Однажды мы вернемся домой

— И что, отправишься с нами на Алькоре? — Бей Доу, очевидно уставшая после последних напряженных дней, покрутила в руках кружку с ромом и сделала глоток. Потом затянулась своей любимой нефритовой трубкой с какой-то трудно читаемой, но подозрительно напоминающей печать Воли Небес, гравировкой на мундштуке. И откинулась на жестком, неудобном стуле так, словно это был самый роскошный диван одной из гостиных Нефритового Дворца. — Нет, подруга, боюсь, так у нас сделать не получится, — покачал головой Кайя, которому такая сильная выпивка уже немного дала в голову. Но еще недостаточно для того, чтобы он ощутил нужду остановиться, — Это может оказаться ловушкой, и мы все пропадем без вести где-нибудь среди океана. — Кайя, — хохотнула Бей Доу, — Со мной целый флот. Пусть попробуют, я посмотрю, что из этого выйдет. — Нет, серьезно. Спасибо за предложение, но, если по моей вине с флотом что-то произойдет, я подозреваю, что твоя А-Гуан с меня шкуру спустит. И мои переговоры закончатся, так и не начавшись. Капитан искренне и от всей души рассмеялась, держась за живот. — Ладно, хорошо. Я замолвлю за тебя словечко и передам ей, как хорошо тут со мной обходились, — она выразительно бултыхнула ромом на дне. — А это можно, — расплылся Кайя в нетрезвой улыбке, — За дружбу, капитан! — За дружбу! — вторила ему она и стукнула деревянным боком своей кружки об протянутую им. Шумная таверна недалеко от дворца сияла огнями и пьяными лицами местных жителей. По возвращении с Алькора Бей Доу практически силком утащила принца сюда, потому что видела ее, пока они ехали через Каэнрию, и ей срочно нужно было расслабиться и выпить чего-нибудь после стольких напряженных дней и, вообще «ну что ты, Кайя, давай как в старые добрые времена». Дилюк с Дайном целый день планировали церемонию, поэтому делать принцу все равно было особо нечего, и, в конце концов, желание тряхнуть стариной победило, и он сдался, увлекаемый жизнерадостной Бей Доу к огням и алкоголю. Входная дверь отворилась, и темная фигура, скрытая плащом с капюшоном, проскользнула внутрь, оставаясь не замеченной никем из местных праздношатающихся, равно, как и принцем и его спутницей. Тень обосновалась за столиком неподалеку от беседующих и приняла позицию спящего, как будто, очередной посетитель просто перебрал и прикорнул. — Эх, Розарию бы еще сюда, — потянувшись, довольно ухмыльнулся принц, — Она всегда умела своим оптимистичным настроем скрасить даже самый блеклый вечер. — Это та хмурая монахиня, что ли? — скептически приподняв бровь, уточнила Бей Доу. — Она самая. Душка же, не правда ли? — лучезарно улыбнулся Кайя. — У тебя странный вкус в женщинах, — похлопала его по плечу капитан. — Кто бы говорил, подруга, кто бы говорил, — захохотал принц. — Эй, А-Гуан близко не похожа на твою собутыльницу, — со смехом возразила та. — Ага, она просто строит дворцы в небесах и нанимает детей шпионить. Душка просто. — Ну, да, есть такое, — с мечтательной улыбкой уперлась подбородком в основание ладони Бей Доу. За столиком позади них раздался грохот, звон, в стороны брызнули осколки, грузная краснолицая фигура, перевернувшая его, пьяно замахала руками на своего компаньона. — А я тебе говорю, меня она любит! — Нет, меня! — возразил мужичонка поменьше, но потрезвее и пошустрее. — Ох, сейчас я тебе!.. — огромный кулак поднялся в воздух, следуя за быстро передвигавшимся собеседником, и со всей силы опустился, прочертив пустоту, на чужую столешницу, заставляя фигуру в плаще взвизгнуть и соскочить. — Что Вы себе позволяете? — капюшон упал, обнажая светлые волосы, темная ткань покосилась, выставляя на свет фиолетовый сюртук дорогой ткани и модного покроя. Нетрезвый гигант даже не заметил, что потревожил кого-то, и уже разворачивался, чтобы нанести следующий удар и силой огня и меча доказать своему товарищу, что сердце загадочной дамы принадлежит именно ему. Зато возмущение посетителя заметили Кайя и Бей Доу. — Советник Алрик? — подивился принц, мысленно пытаясь заставить свой затуманенный мозг вспомнить, говорили ли они что-то неоднозначное за вечер, когда советник оказался рядом с ними, и как он проскользнул мимо незамеченным. — В-Ваше Высочество, — почти испуганно начал тот и заискивающе улыбнулся. Вот же гадина, — Капитан Бей Доу. Какая неожиданная встреча. — И правда, неожиданная, — засиял самой фальшивой из своих улыбок Кайя, — Кто бы мог подумать, что Вы — фанат выпить в одиночку в таких сомнительных заведениях города. Да Вы не стойте там, советник, присаживайтесь к нам. И прикройте плащом свой сюртук, не стоит им здесь так активно светить. Разборки между двумя неудавшимися героями-любовниками на фоне все не прекращались, на это дело вокруг них уже собиралась небольшая толпа: кто-то разнимать, а кто-то просто глазеть. Алрик мельком глянул и, убедившись, что никто не обратил внимание на его изначальное возмущение, но и деться ему теперь от цепких лап принца некуда, недовольно поджав губы, опустился на один из стульев за столиком Кайи и Бей Доу. — Присоединяйтесь, дорогой друг, где же Ваша кружка? — Кайя стрельнул взглядом в разочарованную Бей Доу, которая надеялась на вечер в приятной компании, а получила очередную порцию политических интриг. Потом поднял бутылку с ромом и огляделся вокруг, словно ища взглядом, куда же его налить. Ведь советник, который почему-то «пил в одиночку» должен был успеть обзавестись кружкой, правда? — Я мм… на самом деле только пришел и не успел ничего заказать, — лихорадочно искал выход из ситуации Алрик. — Ну, это не проблема, сейчас мы все организуем, — и Кайя сквозь толпу, жадно наблюдающую за тем, как зачинщиков почти волоком вытаскивают на улицу местные вышибалы, махнул рукой бармену, показывая принести еще одну кружку для их нового товарища. — У Вас, наверное, был очень трудный день, мой дорогой Алрик. Ну или проблемы с алкоголем, — хищно улыбнулся Кайя, наблюдая за тем, как на стол поставили пузатый деревянный бочонок, который здесь гордо носил название «кружка». И щедро плеснул в нее рома, настойчиво двигая к советнику. Бей Доу уже смотрела с более заинтересованной усмешкой, наблюдая за разворачивающейся сценой перед глазами. Она понимала, куда клонил Кайя, и ей самой становилось любопытно, как же неудавшийся шпион теперь будет выкручиваться. — Ну, что Вы такое говорите, Ваше Высочество, нет у меня никаких проблем с алкоголем, — возмущенно скривился советник, с неприязнью поглядывая на местное пойло. — О, не переживайте, мой друг. Здесь никто Вас не осудит. Не сдерживайте себя, пейте от души. В конце концов, Вам так хотелось, что Вы сюда аж в одиночку пришли! — притворяясь недалеким идиотом, пропел Кайя, двигая ром поближе к советнику. Алрик с безысходностью в глазах посмотрел на принца, поднял кружку и неохотно сделал глоток. Его лицо перекосило, и он закрыл рот рукой, чтобы не выплюнуть все, что он выпил, назад. — Недостаточно хорошо, дружище? Да, уж Вам-то, наверное, известно, пойло у них то еще. Но я тут разговаривал с барменом, и он мне сказал, что у них есть замечательного качества огненная вода. Прямиком из Снежной — новая поставка. Хотите, я Вам ее закажу? В глазах советника отразился ужас, Бей Доу тихо ухмылялась в кулак. — Нет-нет, — поспешил утешить его советник, — Все в порядке. Мне… пойдет и ром, я неприхотлив в этом плане. — О, ну и ладно, ну и замечательно. Расскажите-ка мне, друг мой, нам с капитаном очень интересно, пришлись ли Вам и моему отцу по вкусу товары из Ли Юэ. Я последние пару дней был немного занят, а Вы и Ваши люди, наверняка, уже разобрали привезенное, — Кайя снова подпихнул кружку поближе к Алрику, вынуждая его снова поднять ее и сделать глоток. — Э, товары. Да, товары хорошо, — жалко ответил советник, морщась от вкуса алкоголя, и, кажется, пары глотков ему хватило, что его начало немного вести, — Там прекрасный шелк, моя почившая супруга могла только мечтать о таком. И Анника… Ей тоже понравился бы. — О, мне доводилось слышать о Вашей супруге. Мои соболезнования, это, должно быть, чудовищная потеря для Вас, — с фальшивым состраданием сказал Кайя и многозначительно замолчал. Алрик посмотрел на него нечитаемым взглядом. Принц снова толкнул кружку, и тот снова отхлебнул рома. — Супруга, да, — тот оскалился, хмель начинал брать свое, — Чудовищная потеря. Что я на ней женился в свое время. Бей Доу удивленно вскинула бровь, Кайя незаметно кивнул ей, что ситуация все еще под контролем, и он знает, что делает. — И мой отец помог Вам с этим справиться? — участливо спросил он. — Ваш отец, Ваше Высочество — замечательный человек, долгих лет ему жизни. Он всегда меня понимал, — впервые за вечер с искренностью заговорил Алрик. Что же, продолжать эту тему не было смысла, Кайя услышал все, что хотел. Король сказал ему правду о том, как вся ситуация обстояла на самом деле. — Да, замечательный, — кивнул Кайя, — Вы сказали, что Аннике шелка тоже понравятся? Алрик, будучи немного под градусом, уже самостоятельно сделал глоток, больше не морщась так от вкуса, и кивнул. — Тогда, мне хотелось бы сделать ей подарок, если Вы не против, господин Алрик. Я хотел бы заказать для нее прекрасное платье по крою Ли Юэ, — принц поднял глаза с фальшивой мечтательностью. На лице советника отразился конфликт. Тот смотрел на Кайю в упор пьяным взглядом, но как будто, мимо. — Вы на полном серьезе хотите за ней ухаживать, Ваше Высочество. Она же такая впечатлительная. Она так расстроится, если с Вами что-то случится, — пробормотал Алрик, потерявшись в собственных мыслях. — О чем Вы говорите, мой друг, что со мной может случиться, что так расстроит Вашу дочь? — беззаботно и стараясь не акцентировать внимание на том, о чем они сейчас говорят, засмеялся принц. — Ну как же, Вы же отплываете с Южным Крестом в Ли Юэ, и там, на пути… — он неожиданно поднял глаза, и встретился с острыми разноцветными льдинками. Вздрогнул, возвращаясь в реальность, и в его глазах отразилась паника, — Я имею в виду, путь неблизкий и опасный! Бей Доу сощурилась, Кайя отрицательно покачал головой, и она, уже открывшая рот, чтобы что-то сказать, остановилась. — Ха-ха, да Вы совсем пьяны, Алрик! — веселился принц, — Ни с каким Южным Крестом я никуда не отправляюсь, с чего Вы взяли! В глазах советника отразилось недоумение. — Но Его Величество сказал… — Я еще не обсуждал это с Его Величеством, но у меня есть еще одно маленькое дельце по пути, поэтому Южный Крест отплывает без меня, — развел руками принц. Алрик перевел затуманенный взгляд на капитана, потом на Кайю, нахмурился, о чем-то задумался, потом побледнел и резко вскочил из-за стола. — Мне срочно нужно вернуться во дворец! — он покачнулся и оперся о стол, не в состоянии стоять самостоятельно. — Ну-ну, советник, не так резко, — Кайя поднялся и подхватил того под локоть, — Думаю, нам тоже стоит возвращаться, да, капитан? Не можем же мы позволить товарищу идти одному в таком состоянии! Неодобрительно покачав головой, пытаясь всем своим видом сказать: «Я не понимаю, что за игру ты ведешь, принц», Бей Доу поднялась, подхватила Алрика под второй локоть, и они направились в сторону дворца. *** Интересно, Дотторе был просто рассеян, или целенаправленно хотел, чтобы кто-то проник в его лабораторию ночью? Как иначе можно было объяснить полную темноту за проемом, но при этом почти нараспашку открытая дверь? Или он был просто настолько уверен в себе, что даже не заморачивался такими житейскими мелочами, как запирание замков? В любом случае, это оказалось Кайе на руку, и он, с осторожностью, конечно — а вдруг, тут по всему помещению ловушки расставлены — зашел внутрь, создавая кристалл льда, который тусклым голубым свечением раскрашивал столы, стулья, склянки кучу каких-то непонятных приборов, разбросанных здесь и там. Он не был уверен, где предвестник держит своих пленников по ночам, но очень надеялся, что где-то здесь. Лаборатория Дотторе была не больше, чем та, что была отдана Альбедо, с единственной разницей — на дальней стене последней комнаты виднелось еще несколько дверей с маленькими зарешеченными окошками. А вот и ответ на его вопрос, где проводят свои ночи ребята. С какой целью эти камеры, вообще, были сделаны в лаборатории, и что здесь в свое время изучали «мудрецы» Каэнрии, Кайе знать не сильно хотелось. Ему казалось, что ответ его не особенно порадует. Он осторожно, стараясь ничего не задеть и не разбить, добрался до одной из дверей. Заглянул внутрь — никого. Пройдя вдоль еще пары, он начал сомневаться, что его предположения верны, но тихий стон, вперемешку со скулежом в крайней камере доказал обратное. Быстро, но бесшумно дойдя до нужной двери, он заглянул в окошко, и то, что он там увидел, заставило его содрогнуться. Рэйзор сидел на полу, забившись в угол и, тяжело дыша, держался за плечо. В тусклом свете кристалла было плохо видно подробности, но даже этого хватило, чтобы увидеть вздувшиеся синие вены, расходящиеся от того самого места, которое он закрывал рукой. Нет, не может быть. Где Дотторе, вообще, мог взять такой ужасающий образец? Ему совершенно не хотелось верить, что все, что здесь происходило, было одобрено королем, но теперь, зная, на что тот способен, Кайя бы не удивился, если бы «ассистентов» ему выдали именно с этой целью. Впрочем, даже если бы тот разрешил проводить эксперименты на остатках своих людей, принц бы тоже был не сильно шокирован. — Рэйзор, — шепотом позвал Кайя, и не получил никакого ответа. Зато в соседней камере раздался тихий шорох, и когда он переместился к соседней двери, то встретился с двумя парами напуганных глаз. — Он Вам не ответит, Ваше Высочество, — покачал головой Беннет, — Мы зовем его весь вечер, а он в ответ только скулит и воет. Мне кажется, господин Дотторе что-то ему вколол. Знал бы только тот, что именно. — И как часто такое происходит? — поджал губы Кайя, чувствуя вину за то, что так мало уделял им внимания за все то время, что они находились здесь. — Ну, иногда он, кажется, что-то проверяет на нас. Вот он тут какую-то странную мазь тестировал. Из каких-то особых ингредиентов. Но, надо сказать, порез она действительно залечила быстро. Я раньше видел только, как целители с Глазом Бога так быстро могли закрывать раны. А тут просто мазь, — сколько же в этом ребенке было оптимизма, что он до сих пор мог находить плюсы в том, что на нем ставят какие-то сомнительные эксперименты. — Но в основном ему нужны от нас реакции, — подала голос Фишль. Без ее ворона ей, видимо, совсем не хотелось поддерживать свой образ Принцессы Отчаяния, — И тогда он выдает нам наши Глаза Бога. И я вижусь с Озом. — Перегрузка — сильный источник энергии, — согласился Кайя, — Так насчет Рэйзора. Он еще когда-нибудь вкалывал кому-нибудь из вас что-то подобное? — Мы не знаем, что он ему сделал. Его не было последние пару дней — нас кормили служанки. А сегодня он вернулся довольный и с таким выражением лица, словно ему Сумерскую премию выдали, — покачала головой Фишль, — Вытащил Рэйзора, увел его в другую комнату. А к ночи привел в таком состоянии. И он там с тех пор… скулит. Девочка всхлипнула, и закрыла рот руками. Кайя кивнул, не зная, как и чем может ее утешить и, сказав, что еще вернется к ним, направился в ту комнату, где Дотторе провел целый день наедине с Рэйзором. Ему нужно было найти хоть что-нибудь, объясняющее, что именно предвестник пытается тут творить. Оглядевшись и пробежав взглядом по полкам и поверхностям столов, он, наконец, нашел какие-то журналы. Разобраться в них оказалось той еще задачей — почерк у предвестника был так себе, так же, как и организовывал свои записи он в одном ему известном порядке. Кайя быстро переворачивал страницы в попытках найти последние записи и те, что были сделаны до того, как Дотторе исчез на пару дней. «Проклятие, поглощающее жителей страны, никуда не исчезло… Пытался выйти за пределы, и был остановлен стражей… Мне нужно туда попасть… Нашел лазейку…» Начать, пожалуй, стоило с того, откуда предвестник, вообще, узнал о том, что за Пределом, проклятие все еще бушевало? И что за лазейку он нашел? И как он сам умудрился не стать жертвой, выйдя из купола? Хотя, ответ на последний вопрос лежал на поверхности. Стоило задать другой — где он взял ветвь? Ирминсуль охранялся со всех сторон Дайновской элитой, и, если обычная стража иногда могла отлынивать от работы и вести себя безалаберно, своих офицеров Сумеречный Меч тренировал лично. Все это было очень тревожаще. Притащить проклятие в самое сердце дворца и пытаться ставить эксперименты на тех, кому удалось избежать его влияния — от предвестника нужно было избавиться, вне зависимости, работал ли он с согласия короля, или нет. Нельзя было подвергать опасности ту единственную тихую гавань, что осталась от всей однажды могущественной империи. Его люди этого не заслужили. Полистав журналы дальше и убедившись, что остальные записи не имели отношения к теме — хотя, мечты Дотторе повторить путь Голд и создать искусственного человека, тоже были красным флагом — Кайя закрыл их и убрал на полки, с которых он их достал. — Бенни, Эми, — тихо позвал Кайя, снова подойдя к камере, — Мне нужно, чтобы вы оба внимательно присматривали за Рэйзором. Скорее всего, ему станет лучше, и на поверхности не останется никаких признаков того, что господин Дотторе ему вколол, но будьте осторожны — ни я, ни ваш начальник не знаем, какие у этого могут быть последствия. — Это что-то смертельное? — дрожа, ответила Фишль, пропустив мимо ушей даже то, что Кайя назвал ее настоящим именем. — Нет, милая, не смертельное. Совсем наоборот. Дарующее бессмертие, — поджал губы принц, — Просто следите за ним, и, если он будет странно себя вести, то дайте знать господину Альбедо при первой же возможности — я попрошу его навещать вас почаще. — Мы теперь застряли здесь до конца жизни? — как-то обреченно спросил Беннет. — Хочется верить, что нет, Бенни, но сейчас вам придется терпеть и слушаться господина предвестника, он работает здесь с позволения короля — у меня нет власти отменять такие приказы. Тот в ответ покивал и сжал плечо своей подруги. — Мы постараемся, Ваше Высочество. — Бывайте, ребята, — попрощался принц и выскользнул из лаборатории. *** — Господин, Дотторе! Друг мой, давненько не виделись! — принц широким шагом прошел мимо предвестника, приглашающим жестом указавшим ему на один из стульев, — Как продвигаются Ваши исследования? — Ваше Высочество, какой неожиданный визит! И правда, давно не виделись, — елейно начал тот, приваливаясь бедром к столу, — Спасибо, что поинтересовались. Мои исследования идут отлично. — И чем же Вы сейчас занимаетесь? — с деланым любопытством уточнил Кайя, — Просветите любопытствующего обывателя. Предвестник замялся ровно на секунду. Потом снова лучезарно улыбнулся и неопределенно махнул рукой в сторону соседнего помещения. — Продолжаю открывать для себя Кхемию. Она так долго была потеряна для Тейвата, я о ней слышал только от Педролино, но он никогда особо не горел желанием делиться своими секретами. — Ах, да, Педролино. Я слышал, что он родом из Каэнрии. Почему же он сам не нанес нам визит тогда? — Кайя постучал пальцами по столу. Он совсем забыл, что среди Предвестников был его земляк. — О, он же номер один. Он всегда слишком занят, чтобы разъезжать по Тейвату, — отмахнулся Дотторе, — Но это и к лучшему — он никогда не был заинтересован в исследованиях человеческой… и не только анатомии так, как я. А Кхемия — ровно тот инструмент, который мне все это время был нужен. — И над какой частью, кхм… анатомии Вы сейчас работаете с помощью Кхемии? — беззаботно отозвался Кайя, ища лазейку, чтобы перевести тему на нужную ему. — О, я наткнулся на записи о Голд, которая умела создавать полностью искусственных людей. Мне не чуждо искусство модификации человеческой… и не только, анатомии. Но создание с нуля — это совсем другой уровень искусства, — глаза Предвестника светились. Но не тем самым огоньком, который озарял радужку Альбедо, когда тот был близок к прорыву, а чем-то гораздо более глубоким, темным и бесконтрольным. — Будьте осторожны, господин Предвестник. Мы пригласили Вас сюда, в единственное безопасное место в Каэнрии и дали добро на исследования Кхемии. Но мне хотелось бы напомнить, что именно Кхемия и ошибка Голд привели к случившейся катастрофе половину тысячелетия назад. И нам бы хотелось избежать дальнейшего разрушения, — с настойчивой угрозой в голосе, но все еще легкомысленным тоном предупредил принц. — Что Вы, Ваше Высочество, — Предвестник оскалился и ответил таким же точно тоном, — Я бы никогда не стал рисковать Каэнрией. Я, наоборот, пытаюсь помочь! Вы же знаете, как Ее Величество, Царица, очень заинтересована в восстановлении и процветании Вашей страны, — абсолютно фальшиво проворковал Дотторе. Все, кто хоть раз встречался с Предвестником, отлично понимали: желания и интересы Царицы для него были вторичны. Собственное эго и поиск новых способов избавиться от скуки — вот в чем был смысл существования сумасшедшего ученого. Из помещения, где находились камеры, донесся уже знакомый с ночи скулеж. — Что это, господин предвестник? — уцепился на возможность Кайя. — О, это один из моих ассистентов неважно себя чувствует последние пару дней. Но я оказываю ему всю возможную помощь, — Дотторе медленно передвинулся к дверному проему, стараясь закрыть собой вход. — О, разрешите мне повидаться с больным тогда, — принц поднялся со стула, — Приободрить, напомнить, что он служит благому делу. — Не-не стоит, — отмахнулся предвестник, еще сильнее закрывая собой дверной проем, — Он может быть заразен. — И что же это за болезнь такая? — поднял Кайя одну бровь, — Что я не могу даже в одном помещении с ним находиться? Вы же ничего не скрываете, мой друг? Предвестник дернулся, как от удара. Может, руководствовался он лишь своим эго, когда принимал решения, но здесь, в Каэнрии, он выступал в качестве дипломата и прекрасно понимал, к каким последствиям может привести его самоволие. И как отреагируют на подобный конфликт Царица и Педролино. В конце концов, они действительно были заинтересованы в союзе — ведь именно из-за разрушения Каэнрии пятьсот лет назад, у Крио-архонта и ее первого предвестника были счеты с Селестией. Дотторе неохотно отступил в сторону, пропуская Кайю в соседнее помещение, и указал ему на крайнюю камеру. В груди кольнуло мрачным удовлетворением — сколько раз это именно ему приходилось сжимать зубы и отступать перед Предвестником. До сих пор все карты были в его руках, и эта вот крошечная победа, когда они хотя бы ненадолго поменялись ролями, была маленьким триумфом Кайи. Рэйзор не сдвинулся ни на йоту с тех пор, как принц видел его в последний раз. Кожа под тем местом, что он по-прежнему зажимал, начинала темнеть, а переплетения сияющих синих вен, наоборот, тускнеть. К сожалению, он реагировал на проклятие хуже, чем предполагал Кайя. И даже тот факт, что они находились в безопасной зоне, не особенно помогал. — И как же так вышло? — удивленно и недовольно спросил принц, в очередной раз разыгрывая из себя идиота. — Я все еще не уверен, что это за болезнь… — начал предвестник, и Кайя понял, что немного переиграл. — Друг мой, мы оба знаем, что с ним. Я спрашиваю, как порча оказалась в Вашей лаборатории? Дотторе поднял на него удивленный взгляд. Он что, всерьез считал, что тот, кто все детство наблюдал за тем, как проклятье поглощает его народ одного за другим, не узнает его в действии? — И доложили ли Вы уже об этом Сумеречному Мечу? Это очень серьезно, господин предвестник, — к сожалению, он не мог пока что бросаться обвинениями, у Дотторе была дипломатическая неприкосновенность, а у Кайи проникновение в чужую лабораторию за плечами. — Еще не успел, — тот выдохнул, когда ему показалось, что из этой воды он выйдет сухим, — Я подумал, что раз уж так получилось, я мог бы попробовать его излечить. — Во-первых, даже у Голд не вышло избавить нас от проклятия, а во-вторых, я повторю свой вопрос — как порча оказалась у Вас в лаборатории? — На территории дворца ведь есть проклятые, они могли его заразить, — Дотторе был по-своему сумасшедшим гением, но было очевидно, что в вопросах Каэнрии и ее особенностей он еще разобраться не успел. — Для того, чтобы заразиться, нужно побывать за Пределом. Это — единственный способ, — принц сложил руки на груди, выжидающе смотря на собеседника. — Ну, может, именно там он и был, почем мне знать, я — занятой человек, — Дотторе начинал выходить из себя, — Какая разница, подумаешь — один зараженный на территории дворца, изолирован в камере, да еще и из захваченной страны. Какое Вам до этого дело, Ваше Высочество? — Проклятие было второй причиной катастрофы пятьсот лет назад. И я уже сказал Вам, что не позволю навредить Каэнрии еще больше, чем ей уже навредила Селестия, — принц быстрым шагом направился к выходу, — Мальчишку не трогать и не в коем случае не убивать, люди Сумеречного Меча будут здесь максимум через полчаса. Советую не делать глупостей, мой друг. Вы, конечно, дипломат, но, когда дело касается безопасности нашей страны, мы не посчитаемся ни с какими статусами. Более того, что-то мне подсказывает, что Ее Величество, Царица, будет с нами солидарна. И под разъяренный рык предвестника принц покинул лабораторию. Теперь у него был официальный повод навестить Дайна и предать дело огласке. Может быть, им даже повезет, и Дотторе решится уехать. Добровольно или насильно — время покажет.