Ты похож на кота...

      Пушок всерьез подумывал оставить своего нового друга одного, пока они дошли до Нотр-Дама, зловредный Маршал успел трижды поскандалить с кошками и один раз выбесить собак. И бедный Пушок, напрягая все свое красноречие и дипломатические способности, улаживал один конфликт за другим. Правда, от собак все равно пришлось удирать, те просто не стали слушать никаких доводов. Маршал шествовал по улицам, как король, тогда как делать это надо было с великой осторожностью, ведь и тяжелый сапог горожанина, и острые собачьи клыки легче избежать, чем перетерпеть. У собора они остановились.       — Нас туда не пустят, — сказал Пушок, теряя терпение. — Хватит чудить, Маршал, пойдем где-нибудь погуляем.       — Не бойся, — кот оглядывался, наконец он быстро юркнул к боковому порталу.       Туда как раз входила разряженная толпа, два кота, действуя крайне осторожно, проникли вместе со всеми в собор. Здесь Клод хорошо ориентировался, он велел Пушку следовать за собой, тот, уже не зная, чего ожидать, послушался. Мягкие кошачьи лапы не производили шума, вскоре они оказались перед винтовой лестницей. Пушок следовал за Маршалом, представляя, как сбрасывает его с высоты, все же наглый он тип! Но такой бестолковый, белый кот считал своим долгом опекать этого малахольного. Еще пара темных переходов, и они оказались перед открытой дверью. Клод уже собрался войти в келью Квазимодо, как услышал голоса. Он долго отказывался верить, что с его воспитанником что-то не так, даже добрый архидьякон намекал, что юноша слишком мечтателен. Судья отмахивался, он чувствовал нечто вроде вины, в свое время он запретил мальчику покидать пределы собора из опасений, что примечательная внешность Квазимодо станет предметом издевательств. Клод и сейчас полагал, что для Квазимодо лучше всего будет провести всю жизнь под защитой надежных стен, но червь вины все время подтачивал эту уверенность. Кроме того, судью не оставляло воспоминание о молодой цыганке, которую он, неосторожно пнув, убил. Как знать, может быть, мальчик был бы счастлив среди своих. Здесь же, в изоляции, он вынужден был погрузиться в мир грез и фантазий, неудивительно, что он начал сходить с ума.       Но голос был не один, Клод точно слышал как минимум три, не принадлежавшие его воспитаннику. Он осторожно зашел в комнату, которая сообщалась с одной из открытых площадок на крыше собора. Внутри было прохладно, Пушок с тихим мяуканьем последовал за ним.       — И я ему говорю… — послышался чей-то наглый голос.       Судья выглянул из-за угла и увидел поразительное зрелище: сильно исхудавший Квазимодо сидел в окружении трех каменных горгулий. Та из чудищ, что сейчас говорила, заметила кота.       — У нас гости, — воскликнула статуя.       Клод упал в обморок, Пушок не понял, что так поразило Маршала, все кошки в окрестностях Нотр-Дама знали о существовании этих трех балагуров. Квазимодо встал со своего места и приблизился к обмякшему коту.       — Эй, малыши, вы как тут оказались? — спросил он, бережно подхватив черного кота на руки. Пушок неопределенно мяукнул.       — Матерь Божья-я, — протянул горгулья-балагур. — Каков красавчик!       Гюго уже подпрыгнул к невозмутимому с виду Пушку.       — Тебе говорили, что ты достоин быть королевским котом? — начал каменный толстячок.       — Я, конечно, польщен, — Пушок несколько раз махнул хвостом. — Но наш славный король предпочитает собак, да и прозябать в Туре мне не хочется.       — Да, такой прелестник, как ты, достоин большего, — Гюго все улыбался. — Обожаю кошек!       — Весьма похвально, — как можно более холодно отозвался Пушок.       — Дашь себя погладить? — просительно протянул горгулья, скаля в каменной улыбке рот.       — О, только через мой труп, — очаровательно промяукал кот.       — Ты с характером, а с виду какая милая подушечка, — засмеялся Гюго. — Ладно, не бойся, пока тебя не трону.       — Благодарю.       И Пушок, мягко перебирая лапами, подбежал к кровати Квазимодо, на которую горбун осторожно положил кота. Юноша залюбовался блестящей черной шкуркой и белыми лапками, почему-то окрас котика напомнил ему судейскую мантию, звонарь вздохнул. Лаверн и Виктор тоже с любопытством осматривали маленького гостя.       — Что с ним? — поинтересовалась Лаверн у Пушка.       — Он новенький на Ситэ, поразился, когда увидел вас, ребята.       — Странная чувствительность для кота, — ответила горгулья.       Гюго встал рядом с Пушком и уже протянул к нему руку, кот резко повернулся и зашипел.       — Ну, нет так нет, — добродушно засмеялся каменный истукан.       — Прошу извинить моего брата, — произнес Виктор, обращаясь к Пушку.       Кот с достоинством кивнул. В это время Маршал открыл изумительно красивые синие глаза, и Квазимодо испустил восхищенный вздох. Судья вновь увидел горгулий, значит, ошибки быть не могло, вот это да! За месяц кошачьей жизни Клод научился кое-каким уловкам, он тонко замяукал и принялся ластиться к Квазимодо. Горбун счастливо засмеялся и взял малыша на руки, тяжелой пятерней он осторожно гладил атласный мех.       — Ты как? — поинтересовался Пушок.       — Терпимо, — ответил Клод, начиная мурчать.       — Квази, твой новый друг говорит, что он в порядке, — перевел Гюго.       — Вы понимаете котов? — изумился Квазимодо. Клод подумал, что, если эти создания могут говорить с горбуном, отчего бы им не говорить и с котами? И вообще, что тут такого удивительного? В мире, где судья может проснуться с хвостом, удивляться решительно нечему.       — Понимаем, — улыбнулась Лаверн.       — Спросите, как его зовут? — попросил Квазимодо.       — Маршал, — тут же ответил Клод.       — Маршал, — повторил Гюго.       Квазимодо ласково погладил кота.       — Тебе бы больше подошло судья, — тихо сказал горбун и заплакал.       Клод встревожился, неужели его пропажа настолько огорчила мальчика? Не зная, что сделать, кот обратился к услужливой горгулье.       — Пусть зовет меня судьей, — а сам, пока Гюго переводил его слова, потерся о куртку своего воспитанника.       Квазимодо несколько раз всхлипнул, затем чмокнул кота в лоб, Клод смутился, Пушок в очередной раз отошел от подкравшегося Гюго. Вскоре принесли обед звонарю, горгульи замерли, Пушок спрятался под кровать, а судья остался сидеть на руках горбуна. Причетник, который оставил на столе судок с супом и полкаравая хлеба, даже не взглянул в сторону звонаря. Мальчик робко поблагодарил наглого юнца, но в ответ получил тишину. У Клода вздыбилась шерсть, он запомнил этого остолопа, дайте только вернуться в человеческий облик! К радости горгулий, горбун впервые за месяц с аппетитом поел, он пытался поделиться с котами выловленным из супа мясом, но Клод решительно воспротивился этому. Хотя Пушку было досадно, вся эта беготня и домогательства Гюго вызывали у него урчание в животе, но кот был слишком хорошо воспитан, чтобы выразить недовольство. Они еще час провели с Квазимодо, затем Клод сказал, что им пора возвращаться домой, но он обещал часто навещать горбуна. Умница Пушок помалкивал, очевидно, что Маршал затеял какую-то игру. Квазимодо предложил помочь им спуститься вниз, Клод необдуманно согласился. Вскоре оба кота истошно орали, сидя в холщовой котомке, пока Квазимодо, обвязавшись веревками, стремительно спускался вниз по фасаду собора. На прощание Клод дружелюбно лизнул широкую ладонь горбуна, и они со взъерошенным Пушком отправились восвояси.

***

      Эсмеральда быстро разыскала Клопена. Тот бурно обрадовался ей.       — Сестрица! Уже и не надеялся, что ты покажешься здесь, — он схватил её за руки, и они весело закружили. Бродяги с любовью и уважением смотрели на прекрасную и храбрую цыганку.       Подождав, пока у друга уляжется радость, Эсмеральда увела его в шатер. Она как могла рассказала о своих страшных снах, в которых ей являлся пропавший судья Фролло.       — Вот же… — последовало долгое затейливое ругательство. — Почему он тебя никак не хочет в покое оставить?       — Я не знаю, но полночи мы проводим в одном сне, — она повела плечами.       — Он тебя не обижает? — встрепенулся Клопен.       — Нет, — она покачала головой, — но я хочу, чтобы это прекратилось.       — Тебе могла бы помочь старая Гертрудис, — цыганский барон перестал улыбаться, его глаза зажглись гневом. — Но этот негодяй убил её! Ребята, которых отпустили из тюрьмы, рассказывали, что она перед смертью успела проклясть его. И надо же, на следующий день он пропадает.       — А что за проклятие было? — поинтересовалась Эсмеральда.       — Сейчас, — он выглянул из шатра. — Эй, Амалина, Ферка, идите сюда.       Вскоре в шатер вошли молодые цыгане.       — Вы ведь были, когда судья убил Гертрудис? — спросил Клопен, оба закивали в ответ. — Как именно она его прокляла?       — Я не помню, — ответил мужчина. — Кажется, что-то про крыс было.       — Да, да, — страстно заговорила низкорослая цыганка. — Она сказала, что он станет сорной крысой и его будут клевать вороны!       — Крыса, значит, — Эсмеральда потерла лоб. — И где мне в Париже найти ту самую крысу?!       Ответить ей никто не мог, вскоре красавица попрощалась со всеми. Дома её ожидали коты и какой-то насупленный Джали. Козлик злился на приятелей, что они ушли без него, особенно, конечно, на Пушка, с эгоиста Маршала спрос невелик. Девушка взяла на руки черного кота, он лениво лизнул её в шею. Вечером, как всегда, пришел Шатопер, Клод уже спокойно реагировал на его присутствие, судья уяснил, что красавец-капитан ему не соперник. Эсмеральда поблагодарила Шатопера за очередной мешок с продуктами и положила перед ним кулон с изумрудом.       — Что это? — спросил, нахмурившись, капитан. — Убери.       — Это не ворованное, — она погладила Феба по руке. — Вернее, эту вещь украл для моей матери мой отец, — она улыбнулась. — Дело было в Испании, поэтому они и назвали меня Эсмеральдой.       — И все равно, — Шатопер вложил изумруд в её смуглую руку. — Я помогал тебе из любви, а ты хочешь все превратить в сделку. Не лишай меня радости быть тебе полезным.       Клод чуть не подавился от возмущения, когда увидел, что красавица поцеловала Феба в белый лоб.       — Какой же ты славный, — она улыбнулась. — Какой-нибудь девушке очень повезет.       — А почему не тебе? — спросил он с грустью.       — Потому что я тебя не люблю, прости.       На некоторое время воцарилось неловкое молчание. Эсмеральда спрятала изумруд, кот с видом победителя смотрел на капитана.       — Кстати, — чтобы отвлечь Феба, заговорила девушка. — Я была сегодня во Дворе чудес.       Кот навострил уши, интересно, вот, значит, куда она ходила.       — Как там Клопен? — поинтересовался Феб.       — Прекрасно, я тебе не говорила, что мне снится судья Фролло?       — Что?       Эсмеральда коротко рассказала про свои тревожные сны, опуская самые пикантные детали. Пушок, сидевший на коленях у Феба, почувствовал, как военный напрягся. Все же глупая девушка, такого мужчину упускает! Вот как он за неё переживает, хотя виду не кажет. Цыганка поведала о проклятии старой Гертрудис и о том, что судья теперь где-то прячется в крысином облике.       — Думаю, если его найти и обезвредить, то он перестанет появляться в моих снах, — тихо сказала Эсмеральда.       — Ты имеешь в виду убить судью? — серьезным тоном спросил де Шатопер.       Клод похолодел и нервно сглотнул.       — Да, — его красавица вынесла ему приговор.       Шатопер кивнул, он посидел еще немного и ушел. Остаток вечера Клод был в унынии, за что она так с ним? Конечно, ответ был на поверхности, но он его не устраивал. Когда они оба забылись тревожным сном, судья уже знал, что делать.

***

      Эсмеральда решила выманить хитрую крысу, когда они вновь оказались в комнате судьи, девушка обольстительно ему улыбнулась. Клод угрюмо завернулся в простыню, уж он-то знал цену этим улыбкам.       — Скажи, а где ты сейчас? — спросила девушка участливо.       — Я? — он поерзал на кровати, усаживаясь поудобнее. — Я сплю в сточной канаве.       — Неужели?! — девушка всплеснула руками. — А где именно?       — Девушка, я и так наказан, я мелкая помойная крыса, неужели тебе меня не жаль? — спросил он, глядя в её изумрудные глаза.       — Конечно жаль, — она решилась подняться и подойти к нему. — Я хочу тебя найти, чтобы позаботиться о тебе.       Он криво усмехнулся; в этой комнате всегда был рассеянный золотой свет, как от невидимых свечей. Она поразилась, как холодно полыхают его синие глаза.       — Подари мне поцелуй, — попросил он её.       Девушка опешила, но что не сделаешь ради спасения, она нагнулась к нему и осторожно прикоснулась губами к его тонкому рту. Она хотела сразу же отойти от него, но судья крепко обнял её за талию и, не прерывая поцелуя, заставил сесть себе на колени. Девушка словно не возражала, она позволила его языку ласкать свой, интересно, наверное, у него было много женщин. В тюрьмы каждый день попадает множество девушек, порой довольно красивых, наверное, он не раз пользовался своим положением. А Клод открывал для себя новый удивительный мир, за всю жизнь он только и целовался, что с женой кузена из Гаскони. Развратная Катрин тогда почти соблазнила его, но он не поддался, хотя сейчас и благодарил небеса, что научился целоваться. И все же Эсмеральде удалось отстраниться от него.       — Так где ты?       — Сплю в канаве у Нотр-Дама, — ответил он, погладив её по спине. — Хочешь узнать, как я выгляжу?       Но тут их окутала тьма. Эсмеральда заворочалась во сне, а кот досадливо вздрогнул, не просыпаясь. Пушок, который спал в обнимку с Джали, подозрительно посмотрел на них, что-то тут нечисто. Надо бы вывести Маршала на откровенный разговор, сегодня он так и не ответил, с какой целью ходил к тому симпатичному молодому человеку с колокольни.