Better than ever

— Мне кажется, что учительница Ким до сих пор в шоке от твоего… — Феликс прерывается на очередной зевок, — от твоего ответа, — договаривает, потирая глаза. — Она, наверное, не смогла из-за этого уснуть. — Ты тоже, я смотрю, не выспался, — подмечает Минхо, хмыкая. — Всю ночь кутил с Чанбином, прилежный ученик. — Ой, не надо мне нотации читать, — отмахивается от брата. — Просто погуляли. А вы чем занимались? — переводит стрелки. — Да ничем особенным, — подключается к диалогу Джисон. — Сделали домашку, посмотрели фильм, покушали, поболтали и легли только под утро, — рассказывает Хан. — Но мне понравилось. Я впервые был у кого-то на ночёвке. Это весело. — Если Минхо не будет строить из себя недотрогу и сноба, я уверен, ты ещё не раз к нам заглянешь, — потягиваясь и прикрывая рот, говорит Феликс. — Ну и если Хёнджин не успеет поселиться у нас, — смеётся. — А может, это Минхо переедет к нему? — предполагает Хан. — Тогда у тебя появится свободная комната. — Блин, так даже круче! — Феликс оживлённо бьёт в ладоши, представляя, как будет спать на удобной и мягкой кровати брата. — Хён, я даже готов тебе помочь чемоданы собрать! И перевезти вещи! — А может, Минхо сам за себя решать будет? — недовольно бурчит Ли-старший. — И хватит меня выселять! Я никуда не уезжаю ещё, а ты уже небось на мою постель метишь, да? — Не-е-е-е-ет, — врёт Феликс, отводя взгляд. — Ну ты в любом случае не затягивай с этим, — даёт совет и хлопает брата по плечу. — Господи, мы встречаемся с Хёнджином не больше недели, а вы уже нас чуть ли не жените, — стонет Минхо, закатывая глаза. — Я за быстрое развитие отношений, — оправдывается Феликс. — А по тебе и не скажешь, — подстёгивает младшего Минхо. — Ой, отвянь, — фыркает Феликс, пихая старшего и ускоряя шаг. Парень заворачивает на территорию школы, доходя до здания быстрее своих попутчиков. Минхо забавляется с братца, упиваясь его реакцией. — Знаешь, — отчего-то серьёзно звучит Джисон, — а ведь даже и не заметишь, что вы не родные, — делится своим наблюдением, задумчиво кивая. — Кажется, будто с рождения вместе. Минхо теряется от внезапных слов друга, удивляясь такому заявлению. Они с Феликсом не похожи, вот ни капли. Абсолютно разные люди. Ни характером, ни внешностью, ни целями и планами на жизнь. Никто никогда не зарекался о их возможном родстве. Для всех они сводные и не самые дружные братья. Но ведь период ссор и ругани они давно прошли и переросли. Их отношения вышли на уровень семьи, близких друг другу людей. Неужели действительно кажется, что у них есть кровное и духовное родство? Это смущает, но в то же время радует. Да и сам Минхо уже давно представляет для всех Феликса братом без приставки «сводный». — Ты чего завис? Идёшь? — Джисон, что успел дойти до Ликса, зовёт застывшего на одном месте Минхо. — А? — выходит из своих мыслей Ли, промаргиваясь. — Да, иду! — добавляет на ходу, настигая брата и друга, и заходит в школу вместе с ними.   Учебный день для Минхо тянется долго, как и всегда. Уроки идут один за другим, Ли честно пытается вслушиваться в материал, что так упорно доносят учителя, выходит с трудом. Но Минхо не сдаётся, успокаивает себя тем, что не всего получается добиться сразу. Он не срывает занятия, это уже успех. А главное, в тетрадке даже есть некоторые записи, переписанные с доски. Минхо может немного собой гордиться. Только в сон клонит периодически. Он подшучивает над Феликсом, его рассеянным вниманием и сонливым состоянием, когда сам клюёт носом первые урока два. Всё-таки эти самые «пижамные вечеринки» лучше проводить в выходные, когда не надо будет равно вставать, идти куда-то с утра и высиживать уроки, слушая нудятину от учителей, под которую спать запрещено, а хочется жутко. Джисон не был особо болтливым, бездумно пялился в одну точку. Кажется, ночь без полноценного сна сказалась и на нём. Хан говорил, что родители строго следят за его режимом. Пару раз Джисон чуть не упал на парту лбом, всё-таки проваливаясь в неглубокую дрёму. Минхо тихонько беззлобно похихикивал над ним. Ли невольно задумался, как стремительно и кардинально поменялась его устойчивая жизнь. Он хотел покинуть новую школу в кратчайшие сроки, а в итоге планирует остаться тут, ещё и друзей, и парня нашёл. Минхо готов себе поаплодировать. Смотря на Джисона, Минхо думает о том, что будет с соседом, если его мама и папа узнают, что никого совместного проекта не было, и их сын просто так провёл ночь у одноклассника дома. Так ещё и уснул позже, чем ему положено. Вряд ли бы они такое одобрили и погладили бы Хана по головке. По своему скромному мнению, Минхо считает, что родители друга чересчур строги и излишне пытаются контролировать сына. Решают что-то за него, а Джисону потом по этим решения надо жить. Минхо искренне сочувствует однокласснику и хочет хоть капельку помочь. Участие в школьном фестивале — уже значимый глоток свободы для Джисона, веточка, за которую тому надо уцепиться и попытаться вытащить себя из-под гиперопеки родителей. И Минхо рад, что убедил Хана согласиться на предложение учителя и выступить со своими стихами. Маленькая победа на пути к большому успеху.   — Какие вы все сонные мухи, — хохочет над друзьями Хёнджин, наблюдая, как одноклассники еле могут держать глаза открытыми и вяло поедают свой обед. — Я один, видимо, делал ночью то, что делают все нормальные люди. — Вот когда вы съедетесь с Хо-хёном, я посмотрю на твоё «делают нормальные люди», — мямлит Феликс, широко зевая. — Каким выспавшимся будешь. И как цела будет твоя шея, — гаденько хмыкает. — А с чего бы нам съезжаться? — Хван давится супом, откашливаясь. — А что, не планируешь? Мы с Джисоном только «за», — лениво пьёт воду Феликс, опуская веки, не желая раскрывать глаза обратно. — А вы тут с Джисоном причём? — не понимает Хёнджин. — И с чего вообще такие разговоры? — Забей и не обращай на них внимания, — апатично подаёт голос Минхо. — Они просто клоуны. — Ты теперь не хочешь с Хёнджином съезжаться? Передумал? — подозревающе щурится Феликс. — Это не твоё дело, — негрубо говорит Минхо, палочками захватывая рис. — Мы обязательно съедемся с Хёнджином после того, как это сделаете вы с Чанбином, вот сразу же. — Эй, хён! — толкает Феликс брата. — Ты что несёшь?! — Да, Хо, не говори так, — поддакивает Хёнджин, — мы с тобой точно никогда не съедемся, если будем этих двоих ждать. Они не могут додуматься начать встречаться, не то чтобы жить вместе, а мы из-за этого будем мучиться. — Хёнджин! — на удивление бодро визжит Феликс, кажется, проснувшись от таких тем. — Ты на чьей стороне? — На стороне правды и той, где я живу с Минхо, — честно отвечает Хван, возвращаясь к еде. — Предатель, — фыркает Ли-младший. — Чанбин, а ты чего молчишь? — нападает на Со. — А я что? Я в эти разговоры не лезу, — отмазывается Чанбин, предпочитая отдавать всё своё внимание обеду. — Просто боится признаться, что уже во всю представляет себе вашу совместную жизнь, — подтрунивает Минхо. — В его фантазиях у вас, наверное, огромный дом, пять детей и три собачки. — Завались, Минхо, — огрызается Чанбин. — И вообще, мы школу не окончили, а вы тут про какое-то совместное проживание говорите. — Нет ничего плохого в том, чтобы строить планы на будущее, — заступается Джисон. — Здорово, когда имеешь чёткое представление о том, чего хочешь. Да и мечтать не вредно, — приводит новые аргументы. — Но вы с Феликсом так далеко не заглядывайте, потому что и первого этапа не достигли, — будничным тоном подытоживает Хан. — Джисон, и ты туда же! — из-за возмущения у Феликса алеют щёки. — Тебе надо поменьше общаться с хёном, он дурно на тебя влияет. — Говорят, мы перенимаем привычки тех, с кем много проводим времени, — поясняет Хан. — То-то я гляжу, что Хёнджин становится таким же вредным и противным, как один кошак, — паясничает Чанбин. Хван на такие обвинения лишь показывает однокласснику язык в детской манере. — Надеюсь, Феликс от тебя ничего не подхватит, я этого не переживу и уеду к Хёнджину раньше запланированного, — Минхо подкалывает Чанбина, по-кошачьи сужая глаза. — Обязательно передам ему все свои повадки, чтобы ты свалил и Ликси стало просторнее в квартире, — парирует Чанбин в такой же интонации. — Хватит уже препираться, — вздыхает Феликс, устав от этой перепалки. — Лучше скажите, вы готовы к завтрашней контрольной? Тебе бы, Хо, очень постараться, если хочешь заслужить прощения. — Боже, зачем напомнил? — воет Хан, утыкаясь лицом в ладони. — Ещё одну ночь не спать придётся, учить миллион всего. — Контрольная? Какая? — хмурится Минхо, напрягаясь. — По истории, Хо, — отвечает Хёнджин. — Пак же раз сто на прошлом уроке повторил. — А я его слушал? — усмехается Ли. — А стоило бы, — журит старшего Феликс. — Тем более ты тут за учёбу решил взяться. — Но этому старику я же ничего не сделал, чего мне его задабривать? — фырчит Минхо. — На тех его уроках, которые я посетил, моё поведение было потрясающим. Я сидел себе тихо, не мешал ему. — Да, но это не даёт тебе права заваливать контрольную, — строго заключает Феликс. — Если плохо напишешь, потеряешь набранные тобой очки. — Очки? Мы в видеоигре? — сводит брови к переносице Джисон. — Не цепляйся к словам, я образно выразился, — закатывает глаза Ликс. — Я имею в виду, что твои старания пойдут коту под хвост. Вон ты на математике как засветился, не хочешь же омрачить это из-за какой-то контрольной? Администрация не оценит твою двойку. — И что ты мне предлагаешь? — угрюмится Минхо. — А не очевидно? — ухмыляется Чанбин. — Сидеть и зубрить все даты, причины войн и восстаний, их последствия. Старик Пак, кстати, очень придирчив. Он обожает историю и не прощает оплошностей. — Я вообще ничего из этого не знаю, — потерянно мямлит Минхо. — Ни причин, ни последствий. А в учебнике это есть? — Между строк, может, повезёт найти, — насмехается Со. — Пак обычно бубнит это на занятии, добавляя ещё сто пятьсот всего от себя. По его словам, он так расширяет наш кругозор. — Кошмар, — обессиленно вздыхает Минхо, падая спиной на спинку стула. — Я обречён. — Не хорони себя раньше времени, — Хёнджин нежно поглаживает старшего по коленке, вызывая у того этим жестом дрожь по всему телу. — Хочешь, после уроков в библиотеке позанимаемся? Там можно книги взять по нужным темам. — А у тебя других планов нет? Я не отниму твоё время? — ладонь Хвана на ноге не даёт Минхо здраво думать. В горле пересыхает. — Всё хорошо, у меня на сегодня не было планов, так что я весь твой, — улыбается и игриво подмигивает, убирая руку. — Спасибо, Джини, — Минхо старается не выдать своего смущения. — Господи, они снова флиртуют, — воет и закатывает глаза Чанбин. — Не оскверните, пожалуйста, библиотеку, я же туда больше зайти не смогу, — качает головой и замечает, как Минхо порывается что-то сказать. — Только зарекись про мою зависть, и я проткну тебе зрачки палочками, — угрожает, направляя в сторону Минхо столовые приборы. — Молчу, молчу, — Ли втягивает губы и поднимает вверх руки, как бы принимая своё поражение. Чанбин окидывает его презрительным взглядом и больше не вступает в диалог. Минхо дёргать одноклассника тоже не собирается, поэтому кротко переглядывается с Хёнджином и возвращается к еде. В животе бабочки порхают от предвкушения встречи с Хваном, где они будут наедине, от их маленького свидания (ну хочется Минхо так думать). Пусть им и предстоит сидеть и чахнуть над историей страны, разбирая события столетней давности. Становится неудивительным, что оставшиеся уроки Минхо мысленно явно не на занятиях. Он далеко в своих мечтах, связанных с красивым одноклассником, который по совместительству ещё и его парень. Очень сложно концентрироваться на монотонных речах учителей, когда совсем скоро он будет миленько болтать со своим Хёнджини, касаться его. Минхо впервые испытывает такую тягу, такой магнетизм к кому-то. Желание учиться почти бесследно испарилось, Минхо задумчиво подпирает ладонью щёку и смотрит куда-то перед собой, утопая в неге влюблённых фантазий. Даже на физкультуре настолько выпадает из реальности, что ему чуть не прилетает в затылок мячом. Ли поражается, как чувства к Хёнджину влияют на него, делая невнимательным. Благо конец школьного дня всё-таки наступает, Минхо спешно прощается с братом и Джисоном. Чанбин пускает шутку про нескрываемое желание Минхо заняться историей, подразумевая под этим совсем иное, но шутка всеми игнорируется. Со дуется, хоть и недолго, ведь Феликс, обнявший его за плечи, мгновенно поднимает настроение. Теперь Чанбин довольный и смущённый, на что Минхо морщится. Он ещё смеет пускать шутки в сторону Ли, пока сам тает, как мороженое в жару, стоит Феликсу уделить тому хоть толику внимания. Крайне иронично это выглядит. Как только Хёнджин берёт Минхо под локоть и настырно ведёт за собой, Ли смягчается, забывает в секунду о Чанбине и брате, позволяя улыбке украсить лицо. В библиотеке немноголюдно, только несколько учеников сидят, уткнувшись в книжки и тетради. Хёнджин тянет Ли к самому дальнему столику, чтобы их не было видно, и бросает на пол свой портфель. — Располагайся, я пока схожу за нужным материалом, — раздаёт указания Хван и теряется среди высоких пыльных стеллажей. — Ладно, — в пустоту выдыхает Ли, присаживается и выуживает из ранца пенал и блокнот. Открывает на чистой странице, достаёт ручку и бессмысленно водит ей по строчкам — рисует свою излюбленную причудливую рожицу, сердечки. Настроение не располагает к учёбе, хочется просто болтать с Хваном, флиртовать, обниматься. Но его пригласили сюда углубляться в неимоверно интересные моменты человечества. Хёнджин, не заставив себя долго ждать, появляется с кипой книг и плюхается на соседний с Минхо стул. — Своего чжурыми рисуешь, — хмыкает Хван, кидая глаза на художества Ли. — Ага, — Минхо отрывается от блокнота и переключается на книги, что лежат перед ним. — И ты хочешь, чтобы я всё это запомнил? — у юноши испуганно округляются глаза. — Да, — безмятежно кивает Хван. — Если хочешь хорошо написать контрольную, тебе придётся это выучить. — Ужасно, — хнычет Минхо. Все его наивные романтические ожидания лопаются, как мыльные пузыри. Ли лбом падает на столешницу, готовясь к предстоящим страданиям. Его мысленно наречённое свидание превращается в изучение исторических личностей, дат и зубрёжку. Даже обидно как-то. — Ну, начнём, — открывает книгу и кладёт перед ними так, чтобы обоим было видно. — Тебе лучше записывать основные моменты, чтобы дома было легче учить по своим заметкам, — выделяет простым карандашом то, что может попасться на контрольной. — Как скажете, господин Хван, — кривя голосом, паясничает Минхо. — Ого, теперь я господин? — дивится Хёнджин, забавляясь. — Мило. — Не зазнавайся, это только на сегодня, — ворчит Минхо, переписывая умные слова с листа книжки в свой блокнот. — Хорошо, буду довольствоваться малым, — кокетничает Хёнджин, опускает ладонь на бедро старшего и начинает водить по нему. Нога Минхо напрягается, буквы выходят кривыми, сосредоточиться не получается. — Хёнджини, — пискляво обращается к Хвану, — ты меня отвлекаешь, дорогой. — Мне перестать, милый? — наигранно удивляется Хёнджин, хлопая ресницами. — Я думал, тебе нравится, — строит грустную мордашку, но рукой принимается сминать бедро парня. — Хёнджин, — Минхо закусывает нижнюю губу, пытаясь сохранить самообладание, — ты планируешь со мной тут до ночи сидеть? Если нет, то лучше остановись. Мне нравится, но ты не находишь, что ситуация не самая подходящая и обстановка не та? — А что не так с обстановкой? — Хёнджин крутит головой, рассматривая других школьников. — Все зациклены на своих делах, на нас им плевать, — движения становятся ощутимее, Минхо сводит ноги и сглатывает. — Мой любимый Хван Хёнджин, пожалуйста, бросьте свои манипуляции, или я завтра историку напишу, как меня довёл до ручки один очень милый парень, вместо ответов на вопросы. Так этот парень, я убеждён, даже вины не испытывает. — Мне кажется, старик бы с радостью прочитал такое, — смеётся Хёнджин, но своих подразниваний не прекращает. — Главное, чтобы его инсульт не схватил. — Я не расстроюсь, — лопочет Ли. — Зато контрольной не будет. — Пиши давай, — убирает со старшего ладонь, пожалев его. — Не буду тебе мешать, — Хёнджин опирается щекой на кулак и устремляет глаза на Ли. Он беспрерывно смотрит на Минхо, слабо улыбаясь и, кажется, даже не моргая. — Ты пялишься, — не отрываясь от своего занятия, констатирует факт Минхо. — Я любуюсь, — поправляет его Хёнджин. — И это тоже отвлекает, — нараспев тянет Минхо. — Гладить тебя нельзя, любоваться тоже, — негодует Хван. — Ты такой вредный, — заключает, складывая на груди руки. — Я был бы не против всего этого, если бы не история и контрольная, — Минхо грузно выдыхает. — С этим закончил, — крутит запястьем, разминая его. — Написал всего малость, а уже вымотался. — Это всегда так, когда занимаешься нелюбимым делом, — Хёнджин перелистывает страницы книги и подчёркивает новые строчки. — Вот, теперь это. Я тебе ещё продиктую, что нужно добавить. — Ты что, помнишь что ли? — Немного, только самое основное, — качает головой. — Я временами слушаю этого деда от скуки. — Чанбин не развлекает тебя? — хмыкает Ли. — Не на постоянной основе, — улыбается Хёнджин. — Иногда он или спит, или пускает слюни на Феликса. — И мой Джини вынужден сидеть и внимать скучнейшему трёпу старика? — Минхо утешает парня, гладит его по волосам. — Какой Чанбин бессовестный. Мог бы и полезным побыть, скрасить тебе скучные уроки, оправдать своё почётное звание клоуна. — Да, бесстыдный гном, — клевещет на своего друга Хёнджин, ластясь к руке Минхо, и укладывает голову ему на плечо. — Обрекает меня на нудятину. Такой жестокий. — Бедный мой, — оставляет быстрый поцелуй на макушке. — Да, я, — кивает Хван и поднимает голову с плеча старшего, их носы почти соприкасаются, глаза не прерывают зрительного контакта. Хёнджин притягивает Минхо за шею к себе и соединяет их губы. Минхо не теряется, сразу же отвечает на порыв младшего. Они не переходят границ, не опошляют поцелуй. Чувственное, трепетное соприкосновение, наполненное подростковой любовью. Парни нежно мнут губы друг друга, неимоверно соскучившись, изголодавшись. Руки Минхо опоясывают талию Хёнджина, пока тот обнимает старшего, прижимая к себе. Так удачно для них складывается, что никто и не думает смотреть в сторону увлечённо целующихся школьников. Минхо, правда, сомневается, что смог бы оторваться от Хвана, даже если бы сама библиотекарша стояла над ними и настойчиво кашляла. Он так желал этих губ, этих мгновений, где они могут быть просто вместе, просто рядом. Минхо доволен таким времяпрепровождением после уроков, даже несмотря на то, что, когда поцелуй закончится, для него вновь наступит углубление в историю Кореи. — А ты ведь просил не отвлекать тебя, — усмехается Хёнджин, отстраняясь. — Будем считать, что это моя награда за усердие, — мурлычет Минхо, расплываясь в улыбке. — Хорошо, — тихо смеётся Хван. — Тогда давай поскорее закончим, и получишь ещё. — Всегда в жизни всё самое приятное достаётся посредством страданий и мучений? — разочарованно вздыхает Минхо, поднимая ручку обратно. — Не знаю, — пожимает плечами Хёнджин, — наверное. Допишешь всё — узнаешь. — Манипулятор, — фырчит Ли под весёлые смешки младшего. Освобождаются они только спустя часа два, Минхо — с исписанными страницами блокнота и слабой головной болью, Хёнджин — немного уставший, но счастливый. Ли тоже грех жаловаться, всё-таки на прощание ещё несколько поцелуев он от Хёнджина получил. Минхо и не догадывался, что целоваться тайком за высокими стеллажами библиотеки так азартно и приятно. Выпадет возможность — обязательно повторит. Дома его встречают приветливая Наён, хихикающий, глупо подкалывающий Феликс и молчаливый отец. Папа за ужином почти не участвует в разговорах, Минхо не помнит, когда до этого они ели без скандалов или злых перепалок. Наён без умолку рассказывает об их визите к родственникам, описывает, как те поживают. И всё равно, что эти люди родня только ей и Феликсу, женщина не делит никого из семьи на «своих» и «чужих». Минхо заходит в комнату и тут же разваливается на кровати, задумчиво крутит телефон в руке. У него всё не выходит отпустить мысли о Чону, его тяготит затянувшееся молчание. Не хочется жить в таком напряжении, гадая и надумывая, как там себя ощущает друг. Перед Чону неловко и стыдно, тот наверняка уже нафантазировал всякого, сейчас сидит и грызёт себя своими же догадками. Минхо сокрушается от бесконечного чувства вины за то, что бросил друга, что предал его, что обидел. И из этого бардака срочно необходимо выбираться. Минхо открывает их чат и пишет несколько смс младшему. Скромное «как дела?» и «не хочешь встретиться?». Решать такие вещи по переписке неудобно, тут нужно видеть друг друга, стоять напротив и обсуждать спокойно все недоразумения, наконец сглаживая их. Жить в таком подвешенном состоянии Минхо не нравится, это выматывает, изнуряет. Хочется спокойствия и умиротворения. Минхо просто мечтает избавиться от груза давящих на него проблем в лице школы, администрации, разногласий с Чону. Юноша спустя столько лет пытается наладить свою жить, хочет быть обычным подростком, не строить козни учителям, отцу и другим. Ему охота веселиться, гулять с друзьями и любить. Это, кажется, самое базовое для любого тинэйджера. Ответа от Чону Минхо так и не дожидается. Телефон молчит минут двадцать, сообщения висят непрочитанными. Конечно, это расстраивает, но что-либо поделать с этим Минхо не может. Он вздыхает, откладывает смартфон и ложится на подушку. Утешает себя предположениями, что Чону мог уже лечь спать. Ну или он до сих пор злится, и ему необходимо ещё немного времени, чтобы остыть. Отойдёт и сам выйдет на связь. Минхо даст ему личное пространство и не будет навязываться. Когда Ким придётся в себя, обдумает всё, взвесит, он напишет Минхо и согласится сходить погулять, чтобы всё уладить и вернуть их прежнюю дружбу без ругани. С лёгкой истерией Минхо взлохмачивает пряди и с большой неохотой поднимается с постели, чтобы приняться за домашку. Самое страшное в лице контрольной по истории Минхо оставляет напоследок, чтобы посвятить этому бо́льшую часть времени. А точнее — всю оставшуюся ночь. И Минхо не уверен, что у него выйдет что-нибудь запомнить, но их труды с Хёнджином не должны быть напрасными. Он приложит все усилия и будет уповать на свой мозг.

***

Вторая ночь без нормального сна сильно сказывается на Минхо и его продуктивности. Мозг почти ничего не может найти в памяти, даты путаются, события переплетаются. Ли теряет всякие надежды хотя бы удовлетворительно написать проклятую контрольную. Варианты будут разные, списать у Джисона не получится. Минхо заранее приготовил себе несколько шпаргалок, но не факт, что информация на них поможет. Он в отчаянии. Математика пролетела быстрее, чем Минхо рассчитывал. Преподавательница Ким его не трогала, предпочитая терроризировать других учеников. Минхо тихонько сидел, решал упражнения, параллельно про себя повторяя имена правителей и периоды их правления. Минхо из прошлого посмеялся и поглумился бы над собой нынешним, но что не сделаешь во имя любви. — Ну что, как успехи? — искренне интересуется Хёнджин на перемене, стоя рядом с Минхо и приглаживая его волосы. — Не хочу тебя расстраивать, но весьма плачевно, — вздыхает Ли, устало прикрывая глаза. — Я честно старался запомнить всё, что записал, но увы и ах. — Не загоняйся, — подбадривает Хёнджин. — Может, тебе попадётся именно то, что ты хоть немного знаешь. — Я не настолько фартовый, — с горечью хмыкает Минхо. — Ну почему же? У тебя есть я, разве это не подарок судьбы? — жеманничает Хван. — На этом моя удача закончилась, — буркает Ли. — Бро, главное — не сдаваться! — подключается Джисон, толкая друга кулаком в плечо. — Верь в себя! — На одной вере не вывезешь, — весьма пессимистично заключает Минхо. — Ну ты чего такой кислый? — Хван несильно трясёт его из стороны в сторону. — Всё будет хорошо! Хани прав, нельзя унывать и думать о плохом. Понял? — чуть строже спрашивает Хёнджин, продолжая тискать старшего. — Понял, — бубнит с надутыми губами Минхо и тут же получает лёгкий чмок в эти самые губы. — Ты чего?! — испуганно озирается и ворчит на довольного Хёнджина. — Ты с ума сошёл? Мы же в школе! — Это было на счастье, — игриво подмигивает и отпускает лицо Ли. — Пойду к себе, подготовлюсь, — Хван треплет волосы старшего и удаляется к своему месту, оставляя смущённого Минхо, что растерянно моргает. — Да уж, вам бы не помешало сдерживать свои порывы, — кривится Джисон, оценивая произошедшее. — Это не я, это он! — чересчур эмоционально оправдывается Минхо. — Ну да, ну да, — закатывает глаза Хан. — А ты прям сопротивлялся и был против, — подмечает Джисон с едкой ухмылкой. — Так, цыц! — шикает на соседа. — Сиди лучше и повторяй, — Минхо кивает на раскрытую тетрадь Хана. — Тебе бы тоже не помешало, — подражает манере одноклассника Джисон, утыкаясь в листы с записями. — И без тебя знаю, — фырчит Минхо, бездумно уставившись на цифры и буквы, выведенные собственной рукой. До звонка ещё есть время, но освоить весь упущенный материал не получится, как ни напрягай извилины. Минхо не рождён для истории, для него все правители, как один. Хочется развалиться на парте и задремать, не вникать в подробности всяких восстаний, сражений. Но Минхо борется со столь манящим желанием, рьяно вникает в события минувших лет, бурчит под нос и пытается вдолбить себе в голову, но дёргается, когда его окликают. — Ли Минхо, подойди к учителю Бану в учительскую! — сообщает одноклассница, заходя в кабинет. — Ладно, — кивает Минхо и поднимается со стула, испуганно сглатывая. — Что ты уже натворить успел? — ужасается Джисон. — Ты же рядом всё время сидел. — В том то и дело, что ничего, — Ли оглядывается, ловит на себе взволнованные взгляды брата и Хёнджина, пожимает плечами, показывая, что сам не знает, чем вызвано приглашение пройти к классному руководителю. — Я надеюсь, там ничего серьёзного, — уповает Джисон, поднимает кулак, показывая свою поддержку. — Я тоже, белка, — вздыхает Минхо, поправляет низ пиджака и неуверенными шагами выходит из класса. Он ступает к учительской, неустанно гадая весь путь, что уже могло пойти не так. Минхо был паинькой и ничего не учудил за вчерашний и сегодняшний дни. Его не за что ругать. Даже на математике ответил, причём без свойственных ему паясничества и хамства. Но вряд ли бы его позвали похвалить за начало исправления и становления хорошим, примерным учеником. Мандраж охватывает тело, страх сковывает горло, мешая спокойно и ровно дышать, ладони потеют от стресса, рука сжимает в кармане телефон. Может, Минхо зря себя накручивает, и учитель не скажет ему ничего страшного? Но зачем тогда вызвал? Какое дело у педагога появилось к Минхо? Пока для школьника это остаётся загадкой. Минхо успевает себя запугать, предполагая, что администрация школы могла передумать и всё-таки не давать ему второй шанс. Его выгонят уже сейчас, не желая ждать перемен от парня? Минхо пробирает дрожь. Он пытается отогнать от себя все подобные мысли. Ли придёт к учителю и выслушает всё, что тот ему хочет сказать. Расшатывать и так хрупкие нервы дело пагубное, так что остаётся только принять свою участь, даже если совсем не знаешь, какая она будет. Минхо проходит мимо настенных часов, отмечая для себя, что до урока у есть ещё немного времени. Ли надеется, что его несильно задержат и на контрольную он не опоздает. Будет очень обидно, если все приложенные усилия окажутся тщетными. Минхо стучится в учительскую, заходит в неё на ватных ногах и сразу же становится возле стола классного руководителя. — Вы меня вызывали, учитель Бан? — Минхо несильно кланяется. — О, Минхо! — мужчина отрывает глаза от стопки бумаг, что читал. — Да, спасибо, что зашёл. Хотел кое-что с тобой обсудить. — Можно небольшой спойлер, — Ли показывает маленькое расстояние между большим и указательным пальцами, — это будет о чём-то хорошем или плохом? — с опасением смотрит на педагога. — А ты уже успел себе всякого напридумывать? — учитель издаёт беззлобный смешок. — Немного, — Минхо почёсывает затылок. — Можешь выдохнуть, — по-доброму улыбается преподаватель. — Ругать тебя не собирался. — Хорошо, — у Минхо будто груз с плеч сваливается, дышать становится легче. — А что вы тогда хотели? — Намеревался поговорить о твоих планах на будущее. — Планах? — Я проанализировал ту анкету, что ты заполнял ранее о профессии, помнишь? — Минхо молчаливо кивает. — И сделал очевидный вывод, что тебе нравится готовка, я прав? — Ну я любил раньше этим заниматься, когда ещё в средней школе был. — Судя по результатам, это единственное, что тебе нравится делать до сих пор, — учитель подпирает подбородок кулаком. — По крайней мере, в пункте «кулинария» у тебя самый высокий рейтинг. Всё остальное тебя, кажется, мало привлекает. — Наверное, это так, — неуверенно лопочет Ли. — В любом случае, если у тебя есть такое интересное пристрастие, не думал поучаствовать в грядущем фестивале? Там будут представители кулинарного кружка, думаю, ты можешь к ним присоединиться, — качает головой педагог. — А что они будут делать? — Честно, не знаю. Обычно украшают выделенное им пространство в виде небольшого кафе и делают что-то в стиле открытой кухни. Посетители фестиваля очень любят такое. Для тебя это может быть отличным шансом вернуться к тому, что когда-то нравилось. — Это так неожиданно, я не могу дать сейчас вам чёткого ответа, — Минхо мнёт рукава пиджака и топчется на месте. — Я давно не брался за готовку, мог уже все навыки растерять. — Уж в этом я сомневаюсь, что-то мне подсказывает, что ты хорош в этом ремесле, — добродушная улыбка трогает губы мужчины. — Я не настаиваю, Минхо, лишь предложил. Вдруг ты захочешь, тогда дерзай! Я поддержу тебя! — поднимает сжатую ладонь, проявляя своё одобрение. — Спасибо, учитель Бан, — Минхо делает поклон классному руководителю. — Я могу возвращаться в класс? — Да, иди, — преподаватель отпускает школьника, возвращая своё внимание отложенным бумажкам. Минхо почти успевает развернуться, как его нога замирает в воздухе, стоит ушам уловить старое бормотание. — Бардак какой-то! Ли замечает историка, что складывает какие-то листы в разные стопки, бубня что-то под нос. Приглядевшись, Минхо удаётся разобрать на листах несколько слов и цифр и признать в них возможную контрольную работу. Его зрачки становятся шире, кровь бурлит по венам, в горле появляется ком. Минхо сглатывает, пытается трезво оценить ситуацию и придумать ход действий. — Минхо, что-то не так? — голос Бан Чана вынуждает Ли отмереть. — Нет, — заторможенно отвечает юноша. — А почему не уходишь? — Я просто… — Минхо на ходу пытается придумать себе оправдание, но спасение приходит оттуда, откуда он и не ждал. — Учитель Бан! — со свойственным ей визгом в кабинет влетает Хёна, от чего все дёргаются. — Там, — девочка держится за косяк двери, согнувшись, — там драка, — тычет пальцем куда-то в коридор. — Что? Где? — педагог и все присутствующие в учительской подскакивают со своих мест и мгновенно ретируются из помещения, практически убегая в направлении, что указала ученица. Минхо удивлённо смотрит им вслед, стопорясь. Он промаргивается несколько раз и натыкается взглядом на заинтересовавшие бланки с вопросами по истории. Озирается в пустой учительской и делает отчаянный шаг: рискует всем во имя благих целей. Ли достаёт телефон, открывает камеру и наводит объектив на вопросы, делает фото задания. Минхо поражается нагрянувшему счастью, в его руках находится лист с ответами на оба варианта контрольных. Ухмылка расцветает на лице Ли, пока телефон сохраняет в галерее снимки такого бесценного сокровища. Минхо готов благодарить богов, вселенную, да кого угодно за такой подарок судьбы. Ему очень крупно свезло. — Что ты делаешь? — возмущённый голос пускает по коже мурашки. Минхо подпрыгивает на месте, чуть не роняя смартфон. — Я? А что я делаю? — притворяется дурачком, хотя с Хёной это вряд ли сработает. — За идиотку меня не держи, я всё видела, — её глаза сужаются, прожигая в Ли дыру. — Хёна… — у Минхо дрожит голос, а вместе с ним и ноги. — Ты… ты меня сдашь? — Конечно, — одноклассница издаёт мерзкий хмык, складывая на груди руки. — Не делай этого, пожалуйста, — использовать колкости, блистать язвительным языком Минхо не видит смысла. Ему надо выпросить понимание и склонить девочку на свою сторону, а не сильнее вывести её из себя. — Сделаю, — безжалостно заявляет Хёна. По школе громкой трелью раздаётся звонок. Староста шмыгает носом, разворачивается на каблуках и выходит из учительской. Цокает обувью по коридору, надменной походкой движется к своему классу. — Постой! — окликает Минхо, сорвавшись с места, и догоняет девушку, хватая за локоть. — Отвянь! — огрызается Хёна, вырывая свою руку. — Послушай, — Минхо становится перед старостой, загораживая ей путь. — Я знаю, что ты меня ненавидишь. Вполне заслуженно. Но прошу, не рассказывай об этом! — С чего бы мне молчать? Ты сфотографировал ответы, это нарушение, а я, как честный человек, должна об этом сообщить учителю. — А ты можешь один разочек не быть честным человеком? — Не могу, — кратко чеканит Хёна, собираясь обойти надоедливого школьника, но тот не даёт. — Ли Минхо, свали с дороги. — Пока не согласишься мне помочь, не уйду. — Минхо, — вздыхает девушка. — Пожалуйста, мне очень надо. Меня же отчислят! — А мне до этого есть дело? — усмехается Хёна. — Я знаю, в каком шатком положении ты находишься, что буквально один неверный вздох — и администрация тебя отсюда выпнет. Я всё знаю, Ли Минхо. — Ну раз знаешь, не хочешь подсобить? — фыркает Ли. — Не-а, — мотает головой. — И почему же? — Ты меня бесишь, — честно заявляет одноклассница. — Выводишь из себя, раздражаешь, — начинает перечислять, загибая пальцы, — нервируешь, злишь. Продолжать? — Не утруждайся, — брови Минхо сводятся к переносице. — Ладно, — девочка пожимает плечами, натянуто улыбнувшись. — Тогда дай пройти. — Хёна, пожалуйста, ну помоги мне! — умоляет Ли. — Хочешь, на колени встану? — Хочу, но это на моё решение никак не повлияет. — А что тогда повлияет? — Минхо складывает ладони вместе и трясёт ими. — Скажи, что мне сделать? Я на всё согласен за твоё молчание. — Ого, мне довелось лицезреть, как сам Ли Минхо унижается. Фантастическое зрелище, — ахая, Хёна негромко хлопает. — Очень остроумно, — Минхо закатывает глаза. — Так ты пойдёшь мне навстречу? — Я подумаю, — Хёна делает шаг влево и обрывает попытки Ли снова встать перед ней, — Будешь маячить перед носом и продолжать досаждать — точно сдам, — предупреждает, бросает серьёзный и сердитый взгляд. — Прости, — Минхо отступает, склонив голову. — Я очень надеюсь, что ты всё-таки окажешь мне эту маленькую услугу. Мне очень нужно хорошо написать эту работу, чтобы остаться тут. Если меня исключат, то моя жизнь превратится в настоящий ад, — делает последние попытки достучаться до сердца школьницы. — Я буду обязан тебе всем, чего пожелаешь. Душераздирающая речь Ли остаётся без ответа. Хёна лишь твёрдо идёт вперёд, даже не обернувшись на бедного одноклассника. Минхо обречённо выдыхает и плетётся следом, убрав руки в карманы брюк. Всё кончено, Хёна его выдаст, историк поставит «неудовлетворительно» за контрольную, об этом донесут классному руководителю, а потом администрации школы, и Минхо выгонят. Отец дома просто убьёт за это и отправит куда подальше, потеряв веру в сына навсегда. А Ли только начал думать, что у него всё стало налаживаться, что не всё потеряно. А сейчас всё рушится, будто карточный домик. Минхо с огромной досадой смотрит на фигуру девушки, в руках которой его судьба. И, кажется, распорядятся ей не в его пользу. — Все, внимание! — громко оповещает Хёна, переступая порог класса. Гомон затихает, одноклассники переводят заинтересованные взгляды на старосту. — Учитель Пак просил передать, что он задержится. Между двумя учениками произошла драка, учителя решают это недоразумение. Он подойдёт чуть позже, — девушка садится за свою парту и принимается о чём-то болтать с подругой. Перешёптывания возобновляются, обсуждения потасовки занимают всех в кабинете, предстоящая проверочная мгновенно забываются. Школьники делятся между собой догадками, кто может быть замешен в драке. Хёнджин дёргается, когда слышит от кого-то имя своего парня. Он сразу же напрягается и думает пойти на поиски Минхо, надеясь не отыскать его в центре скандала, но пропажа сама заходит в кабинет. На нём нет ссадин или синяков, но лицо напуганное и печальное. Минхо коротко взглядывает на Хёну, что никак на его появление не реагирует, и занимает своё место. — Бро, ты как? Что случилось? Ты слышал, там драка была? Ты же не при чём? Что хотел учитель Бан? — ожидаемый поток вопросов от Джисона обрушивается на Ли. Хан суетливо ёрзает на стуле, трясёт соседа за рукав. — Про драку слышал, в ней я не замешан, — монотонно отвечает Ли, не сводя глаз с макушки старосты. — Я в порядке, учитель Бан говорил со мной о фестивале. — То есть ничего страшного не было? — для полного спокойствия уточняет Джисон. — Да, не было. — Фух, — облегчённо выдыхает Сон, будто это напрямую касалось его лично. — Я рад. — Спасибо, — кивает Ли. — У тебя точно всё нормально? — Джисон придирчиво осматривает старшего, чувствуя, что ему что-то не договаривают. — Да, просто я… — Минхо хочет найти себе оправдание, но замолкает, так как его настойчиво толкают в плечо. Ли оборачивается и непонимающе смотрит на Джой. — Тебя Хёнджин зовёт, — одноклассница указывает кивком на Хвана. Минхо натыкается на беспокойный взгляд Хёнджина, его поджатые пухлые губы, нахмуренные брови. Ли поднимает руку и показывает, что всё хорошо, соединив большой и указательные пальцы, распрямив все остальные. Беззвучно произносит, что он в норме. Хёнджин заметно расслабляется, выдыхает и дарит слабую полуубылку. Ли зеркалит её и разворачивается обратно. Не хочется сейчас огорчать или тревожить ни Хёнджина, ни Джисона, ни брата. Пусть до последнего считают, что всё под контролем. Да и слабая вера в человечность Хёны теплится внутри Минхо, не давая погрузиться в полное отчаяние. Минхо с тяжёлым вздохом открывает тетрадь, пустыми глазами смотрит на записи. От волнения буквы плывут, а работа мозга притормаживается. Сосредоточиться на материале не выходит, из памяти вылетает всё, что только туда попадает. Минхо бессмысленно перелистывает страницы, пытаясь зацепиться хоть за что-то, но ничего путного у него не выходит. — Так, я здесь! — мужчина вваливается в кабинет с кучей бумаг и папок в руках. — Прошу прощения, Хёна вам наверняка объяснила причину моей задержки, — Пак скидывает всё на учительский стол. — Что ж, думаю, вам это было только на пользу, и вы ещё раз всё хорошенько повторили. — Но учитель Пак, — подаёт голос один из учеников, — на саму контрольную осталось меньше времени, мы можем не успеть. — О, не беспокойтесь, работа очень простая. Уверен, вы справитесь даже до звонка, — учитель передаёт листы с заданиями школьникам. — Если вы готовились, конечно. — Он всегда говорит, что работа простая, а по факту оказывается, что уровень сложности экзаменационный, — шёпотом ворчит Джисон. Минхо на это прикусывает губу. — Учитель Пак, — у Минхо замирает сердце, когда Хёна встаёт со стула и зовёт педагога. — Да? Что-то произошло, Хёна? — Да, мне надо вам кое-что сказать. Минхо в секунду перестаёт дышать, ногти вонзаются в ладони, капли пота собираются на лбу. Он подгибает пальцы на ногах, прижимает бёдра друг к другу. Минхо и не помнит, когда в последний раз испытывал такой сильный стресс. Ещё и эта дама держит слишком длинную и мучительную паузу. У Минхо от такого желудок сводить начинает. — Ну так говори. — Знаете, — Хёна нарочно растягивает гласные в слове, — на этой перемене было совершено ужасное! — И что же? — жёстче спрашивает учитель, порядком устав от таких интриг. — Дело в том, что… — Хёна перемещает на мгновение глаза на Минхо и снова смотрит на преподавателя, — в том, что Ынха и Чевон не дежурили сегодня, — староста указывает пальцем на одноклассниц. — Они отошли со своей точки и проболтали всё дежурство со старшеклассниками. Это возмутительно! — Эй, Хёна! Стукачка! — девушки сразу возмущаются. — Так, а ну замолчали! — прерывает балаган учитель Пак. — Хёна, это не настолько срочное, ты могла бы сказать об этом после. Тем более я не ваш классный руководитель, и ваше дежурство меня не особо волнует, — недовольно бормочет мужчина, закатив глаза. — А что касается вас, юные леди, то я попрошу вашего учителя следить за исполнением обязанностей, — поправляет лацканы пиджака, будто хочет придать важности своим словам. — Хёна, можешь сесть. А теперь приступили все молча к контрольной! Услышу хоть писк — удалю из класса! — Да, учитель Пак! — Хёна садится, ощущая на себе благодарный взгляд одноклассника. Но пусть он не расслабляется, Минхо — её должник. За такую невиданную щедрость она попросит что-то стоящее, такое, что этот гадёныш пожалеет, что смел задеть неприступную гордость Хёны и выставить её посмешищем при всех. — Боже, — не сдерживается Ли, шумно выдыхая. Он хватается за сердце, что бьётся слишком громко и быстро. — Ты чего? — Джисон косится на соседа. — Я… — Я предупредил! — обрывает учитель, недобро зыркнув на учеников. — Потом, — на грани слышимости говорит Минхо, победно улыбаясь. Он засовывает руку под парту, нащупывает телефон в кармане и вытаскивает его, оставляя на бедре. Старик Пак устраивается за учительским столом и роется в принесённых папках, изредка поднимая взгляд на учеников. Минхо вне себя от выпавшей возможности, чуть не прыгает от внезапной удачи. Теперь дело за малым — просто списать, нарочито допустив парочку ошибок. Дедок вряд ли поверит, что Ли мог бы идеально выполнить контрольную. Минхо с восторгом любуется заполненным листом, что служит его билетом в славную и беззаботную жизнь. Он получит хорошую оценку, администрация станет думать о нём чуточку лучше, папа будет немного меньше считать своего сына никчёмным. Минхо никогда не стремился к признанию от отца, парень давно принял, что их отношения порушены. Но почему-то сейчас хочется показать: отец может не стыдиться, его сын представляет из себя что-то большее, чем дворовой хулиган. Как отличный друг, Минхо подсказывает в некоторых заданиях Джисону, тот лишь шикает, одними губами бурча, что лучше знает, однако, Хан с опаской поглядывает на Ли, но доверчиво вписывает то, что ему говорят. Минхо отправляет фото и Хёнджину, подписав, что потом расскажет, откуда это. Сообщение быстро оказывается прочитанным, а ответом служит одно красное сердечко. Но даже его хватает, чтобы вызвать у Минхо смущение и глупую влюблённую улыбку. Ли прислал бы фотографию и брату, но тот и сам прекрасно справится. Да и не полезет он в телефон. Сидит на второй парте, да и совесть его замучает. Со звонком все листы передаются учителю, все разбредаются по кабинету, потягиваясь и жалуясь на отвратительную проверочную. Пак исчезает из класса, прощается и просит старосту проследовать за ним. Хёна прилежно поднимается со своего места и движется к выходу. Минхо тут же подрывается со стула, пугая этим Джисона, и нагоняет девушку возле порога. — Ну чего ещё тебе? — вздыхает школьница. — Спасибо, староста Хёна, — Минхо вытягивает широко уголки губ. — Не за что, придурок Ли, — хмыкает ученица и покидает кабинет.