Беззвучный режим

      Не буду затягивать со вступлением: на регулярной основе в течение всей выкладки БР я обнаруживаю в комментариях и личных сообщениях людей, которые игнорируют одну из ключевых сюжетных веток «Беззвучного режима», не видя подлинного смысла фрагментов, где раскрывается эпоха эдак юности Ван Иляна.       Зря. Очень зря, поскольку метка «Реинкарнация» в шапке стоит не просто так.       Поэтому давайте в этой Экстре кратко пройдёмся по основным переродившимся героям периода длиною приблизительно в полвека, за который завершилась эпоха Воюющих царств, родилась и умерла империя Цинь, обратившись междоусобицей и переродившись империей Хань. Обзор специально максимально сокращённый, ибо есть (и ниже будут указаны) соответствующие полноценные главы. Переписывать их я не буду, просто укажу куда и на что смотреть.       Сначала уточним геополитическую деталь: где всё сие действо происходит?       На карте (https://commons.wikimedia.org/wiki/File:EN-QIN260BCE.jpg) мы видим северо-западное царство Цинь — великое и ужасное, где в глазах современников жили «нелюди».       Северное царство Чжао — родина Ван Иляна, и этим сказано всё (ладно-ладно, исторически они первые ввели в свои войска конницу, что позволило им выбиться в число лидеров своей эпохи).       Южное царство Чу — обширные земли в бассейне реки Янцзы; ещё южнее ворожили колдуны, а ныне там стоит школа Цанцюншань.       Восточное царство Ци (пишется так же, как и фамилия лорда Байчжань, Ци Цинци и Ци Паня) — воинственные земли (настолько воинственные, что даже монеты там изготовляли в форме ножей), где ещё в ту далёкую эпоху стояла школа Байчжань.       А теперь, собственно, приступим:       Шэнь Цзю — заглавный, но не главный герой всей эпопеи, в прошлом перерождении носил имя Ли Сы. На самом деле его имя значит «расщеплённый ствол сливы» или «подобный сливовому древу», но омофон звучит как «страдать от болезней и умереть в муках», над чем по сей день истерически посмеивается Ван Илян, называя имя врага пророческим и в приступе флэшбеков поминая о том Шэнь Цзю.       Ли Сы — уроженец царства Чу, в юности нищий дровосек, неясно как сумевший получить образование в лучшем учебном учреждении своей эпохи, был высоко оценён тогдашним советником княжества Цинь, а позже, благодаря своим обширным талантам и их проявлениям в политике, смелым изречениям и идеям, разительно отличающимся от взглядов окружающих, сам получил титул Главного советника, благоволение Цинь Ши-хуанди и ненависть многих сановников. В своё время (считается, что из зависти к таланту) погубил своего собрата по учёбе, что ему поминали всю жизнь.       Желая приглушить голоса оппозиции (на самом деле там 1000 и 1 политико-идеолого-культурно-социальная причина), приказал сжечь Библиотеку Бамбуковых анналов и погрести учёных-конфуцианцев, но добился лишь пафосного появления Ван Иляна и начала вражды с ним, которая кончилась плачевно и… жива по сей день.       В истории Ли Сы остался как Главный советник империи и её второе лицо (некоторые говорят, что он истинный основатель империи Цинь), уникальный стратег, непревзойдённый политик, законодатель, учёный, лучший каллиграф своего времени. Продвигал по всей стране полномасштабное строительство дорог, мостов, оросительных и судоходных каналов, возведение Великой стены, перекраивал новосозданную страну на административные единицы и устанавливал там независимых от аристократии наместников, учредил всеобщую меру веса и длины, а также монету и стиль письма. Бонусом — автор учебника каллиграфии, по которому ныне учатся на Цинцзин и который весьма приглянулся Шэнь Цзю. (Короче, и швец, и жнец, и на дуде игрец!)       Притормаживал только ради какой-никакой личной жизни, но всё равно в сумасшедшем вале работы угробил своё здоровье, которое ещё хлеще портил исподтишка травящий его евнух Чжао. В результате их длительной борьбы за власть был брошен в тюрьму собственным выросшим учеником по ложным наветам и после длительных пыток оказался казнён путём четвертования — ослепшему Ли Сы вырвали руки и ноги.       Его перерождение раскрывается в главах «16. Расщепление» (да, первые ружья были повешены ещё там!), «30. Два оборота Сансары», «43. Неизгладимое впечатление» + «46. Песни древних царств» + «47. Аркан» (больше о развитии взаимоотношений с Лю Баном на разных этапах их жизней), «13. Камера пыток» и «15. Лис-оборотень с горы Цинцю», но упоминался Ли Сы ещё много где.       Лю Цингэ, а в далёком прошлом Лю Бан — генерал царства Чу, получивший в награду за одну из грандиозных побед Янчжоу — тогда крошечный городишко в *опе мира. После объединения княжеств оказался разжалован, но благодаря заступничеству Ли Сы сохранил жизнь и стал наместником провинции Янчжоу, своей верной службой врагу обеспечивая жизни населения павшего царства Чу (хотя Ши-хуан утверждал, что Ли Сы Лю Бана попросту охомутал).       Знакомы они были с юности, но большую часть жизни являлись врагами. Взаимные спасения в их жизнях чередовались с битвами на полях сражений и за столами переговоров, но чрезмерно они сблизились после очередной попытки Ван Иляна угробить Советника. Пропавший было Ли Сы вернулся в ставку их войска через неделю целым, здоровым и подозрительно довольным жизнью, а много лет спустя в Доме песен появилось весьма фривольное стихотворение о чуть более плотской и чуть менее платонической любви на лесной полянке (да, именно в попытке уничтожить эту «похабщину» Шэнь Цзю раскроил себе ладонь).       В провинции Янчжоу Лю Бан выстроил для Ли Сы павильон Вэньчан и преподнёс в дар, и во время своих инспекций Советник останавливался именно в нём, куда на эти дни-недели переселялся и сам Лю Бан. Там же они виделись в последний раз.       Узнав о том, что Ли Сы брошен в тюрьму и подвергается пыткам, Лю Бан поднял восстание, пересёк империю насковозь, свергнув власть, но опоздал. Взошёл (был посажен Ван Иляном) на трон новосозданной империи и в знак признательности за помощь в восстании одарил бессмертного мастера Вана богатейшими землями Хотана — на деле желал удалить сию подозрительную личность от себя. Единственный (!) умер в своей кровати. Да, от раны. Да, он уже давно чах. Но он умер! В своей! Кровати! Дальше вы вспомните, почему это так важно.       Делит сюжетные главы с Ли Сы, но один из довольно ярких моментов его жизни упоминается в главе «42. Тяжело в учении, легко в бою».       Хэ Син — Сяо Хэ, Главный советник империи Хань, сменивший Ли Сы.        Друг детства Лю Бана и многие годы его главный советчик, талантливый стратег и учёный, но никудышный воин.        Войдя в столицу Цинь с войском победителей, он единственный не бросился грабить город, а первым делом предпочёл отправиться в бывшие покои Ли Сы, а оттуда в императорскую библиотеку и архив, где собрал законы и указы, записи и книги, карты и документы и, под охраной вывезя за пределы гудящей столицы, надёжно спрятал. Благодаря этому после восхождения на престол у Лю Бана были все необходимые сведения для управления государством.        Когда пришло время награждать соратников, выше всего Лю Бан оценил именно заслуги Сяо Хэ, даровал ему самые обширные земли, монополию на соль и ни с чем не сравнимые привилегии, но однажды, полагая поступки заигравшегося в политику Сяо Хэ недопустимыми, потерял к нему доверие и бросил в тюрьму (да, дознавателем послужил Ван Илян).        Ци Цинци — некогда наложница Ци (Ци И), исторически также известная как «Пурпурная дева».       Уроженка восточного княжества Ци, спасшая жизнь скрывающемуся от преследования Лю Бану и впоследствии сопровождавшая его в военных походах. Уже при основании империи Хань, когда они оба были в зрелом возрасте, родила сына, ставшего у императора любимым ребёнком.       Вскоре после смерти Лю Бана маленький принц оказался отравлен вдовствующей императрицей, а наложницу Ци превратили в «человека-свинью» и бросили в выгребную яму с нечистотами, где она в муках скончалась.       Её жизнь и смерть описаны в главе «17. Вопросы к Небу».       Юэ Цинъюань, ныне в читательских кругах известный как «Крокодил», — был известен Поднебесной как Верховный правитель юга (Сян Юй) или под более правдивым Завоеватель юга.       Характер и навыки (а ещё отсутствие страха и совести) позволили нищему, но амбициозному оборванцу за несколько лет сначала захватить власть в одной провинции, потом стремительно дослужиться до генеральского чина (в это же время завёл знакомство с генералом Лю Баном), следом — до младшего военачальника, а в итоге стать старшим военачальником во всём Чу. Дождавшись смерти Цинь Ши-хуана, он под начавшимся безвластием отколол земли бывшего царства Чу и объявил себя Верховным правителем всех южных земель.       В результате многолетней борьбы за власть с Лю Баном Верховный правитель юга всё же оказался повергнут и бежал вместе с обожаемой наложницей и самыми доверенными людьми. Лишился последних приближённых после одной из самых успешных военных тактик Лю Бана, связанной с чускими песнями, — именно в честь той легендарной битвы, что стала частью идиомы «со всех сторон слышатся песни царства Чу» (обр. в знач.: оказаться в безвыходном положении), во взрослое имя Лю Цингэ включили слог «гэ».       Так Верховный правитель юга, за чью голову объявили награду, оказался загнан в болота, где дождавшаяся ночи наложница Юй перерезала себе горло Сюаньсу. К утру на месте, где её тело пошло ко дну, проросли лотосы. Обезумевший Верховный правитель бежал к берегам Янцзы, но попал в засаду и, не желая сдаваться живьём, в отчаянии перерезал себе горло лезвием Сюаньсу, вслед за чем бросился в речные воды, но оказался настолько живучим, что умер лишь после того, как его тело расчленили, раскромсали, разорвали на мелкие части жаждущие обещанной награды.       После смерти обернулся озлобленным речным духом, который губил суда и прибрежные деревни, — заклинатели безуспешно пытались запечатать его, но лишь великому мастеру Учэню удалось умиротворить истерзанную предсмертными муками и злобой нежить, чтобы, выполнив последнее желание, погрузить душу в забвение.       Ставший духовным оружием Сюаньсу забрали в Цанцюншань.       Об этом в главах «17. Вопросы к Небу», «11. «Мужское» поветрие» и «27. Профилактическое голодание» — но конкретно здесь мельком об истоках связи Нефритовой Луны с душой Полуночника, подробней о которых будет позже.       Нефритовая Луна — наложница Юй, больше известная как красавица Юй.       Неизменная любимица Верховного правителя, сопровождавшая его во всех поездках и военных походах, на приёмах и застольях. Поняла, что теперь с неё точно хватит, когда после поражения мужа Лю Бану оказалась на болотах, и совершила самоубийство, перерезав горло Сюаньсу и утонув в трясине.       На месте её гибели проросли лотосы, утром при виде которых Верховный правитель юга окончательно лишился рассудка.       Делит главы с Юэ Цинъюанем.       И раз уж мы пошли по душам тех, кто не в почёте у Небес, следующим у нас будет:       Му Цинфан — в прошлой жизни носил имя Бянь Цюэ, обожествлённого в народе целителя.       В контексте БР известен своим чудесным воскрешением наследника престола царства Цинь (исторически то было царство Го), в честь чего родилась идиома «вернуть погибшего к жизни». Решение принял не добровольно, а находясь в тюрьме, более того — под угрозой убийства нежно любимой жены. После свершившегося воскрешения был закован в цепи и заточён в княжеском дворце, где вскоре из зависти оказался убит.       Согласившись вернуть чужую душу на прежний оборот круга Сансары, целитель нарушил Ход вещей и попрал Непреложные законы мироздания, за что после смерти навлёк на свою душу Кару Небес.       Об этом повествуется в главе «37. Вернуть погибшего к жизни».       Синь Янму — жена, позже вдова Бянь Цюэ.       Вдохновительница и помощница целителя. После гибели Бянь Цюэ скрыла его рукописи у надёжных людей, а сама одним ударом убила и себя, и воскрешённого, тем самым разделив Кару Небес вместе с мужем.       В том числе из-за её действий наследником циньского престола взамен дважды умершего стал вернувшийся из чжаоского плена княжич Ижэнь.       Делит главу с Му Цинфаном.       Бай Ижэнь — какие бы самые невероятные теории ни строили читатели в отзывах и ЛС, перерождение этой тёмной лошадки упоминалось уже не раз. В прошлой жизни Бай Ижэнь был известен как циньский княжич Ин Ижэнь (Цзычу) и являлся внуком князя, которому служил Бай Ци.       Большую часть жизни княжич Ижэнь, нелюбимый сын нелюбимой наложницы, являлся политическим заложником в Чжао и на престол не претендовал, но во время очередной войны Цинь осадила столицу Чжао. В результате живший там тогда же Ван ещё-не-Илян в свои семнадцать лет во второй раз за жизнь оказался в голодной осаде, а княжич Ижэнь успешно подкупил охрану и сумел сбежать из вражеской столицы вместе с годовалым сыном и женой. К слову, вплоть до двадцатого века по конфуцианской традиции не считался отцом Ши-хуана, мол, его жена зачала ребёнка от торгаша, который и передарил приглянувшуюся деву Ин Ижэню. Согласно сей теории женщина ходила беременной 40 месяцев. Все верили (а чтоб не верить-то?).       Вернувшись на родину, он очень скоро стал не только наследником престола, но и князем Цинь, начав полномасштабное наступление на царство Чжао. Именно в эпоху его правления Ван ещё-не-Илян присоединился к повстанческим войскам и периодически то участвовал в неизменно проигрышных битвах, то попадал в военный плен, а оттуда на каторгу, в рудники и на каменоломни, где проникся блатной романтикой. Сумел сбежать в колдовские горы как раз после скоропалительной смерти Ин Ижэня (поговаривают, что от болезни, ибо умер уж больно молодым). Так власть перешла к будущему Цинь Ши-хуанди.       Его появления — это главы «30. Два оборота Сансары», «37. Вернуть погибшего к жизни» и «28. Перемыть кости».       Тяньлан-цзюнь — Цинь Ши-хуанди, первый священный император Поднебесной.       Великая стена, «сожжение книг и погребение книжников» (удачное в реальности и безуспешное в БР), терракотовая армия, Священный Мавзолей в недрах горы Лишань леса Байлу, и вся мощь империи Цинь связаны с его громогласным именем.       Был очень близок с Ли Сы, безмерно ценил его как ближайшего соратника и гениального человека. Ценил настолько, что преподнёс ему пленённого Лю Бана, перевязанного цепями, словно подарочными ленточками, а после согласился не убивать строптивого вражеского генерала, как иных, буквально отдав Ли Сы на поруки (и в безраздельное пользование). Возможно, хотел порадовать. А возможно, отвлечь от работы (успешно).       Жаждая удлинить свою жизнь, Цинь Ши-хуанди принимал целебные снадобья из ртути, которые преподносил евнух Чжао (Ван уже-Илян), но что-то внезапно пошло не так, и Священный император опочил прямо в дороге, где его сопровождали Ли Сы, евнух Чжао и младший принц, который в результате сомнительных махинаций и заговора между первыми двумя вскоре оказался на троне.       Был погребён под горой в роскошнейшем Мавзолее, который строился специально для посмертной жизни. Ныне там кукует Тяньлан-цзюнь. (Ну надо же, какое совпадение!)       На сегодняшний день открыто появлялся лишь в главе «47. Аркан», поскольку подробней раскрывается в будущих главах.       Ло Бинхэ — молодой император (Эрши-хуан, Ин Хухай). Младший сын Цинь Ши-хуанди, бывший учеником Ли Сы.       Прислуживавший ему евнух Чжао (Ван Илян) с детства подсаживал мысли о несправедливости императорского наставника. Под руководством Ли Сы молодой император начинал править спокойно и справедливо, но позже, почувствовав вкус власти и наслушавшись сладких речей евнуха Чжао, стал самодуром, тратившим всё время на женщин и пиры, богатства — на строительство всё новых и новых дворцов. По империи прокатилась волна массовых казней. Пытавшийся урезонить его и удержать империю на плаву Ли Сы в итоге не выдержал нагрузки и слёг, а после болезни уже не смог вернуть себе прежнюю власть.       По ложному доносу молодой император бросил своего наставника в темницу, доступ в которую получил дослужившийся до Главы судебного приказа, то бишь главного истязателя, Ван Илян. Продолжая править агонизирующей империей, стремительно сходящий с ума молодой император кончил тем, что оказался убит якобы посланными разъярённым Лю Баном убийцами, но на деле тех убийц подослал евнух Чжао.       «30. Два оборота Сансары» — и хватит с него. Пусть на фоне помелькает.       В ходе дальнейшего развития героев и сюжета будут раскрыты новые детали жизней прошлых перерождений, перипетии взаимоотношений, которые будут иметь значение для нынешних и будущих событий, а пока так.