We are Fallen

      В постели Кроули был восхитительным.       Впервые целуя его, Азирафель и не думал, что они так быстро окажутся в ней. Ангелу казалось, что все должно быть, как в книгах.       Легкий флирт, ухаживания. Мимолетные улыбки и невесомые касания, а затем невинные поцелуи, которые будут медленно взращивать неукротимое возбуждение, заставят желать Кроули с каждым новым вздохом.       И когда дело дойдет до постели, будут долгие нежные прелюдии. Он измучает Кроули лаской до такой степени, что демон будет извиваться под ним дикой змеёй.       Получилось не так.       Как выяснилось, если заигрывать с демоном на протяжении нескольких сотен лет, а потом случайно обидеть его перед Концом Света, он набросится после первого же поцелуя.       Их первый раз случился в машине Кроули, когда Азирафель, совсем забыв об осторожности, легко чмокнул его в щеку в благодарность за какую-то очередную безделушку после сытного ужина в Ритце, которую демон преподнес ему в подарок.       Стоило это сделать, Азирафель не успел покраснеть от осознания всего ужаса своего необдуманного поступка, а Кроули уже нависал над ним, засунув раздвоенный язык ему в рот. А потом все произошло очень быстро. Они даже раздеться не успели — Кроули просто приспустил джинсы, расстегнул его брюки и оседлал прямо на пассажирском сидении.       Нет, Азирафель до сих пор считает, что это было сногсшибательно и крышесносно. Он хотел этого демона столько лет, и, судя по тому, как быстро Кроули кончил — демон хотел его не меньше.       До сих пор, стоит Азирафелю вспомнить их быстрые рваные поцелуи, сбившееся дыхание и судорожные движения, как у него моментально тяжелеют яйца, а член встает так, что не спасают никакие просторные брюки.       Просто…       В тот раз чего-то не хватило.       Говорят, первый раз — он тот самый волшебный, запоминающийся на всю жизнь и такой важный.       Нет, важным и запоминающимся он был.       А вот каким-то особенным…       Каждый их последующий раз, где бы они ни находились, в какой бы позе этим ни занимались был… абсолютно таким же. И не сказал бы Азирафель, что Кроули не получал удовольствия. Наоборот, демон каждый раз извивался на нем или под ним так, что Азирафель напрочь забывал, что его что-то не устраивает.       Вспоминал только потом, когда прокручивал в голове в очередной раз их секс, когда оставался один в книжном со стоящим членом наедине.       Азирафель даже подумал, может, дело в том, что не живут они вместе? Нет какой-то интимности, близости и всего такого прочего, что насыщало бы их любовные развлечения…       Но нет, когда он предложил Кроули переехать к нему, а демон довольно быстро согласился, все осталось по-прежнему.       Даже возможность уткнуться в Кроули в кровати, обнимать его во время сна и побаловаться с ним по утрам ничего не изменила.       Азирафель долго с недовольством не понимал, чего ему так сильно не хватает. Ведь не в Кроули дело, очевидно, дело в нем? Он делает что-то не так. Или думает, или чувствует.       Что-то, блять, было не так, и Азирафель неделями напролет изводился тем, что не понимал, чего именно ему не хватает.       — Кроули, а ты… — Азирафель ненавязчиво повернулся к демону, когда тот довольный и мокрый сполз с него и лег рядом, кутаясь в одеяло, — а тебя все устраивает?       — А тебя что, нет? — Кроули мгновенно встрепенулся и повернулся к нему, глядя блестящими золотыми глазами. — Я делаю что-то не то? Так и знал, что ты захочешь быть снизу…       — Что? Нет, — Азирафель всплеснул руками и привстал, обнимая Кроули за плечи. — То есть, если ты, конечно, захочешь попробовать, я только…       — Ангел, что не так? — Кроули внимательно посмотрел на него. — Я опять слишком быстрый для тебя? Так ты сам предложил мне переехать…       — Я хотел сказать, что… — Азирафель помотал головой, — прости, все хорошо… правда… я просто хотел убедиться, что тебе хорошо.       — Мне очень хорошо, ангел, — Кроули прильнул к нему, обнимая и утыкаясь носом в плечо, — я мечтал о тебе столько лет и теперь я счастлив…       Азирафель закусил губу и обнял Кроули в ответ.       Он тоже счастлив. Наверное.       На этом разговоре попытки Азирафеля понять, что не так в их с Кроули совместной жизни, закончились.       Они еще несколько месяцев жили вот так, и Азирафель, скрипя зубами, не понимал, почему Кроули ведет себя столь нарочито спокойно. Как будто специально. Будто видит, что что-то действительно не так, но делает вид, что все отлично.       Кроули выглядел до такой степени счастливым, что Азирафель запутался, что за хрень происходит, не иллюзия ли это небес, в наказание за то, что он вместе с демоном остановил Апокалипсис.       Может, на самом деле они с Кроули заперты в клетках и лишь видят это подобие счастливой жизни?..       До Азирафеля дошло не сразу. Настолько не сразу, что он устыдился того, что все это время винил Кроули, но еще больше, что он сомневался.       Азирафель понял, насколько был глуп и слеп.       Беда оказалась настолько очевидной и легко решаемой, что Азирафель просиял за завтраком, случайно лопнув лампочку над столиком.       Кроули был тихим!       Восхитительным в постели. Извивающийся, как искусный инкуб, горячий и гибкий, красивый и сексуальный. Податливый и послушный, но Кроули практически не издавал никаких звуков.       Азирафелю нравилось, как он терзает губы до того, что они опухают, вжимается лицом в подушку, как кусает пальцы и прижимается лицом к его плечу.       Но не подозревал, что Кроули должен стонать все это время, а не молча… терпеть.       Азирафель даже забеспокоился, а получал ли Кроули вообще удовольствие, но потом вспомнил, что Кроули всегда честно говорил, что ему все нравится и его все устраивает.       Кроули стонал, в самом деле. Настолько тихо, что Азирафелю пришлось напрячь память, чтобы вспомнить.       Демон же. Какого дьявола тогда молчит?       Азирафель улыбнулся Кроули за завтраком, и демон расплылся в ответ в такой счастливой улыбке, что Азирафель подумал…       Ничего он не подумал. Уже надумал настолько, что все чуть не списал на адско-небесную иллюзию.       Пора прекращать думать.       Первая попытка Азирафеля что-то исправить пошла прахом ровно через пять минут. Когда Азирафель вечером подсел к Кроули на диванчик, на котором демон с интересом рассматривал картинки в журнале, Кроули сразу приник спиной к его груди. Стоило Азирафелю начать целовать его и мягко разминать плечи, по телу Кроули пошла волна дрожи, и он развернулся, впиваясь в него поцелуем.       Азирафель сам виноват — не надо было позволять Кроули опускаться на колени и брать всю инициативу в свои руки. Или рот…       Во второй раз Азирафель помнил предыдущую ошибку — позволять Кроули вести. Поэтому прижал его к стене туалетной кабинки Ритца — в крохотном пространстве демону просто было некуда деться.       Только Азирафель совсем не подумал о том, что они в общественном месте, и Кроули будет сдерживаться целенаправленно. А сказать: «покричи, дорогой, я чудесну звукоизоляцию, только, блять, издай хоть звук» казалось слишком глупым.       Давить на Кроули с этим неуместно. Азирафель не настолько плохой любовник, чтобы не заставить Кроули кричать самостоятельно.       Но, похоже, таким себе любовником был Азирафель, раз и третья, и четвертая, и все последующие попытки заканчивались неудачами. Даже если ему удавалось услышать от Кроули стоны, то настолько тихие, что лучше бы демон и вовсе молчал.       Купить бы Кроули кляп и думать, что он молчит, потому что сказать ничего не может.       Азирафель уже на что угодно готов пойти. Даже связать Кроули и буквально выбивать из него стоны — казалось не такой плохой идеей.       Но, наверное, прежде чем делать это, Кроули стоит спросить, не против ли он, а если спрашивать, пришлось бы все рассказать, а Азирафель не хотел.       Поэтому, взяв всю свою любовь к Кроули в кулак, Азирафель отправил демона за книгой, которая была ему не нужна, сказав, что ее написал какой-то чудесный автор, пожелав автограф и пакетик с пирожными в придачу.       Вообще-то он мог все чудеснуть. И книгу, и пирожные, и чертову уютную атмосферу, которую теперь устраивал в магазине, пока Кроули ходил за книгой.       Но для Кроули хотелось стараться. Делать все самостоятельно. В теории, он и оргазм по такому принципу мог чудеснуть сам.       Азирафель приглушил свет, расставил свечи по всему магазину. Единственное чудо, что он сотворил — огонь при всем желании не навредил бы его книгам. Один опыт уже научил ангела технике пожарной безопасности.       Даже аромат любимый выбрал — кофе с корицей — Кроули за него готов душу отдать, лишь бы им благоухало в магазине.       И когда Кроули появился на пороге, Азирафель тут же оказался за его спиной, ласково обнимая за плечи и ловко стаскивая пиджак. Он почувствовал, как предвкушенно задрожал Кроули под его ладонями, и улыбнулся.       — Соскучился по тебе, — шепнул он ему на ухо, нарочно выдыхая горячий воздух.       — Меня не было меньше часа, — Кроули удивленно обернулся и тут же попал в крепкие объятия. — Вот, принес твою книгу. Не так трудно было ее достать, как ты говорил. Даже чудесить не пришлось.       — Ага, — Азирафель не дал ему договорить, просто поцеловал, глубоко проникая языком в рот.       Кроули моментально прижался к нему. Азирафель тут же почувствовал нити демонической жадности, то, как затвердел Кроули, с какой готовностью обвил его шею руками.       Нет, так не пойдет.       И Азирафель выпустил его, отстранившись, и развернул Кроули к себе спиной. Подтолкнул его к столику, взял книгу и пакет с пирожными из рук, и отложил.       — Мне кажется, или это мои любимые свечи? — Кроули принюхался, и Азирафель довольно улыбнулся.       — Не кажется. Хотел сделать тебе приятное.       — О, у нас какой-то праздник?       Азирафель покачал головой. Нет-нет, он не позволит Кроули все испортить, только не сейчас.       — Разве нужен повод, чтобы тебя порадовать?       — Ага, или чтобы затащить меня в постель, — ответил Кроули, и Азирафель нахмурился, не до конца поняв суть фразы.       Он провел Кроули на второй этаж и усадил на кровать, тут же принявшись целовать его настолько нежно, как только мог. Стоило Кроули пытаться перехватить инициативу, Азирафель не позволял, сжимая его ладони и крепко обнимая. После небольшой борьбы за власть Кроули тяжело задышал, Азирафель услышал, как быстрее забилось сердце демона, и подался вперед. Кроули едва не упал и облокотился ладонями на кровать, отдавая всю инициативу Азирафелю.       Отстранившись, Азирафель заметил, как целиком заплыли золотом глаза.       Странно, раньше он не замечал подобного.       Но теперь он старался подмечать каждую деталь, чтобы собрать состояние Кроули в единый пазл и добиться, наконец, желаемого — стонов удовольствия. А для этого ему нужен полный контроль.       Азирафель навис над Кроули, прижав к кровати, и начал медленно раздевать. Слишком привычно — развязать галстук, расстегнуть пуговицы рубашки, вытащить ремень из шлевок и потянуть вниз ширинку.       Он чувствовал, еще немного, и Кроули сам все сделает. И вновь отстранился. Кроули в непонимании посмотрел на него. Замялся, потянувшись к ширинке самостоятельно, но Азирафель перехватил его ладонь и поднес к губам, успокаивающе целуя.       — Кроули, ты мне доверяешь?       — Да-а, — но Кроули посмотрел на него с таким недоверием, что Азирафель испугался этого. — А что ты удумал? Связать меня решил?..       — Нет. Ничего, абсолютно ничего.       Азирафель низко прошептал, снова целуя Кроули в ладонь. Провел губами ниже, прижался к запястью, чувствуя, как быстро бьется пульс. Кроули шумно вдохнул и напрягся всем телом. Но не стал сопротивляться, отодвигаться.       Азирафель аккуратно заправил отросшую рыжую прядь волос за ухо, и Кроули вздрогнул от этого нового неожиданного жеста. Но Азирафель тут же обхватил его лицо, притягивая к себе и влажно целуя в губы. Совсем не так трепетно, как до этого касался его, а выражая через поцелуй всю страсть, что до сих пор не могла успокоиться в его душе.       И Кроули совсем разомлел в его руках, подаваясь навстречу, приоткрыв рот и отвечая на поцелуй.       Голова закружилась от этого вроде бы привычного, но абсолютно нового действия. Азирафель целовал долго, обнимая и играясь с рыжими волосами. Трудно сосредоточиться, все равно боясь, что Кроули вот-вот перехватит инициативу и все испортит.       Но Кроули внезапно расслабился от его ласки, становясь податливым, словно тающий воск.       Азирафель улыбнулся, опрокидывая Кроули на простыни. Демон посмотрел на него блестящим заинтересованным взглядом.       Боже, у Кроули даже румянец по щекам разлился, подобного Азирафель еще не видел.       У ангела расширились зрачки, и он поспешно стянул с себя бабочку, расстегивая верхние пуговицы рубашки.       Кроули тут же потянулся к нему руками, но Азирафель обхватил его запястья и прижал к кровати, покачав головой.       — Ты слишком быстрый, дорогой, — шепнул он ему на ухо и поцеловал в шею. Кроули выгнулся и громко выдохнул.       Черт, это было близко.       В Азирафеле поднялась волна негодования.       — Не спеши.       Азирафель раздевал Кроули настолько медленно, насколько еще ни разу его не раздевал. Кроули обычно ограничивался тем, что приспускал джинсы, рвал на себе рубашку и что самое худшее — убирал одежду чудом.       Теперь же Азирафель имел возможность делать с Кроули на самом деле — что угодно. Как оказывается мало они все это время себе позволяли.       Как будто Кроули пытался насытиться их близостью, опасаясь чего-то и торопясь-торопясь-торопясь.       Кроули недовольно поерзал под ним и засопел, когда Азирафель закончил расстегивать его рубашку. Каждая пуговка казалась демону отдельным видом пыток — Азирафель прекрасно это видел по лицу.       Но вместо того, чтобы снять рубашку или начать расстегивать джинсы, Азирафель просто приспустил ее с плеч и принялся целовать Кроули. Начиная с губ, опускаясь к шее, нежно лаская. Иногда прижимаясь к его паху и чувствуя, насколько демон возбужден.       Кроули дышал все тяжелее, возился под Азирафелем активнее, не желая перехватывать действия.       Азирафель чувствовал, как Кроули возбужден, как сильно хочет, значит, Кроули нравилось, он его хотел.       Но упорно, блять, молчал.       Не сдаваясь, Азирафель провел ладонями по плечам. Опускаясь ниже, едва касаясь рук демона, дошел до запястий. Расстегнул пуговицы на манжетах рубашки. Поднял руку Кроули и вновь прижался губами к тонкой коже на запястье, ощущая сбившийся пульс.       Азирафелю казалось, он готов кончить только от того, что Кроули сейчас сидит вот так перед ним. Податливый, готовый на все.       Желающий его.       Азирафель подавил в себе стон, закусив губу. Может, он просто слишком чувствительный ангел, и так на самом деле не принято, а Кроули, возможно, просто сдержанный демон…       Но его это не остановит!       Азирафель прижался к Кроули в очередном влажном поцелуе. Демон вздрогнул под его губами и толкнулся навстречу бедрами. Но Азирафель ушел от прикосновения в надежде, что словит разочарованный стон.       Но нет. Кроули просто стиснул зубы.       Разозлившись, Азирафель не выдержал и укусил Кроули за плечо, которое только что целовал.       Вообще-то не очень больно. Просто сжал зубами.       Зато Кроули вскрикнул от неожиданности.       Азирафель почувствовал, как член от этого высокого крика затвердел еще сильнее. Все тело резко отреагировало на этот звук, и Азирафель прижался к демону.       — Больно? — участливо спросил он. — Я случайно.       — Не больно, — Кроули тяжело выдохнул и беспомощно посмотрел на Азирафеля. Раньше Кроули уже давно бы закончил. Ангелу представить было страшно, насколько Кроули сейчас чувствителен. — Вообще-то даже… приятно.       — Можешь рассказать мне, что тебе еще приятно, — Азирафель воодушевленно посмотрел на Кроули, а затем прижался к его шее и тут же прикусил, едва сжав зубами кожу. Кроули мелко задрожал, выдохнул и откинул голову, подставляясь.       — Мне приятно все, что ты делаешь, — неуверенно ответил он, — или тебе нужны какие-то… особые предпочтения? Вроде, не знаю… воск или наручники? Я открыт к любым экспериментам, лишь бы с тобой, ай!..       Азирафель прикрыл глаза и прикусил кожу Кроули сильнее. Болтать во время прелюдии это, конечно, неплохо, но Азирафель хотел немного других звуков.       И он продолжил. Настойчиво раздвинул полы рубашки и принялся покрывать поцелуями тело демона. Снова ощутимо укусил шею, спустился ниже, очерчивая языком сосок, обхватил его зубами, сжал, оттянул и снова лизнул. Азирафель медленно спускался все ниже, оставляя влажную дорожку на животе, провел языком по коже у самого края джинсов.       Кроули все еще тяжело дышал. Он схватился за волосы Азирафеля, тут же выпустив их. Но Азирафель поймал ладонь и снова положил себе на затылок.       — Можешь направлять, я совсем не против, — шепнул Азирафель, потираясь щекой о Кроули сквозь джинсы.       Кроули прошипел, и его пальцы неуверенно сжались в волосах Азирафеля.       Азирафель не стал медлить. Совсем немного приспустив джинсы, он дразняще лизнул головку, широко прошелся языком от основания вверх. Ничего необычного. Азирафель делал так, наверное, уже десятки раз. И стоя на коленях, и лежа на кровати, и на пассажирском сидении. В туалетах, в театрах, в ресторане…       Похоже, они сами убили огонек интимности своей жадностью…       Поэтому Азирафель не торопился, не пытался просто добиться того, чтобы Кроули кончил. Не дергал судорожно головой. Он выбрал размеренный ритм, обхватив ладонью основание и медленно двигая рукой. Брал не очень глубоко, чтобы не доставало до глотки.       В какой-то момент Азирафель совсем поглотился процессом, напрочь забыв, ради чего он здесь, и полностью сосредоточившись на члене демона в своем рту.       Он не хотел, чтобы Кроули кончил, он просто хотел, чтобы Кроули получал удовольствие. Расслабился, забыл обо всем.       Азирафель хотел показать Кроули свою любовь.       Хотел почувствовать ее со стороны Кроули.       Удовольствие. Помимо того, что он сам испытывал его в такой степени, что хотелось развоплотиться, Азирафелю необходимо было доставить его Кроули.       Не получить.       Отдать.       Кроули упорно сдерживался, лежа с закрытыми глазами. Азирафель ощущал, как он изнемогает в удовольствии, но упорно, блять, не желает стонать!       Оторвавшись от его члена с мокрым пошлым звуком, Азирафель привстал. Демон приоткрыл глаза, подернутые вуалью похоти и явного непонимания, что с ним происходит, и растерянно посмотрел на Азирафеля.       — Ты очень плохой демон, Кроули.       Азирафель шепнул это настолько сдержанно, насколько позволяла теснота в штанах, заставляющая его думать буквально одним местом.       Он схватился за талию Кроули и резко перевернул его на живот. Кроули успел лишь удивленно выдохнуть. И теперь вцепился пальцами в простыни, неловко оттопырив зад и уперевшись коленями в одеяло.       Азирафель с упоением провел рукой по его спине. От шеи по позвонкам, ниже, до самого копчика. Наткнулся на преграду в виде джинсов. Азирафель прильнул к Кроули, уткнувшись губами в шею, и тяжело выдохнул. Кроули вздрогнул и задрожал. А Азирафель продолжил.       Отстранившись, он ухватился за шлевки на джинсах, дернул Кроули на себя, заставив окончательно встать перед ним на четвереньки.       Кроули послушно встал, и Азирафель, схватившись за джинсы, рванул их с такой силой, что они разошлись трещинами, и теперь округлые ягодицы выглядывали сквозь разорванную ткань.       Азирафель сам едва подавил в себе стон. Погладив ладонью поясницу, двинулся ниже, мягко проводя пальцами по ложбинке между ягодицами, опускаясь ниже и едва задевая вход самыми кончиками.       Кроули весь сжался, съежился и издал тихий непонятный звук.       Азирафель с упоением вслушался в него и понял, что движется в правильном направлении.       Он совсем невесомо погладил сжавшиеся мышцы и убрал пальцы.       — А-азирафель!.. — Кроули выдохнул, почувствовав поцелуй на пояснице, и невольно выпятил ягодицы. — Нет! Стой!       Только Азирафель уже успел спуститься ниже, развести ягодицы в стороны и влажно провести языком.       Так он еще не делал.       Азирафель толкнулся языком на пробу, жадно вылизывая возмущенно сжавшийся вход, и Кроули, вопреки своим протестам, подался ему навстречу. Он сжал покрывало пальцами, гибко прижавшись грудью к простыни, и Азирафель крепче ухватился за его бедра.       Он вылизывал его так самозабвенно, словно перед ним дорогой пышный десерт из Ритца. Хотя демон, раскинувшийся перед ним на кровати, так изогнувшийся и желающий его — лучше любого десерта.       И вот оно!       Кроули томно простонал.       Стоило Азирафелю юркнуть языком внутрь, облизать стенки, Кроули громко вскрикнул. Азирафель вышел, широко лизнул от яиц до самого верха, задел кончиком уже расслабившееся отверстие, так маняще пропускающее его.       Кроули снова застонал.       Азирафель подумал, что кончит от одного только этого звука.       Кроули завертелся под ним, давясь воздухом и задыхаясь в собственных стонах. Таких, каких Азирафель еще не выбивал из него. Пока он вылизывал его, демон, судя по звукам, которые издавал, был буквально на грани небес.       Или падения.       Азирафель провел ладонью по бедру, от колена вверх. Задел яйца, обхватил член. И начал медленно и ритмично надрачивать Кроули, все продолжая вылизывать его.       — Боже… — Кроули не выдержал, и дальше из его уст полилась исключительно нецензурная брань. Он весь дрожал, задыхался.       И все подавался ему навстречу.       Так послушно, так доверчиво. Никакого перехвата инициативы. Кроули хотел, чтобы ему доставляли удовольствие, и радостно его принимал. И Азирафель со всей душой отдавал.       — Нет! Хватит, не надо!.. Я больше не…       Кроули сжался, и Азирафель втиснулся языком жарче. Богиня, Кроули такой горячий и приятный, что Азирафель готов сожрать его целиком.       На финал Кроули выругался, задрожал так, что Азирафелю стало некомфортно, и выплеснулся на простыни, пачкая его ладонь. По пальцам потекла горячая сперма, и Азирафель замурлыкал. Кончая долго и протяжно, заливая собой все и оставляя тонкую ниточку смазки, Кроули кричал так громко, что Азирафель удивился, как не услышали на небесах.       Да.       Именно оно!       То, что было ему так нужно. Так необходимо. Как жизнь, как воздух, как биение сердца. Всего лишь стоны одного демона.       Азирафель осторожно перевернул Кроули обратно на спину. По лицу демона стекал пот, глаза целиком заплыли золотом, зрачки расширились до размера вселенной, и Азирафель восторженно оглядел его.       — Прости я… — Кроули оглядел опавший член, ерзая на мокром от спермы пятне. Он все еще был полураздет, и рубашка наверняка успела пропитаться ей.       — Не страшно, дорогой. Ты был восхитителен!       Азирафель лег рядом, обняв Кроули и прижав к себе. Влажно поцеловал и довольно откинулся на подушку.       — Подожди-подожди, а как же ты? — Кроули повернулся, неловко смотря на все еще возбужденного ангела.       Азирафель посмотрел вниз, будто только сейчас это заметил.       — Как-нибудь в другой раз. Лучше скажи, почему ты все это время не отдавался процессу так же, как сейчас?       — Как? — Кроули удивленно моргнул.       — Ты как будто… — Азиарфель неловко закусил губу. — Не мог расслабиться. И… сдерживался. А сейчас… это лучший раз из всех, что у нас был!       Кроули недовольно поморщился и отвел взгляд.       — Не знаю… — ответил он. — Возможно, мне все время казалось… что это неправильно. Я — демон, а ты — ангел.       Азирафель испуганно посмотрел на него, и Кроули поспешил добавить.       — Нет-нет, я люблю тебя, ангел, — Кроули приподнялся и ласково обнял Азирафеля. — Просто я все время словно был не на своем месте. Как будто…       — Как будто все резко закончится и окажется только сном?       Кроули неловко поерзал.       — Да… именно так. Поэтому… хотелось брать от момента все, чтобы он внезапно… не испарился.       — У меня тоже было это чувство. Но сейчас, — Азирафель обхватил Кроули, — все точно правильно, да?       — Да. Правильно.       — Ты больше не будешь так сдерживаться? Честно говоря, еще немного, и я бы кончил от твоих стонов.       Кроули удивленно выпучил глаза.       — Просто увлекся, — Азирафель пожал плечами. — Мне нравится твой голос, но еще больше мне нравится, как ты получаешь удовольствие.       — Клянусь полностью отдаваться тебе, ангел, — Кроули прикусил язык, когда неприятное слово обожгло ему рот.       Азирафель улыбнулся.       — Тогда обещаю, — он лукаво посмотрел на Кроули, — в следующие шесть тысяч лет ты точно не будешь молчать.