Ты до сих пор звучишь как песня

Вэнь Цин требуется много времени, чтобы подняться по лестнице. Лань Ванцзи подумывал о том, чтобы предложить ей понести ее, но Вэнь Цин пригвоздила его взглядом, который прожег его насквозь, и он отступил назад, опустив руки. Вместо этого Вэнь Цин прислоняется к стене с левой стороны и опирается на руку, чтобы подпрыгивать на каждом шагу, и Баклажан следует за ней, медленно, неуклюже, в то время как Цзинь Цзысюань плетется за ней, как встревоженный родитель. Лань Ванцзи замыкает шествие, на случай, если кто-нибудь споткнется и его придется ловить. Он хорошо умеет ловить людей. Он особенно хорошо проявил себя в этом во время своих практических упражнений Вэй Ин и мадам Цзинь поднялись первыми на случай нападения, но на верхнем уровне они никого не встретили, даже охранников. Даже заключенные исчезли. Они ждут наверху лестницы, а это значит, что у Лань Ванцзи есть хорошая возможность долго любоваться лицом своего мужа. Это хорошее лицо. В этом-то все и дело. Вэй Ин не просто красив, но и добродетелен, и каждый наклон его головы и изгиб брови отражают это. Лань Ванцзи чувствует укол вины перед Цюань Жу, черты которого он теперь изо всех сил пытается вспомнить, а затем решительно отвергает это. Тело Цюань Жу было подарком. Дар не отвергнут - его можно менять позже по своему усмотрению. Святилище Цюань Жу никогда не будет бедствовать, пока жив Лань Ванцзи, и Лань Ванцзи может свободно и с удовольствием наслаждаться лицом Вэй Ина. - Что случилось? - тихо спрашивает Вэй Ин, хватая его за локоть. Они вместе балансируют на переполненной площадке у двери. Баклажан едва не столкнула их вниз. - Ты пялился на меня все это время. Волосы на макушке растрепались? - он выглядит обеспокоенным. В прическе Вэй Ина нет ничего ужасного, но Лань Ванцзи никогда не будет возражать против того, чтобы напоминать всем вокруг, что они мужья. - Стой спокойно, - говорит он, и Вэй Ин становится послушно податливым. Лань Ванцзи приглаживает волосы Вэй Ина назад и туже заправляет выбившиеся пряди на макушке. Вэй Ин теперь выше, это единственное, что сохранилось от предыдущего обитателя. Лань Ванцзи приходится поднять руки, чтобы обхватить лицо Вэй Ина. - Как только вы будете готовы, - говорит мадам Цзинь и прочищает горло. Здесь все еще очень тихо. Комната охраны маленькая и душная, и все они едва помещаются. - Он ждет снаружи? Ага, ждет снаружи. И с ним впечатляющее количество ваших заклинателей, - говорит Вэй Ин, вытягивая шею, чтобы заглянуть в окно. Он качает головой. - Это усложняет задачу. - У нас есть собака, - говорит мадам Цзинь. Кажется, ее осенила мысль. Она выглядит встревоженной. - Нам же не нужно... убивать… собаку, не так ли, Хранитель? - Что? Нет! Нет, вам не нужно беспокоиться об этом! - говорит Вэй Ин, оценивая толпу снаружи. Его брови морщатся. - Я имею в виду, что Баклажан здесь, а он там, и Вэнь Цин говорит, что ему придется прикасаться к ней, чтобы использовать накопленную им силу, хотя я понятия не имею, как он сможет получить к ней доступ, потому что на данный момент у нее столько же духовного сознания, сколько у ботинка. - Вэй Усянь! - говорит раненый в душу Цзинь Цзысюань. Он закрывает Баклажан уши. - Это не ее вина! Ее меридианы заблокированы! - От жира, - безжалостно говорит Вэй Усянь. - Даже Лань Чжань не смог их найти! - Она реагирует, когда я нажимаю на ее Врата Сознания! Видишь?! - Цзинь Цзысюань протестует. Он массирует ей затылок. Баклажан машет хвостом и пытается лизнуть его запястье. - Почему ее Врата Сознания должны быть там? Ты б ещё плечи ей помассировал… Нет, не...! О, ради бога... Ради всего святого! - Вэй Ин закатывает глаза, одевается и топает туда, где Баклажан сидит на ногах Цзинь Цзысюаня. - Это здесь! - говорит он и быстро тычет пальцем в точку за черепом Баклажан. Глаза Баклажан на мгновение сходятся на переносице, и в ее дыхании возникает пауза. Короткая пауза. - Все равно что ботинок, - с отвращением повторяет Вэй Ин и качает головой. Он вскидывает руки и марширует обратно к окну. - Ты заставил меня дотронуться до собаки ни за что, Цзинь Цзысюань! Лань Чжань! Мне пришлось снова прикоснуться к собаке! - он повышает голос, и он отражается от голых стен. - Перестань быть таким мелодраматичным! - пренебрежительно говорит Цзинь Цзысюань. - Ты прикасался к ней раньше, и это тебя не убило! Перестань делать из мухи слона! - Цзысюань! - предостерегает его Мадам Цзинь. Она хмуро смотрит на сына, и Цзинь Цзысюань, ворча, успокаивается. - Хранитель Юньмэна, - говорит мадам Цзинь. Она наклоняет голову. - Я могла бы попытаться зайти с тыла, чтобы вызвать подкрепление, если вас беспокоит их численность, или, возможно, Ханьгуан-цзюнь... Вэй Ин машет рукой. - О, это не проблема, - говорит он. Он разминает свои запястья и вращает плечами, наклоняет шею из стороны в сторону и заканчивает растяжку. Он встряхивает руками, готовый к битве. - Это просто сложнее, если есть люди, которым я должен избегать причинения вреда. Полагаю, мне действительно нужно избегать ранить ваших заклинателей? Вы же не хотите, чтобы они все умерли? - он смотрит на мадам Цзинь, затем на Цзинь Цзысюаня и вопросительно приподнимает бровь. - Только этот человек, - говорит мадам Цзинь. Ее ноздри снова раздуваются, а спина выпрямляется еще больше. - Остальные должны предстать перед судом. Он будет манипулировать ими. Просто убей его. Не позволяй ему открывать свой ядовитый рот. - Павлин? - спрашивает Вэй Ин на удивление мягко. Цзинь Цзысюань кивает. Он возится с ушами Баклажан, и её глаза снова скашиваются к переносице от удовольствия. - Я полагаю, что да, - говорит Цзинь Цзысюань. - Я полагаю, что он… Он качает головой. - Но он мой брат! - выпаливает он, и его лицо искажается. - Он сводный брат, - произносит мадам Цзинь нараспев. Вэй Ин говорит одновременно с мадам Цзинь, и его слова почти заглушают ее. - Это не имеет значения. Он вел себя не как брат, - говорит Вэй Ин. - И он пытался подставить твоего другого брата, свалив на него твою смерть. У тебя все еще есть Мо Сюаньюй. - У меня, скорее всего, есть еще, - говорит Цзинь Цзысюань с легким отвращением в голосе. Он присаживается на корточки, чтобы обнять свою собаку, и ненадолго прячет лицо в ее шерсти. - Ещё брат. Даже братья. И сестры, - его голос звучит приглушенно. - Сестры - это хорошо, - говорит Вэй Ин, - сестры - это самое лучшее! Лучше, чтобы они были! - Скорее всего, у меня уже есть как минимум одна, - говорит Цзинь Цзысюань, прячась в шерсти Баклажан. Баклажан переминается с ноги на ногу и пыхтит. - Могу я попросить вас об одолжении? - неожиданно звучит голос Вэнь Цин. Наступает пауза, прежде чем мадам Цзинь берет себя в руки и поворачивается. - Конечно, - вежливо говорит мадам Цзинь. - Молодая госпожа Вэнь - наша гостья. Что нужно молодой госпоже Вэнь? Стул? - Я тоже хочу убить Цзинь Гуанъяо, - говорит Вэнь Цин. - Я, вероятно, могла бы сделать это и стулом, но кинжал был бы лучше, если бы кто-нибудь любезно одолжил его мне. Она улыбается. Она действительно очень хорошенькая, когда улыбается. Жаль, что она опирается на костыль. У Лань Ванцзи где-то есть кинжал. Он смотрит вниз, чтобы найти его в рукаве, а когда поднимает глаза, то видит три протянутые руки рядом с его собственной. - Почему ты протягиваешь руку? У тебя даже кинжала нет! - раздраженно говорит Цзинь Цзысюань. Он опускает руку с зажатым в ней кинжалом. - Это символично, - беззаботно говорит Вэй Ин. - У Лань Чжаня есть кинжал. Кинжал моего мужа - мой собственный, не так ли, Лань Чжань?- он лучезарно улыбается Лань Ванцзи. Лань Ванцзи кивает, поскольку то, что говорит Вэй Ин, - правда. - Моя благодарность госпоже Цзинь, Вэй Усяню и Ханьгуан-цзюню, - говорит Вэнь Цин. - Но я одолжу кинжал Наследника Ордена, если позволите. - Вы понимаете, что последний удар принадлежит нам? - спрашивает мадам Цзинь. Она пристально смотрит на Вэнь Цин. - Этот вопрос касается здоровья и безопасности Ордена Цзинь и, как таковой, выше любых личных желаний отомстить. - Я понимаю, - говорит Вэнь Цин. Она убирает кинжал и закрывает руки. - Я не стану вонзать ему нож в такое место, чтобы он сразу умер. Я благодарю мадам Цзинь за предоставленную возможность. Она кланяется. - Орден Цзинь гордится тем, как удовлетворяет любые пожелания гостей, - говорит мадам Цзинь. Она отряхивает рукава. Это очень роскошные рукава из золотого атласа, и на то, чтобы удовлетворилась их внешним видом, уходит примерно минута. - Теперь, может быть, мы избавимся от этой заразы? - спрашивает мадам Цзинь и поднимает подбородок.