвал с нами Чонина, Сынмина с Лиа и Хвиин, ты же не против? Минхо закусывает язык, чтобы не сболтнуть лишнего. Вроде ничего плохого этот Чонин ему не сделал, но вот странное отвращение возникает при каждом упоминании имени. Ли понимает, что это неправильно, но поделать ничего не может. — Нет, не против, — выдыхает Минхо. Всё-таки чем больше народу, тем веселее. Для его плана это только плюс. — Супер, а теперь, может, уже пойдём туда, куда ты там хочешь, — стонет Джисон, закатывая глаза. — Пошли, пошли, нетерпеливый, — Минхо стаскивает Хана с парты, ведёт его под локоть из класса, машет остальным следовать за ними. В коридоре они натыкаются на ожидающих Чонина, Сынмина и девчонок. Взгляды Ли и Яна пересекаются, что, видимо, пугает последнего, так как Чонин вздрагивает. Минхо не придаёт этому значения, ведёт Джисона за собой дальше. Феликс кивает головой, призывая так одноклассников топать с ними. Джисон не замолкает, пытаясь узнать, куда ведёт их Минхо, на что тот отмахивается, продолжая держать интригу. Хан напрягается, когда Ли заворачивает к лестнице, поднимаясь по ступенькам на верхние этажи. — Хо, — Хёнджин, кажется, догадывается, куда их выманивает Минхо. Хван помнит этот тёмный коридор, чердак с огромными слоями пыли. — Ты ведёшь нас… — Да, — прерывает его Минхо уверенным голосом. — Ты верно понял, — на губах довольная улыбка. Все резко оживляются, начиная обсуждать это и допытывать Хёнджина, пока Хван отпирается, надеясь, что Минхо всё же шутит. Туда же нельзя подниматься, им очень сильно за это влетит. Ли фонариком телефона светит себе под ноги, чтобы не упасть случайно. Джисон вцепляется в руку Минхо, не желая отпускать. Ли не обращает на это внимания, роется в кармане в поисках ключа. Он светит на замочную скважину, возится с замком и наконец дверь поддаётся, парень раскрывает её настежь. Ухмыляется и выходит наружу, спрыгивая на асфальт. Остальные идут за ним, озираясь по сторонам. — Хён, зачем мы здесь? — Феликс подходит к брату, непонимающе смотрит на него. — Что ты задумал? — взгляд сменяется на серьёзный. — Ничего, просто решил с вами повеселиться, — Минхо, покачиваясь из стороны в сторону, прячет руки в карманах брюк, говоря довольно уклончиво. — Минхо, — голос у Ликса строгий. — Расслабься, — Минхо поправляет чёлку. — Всё будет хорошо. Лучше посмотри сюда, — Ли кивает куда-то за спину брата. Ученики только сейчас замечают, что помимо старой мебели и бывшего театрального реквизита здесь стоит и картонная коробка с бутылками воды, водяными пистолетами, баллончиками с краской. Школьники окружают найденные предметы, с интересом их рассматривают. — Откуда это здесь? Вчера ничего не было ведь, — Хёнджин испуганно косится на Минхо. — Хён, не говори мне, что ты ночью… — Феликс начинает догадываться, где пропадал его братец, когда того не застал отец после работы. — Да, ты всё верно понял, — Минхо, гордясь собой, с довольным лицом берёт один из баллончиков, — я ночью пролез сюда и принёс некоторые вещички, — трясёт баллончик в руках, демонстрируя другим, и убирает обратно. — Так ты всё это спланировал? — Ликсу разреветься хочется. Неужели Минхо не сделал никаких выводов и решил продолжить? Неужели он всё ещё одержим мыслью уйти из школы и насолить отцу? Феликсу становится до боли в груди обидно. — Ага, — Минхо светится от счастья, а у Ликса появляется желание его треснуть. — Не понял, что спланировал? — Джисон вертит головой, смотря то на одного брата, то на другого. До него не доходит, о чём эти двое говорят. — Я тоже не улавливаю суть беседы, — Чанбин поддерживает Хана, вставая рядом с ним. — Минхо-хён, зачем ты нас сюда привёл? На Ли-старшего смотрят восемь пар глаз, все явно находятся в замешательстве. Начинает казаться, что идея провальная, и никто не поддержит её. Но Минхо слишком далеко зашёл, отступать поздно. — Я привёл вас сюда веселиться, — Ли чувствует себя каким-то шоуменом, что собирается заманить маленьких наивных детей в свою ловушку. Что ж, возможно, в каком-то смысле так и есть. — Просто повеселиться. — На крыше, на которую нельзя подниматься? — Феликс складывает руки на груди, скептически смотрит на брата, сведя брови к переносице. — Да, но разве от этого не становится ещё интереснее? — Минхо хватает водяной пистолет и «стреляет» в сторону. — Или ещё опаснее, ведь, когда нас поймают, нам всем влетит, — грустно заключает Сынмин. — Это буквально нарушение школьных правил, тебе всё равно? — Я думал, это уже давно очевидно, — усмехается Минхо. — Жить, постоянно соблюдая правила, скучно. — Зато безопасно, — фыркает Чанбин. — Может, пойдём отсюда? — Что, уже испугался, гномик? — Минхо использует старую, но всегда рабочую схему. — Вот, смотри, штаны обмочил, — Ли брызгает струёй на спортивные штаны одноклассника, продолжая ухмыляться. Чанбин поздно реагирует, пытаясь отойти в сторону. Девочки хихикают в свои кулаки, Джисон откровенно ржёт. — Это очень детский ход, Ли Минхо, — заявляет Со, осматривая некрасивое пятно на спортивках. — Ну как раз подстать твоему росту и ментальному возрасту, коротышка, — Минхо вызывает у других ребят смешки, решая не останавливаться на этом. Надо пользоваться возможностью, пока она есть. — Думаю, вам тоже жарко после физкультуры, вас надо остудить, — Минхо направляет пистолет на остальных и брызгает по ним. Слышатся писк, визг, крик, но на лицах цветут улыбки. Минхо специально отходит от коробки с остальным «оружием», делая вид, что собирается побегать за ними. На самом деле, он просто даёт возможность одноклассникам тоже взять пистолеты и брызгать в него и в друг друга в ответ. Всё, кажется, складывается в его пользу. Ученики бегают по крыше, что-то кричат друг другу, стреляют водой, отчего одежда местами становится мокрой. Приходится пополнять запасы, прячась в укрытии и наполняя пистолеты водой из бутылки. Но никто никого не щадит, брызгают даже в тех, кто взял паузу. Минхо находит глазами Феликса: он с счастливой улыбкой борется с Чанбином, громко смеясь. Ли рад, что его брат раскрепостился. Вначале он пытался как-то остановить это безумие, но поддался общему настроению, схватив себе пистолет. Минхо в очередной раз убедился, что вот так жить скованным правилами и нормами выматывает, утомляет, что всем хочется порой безумства, легкомыслия. Сердце Минхо приятно сжимается при виде свободного брата, которому весело, голова которого наконец не полна глупых мыслей. Минхо никогда не считал Ёна плохим или скучным, тот просто чересчур ответственный. Феликс делился как-то, что мама попросила вести себя нормально перед отцом Минхо и, соответственно, будущим отчимом. Ликс не пытался угодить Гоуку, понравиться, он лишь хотел, чтобы его не обижали и относились к нему по-человечески. Будучи сыном известного судьи, Феликс вынужден был с детства познавать жестокость мира и его устои, слышать, как ужасны порой бывают люди. Мама не была к нему сурова, просто говорила, какое поведение должно быть у её сына. Феликс всю жизнь заточён рамки, он очень редко и аккуратно переступает их. И Минхо нравится иногда помогать брату выходить за их пределы, чтобы наслаждаться простыми вещами, терять голову и не забывать, что он — подросток, который имеет право веселиться. Когда с водными боями было покончено, пистолеты валялись где-то одиноко, школьники развалились на старой мебели. Пыльные диваны и кресла пахли откровенно паршиво, но сидеть на бетоне тоже не хотелось. Весеннее солнце приятно светило на лица, отчего приходилось жмуриться. Минхо немного боялся потерять тот задор, что проснулся в одноклассниках, поэтому дёрнул Джисона с его места, пихая его в спину к остальному хламу и тут же слыша возмущения. — Эй, что тебе нужно? — Белка, хочешь покатаю? — Минхо играет бровями и подкатывает к Джисону одну из тележек. — Чего? — Хан хлопает ресницами. — Залезай говорю, — Ли кивает на тележку. Джисон пугливо смотрит на соседа, но решает довериться и медленно вползает в неё. Минхо заботливо придерживает и помогает, чтобы парень не ушибся. Хан садится в тележку, поджимая ноги к груди. — Что теперь? — поднимает голову вверх, встречаясь глазами с Ли. — Теперь держись крепче, мы будем кататься, — у Джисона пробегают мурашки от тона Минхо. Ли крепко вцепляется в ручку тележки, его глаза загораются. Он делает пару шагов назад для разгона. Хан жалеет, что не написал завещание. Мгновение — и Минхо уже катит Джисона по крыше под истошные крики и визги последнего, конечно, на них все обращают внимание. Ли раскручивает несильно Хана, и под заливистый смех остальные тоже занимают тележки, устраивая гонки. Чанбин и Хёнджин «передают» Феликса друг другу, катая его туда-сюда. Воздух на крыше вновь заполняется гоготом, криками. Тележки ездят из угла в угол, колесики крутятся по асфальту, оставляя еле заметные полосы. Хёнджин, порядком выдохшись, со счастливой улыбкой бросает взгляд на коробку, натыкаясь на забытые баллончики с краской. Захваченный волной всеобщего безумства Хван, совсем не думая о последствиях, берёт один и, подойдя к стене, начинает на ней что-то выводить. Движения лёгкие, он совсем не напрягается. Прорисовывает какие-то линии, которые позже сложатся в рисунок, известный пока только Хёнджину. — Ты умеешь рисовать? — Минхо неожиданно оказывается рядом, трясёт таким же баллончиком в руке, перемешивая краску. — Немного, — Хёнджин застенчиво улыбается. — Ты и баллончиком довольно хорошо владеешь. — Просто от скуки и интереса я изучал разные стили рисования, разные инструменты. Так что опыт маленький есть. — Вау, а я сколько ни баловался ими, ничего путного не выходит, — Ли пытается нарисовать мордашку, но круг выходит ужасно неровным, глаза не совсем зеркальными и немного косыми. — Руки дрожат. — Попробуй расслабиться, зажимаешь кнопку и плавно ведёшь струёй краски, — Хёнджин показывает наглядно, заканчивая свой шедевр. — Уверенно держишь в руках, палец с кнопки не убираешь, пока не закончишь нужную тебе часть. Периодически встряхиваешь, чтобы цвет хороший был, насыщенный, — Хван трясёт баллончиком, — и готово! — Хёнджин завершает последний штрих и удовлетворённо рассматривает свою работу. — Кот? — Минхо бросает вопросительный взгляд на одноклассника. — Да, котик, — кивает парень. — На тебя похож, — смотрит на Ли, — такой же милый, но с коготками, к себе с большим трудом подпускает, грозясь поцарапать или укусить. Но, — неожиданно замолкает Хёнджин, задумываясь. — Но? — Но на самом деле нуждается в ласке и внимании, — завершает Хёнджин, устанавливая с Минхо зрительный контакт. От таких слов Ли становится неловко. Ощущение, что его читают, как открытую книгу. Хочется спрятаться, отвести взгляд, но омуты напротив не позволяют этого сделать, заставляя стоять на месте, как под гипнозом. Минхо вновь чувствует, что его тянет к этому парню магнитом, но последние крупицы сознания просят сопротивляться, не поддаваться. В голове множество вопросов и мыслей, но все они связаны лишь с Хёнджином. Минхо бы очень хотел знать, что творится на душе и в голове у Хвана. Возможно, эти чувства и отталкивать не стоит. — Чанбин, придурок, осторожно! — писк Джисона заставляет парней отмереть. Они растерянно моргают, возвращаясь из своих грёз. — Ну так что, — откашливается Хёнджин, — понял, как им рисовать? — кивает на баллончик. — Вроде бы, сейчас проверю, — Минхо трясёт баллончиком. Он примечает свободное пространство между его неудачной рожицей и рисунком Хвана, планируя рисовать там. Зажимает кнопку, стараясь уверенно и аккуратно вывести круг. Снова выходит криво, но лучше, чем в прошлый раз. — Твои руки всё равно немного дрожат, — Хёнджин мотает головой и встаёт за Минхо непозволительно близко, их бёдра соприкасаются. Ли вздрагивает, но старается сохранять спокойный вид. — Смотри, — Хёнджин обхватывает ладонь Минхо своей, пальцем давит на палец Ли, что находится на кнопке, и ведёт его руку. Хван обводит нарисованный старшим круг, делая его чётче и ярче. От такого положения у Минхо, как у влюблённой школьницы, подкашиваются ноги. Дыхание Хёнджина обдаёт его кожу, пуская мурашки. Ли сложно сосредоточиться на каком-то круге, который его, кажется, теперь не волнует. Их ладошки, как Минхо заметил ещё при знакомстве, слишком разные в размере. У Ли крохотная лапка, у Хёнджина же вполне себе большая ладонь, такая тёплая. Минхо подмечает, что это неплохо смотрится вместе, когда одна накрывает другую. — Ну вот, понял? — Хёнджин сталкивается с тёмным взглядом Ли, облизывает свои пересохшие губы и отходит, выпуская чужую руку. Вновь это чувство неловкости, но, кажется, у Минхо проснулись те самые дурацкие бабочки. — Да, — заторможено кивает Минхо, сглатывая. Трясёт бедный баллончик и пытается повторить все действия Хёнджина, стараясь не думать о их минутной близости. Выводит нужные ему линии, прорисовывает глаза, нос и рот. Он настолько сосредоточен, даже по привычке закусывает нижнюю губу, что не скрывается от Хвана. Парень задерживает на этом взгляд и отмирает, только когда Минхо выпрямляется и смотрит на него. — Готово! — гордо заявляет Ли. — И что это? — Хёнджин с интересом рассматривает непонятную ему рожицу. Таких он ещё не видел. — Это чжурыми, — Минхо вскидывает голову, — я сам его придумал. — А, он что-то значит? — Ну просто в детстве, когда я рисовал с мамой, накалякал его. Мама сказала, что у меня вышла необычная, но забавная рожица, такую никто ещё не рисовал. Она предложила мне назвать её как-нибудь, и мой детский мозг подумал, что «чжурыми» звучит круто. — Вау, это потрясающе, — Хёнджин искренне хвалит одноклассника. — Ты, оказывается, был смышлёным, — смеётся Хван, смущая Ли. — Твоя мама… — осторожно начинает Хёнджин, боясь задеть старые раны Минхо. — Она умерла, когда мне было девять лет. — Прости. — Всё в порядке, — Минхо слабо улыбается, — тебе не за что извиняться. — Уверен, она была прекрасной и красивой женщиной, раз у неё родился такой сын, — Хёнджин старается сменить настроение на игривое. — Говоришь, как героини в тупых мелодрамах, которые смотрит мама Феликса, — кривится Минхо, вызывая у обоих смешки. — Но да, она была замечательной, — на лице Ли появляется грустная улыбка, а взгляд устремляется куда-то в небо. — Самой лучшей, — больше для себя, чем для Хвана, говорит Минхо. Мысли о маме навевают на него тоску. — Наши рисунки так прикольно смотрятся вместе, — Хёнджин переводит тему, возвращая Ли к их шедеврам. — Мой милый котик и твоя забавная рожица. — Если ты нарисовал меня в образе кота, то, значит, ты теперь чжурыми, — поразмышляв, заключает Минхо. — Что? Почему это? — театрально возмущается Хёнджин. — Ты тоже забавный и неординарный в каком-то плане, но в этом твоя особенность и привлекательность, — с важным и умным видом разъясняет Минхо. — У, считаешь меня привлекательным? — Хёнджин играет бровями, вызывая у Минхо ухмылку. — Ты такой философ, Хо. — Просто старше и мудрее, — Ли делает надменное лицо. — Ох, мне называть вас аджосси? — Хёнджин театрально прижимает руки к щекам, раскрывает удивлённо глаза. — Можно просто господин, — подмигивает Минхо, и оба смеются. На душе как-то легко, и эта лёгкость пугает. Ему комфортно с Хёнджином, ему нравится с ним, может быть, ему нравится сам Хван? — Хён, — радостный, немного детский визг раздаётся со спины. Между ними появляется Чонин, улыбаясь до самых ушей, показывая миру свои ямочки. — Да, Ини? — Хёнджин смотрит с неким обожанием на одноклассника, у Минхо кровь в жилах начинает закипать. — Вы рисуете? — Чонин любопытно разглядывает стену. — Милый котик, а это что? — Чонин тычет на рожицу. — Чжурыми, — сквозь зубы поясняет Ли. — А, он твой? — Чонин обращается к Минхо, Ли просто кивает. — Прикольный, — Ян так беззаботно и невинно дарит улыбку старшему, что Минхо теперь даже совестно испытывать к нему неприязнь. Да и весомых причин для ненависти нет, пусть бушующие чувства и утверждают другое. Чонин начинает вести незамысловатую беседу, жалуясь Хёнджину на что-то, но оба смеются. Минхо переводит взгляд на остальных: Джисон о чём-то спорит с Чанбином, пока Феликс пытается их утихомирить, Сынмин катает девочек в тележке, пока те делают фото. Минхо замечает, как ладошки Ликса аккуратно и нежно обхватывают руку Бина, оттягивая того от Хана. Понятно, что спор у них несерьёзный, драться точно никто не будет. Феликс забавно хмурит нос, цокает и закатывает глаза, продолжая держать Чанбина. Минхо уже устал наблюдать за их обоюдной глупостью и ждать, когда эти два тормоза что-либо предпримут. Оба влюблены, но духу признаться не хватает ни у одного. Забавно, но Ли даже не против Чанбина в качестве парня для своего брата. Конечно, мнение Минхо тут и не очень важно, но Ли уже решил, что будет поддерживать Ёна до конца в этом вопросе. Упрямый голос разума так не вовремя напоминает, что неплохо бы разобраться и со своей драмой. Он кидает взгляд на Хвана, что слишком красиво переплетает свой хвостик на затылке. Часть прядей всё равно выбиваются, Хёнджин пытается заправить их за ухо, но волосы не слушаются. Хван сдаётся, продолжая что-то обсуждать с Чонином. Их взгляды пересекаются, Хёнджин улыбается, вызывая этим у Минхо непонятный трепет в сердце. В голове всплывает фраза Чону: «кажется, что тебе там начинает нравиться». Минхо нервно вздрагивает, бесцельно пялясь в пол. Нет, этого не может быть… — Да, и влетит же нам завтра, — смеётся Сынмин, пока Лиа держит его за руку, рассматривая с Хвиин получившиеся фотографии. — Но было весело. — Согласен, — кивает Чонин, — надеюсь, нас за это сильно не накажут. Минхо помалкивает, но так хочется всех успокоить и сказать, что всю вину и все последствия он возьмёт на себя. Завтра добровольно признается Чану и попросит наказать только его самым суровым способом. — Ну они же не знают, кто там был, нам просто нужно помалкивать, — пожимает плечами Феликс, искренне надеясь, что так и будет. — Хён, а ты куда ключ дел? — Оставил в замочной скважине, — Минхо поправляет лямку рюкзака. — Пусть думают, что кто-то закрыть забыл. — Блин, бро, на нём же твои отпечатки пальцев, — начинает паниковать Джисон, — они же не будут их проверять, да? — Конечно, не будут. Мы же не украли и не сломали ничего, не думаю, что ради двух рисунков на стене и небольшого беспорядка они решат так заморочиться. — Буду верить, — Джисон скрещивает пальцы. — Ладно, мы пойдём уже, — Сынмин машет рукой одноклассникам. — Было круто, до завтра. — Пока, мальчики, — Лиа и Хвиин прощаются, уходя с Кимом. — Я тоже пойду, к родителям зайти как раз надо, — Чонин смотрит на время на экране телефона и убирает его в карман школьных брюк. — Пока, — улыбается напоследок и убегает, отдаляясь от школьных ворот всё дальше и дальше. — Мне тоже пора, бро, — Джисон хлопает по плечу соседа. — Увидимся завтра. — Пока, белка. Хан фыркает, но не говорит ничего в ответ. Машет одноклассникам и идёт своей дорогой, скрываясь за поворотом. — Идём, хён? — Феликс хочет взять старшего под локоть и потянуть за собой. — Тебе придётся идти без меня. — Что? Почему? — в глазах Ликса загорается беспокойство. — Мне надо увезти это обратно, — Минхо кивает на коробку возле его ног. — А где ты это, кстати, взял? — Чанбин облокачивается на свой мотоцикл. — Сомневаюсь, что купил. — Нет, конечно, буду я ещё на тебя тратиться, — Со закатывает глаза. — Одолжил у знакомого, у него есть младшие, поэтому полно всякого добра. А сам он граффити увлекается, поэтому баллончики тоже мне дал. Я обещал, что вечером занесу. — С тобой сходить? — Феликс подрывается поднять коробку, но Минхо его тормозит. — Не нужно, иди домой. Предупреди Наён, что я задержусь. — Мне одному идти? — Ён разочарованно пинает носком ботинка камешек. — Я могу тебя подвезти, — Чанбин садится на свой байк, крутит в руках шлем. — Мне несложно. — Давай, — Феликс тут же начинает улыбаться, подходит к однокласснику и берёт второй шлем. — Ты же сам доберёшься? — Ликс усаживается за Чанбином, бросая взгляд на брата. — Конечно, доберусь, вызову такси если что, — отмахивается Минхо. — Я могу тебя подбросить до твоего знакомого, а потом до дома. Я никуда не спешу, — Хёнджин пожимает плечами, облокачиваясь на свой байк. — Мне несложно. — Оу, — Минхо впадает в легкий секундный ступор. — Тебе удобно будет? Нам вроде в разные стороны. — Всё в порядке, так быстрее будет, чем ты на автобусе поедешь. Всё равно пока домой не хочется, — Хван мило улыбается, а у Минхо сердце ёкает. Предложение слишком заманчивое, отказываться глупо. Да и его доводы весомые, на такси не придётся тратиться. — Хорошо, спасибо, — Ли принимает приглашение, — но только как я с коробкой поеду? — Минхо указывает носком кеда на груз, который должен вернуть. — Прикрепим на багажник, с ним ничего не случится, уверяю, — Хёнджин продолжает очаровательно улыбаться, и Минхо окончательно сдаётся. Ли вздыхает, поднимает коробку и идёт к однокласснику. Хитро сощуренные глаза и хихиканье Феликса нервируют, Минхо старается их игнорировать, послав брату недобрый взгляд. Ён цокает, но продолжает ухмыляться, пряча лицо в шлеме. — Ну мы тогда поехали, — Чанбин чувствует, как его талию обвивают руки, и заводит мотоцикл. — Окей, Ликси, напиши мне, как будешь дома, — Минхо ставит коробку на багажник, Хёнджин помогает закрепить. — Переживаешь за меня? — Феликс склоняет голову набок. — Нет, боюсь, что этот карлик увезёт тебя куда-нибудь, а Наён меня потом убьёт, — Минхо даже не смотрит на них, занятый своим делом. Хёнджин смеётся с ответа Ли, пока Чанбин фыркает. — Придурок, — бросает Бин и нажимает на педаль газа, отъезжая от парней. — Да, да, я тебя тоже люблю, — их перепалка заканчивается. Феликс машет ладонью на прощание и вскоре пропадает из виду. — Готово, — Хёнджин выпрямляется, закончив с коробкой. — Мне вот интересно, — Минхо поднимает на него вопросительный взгляд, — ты правда Бина не выносишь или просто так его задираешь? Не похоже на лютую ненависть, но и симпатией не пахнет. — А, да просто так. Он забавный, когда злится, — Минхо принимает из рук Хёнджина шлем. — Феликс познакомил нас, когда привёл Чанбина в гости, мы просто пересеклись в гостиной. Он показался мне хорошим парнем, да и Ликс о нём отзывался положительно. Потом стала слишком очевидна влюблённость Боки, которую этот дуралей отрицает и по сей день. Я переживал о взаимности его чувств, не хотелось потом вытирать слёзы и слушать про разбитое сердце. Но Чанбин оказался таким же прозрачным, как и Ликс. Так что я не сомневался, что симпатия обоюдная. Правда, что они оба такие тормозы, я не догадывался. — Да уж, иногда я чувствую себя третьим лишним, когда гуляю с ними. Бин порой слишком о нём печётся и балует, — Хёнджин мотает головой, смеясь. — Он однажды, приревновав ко мне, не разрешил Феликсу поехать со мной. — Он ему что-то запрещает?! — Нет, конечно, просто он ворчал: почему со мной, а не с ним, и надулся как воздушный шар. Он привёл миллион аргументов на тему того, почему с ним безопаснее поездка, чем со мной, и Феликс в итоге поехал с ним. — Чанбин такой клоун, — безобидно заключает Ли. — Но он хороший, он оберегает Ликса и заботится о нём, Бин надёжный. — Знаю, поэтому не лезу к ним в отношения и смиренно жду, зачёркивая дни в календаре, когда они начнут встречаться. — Надеюсь, однажды этот день настанет, — выдыхает Хёнджин. Он зачёсывает волосы назад, скользя пальцами между прядей. Минхо залип, конкретно залип. Даже такое простое действие у Хёнджина превращается в настоящую эстетику. Хван надевает шлем и садится на мотоцикл. — Вперёд. — Ага, — Минхо тоже скрывает голову в защите, щёлкая застёжкой. Он аккуратно перекидывает ногу и усаживается прямо за одноклассником. — Держись крепче и скажи мне адрес, — Хёнджин заводит байк, но терпеливо ждёт, когда Минхо схватится за него. Ли проговаривает нужный район, улицу и номер дома, руками обвивая талию Хвана. Портфель Хёнджин закинул в коробку, поэтому Минхо спокойно прижимается к нему, грудью почти вплотную прислоняясь к спине. Хёнджин давит на газ, и мотоцикл уносится прочь от школы. Минхо охватывает небольшая дрожь. Он не катался на байках до этого, поэтому сейчас часто оглядывался назад, проверяя сохранность груза. За пропажу потом не хочется отчитываться. Хёнджин не гонит, как ненормальный, он ведёт плавно, аккуратно объезжает машины. Минхо убеждается, что не зря согласился на предложение Хёнджина, ведь иначе он бы застрял надолго в пробке на автобусе. Множество людей возвращаются с работы домой, общественный транспорт заполнен уставшими пассажирами. Минхо бы пришлось толкаться среди них с коробкой в руках. Он чуть ближе подвигается к Хвану, прикрывает глаза, ненадолго опустошая от всех мыслей голову. — Вот и приехали, — Хёнджин глушит мотор. Минхо нехотя отрывается от одноклассника, спрыгивает на землю и снимает шлем. — Я подожду тебя тут, иди, — Хёнджин поднимает прозрачный козырёк шлема и улыбается. Минхо кивает Хвану, забирает коробку, вытаскивая оттуда портфель Хёнджина. — Я быстро, — Минхо правда не собирается долго задерживаться у знакомого, не хочется напрягать Хёнджина. Ли до сих пор слегка неловко, что Хван тратит своё время на него, подвозит, хотя давно мог бы быть дома. Минхо старается не грузиться сильно на этот счёт, не искать потайные смыслы и не вдаваться в подробности. Возможно, это просто дружеская помощь. Минхо скрывается от глаз одноклассника, заскакивая в подъезд и пропадая на какое-то время. Вылетает из него Ли довольно скоро, он просто отдал коробку приятелю, поблагодарил и, пожелав хорошего вечера, ушёл. Будь обстоятельства другими, он, может быть, и позволил бы себе перекинуться с парнем парочкой фраз, но не в этот раз. Спускаясь по ступенькам, Минхо осознал, что сейчас его отвезут домой, они с Хваном разойдутся, а увидятся уже завтра. Почему-то стало немного грустно. Минхо уже не отрицал, да и не видел оснований отрицать, что Хёнджин классный, что с ним весело. Его хотелось узнать поближе, получше. Минхо понимал безумство таких мыслей, но отгонять от себя их уже не было сил. Хёнджин встречает его всё с такой же улыбкой и любезно протягивает шлем, собираясь вновь заводить железного коня. — Давай, подброшу тебя до дома, — Хван кивает за спину, намекая, чтобы Минхо занял место. Странное желание хоть ещё немножко побыть с Хёнджином окутывает Ли с большей силой. Он нервно крутит шлем в руках, понимая, что если сейчас поедет, то их недолгая поездка закончится очень быстро. — Что-то не так? — с беспокойством в голосе интересуется Хёнджин. — Да нет, всё так, — хмыкает Минхо. Сам себя до конца не понимает. С языка так и хочет сорваться предложение задержаться ещё хоть на чуть-чуть, не ехать сразу к его дому. — Чего тогда медлишь? Не хочешь ехать со мной? — Что? — Минхо поражает и обескураживает такая догадка одноклассника. — Может, я, по твоему мнению, плохой водитель, и тебе со мной кататься не понравилось, — на губах виднеется лукавая улыбка. Сразу понятно, что Хёнджин блефует. Он уверен в себе и просто напрашивается на комплименты. — Мне не с чем сравнивать, — Минхо принимает игру и вступает в неё. — Ну, первый опыт всегда может быть неудачным, — Хван склоняет голову набок. — У меня всё всегда удачно, — Минхо двусмысленно играет бровями, забавляя Хёнджина. — Не сомневаюсь, — Хёнджин расслабленно смеётся. — Так что, едем? Или… — Или? — Минхо напрягается моментально, надеясь, что Хван сейчас скажет то, что так хочет услышать Ли. — Или, может, покатаемся немного? Если, конечно, вас устраивает моя кандидатура в ваши водители, господин Ли. — Ох, заманчиво звучит. Да и выбора у меня нет, так что соглашусь, — Минхо с чрезвычайно важным видом надевает на голову шлем и занимает своё место, приобнимая Хвана за талию. — Зараза, — беззлобно фыркает Хёнджин, продолжая улыбаться. Он включает двигатель, опускает козырёк и вцепляется в руль. — Держитесь крепче, мой господин, — бросает Хёнджин, собираясь давить на педаль газа. Ли цокает, но на губах появляется глупая улыбка, он двигается теснее, прижимаясь к чужой спине. С Хваном так комфортно, что не может не пугать. Минхо ненавидит привязываться к людям, особенно, если уверен, что они в его жизни ненадолго. Но с Хёнджином всё странно чувствуются по-другому. К нему тянет, чертовски сильно тянет. Они едут по вечернему Сеулу, обгоняя на своём пути весь транспорт. Хван не гонит, скорость средняя, что позволяет Минхо не переживать о безопасности. Он даже не задумывается о том, куда его везут, где они сейчас. Минхо просто полностью доверят Хёнджину, чтобы не заморачиваться о каких-то там мелочах. Ему хорошо, впервые за столь длительное время так хорошо. Сердце бьётся ровно, хотя одновременно с этим всё внутри кипит от такой близости с Хёнджином. Душевную идиллию порой нарушают непрошенные мысли, они мешают наслаждаться моментом, пытаясь убедить Минхо в том, что всё происходящее неправильно. Но когда Минхо в последний раз жил по правилам? — Небо такое красивое, — Хёнджин запрокидывает голову, любуясь звёздами. Они решили сделать небольшую остановку на пустыре спустя полчаса езды. Парни, купив до этого колу в круглосуточном, стояли довольно близко, облокотившись на какую-то ограду, и, почти соприкасаясь плечами, разглядывали вечернее небо. — Да, — кивает Минхо, делая глоток из банки. — В городе такое сложно увидеть. Между ними повисает тишина. Но она совсем не давящая. Им определённо и молчать друг с другом уютно. Просто вот так стоять рядом кажется чем-то нормальным, обыденным, беззаботным. Минхо давно не испытывал такого с кем-то, даже с Феликсом, хотя с ним редко побудешь в подобной обстановке, ведь младший обожает болтать без умолку. Минхо не удивлён тому, что Феликсу понравился именно Чанбин, кажется, парой они были бы идеальной. Минхо опускает руку на ограду, случайно касаясь пальцами ладони Хёнджина. Ли одергивает нервно руку как от огня. Встречается с глазами Хвана и видит в них такое же смущение, что наверняка есть и в его глазах. Они стеснительно улыбаются друг другу, отводя взгляд. Минхо не понимает своего поведения. Он ведь далеко не скромный парень, очень даже любит пофлиртовать, вгоняя других в краску. Почему же с Хваном выходит всё так? Почему он ощущает себя десятилетнем школьником, которого легко смутить? Он ведь не такой. Почему рядом с Хёнджином возникает эта робость? Минхо боится узнать ответ, ведь тот вряд ли он ему понравится. Лишь добавит больше проблем. Размышления прерывает звук сообщения, что пришло на телефон Минхо. Он лениво достаёт смартфон из кармана и рассматривает дисплей. На экране красуется имя брата и краткое сообщение «я дома». — Феликс написал, что он дома, — хмыкает Ли, печатая в ответ не менее короткое «хорошо». Все свои вопросы он задаст, когда вернётся. — Ого, так долго ехали что ли? — Хёнджин отвлекается от звёзд и смотрит на Минхо. — Видимо, — Минхо нажимает «отправить» и убирает телефон. — Может, он забыл и только сейчас вспомнил? — предполагает Хван. — У меня такое бывает. — Или Чанбин его решил подольше покатать по городу, — ухмыляется Минхо. — Или устроили долгие прощания, краснея и запинаясь в словах. — Тоже может быть, — поджимая губы, кивает Хёнджин. — Эти двое неловкие, когда остаются наедине. Но при этом порознь им тоже не нравится. — Да дураки, что один, что второй. Чего медлят, не понимаю. — Боятся невзаимности? — Это так глупо, учитывая, что все вокруг им твердят об обратном. Значит, и они глупые, — заключает Минхо, поднимая голову вверх. — Точно, — соглашается Хёнджин, ненадолго задумываясь о чём-то. — Кстати, у меня нет твоего номера. Не дашь? — Тебе нужен мой номер? — Ну было бы неплохо иногда списываться, не думаешь? Минхо, если честно, уже устал думать о Хёнджине, тем более, когда всё сводится к скачущему пульсу. — Да, думаю, можно, — улыбается Минхо. — Записывай, водитель Хван. — Секунду, господин Ли, — Хёнджин в спешке достаёт телефон и открывает на нём список контактов, добавляя новый. — Я весь ваш и весь во внимании. Минхо на секунду теряется, чувствуя, как ёкает сердце. Но приходит в себя и диктует нужный набор цифр. Хёнджин ловко бегает пальцами по экрану, и Ли непроизвольно заглядывается на них. Такие изящные, длинные, тонкие, Минхо не думал, что у него может быть такой фетиш. — Готово, — заявляет Хёнджин и звонит новому контакту в телефонной книжке. Минхо сбрасывает вызов, кивая, и принимается сохранять чужой номер. — Как ты меня забил? — интересуется Минхо, чтобы знать, как записать у себя. — «Господин Ли», как же ещё, — Хёнджин показывает однокласснику телефон. — О боже, — поражается Минхо. — А мне тебя «водитель Хван» забить? Звучит чересчур формально. — Тогда я добавлю в начале «мой» и смайлик, — Хёнджин делает несложные махинации, вновь демонстрируя результат Минхо. — Как тебе? — Ты выбрал смайлик кота? — смеётся Минхо. — Ну да, ты же кот. Так Чанбин однажды сказал. И я с ним согласен. — Этот карлик сдал меня, — театрально вздыхает Ли. — Что ж, тогда ты будешь «мой крутой водитель Хван», — Минхо печатает и довольно улыбается. — Ого, так, значит, твой первый раз был крутым? — Хёнджин играет бровями. — Самым лучшим, — Минхо подмигивает, сохраняет контакт и прячет телефон в карман. — Я польщён, мой господин. — Да, да, а теперь вези меня домой. Пора уже возвращаться. — Как пожелаете. Шлем, который так быстро надевает Минхо, спасает его от красных ушей и смущенной улыбки на губах. Эти прозвища, что они успели друг другу дать, обволакивают сердце Минхо чем-то очень теплым и до дрожи приятным. Он никогда не был любителем слащавых обращений в стиле «зайка», «котёнок», «рыбка» и так далее. Люди — не звери, чтобы их так звать. Когда его сравнивают с котом, Ли спускает это с рук просто потому, что котов он слишком любит и делает такое снисхождение. Но называть себя «котечкой» или ещё как-то до этого он никогда не позволял. Сегодня же у Минхо не было неприязни, когда Хёнджин сказал, что он кот. Это было чем-то милым, Ли даже понравилось. Их отношения неконтролируемо становились на несколько ступеней выше, они явно были уже не просто знакомыми и одноклассниками. Минхо не мог никак это остановить, а возможно, и не хотел вовсе. — Ну спасибо, что подвёз, — Минхо закидывает на плечи свой рюкзак. Школьная форма, что лежит среди книжек неопрятно сложенная, наверняка уже помялась, и завтра придётся гладить новую. — Было классно. — Всегда пожалуйста, мой господин, — Хёнджин делает слабый поклон головой, вызывая у Минхо смешок. — Мне тоже понравилось. Надеюсь, как-нибудь повторим. — С радостью. Будь острожен на дороге. — Хорошо, пока, до завтра, — Хёнджин улыбается напоследок, заводя мотоцикл. — Пока, — Минхо машет однокласснику, пока тот не выезжает на проезжую часть, вскоре пропадая из вида вовсе. Дома его встречает привычная тишина. Видимо, отца и Наён ещё нет, а Феликс зависает в своей комнате. Не то чтобы Ли так нуждался сейчас в общении, но на душе становится немного тоскливо. В памяти яркой и детальной проекцией появляется утренняя стычка с отцом, что отзывается лишь грустью и обидой. Настроение скатывается резко вниз, а с губ слетает усталый вздох. Минхо плюхается на свою кровать и пялится в потолок. Его жизнь неожиданным образом меняется, руша привычный образ Ли. Всё выходит из-под контроля, а Минхо не поспевает за этим. Он путается в происходящем с ним, мечась среди миллионов сомнений. Его уверенность в своих собственных поступках медленно пропадает. В мыслях возникает непозволительно много «но», «а если», «быть может». Минхо не успевает отмахиваться от них. Его же чувства уже неподвластны ему, хоть Ли и пытается быть острожным и внимательным. Но не выходит. Телефон рядом вибрирует, оповещая о новом смс. Минхо думает, что это Феликс решил написать что-то ему, а не орать через стенку и не идти. Но нет, отправитель совсем другой. Вверху чата указано «мой крутой водитель Хван», а сообщение не совсем о бытовых вещах. «Я дома. Добрых снов, Хо» Губы вновь предательски расходятся в глупой улыбке, а внутри всё расцветает, как весной после долгих холодов. Пальцы сами печатают ответ, а Минхо не планирует осмысливать свои действия. Негромкий голос разума кричит, что это очередная ошибка, что не надо идти на поводу странных ощущений, влечения, которое может в любой момент прерваться и пропасть. Но Ли, видимо, любит совершать ошибки, раз не раздумывая нажимает «отправить». «Сладких снов, Джини»