Неуловимый

Край бетонной клумбы противно холодил зад. Проехавшая мимо машина специально залезла колесами в узкую лужу, собравшуюся вдоль тротуара, и обдала Андрея брызгами. — Ненавижу вас всех! — бессильно простонал Андрей. В кармане запиликал телефон. — Ну чё там? — с привычной своей жизнерадостностью спросил Макс, и Андрей принялся уныло докладывать: — Ну, я решил помириться с Кариной, потому что мы друг друга до сих пор любим… Ну что ты хрюкаешь? Любим. Прихожу, а там этот. Лопочет что-то на французском, сволочь картавая. — Кто? Опять Гена? — озадаченно переспросил Макс. — Да нет, этот… — Андрей горестно вздохнул и выплюнул: — Мулат! — И чё, письками мерялись? — Макс! — Правильно, зачем, — философски сказал Макс. — Ясно же, у кого длиннее… — Но выбрала-то она всё равно его! — всплеснул руками Андрей. — Я не понимаю, Макс. Вообще эту жизнь не понимаю… Вот чего ей не хватало? — Видимо, мулата, — расслабленно ответил Макс. — Андрюх, может, тебе это самое? — Что? — Ну, отдохнуть от баб, пожить для себя, завести кота? Хотя не, кота тебе рано. Лучше этого, как его. — Мулата? — мрачно предположил Андрей. — А чё, ты аж настолько отдохнуть решил? Не, я вообще-то песеля хотел предложить, типа пуделя или этих, они типа умные и не это самое, как коты. Без подлянок, короче… Ну ай, Стёп! — В трубке что-то зашуршало и заворочалось, а потом Макс пояснил, отплевываясь: — Кот по мне пошел и прямо жопой на лицо. — Не хочу кота, — решительно сказал Андрей. — И главное, представляешь, эта сволочь французская… — Предложил тройничок? — радостно догадался Макс. — Нет! — негодующе воскликнул Андрей. Вообще-то тройничок предложил он сам, когда понял, что от мулата Карина не откажется, но получил возмущенный отказ. Может, они решили, что Андрей планирует шпилить мулата? — А чё тогда? — спросил Макс. — Дуэль? Фехтование на багетах? — Да нет! Ходит по моей квартире, гниль такая, в каких-то уродских резиновых шлепках, — возмущенно доложил Андрей. — Жопа такая литая под белыми шортиками, майки вообще нет, загар этот явно из солярия… — Андрюх, он мулат, — деликатно напомнил Макс. — Он всегда загорелый. — Сосок проколотый, в руке коктейль с таким зонтичком, — негодующе продолжал Андрей. — Ходит, улыбается сыто, ему там что, пляж? — А Карина чё? — Тоже довольная, стерва, — вздохнул Андрей. — Как со мной, так всё куксилась, кривилась, что аж морщинка между бровей, а на него смотрит и расцветает. — Ну, прикольно, чё. Рад за них. Андрей вспыхнул от такого вероломства и воскликнул: — А за меня? Макс откашлялся и как-то непривычно мягко, терпеливо сказал: — Андрюха, блядь, понимаешь, какая хуйня… Ты там третий лишний, короче. У них любовь, морковь и баклажан. — В смысле — баклажан? — Ну, это я тебе типа вуалирую, — пояснил Макс. — Короче, у Карины всё заебись, так что отъебись от нее, во. Андрей тоскливо задрал голову и нашел среди светящихся окон те, где ему больше ничего не светило. — И что теперь? — спросил он. — Ну, если на вольные хлеба не хочешь, то вали обратно под крылышко к своей латексной мамке, она ж тебя вроде как любит, — задумчиво сказал Макс. — Любит! — вскричал Андрей и истерически расхохотался. — Ну а чё, типа по-домостроевски, бьет — значит любит. — Иди ты, — буркнул Андрей. — Так тебя же вроде всё устраивало, — возразил Макс. — Ну, понимаешь… — Андрей вздохнул и признался: — Я тут пытался вернуть Карину, а она же тоже на меня в инсте подписана, про мою новую семью спросила… Ну и я взял и при ней позвонил и с Тамарой порвал, вот.