The younger Potter

В этот необычайно жаркий день солнце залило своими лучами Поттер-Мэнор, пробиваясь сквозь занавески в комнаты его обитателей. Все уже давно проснулись, кроме двух засонь, которые провели ночь в бесконечных разговорах. Юфимия Поттер, её грациозная фигура облачена в лёгкое летнее платье, шла неторопливой походкой от бедра, как подобает истинной леди. Она направлялась в комнату сына, где вместе с Джеймсом спал и Сириус, не проявляя никаких признаков пробуждения перед походом в Косой переулок. Внизу Флимонт и маленькая Гермиона уже завтракали. Девочка ёрзала на стуле, её ноги беспокойно болтались, не доставая до пола. Она не могла дождаться похода за покупками, а её брат с другом только задерживали это долгожданное событие. Подойдя к двери тёмно-коричневого цвета с изящной резьбой, Юфимия деликатно постучала — на случай, если мальчики уже проснулись. Она всегда уважала личное пространство сына и без приглашения не входила, если того не требовали обстоятельства. Джеймс был её долгожданным ребёнком, подарком судьбы и наследником. Миссис Поттер старалась дать детям всё самое лучшее, чтобы они с детства знали себе цену. Она была уверена — их ждёт великое будущее. Не получив ответа, Юфимия осторожно вошла в комнату, стены которой были выкрашены в тёплый бежевый цвет и украшены плакатами, привезёнными Джеймсом из Хогвартса. К её удивлению, в комнате царил относительный порядок. Каждая деталь интерьера свидетельствовала о принадлежности хозяина к Гриффиндору: красное постельное бельё, плед с золотой вышивкой, плакаты со львом, фотографии квиддичной команды. На комоде гордо восседала фигурка гриффиндорского льва. Взору Юфимии предстала умилительная картина: Сириус и Джеймс спали в одной кровати, причём младший Блэк практически лежал поверх друга. Женщина нежно улыбнулась, подошла ближе и ласково провела рукой сначала по чёрным, как смоль, волосам Сириуса, затем по взъерошенным рыжим прядям сына. — Мальчики, — прошептала она, хотя и не хотела разрушать эту идиллическую картину. — Вставайте! Мальчики поморщились, но глаза не открыли. Юфимия повторила, на этот раз чуть громче назвав их имена. Только тогда они наконец подняли головы от подушек — в случае Сириуса это была рука Джеймса. — Вставайте, дорогие, — мягко сказала женщина. — Нам пора в Косой переулок. Советую собраться до того, как к вам поднимется Гермиона. С этими словами она вышла, оставив мальчиков в покое. Те со стоном плюхнулись обратно, никому не хотелось покидать уютное ложе. Но оба понимали — если они не встанут сейчас, к ним явится разъярённая Гермиона, и тогда пощады не жди. Когда Миона чего-то хочет, она сделает всё, чтобы это получить, а поход в Косой переулок она ждала с того самого дня, когда Джеймс получил своё первое письмо из Хогвартса. Нехотя поднявшись, они побрели в ванную. Чистя зубы, Сириус сполоснул рот и бросил Джеймсу через плечо: — Давно я так спокойно не просыпался. Обычно матушка будит меня криками о том, что наследнику древнего рода не пристало валяться в постели. Джеймс поморщился: — Не круто, дружище. Хорошо, что ты проводишь у нас большую часть лета. Сириус лишь молча кивнул. Сборы прошли быстро, и уже через пятнадцать минут они спустились вниз, где их ждало всё семейство. Встретил их недовольный взгляд Гермионы — девочка явно была не в восторге от такого промедления. Испепелив брата и Сириуса взглядом, она демонстративно отвернулась. Джеймс попытался заговорить с сестрой, но та упорно молчала. Чувствуя себя неловко, он пожал плечами. Сириус сел напротив Гермионы и в ответ на её недовольство лишь подмигнул, отчего девочка насупилась ещё сильнее. После завтрака все направились к камину. Флимонт раздал каждому по щепотке летучего пороха, включая Сириуса, который давно стал негласным членом семьи. — Главное — чётко произносить! — строго сказал Флимонт, обводя взглядом детей. — Юфимия, ты первая, а я замыкающий. Миссис Поттер кивнула. Шагнув в камин, она чётко произнесла: "Косой переулок!" — и исчезла в зелёном пламени. За ней последовали Джеймс, Сириус, Гермиона, и последним отправился Флимонт. Оказавшись в переулке, дети поспешили отряхнуться от сажи. Флимонт, осмотрев их строгим взглядом, очистил и себя от следов путешествия. — Джеймс, Сириус, идите за своими покупками. После можете заглянуть за новыми мётлами, — сказал мистер Поттер, вручая сыну мешочек с галеонами. — И помните правила! — крикнул он им вслед, мысленно надеясь, что они не попадут в неприятности. — А мы, юная леди, отправимся к Олливандеру, — сказал Флимонт, протягивая руку дочери. Глаза Гермионы загорелись от восторга — она не могла дождаться момента, когда получит свою собственную волшебную палочку. До лавки Олливандера они добрались быстро. Гермиона едва отвлекалась на другие магазины, хотя те так и манили её внимание. Переступив порог, они услышали мелодичный звон колокольчика. — Добрый день, мистер и миссис Поттер, — приветствовал их Гаррик Олливандер. — А это, должно быть, мисс Поттер? Вишнёвое дерево, волос единорога, тринадцать дюймов, верно, миссис Поттер? — обратился он к Юфимии, затем перевёл взгляд на Флимонта. — Боярышник, жила дракона, десять дюймов. Я помню каждую палочку, которую создал. Давайте подберём и для вас. Он измерил руку юной волшебницы, уточнив, какая у неё рабочая, и удалился вглубь лавки. Гермиона не могла усидеть на месте, её глаза бегали по полкам, уставленным коробками. "А вдруг моя палочка где-то здесь?" — пронеслось у неё в голове. Вскоре Олливандер вернулся с несколькими коробками, напевая себе под нос. Распаковав первую палочку, он протянул её Гермионе. — Попробуйте, мисс. Первая попытка оказалась неудачной, как и третья, и пятая. Девочка начала паниковать: "А что, если для меня нет подходящей палочки?" В глазах её уже блестели слёзы, которые она изо всех сил старалась сдержать. Но когда она взяла очередную палочку, её пальцы вдруг согрелись. Из кончика вырвался поток золотистых искр, озаривших всё вокруг. Лицо Гермионы озарила счастливая улыбка — наконец-то она нашла свою палочку. — Виноградная лоза, десять с тремя четвертями дюйма, сердечная жила дракона, — объявил Олливандер. — Сильная и послушная палочка. Она прослужит вам верой и правдой. Покинув лавку, семья продолжила покупки. Где-то вдалеке слышался смех Джеймса и Сириуса, но родители не беспокоились — они доверяли мальчикам и знали, что те справятся. Через несколько часов все необходимые покупки были сделаны. Уговорив родителей, Гермиона стала хозяйкой рыжего кота-полукнизла, которого нежно прижимала к груди, направляясь к кафе "Флориш и Блоттс", где их уже ждали Джеймс с друзьями. — Это что? — удивлённо спросил Джеймс, глядя на кота. — Он смотрит на меня, как будто я его завтрак! — Не говори глупостей, — отрезала Гермиона, оскорблённая за своего питомца. — Это Живоглот! — Ну и имя, — шепнул Сириус Римусу, склонившись к его уху. Тот лишь сдержанно усмехнулся. Гермиона метнула на них гневный взгляд, нежно поглаживая кота. — Не слушай этих дураков, — прошептала она своему питомцу, затем, подняв кулак на уровень глаз, добавила: — Вы просто ничего не понимаете! — Ладно, ладно, — успокаивающе поднял руки Джеймс. Мародеры тихонько засмеялись. Несмотря на то, что Гермиона была младше всех, она умела постоять за себя и держала компанию в ежовых рукавицах. — Конечно, мы ничего не понимаем, — поддразнивал Сириус, нарочно говоря достаточно громко, чтобы его услышали. В отличие от друзей, он обожал дразнить Гермиону — когда она злилась, то становилась похожей на разъярённую кошку, что невероятно забавляло его. Гермиона нахмурилась, между бровей появилась сердитая складочка. — Ну мы же не спрашиваем, что у тебя за имя! — фыркнула она. — Нашёл с кем соревноваться! Глаза Сириуса расширились, как и у остальных мальчиков за столом. К счастью, родители этого не слышали. — Ты сейчас сравнила имя "Сириус" и "Живоглот"? — недоверчиво протянул он. Наклонившись к Гермионе, Сириус оскалился в ухмылке. — Пусть матушка давала нам странные имена, но имя твоего кота — это что-то. О твоём имени я промолчу — Джеймс не даст, — он подмигнул, но тут же получил подзатыльник от названного брата. — Каждый останется при своём мнении, — гордо подняла подбородок Гермиона, давая понять, что спор окончен. Вскоре атмосфера за столом разрядилась. Все весело смеялись, а Юфимия и Флимонт с улыбкой наблюдали за детьми, хотя в их глазах читалась лёгкая грусть. — Нам пора, дорогие, уже поздно, — ласково сказала Юфимия, нежно поправив волосы Сириуса. Попрощавшись с друзьями, семья вернулась в поместье. Дети разошлись раскладывать покупки, а вечером Гермиона прибежала к брату и Сириусу, чтобы поделиться впечатлениями. Джеймс с улыбкой слушал её восторженный рассказ, а когда девочка наконец ушла спать, прошептав "Спокойной ночи", оба мальчика уже дремали. *** Лето пролетело незаметно. Наступил день отъезда в Хогвартс: Гермиона отправлялась на первый курс, а ребята — на третий. Девочка с нетерпением ждала этого момента, мечтая найти таких же верных друзей, как у Джеймса. Собрав последние вещи, семья отправилась на вокзал. Гермиона, прижимая к груди Живоглота, с раздражением поглядывала на часы — мальчики как всегда задерживались, а она панически боялась опоздать, хотя понимала, что родители этого не допустят. Наконец все были готовы. Взявшись за руки, они трансгрессировали на платформу 9¾, где царила оживлённая атмосфера: смех детей, прощальные напутствия родителей. Джеймс и Сириус, быстро попрощавшись, помчались искать Римуса и Питера, которые уже заняли купе. Гермиона осталась с родителями. Юфимия со слезами на глазах прижала дочь к себе. — Надеюсь, ты найдёшь много друзей, дорогая, — прошептала она. — Я знаю, ты будешь хорошо учиться и не станешь вести себя, как твой брат. Флимонт молча обнял дочь, его глаза светились гордостью. — Напиши, как только тебя распределят, — сказал он, поправляя её волосы. — Пора, любимая. — До свидания, — улыбнулась Гермиона, подхватила вещи и направилась к поезду. С трудом подняв тяжёлый чемодан, она мысленно корила брата за то, что тот не остался помочь. Найдя свободное купе, девочка с облегчением опустилась на сиденье и выпустила Живоглота. Поглаживая кота, она радостно улыбалась, глядя в окно на машущих родителей. Впереди её ждала новая жизнь, полная чудес и открытий.