Часть 12
1 февраля 2022 г., 11:46
Лань Ванцзи преградил путь дозорным у дверей.
— Не здесь, — сказал он. — Брату не стоит видеть его в таком состоянии.
Голова Цюань Жу безжизненно и пугающе запрокинулась назад, с его мокрых одежд на пол непрерывно капала речная вода. От него пахло тиной и рыбой, в волосах запутались водоросли. Дозорные переминались с ноги на ногу, ожидая указаний.
— Несите его в аптечный покой. Уложите там, — распорядилась Цзян Яньли из-за плеча Лань Ванцзи. — Я найду для него подобающие одежды и полотенца. Положите его в аптечном покое.
Дозорные начали неуклюже пятиться. Маневрируя в узком дверном проеме, они вносили тело Цюань Жу ногами вперед. Один из них задел дверную раму, и Цюань Жу выскользнул из его рук. Лань Ванцзи сделал стремительный шаг вперед, подхватывая тело, готовое рухнуть на пол.
Спутавшаяся копна мокрых волос хлестнула его по ноге. От правого глаза Цюань Жу до самой линии роста волос тянулся черный синяк, у ноздрей виднелась окрашенная кровью пена. Лань Ванцзи подставил ладонь, бережно поддерживая его голову. Цюань Жу осторожно перенесли и уложили на пол между полками; дозорные по очереди перешагивали через него в тесном пространстве, чтобы выйти обратно за дверь. Лань Ванцзи нахмурился и сделал несколько шагов в сторону лазарета.
— Есть одеяло? — спросил он Цзян Чэна, жестом имитируя накрывание тела. Цзян Чэн кивнул, отошел и вернулся, протянув ему сверток ткани. Лань Ванцзи вернулся к Цюань Жу, опустился на одно колено и встряхнул ткань, накрывая тело. Белое одеяло мягкими складками легло на грудь Цюань Жу, скрыв его изувеченное лицо. Лань Ванцзи выпрямился и отошел. Его роль на этом была окончена. Теперь Цзян Яньли проследит за тем, чтобы Цюань Жу переодели и подготовили к погребению. Дозорные поклонились и удалились один за другим.
Когда Лань Ванцзи вернулся в лазарет, Цюань Сун сидел на кровати с закрытыми глазами. Его лицо было мучительно искажено, он дышал с резкими, прерывистыми всхлипами, пока лекарь держал его за запястье.
— Почему? — спрашивал он сквозь стоны. — Мой брат был хорошим. Он был надежным. Почему он, а не я?
Лань Ванцзи слегка нахмурился. Цюань Суну следовало бы знать, что смерть не делает различий между плохими и хорошими. Ему сколько, восемнадцать? Девятнадцать? Он видел — должен был видеть — хотя бы часть последствий войны, каким бы защищенным он ни рос. Только дети в этом мире, те, кто не помнил кампанию «Низвержение Солнца», а до этого — долгий поход клана Вэнь к господству, могли столь искренне негодовать из-за несправедливости смерти.
Цзян Чэн тоже хмурился, но это было его обычное выражение лица.
— Значит, вы оба были в одной из лодок? — нетерпеливо спросил он, отступая назад, чтобы дать лекарю обойти кровать с другой стороны.
Цюань Сун покачал головой.
— Я проверял лодку, А-Жу наклонился, чтобы что-то сказать… и тут лодка перевернулась! А-Жу, должно быть, прыгнул в воду, чтобы помочь мне! А потом… вода меня не отпускала. Было такое чувство, будто река хотела меня убить!
Он вытер лицо тыльной стороной ладони и отхлебнул из чашки, которую протянул ему лекарь.
— Что я скажу прадедушке? — спросил он, и его голос надломленно дрогнул.
В дверной проем негромко постучали. Вернулась Цзян Яньли со свертком чистых одежд в руках. За ней стояли три пожилые женщины в простых светло-фиолетовых одеждах, с засученными по локоть рукавами и волосами, спрятанными под чепцами.
— А-Чэн? — озадаченно прошептала она. — Так Цюань Жу всё-таки не положили в аптечный покой?
***
Белое одеяло лежало на полу, сбившись в кучу. — Он не мог просто встать и уйти! — прошипел Цзян Чэн, быстро оглянувшись через плечо и загораживая собой обзор со стороны лазарета. — Куда, черт возьми, он делся? — Может, он просто был в беспамятстве? — беспомощно спросила Цзян Яньли, всё еще прижимая к себе сверток с одеждой. — Мог он прийти в себя и просто… растеряться? Лань Ванцзи покачал головой. — Совершенно точно мертв, — отрезал он. — У него была травма головы. — Он указал на собственное лицо. — Здесь. Череп был проломлен. — Должно быть, он ударился головой, когда упал в воду, — рассеянно пробормотала Цзян Яньли. Она начала открывать ящики в аптечном покое, словно тело Цюань Жу могло спрятаться там, и снова их закрывать. — Как его могли забрать? Мы были в соседней комнате! Лань Ванцзи увидел бы их, он же стоял в дверном проеме! — неистовствовал Цзян Чэн, хватаясь за голову. — Может, А-Сянь?.. — неуверенно начала Цзян Яньли. — Как?! — Цзян Чэн махнул рукой в сторону единственного окна в аптечном покое, высокого и узкого. — Гигантские ящерицы? Черепахи размером с человека? — Пол мокрый, — произнес Лань Ванцзи, присаживаясь на корточки, чтобы рассмотреть всё поближе. При внимательном осмотре на полу виднелись пятна грязной воды — скользкий след, тянущийся по коридору. Цзян Чэн подошел к ближайшей стене и трижды медленно ударился об неё лбом. — Черепахи размером с человека, — приглушенно проговорил он в обшивку стены. — Нам стоит сказать его брату? — спросила Цзян Яньли, отвлеченно похлопывая брата по спине, когда тот снова начал биться головой о стену. Лань Ванцзи покачал головой. — Я осмотрю комнаты, — сказал он. Цюань Жу был высоким и крепким юношей. Его тело было бы нелегко спрятать, а без присмотра оно оставалось всего несколько минут. Лань Чжань последовал по водяному следу, но тот оборвался спустя короткое расстояние, и ему пришлось разведывать дальше, проходя через пустые комнаты. Он нашел пятно грязи на одной из стен, затем — несколько листиков водорослей в дверном проеме, ведущем в садовый дворик. Он обнажил меч и проскользнул под арку. Цюань Жу сидел на корточках у пруда под дождем и умывался. Он зачерпывал воду ладонями и раз за разом обливал ею голову, прижимая руки к щекам, словно те болели. Голова его была опущена, и вокруг него тихо и неумолимо лил дождь. Он повернул голову к Лань Ванцзи. Свет из комнаты за спиной Лань Ванцзи очертил контуры лица Цюань Жу, задержавшись на черном синяке, который его убил. Они молча смотрели друг на друга. Лицо Цюань Жу расслабилось, и он вздохнул. Уголок его рта дернулся вверх. — Лань Чжань, — произнес он. — У тебя, случайно, не найдется расчески?
