Ты до сих пор звучишь как песня

      Палач округа Юньмэн был очень старым, очень низкорослым и очень жизнерадостным.       — Наследник ордена! Как я рад снова вас видеть! Хотя вы-то, верно, предпочли бы со мной не встречаться, ха-ха! — Он издал заливистый хохот, похожий на крик осла, и заиграл бровями, после чего вернулся к распутыванию бесконечной вереницы шарфов — самого длинного наслоения трикотажа, какое Лань Ванцзи когда-либо видел на одном человеке.       — Жена беспокоится, — объяснил мужчина, поймав взгляд Лань Ванцзи на пятом по счету шарфе. Тот был лиловым с серым, из дорогой ткани. Должность палача хорошо оплачивалась — как компенсация за её неприятную специфику. — Она подумала, что сегодня снова может разразиться буря, и сказала: «Ли Да, у тебя разыграется ревматизм, и как тогда ты будешь работать?». — Он нежно покачал головой и аккуратно сложил шарф к остальным в сумку, с которой пришел.       — Итак, кто-нибудь из вас, молодые господа, может сказать мне, какого роста преступник и какого телосложения?       — Он… примерно моего роста и сложения? — произнес Вэй Усянь и закашлялся. Он умоляюще посмотрел на Лань Ванцзи.       — Ваш подсудимый убил собственного брата, который был прежним владельцем этого тела, — сказал Лань Ванцзи и указал рукой на Вэй Усяня. Тот покраснел и отвел взгляд.       Палач резко оторвался от своей сумки.       — Э-э, вот оно как, значит? — протянул он, пристально вглядываясь в Вэй Усяня. — А кем же тогда будет этот молодой господин сейчас, если позволите спросить?       Вэй Усянь слабо махнул рукой.       — А, это я, господин Ли… Вэй Усянь. Не знаю, помните ли вы…       Ли Да, может, и был стар, но двигался он очень быстро. Он оказался перед Вэй Усянем раньше, чем кто-либо успел хотя бы удивиться.       — Молодой господин Вэй. Речной дух Вэй, — благоговейно произнес он, падая на колени и прижимаясь лицом к булыжникам мостовой.       Вэй Усянь вскрикнул и поспешно отступил на шаг.       — Нет-нет, пожалуйста, не надо… вам не нужно передо мной на коленях стоять!       Он сам опустился на одно колено и, подхватив Ли Да под локоть, потянул его вверх. Ли Да позволил себя поднять, но вцепился в одежды Вэй Усяня и взирал на него с обожанием и легким оцепенением.       — Вы спасли моих внучек! Они ведь чуть не утонули! — воскликнул он. Его глаза повлажнели. Для пущей убедительности он потянул Вэй Усяня за рукав. — Младшая свалилась с парома, а сестра прыгнула следом! Два года назад в прошлом месяце!       — Уверен, они сами спаслись! — попытался бодро ответить Вэй Усянь. — Уверен, старейшина Ли научил их отлично плавать, он ведь такой заботливый дедушка!       — Их мать не позволяла их учить, говорила — девкам не подобает! Ха! Глупая баба. Она сама с севера, там и плавать-то не умеют! — Ли Да запоздало бросил взгляд на Лань Ванцзи. — Без обид, молодой господин, — добавил он.       — В Гусу Лань каждого адепта учат плаванию, — отозвался Лань Ванцзи. — И мужчин, и женщин, если они еще не владеют этим навыком.       — Вот именно! Что ж, невестка-то теперь запела по-другому, но было бы поздно, не так ли, если бы вы не вытолкнули их обеих на берег! Малышка-то при падении головой ударилась, сознание потеряла — пиши пропало, да и старшая немногим лучше была.       — О, я припоминаю! У неё были косички, верно? У младшей? С синими лентами? — нахмурившись, спросил Вэй Усянь.       — Она самая! — Ли Да просиял. — Для меня честь, что вы до сих пор их помните! Вы, верно, стольких спасли! Но для нас они — самое дорогое, и мы вечно будем вам благодарны! — Он отступил на шаг и покачал головой. — Мы жгли для вас жертвенные деньги, а теперь вы снова здесь! — изумился он. — И почти такой же высокий, как прежде! Жду не дождусь рассказать жене, она наверняка захочет связать вам шарф!       Он снова издал свой ослиный хохот, но тут же посерьезнел.       — Но кто же теперь будет охранять реку, Ваше Превосходительство, если вы снова среди живых? — спросил он с беспокойством.       — Ваше Превосходительство? — повторил Цзян Чэн, выглядя крайне возмущенным.       — Я думаю… место речного духа уже занято? Цюань Жу, э-э… прежним владельцем тела? — ответил Вэй Усянь, мельком взглянув на Лань Ванцзи. Он нервно улыбнулся.       — А! Ну конечно! Как благородно с его стороны — вызваться добровольцем! И имя какое крепкое, хорошее! Цюань Жу! Цюань Жу, Цюань Жу… Расскажу жене, и скоро все будут знать! Ха!       — Его дедушку еще предстоит поставить в известность, — предупреждающе произнес Лань Ванцзи.       — О, черт, — выдохнул Цзян Чэн. Он внезапно сдулся и приуныл. — Я так и знал, что что-то забыл! Но если мы будем и дальше всё это откладывать…       Госпожа Юй, несмотря ни на что, всё еще могла помиловать Цюань Суна.       — Вы могли бы отправиться мечом, — произнес Лань Ванцзи. — Возьмите Янь Кунь с собой.       — Я еще даже не спал! — проворчал Цзян Чэн, но тут же возмущенно выпрямился, когда Лань Ванцзи начал доставать собственный меч. — Я разве сказал, что не полечу? Я разве это сказал? Я просто констатировал факт! Я еще не спал и не переоделся, но я возьму Янь Кунь и навещу мастера Цюаня! Сообщу ему, что его хороший внук мертв, а плохой будет казнен, потому что я — наследник ордена и это мой долг! А вы из Гусу Лань! Он вас в глаза не видел!       — Да все знают, кто такой Ханьгуан-цзюнь! — возразил Вэй Усянь. Лицо Ли Да просияло.       — Этот молодой господин — Ханьгуан-цзюнь? — в восторге переспросил он. — Жена будет просто вне себя от радости…       Цзян Чэн отмахнулся от него и зашагал прочь.       — Где Янь Кунь? — потребовал он. — Приведите кто-нибудь Янь Кунь! — его голос затих, когда он свернул за угол.       Вэй Усянь кашлянул.       — Простите, старейшина Ли, похоже, пройдет немало времени, прежде чем мы будем готовы продолжить…       — Не беспокойтесь об этом, Ваше Превосходительство, — ответил Ли Да и принялся осторожно наматывать шарф на шею. — Жена дала мне список покупок, раз уж мы не так часто выбираемся в Пристань Лотоса. Я собирался сходить после работы, но так даже лучше. Успею до толкучки. — Он критически оглядел небо и рассудительно кивнул: — Еще один, — решил он и выбрал следующий шарф. — Сейчас довольно солнечно. Кто бы мог подумать? Просто пришлите за мной кого-нибудь, когда будете готовы. Я буду тем парнем с кучей свертков! Ха!       Он отвесил глубокий поклон и зашагал прочь, подставив лицо небу и с энтузиазмом размахивая своей тростью.       — Ну… — протянул Вэй Усянь. Заложив руки за спину, он принялся пристально изучать булыжники мостовой.       — Вэй Ин, — твердо сказал Лань Ванцзи. — Комната.       — Правда? Ты уверен? — Вэй Усянь поднял на него взгляд. В нем читалась отчаянная надежда, и Лань Ванцзи всем сердцем любил его. — Потому что я знаю, что ты меня поцеловал, но я не был уверен, было ли это просто… ну, ради того, как всё было раньше, или нет. И теперь я выгляжу вот так, и я не был уверен, чувствуешь ли ты до сих пор…       — До сих пор чувствую. Всегда чувствую. Комната. Кровать. — Лань Ванцзи хотел быть предельно ясным.       — О, хвала богам, — выдохнул Вэй Усянь слабым голосом. Его глаза стали огромными. Он слегка покачнулся.       — Хочешь, я отнесу тебя на руках? — спросил Лань Ванцзи.       Этот момент наполнен нежностью и долгожданным чувством обладания. Лань Ванцзи, обычно такой сдержанный, теперь движим единственным желанием — наконец-то защитить и согреть того, кого он оплакивал тринадцать лет.       Вот перевод:       — Все будут сплетничать, — сказал Вэй Усянь, что вовсе не означало «нет».       — Мне всё равно, — отрезал Лань Ванцзи, и Вэй Усянь качнулся еще сильнее, но теперь уже в сторону Лань Ванцзи.       Лань Ванцзи поднял Вэй Усяня на руки и принялся изучать его лицо. Его щеки были нежно-розовыми, и под пристальным взглядом Лань Ванцзи он покраснел еще гуще. Синяки вокруг глаза и виска уже исчезали, исцеленные силой ци речного духа; Лань Ванцзи больше не видел и следа от удара веслом Цюань Суна. Новое лицо Вэй Усяня было хорошим лицом. Оно ему подходило.       Вэй Усянь обвил руками шею Лань Ванцзи и спрятал лицо у него на плече.       — Я знаю, нам стоило бы подождать до тех пор, ну… пока всё это не закончится, — пробормотал он, пока Лань Ванцзи нес его. — Но мне правда, правда этого не хочется. Я веду себя непочтительно?       Лань Ванцзи серьезно задумался, не замедляя шага. Он не рассматривал ситуацию с этой стороны.       — Цюань Жу велел тебе жить хорошо, — произнес он, поборов сомнения спустя несколько мгновений.       — Верно, так он и сказал, — отозвался Вэй Усянь. Он поднял голову и глубоко вздохнул. — Ханьгуан-цзюнь, Лань Ванцзи, Лань Чжань, мой Лань Чжань. Комната. Кровать.       Если они не доберутся туда в ближайшее время, все может закончиться на полу. Или у стены. Лань Ванцзи прибавил шагу.