The younger Potter

Золотистые лучи заходящего солнца пробивались сквозь древние витражи Хогвартса, рассыпаясь разноцветными бликами по каменным плитам внутреннего двора. Воздух был наполнен ароматом цветущего боярышника и свежескошенной травы. Гермиона, удобно устроившись в тени раскидистого бука на берегу Чёрного озера, с наслаждением вытянула ноги, чувствуя, как тёплая майская земля отдаёт накопленное за день тепло. Вода у берега лениво плескалась, а где-то в глубине мелькали серебристые силуэты русалок. Она перелистывала потрёпанный экземпляр «Фантастических тварей», время от времени поглядывая на гладь озера, где гигантский кальмар показывал кончики щупалец, будто приветствуя закат. Ветер шевелил страницы и играл прядями её каштановых волос, выбившихся из небрежного хвоста. «Как быстро пролетел год…» — думала Гермиона, отмечая закладкой страницу о кельпи. — «Кажется, только вчера я дрожала от страха перед Сортировочной шляпой, а теперь…» Её мысли прервал шорох пергамента. Пандора, растянувшаяся рядом на выцветшем от солнца пледке в звёздах, с упоением выводила какие-то сложные схемы, время от времени бормоча себе под нос: — Если соединить принцип Люмоса с аурой лунного камня… ой, нет, тогда потребуется стабилизатор… может, перо гиппогрифа… Гермиона не могла сдержать улыбки, наблюдая, как подруга в пылу исследований случайно испачкала мантию чернилами, а в волосы ей запутались несколько травинок. — Ты вообще слышишь меня? — нарочито громко спросила она, когда Пандора в пятый раз проигнорировала её комментарий о свойствах рогатых змеев. Пандора вздрогнула, как сова, разбуженная днём: — А? О, да! — Она смущённо поправила очки, оставив на переносице чернильное пятно. — Ты говорила, что скучаешь по урокам. Хотя большинство первокурсников сейчас мечтают только о каникулах. — Большинство первокурсников не добровольно берут учебники на лето, — раздался знакомый насмешливый голос. Из-за дубовой аллеи появились Регулус, Барти и Рабастан. Барти, как всегда, нёс стопку книг — на этот раз по древним рунам, — балансируя на одной руке и ловко подбрасывая яблоко другой. Рабастан шёл чуть позади, его острый взгляд методично сканировал окрестности, а рука лежала на рукояти палочки — привычка, оставшаяся после нескольких «случайных» нападений гриффиндорцев. Регулус опустился на траву с присущей ему аристократической грацией, аккуратно отряхивая мантию: — Экзамены закончились, Поттер. Можно хотя бы неделю не думать о книгах. — Говорит человек, который вчера до полуночи спорил с Уилксом о свойствах корня мандрагоры, — парировала Гермиона, замечая, как уголки его губ дрогнули в почти незаметной улыбке. Их разговор прервал взрыв смеха со стороны замка. По лужайке, явно что-то замышляя, шли Джеймс, Сириус и Питер. Джеймс что-то оживлённо рассказывал, размахивая руками, а Сириус, перекинув мантию через плечо, хохотал, запрокинув голову. Римус следовал чуть позади, уткнувшись в книгу, но время от времени поднимал голову, чтобы вставить замечание. Питер семенил рядом, то и дело озираясь, словно боялся, что их застанут за планированием очередной шалости. — О, смотрите, ваши личные телохранители, — пробормотал Барти, ловя яблоко и откусывая кусок с характерным хрустом. Джеймс, заметив сестру в компании слизеринцев, нахмурился, но ограничился коротким кивком. Сириус же замедлил шаг. Его серые глаза остановились на Гермионе, затем перешли к Регулусу — между братьями пробежала почти осязаемая волна напряжения. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь криком пролетающей мандрэйки. — Интересно, что они задумали на этот раз, — задумчиво произнесла Пандора, наблюдая, как мародёры скрываются за углом. Гермиона вздохнула: — В прошлый раз, когда у них был такой вид, в Большом зале неделю шёл розовый снег. — Это было гениально, — неожиданно признал Барти. Все удивлённо повернулись к нему. — Что? — Он пожал плечами. — Это же было забавно. Регулус покачал головой, а Рабастан лишь хмыкнул, его внимание привлекло движение в воде — гигантский кальмар теперь показывал уже два щупальца, будто наблюдая за ними. Пандора вдруг вскочила, чуть не опрокинув чернильницу: — О! Я почти забыла! — Она начала рыться в сумке, из которой посыпались перья, камешки странной формы и несколько конфет «Берти Боттс». — Вот! — Торжествующе она протянула потрёпанный томик в кожаном переплёте. — «Необычные применения простых заклинаний» Батильды Бэгшот. Мой дядя прислал её вчера. Говорит, это издание 1890 года! Гермиона с благоговением взяла книгу, ощущая под пальцами шершавую кожу обложки и золотое тиснение. Она осторожно открыла её, и запах старой бумаги и чернил окутал её, как воспоминание. — Спасибо! — прошептала она, уже мысленно представляя, где разместит это сокровище в своей комнате в Когтевране. В этот момент со стороны замка прозвенел колокол, возвещая о скором ужине. Его мелодичный звон разнёсся по всему парку, заставляя стайку пиксишек в ближайших кустах встревоженно зажужжать. — Нам пора, — сказал Регулус, поднимаясь и отряхивая мантию. — После ужина в гостиной будет собрание по подготовке к турниру по зельеваредию. — Турнир? — удивилась Гермиона, аккуратно укладывая драгоценную книгу в сумку. — Да, между факультетами, — пояснил Барти, доедая яблоко. — Слизерин выигрывал последние три года. — Потому что профессор Слизнорт судит, — проворчала Гермиона, но всё же заинтересовалась. Когда они шли к замку, Гермиона невольно задумалась. Всего год назад она впервые переступила порог Хогвартса — напуганная, но полная надежд одиннадцатилетняя девочка. Теперь же она шла по этим древним камням уверенной походкой, окружённая друзьями, с драгоценной книгой в сумке и кучей планов на лето. Чёрное озеро позади них сверкало в лучах заходящего солнца, как расплавленное золото. Где-то в глубине замка уже слышались первые звуки вечернего пира — звон посуды, смех, предвкушение летних каникул. Гермиона глубоко вдохнула воздух, наполненный ароматом трав, озера и чего-то неуловимо волшебного. Хогвартс больше не был для неё просто школой. Он стал домом.

***

Поезд «Хогвартс-Экспресс» плавно покачивался на рельсах, выписывая за окном мелькающие пейзажи Шотландии. Гермиона удобно устроилась в купе, подложив под спину подушку с вышитым факультетским гербом — подарок от однокурсников на прощание. В воздухе витал сладковатый аромат только что купленных у торговки пирожков с мясом и картошкой. «Как же быстро пролетел год…» — думала она, наблюдая, как за окном мелькают стада пушистых облачных овец, которых они проходили на уроке у профессора Кеттлберна. Её пальцы невольно тянулись к новенькому, ещё пахнущему типографской краской экземпляру «Фантастических тварей», купленному специально для летнего чтения. Рядом Пандора, укутавшись в свой любимый плед с созвездиями, что-то увлечённо записывала в блокнот, время от времени роняя перо. Внезапно она вздрогнула, когда поезд резко затормозил на одном из поворотов, и чернильница едва не опрокинулась на её новые жёлто-чёрные перчатки. — Осторожнее! — успела перехватить сосуд Гермиона, ловко проявив рефлексы, натренированные за год уклонений от летающих книг в библиотеке. Из коридора донёсся знакомый голос: — Пять сиклей, что они уже достали книги! В дверях купе появились Барти и Регулус, неся поднос, переполненный сладостями с тележки. Рабастан шёл следом, держа в руках три бутылки тыквенного сока. — Мы решили, что последний день в поезде должен быть праздничным, — торжественно объявил Барти, рассыпая на стол шоколадных лягушек и берти-боттсовские бобы всех вкусов. Гермиона не могла сдержать улыбки, наблюдая, как Пандора тут же потянулась к фиолетовому бобу, явно надеясь на вкус фиалки, но получив вместо этого что-то отвратительно рыбное. — Я же говорил не брать фиолетовые, — покачал головой Регулус, изящно разворачивая золотую обёртку от шоколадной лягушки. Внезапно поезд резко дернулся, и карточка с Дамблдором выскользнула у Гермионы из рук. К всеобщему удивлению, вместо того чтобы убегать, волшебник на картинке подмигнул и устроился поудобнее в уголке, явно решив отдохнуть. — Даже карточки устали к концу года, — рассмеялся Барти, подбирая очередную лягушку, которая тут же выпрыгнула у него из рук прямо в окно. За окном мелькнула стая диких фениксов, их золотисто-красные перья сверкали в лучах заката. Гермиона заворожённо наблюдала, как они исчезают вдали, и вдруг осознала странное чувство — она ехала домой, но часть её сердца оставалась там, за этими окнами.

***

Комната Гермионы в поместье Поттеров была залита утренним солнцем. По стенам висели фотографии, сделанные волшебной камерой: вот она с Пандорой у Чёрного озера, вот — с Регулусом и Барти в библиотеке, а вот — редкий кадр, где Рабастан почти улыбается, когда его щенячий патронус впервые принял чёткую форму. На письменном столе царил творческий беспорядок: стопки книг, пузырьки с чернилами всех цветов радуги, перья разных размеров и несколько экспериментальных заклинаний, которые она пыталась усовершенствовать. Особое место занимала драгоценная книга Бэгшот, аккуратно обёрнутая в защитную ткань. Раздался лёгкий стук в окно — почтовый филин Пандоры принёс очередное письмо. Гермиона поспешно открыла створку, угостив птицу кусочком бекона с завтрака. «Дорогая Миона!» — начиналось письмо характерным витиеватым почерком подруги. — «Ты не поверишь, что обнаружил мой дядя в старых записях! Оказывается, если совместить заклинание Люмос с пыльцой светящихся грибов…» Гермиона уже тянулась за пером, чтобы немедленно ответить, когда в дверь осторожно постучали. — Милая, к тебе гости, — улыбаясь, сказала миссис Поттер. На пороге стоял слегка растерянный Сириус Блэк, держащий в руках огромный свёрток. — Джеймс сказал, что ты хотела эту книгу, — пробормотал он, протягивая потрёпанный фолиант. — «Редкие трансфигурационные техники». Из нашей… то есть их семейной библиотеки. Гермиона широко распахнула глаза — это было именно то издание, о котором она мечтала! — Спасибо! — воскликнула она, тут же жалея о своей несдержанности, когда щёки Сириуса порозовели. В саду раздался взрыв хохота — Джеймс и Питер явно что-то затеяли. Сириус торопливо кивнул и поспешил к ним, оставив Гермиону с драгоценной книгой и лёгким недоумением — когда же Сириус Блэк стал таким… предупредительным? Вечером, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая сад в золотые тона, Гермиона сидела на подоконнике с очередным письмом — на этот раз от Регулуса. Он писал о редком зелье, рецепт которого обнаружил в семейных записях, и предлагал обсудить его свойства, когда они вернутся в Хогвартс. Где-то внизу раздавался смех, звон посуды и возня — мародёры явно что-то затевали. Гермиона улыбнулась, глядя на фотографию у себя на столе, где вся их странная компания — когтевранцы, слизеринцы и гриффиндорцы — стояли вместе у Чёрного озера. «Какое странное и чудесное лето», — подумала она, откладывая письма и направляясь к столу, где её ждала новая книга и чашка ещё тёплого чая. Впереди было ещё два месяца каникул, но она уже с нетерпением ждала сентября, когда снова окажется в Хогвартсе — месте, которое стало для неё настоящим домом.